Через мгновение миссис Дебора вывела Сиенну, притворившись, что сама нашла её.

— Где… – недоумённо протянул лорд.

— Она была в шкафу.

Складка меж бровями мужчины стала уже.

«Как же я не заметил, что она там пряталась?»

— Кажется, ты ранена.

Да, в первую очередь нужно обработать рану. Эта мысль заставила Великого Герцога отбросить все подозрения.

— Передайте её мне, – протянул он руки, чтобы взять Сиенну. В тот же момент девочка вздрогнула и ухватилась за рукав миссис Деборы. С какой стороны ни посмотри, было ясно, что она боится Герцога.

Женщина решила не накалять обстановку, спросив разрешения:

— Не беспокойтесь, Ваша Светлость. Я буду нести её осторожно.

— Хорошо… – сдался он.

Они направились в ближайшую гостиную. Там уложили девочку в кресло поближе к камину и закутали в одеяла. Вскоре по приказу Великого Герцога прибыл доктор, который обращался с Сиенной максимально бережно, словно с хрупкой вазой.

— Гм...

Поначалу Сиенне казалось, что неудобно быть незваным гостем в этом доме, а оказалось, что поистине неудобно, когда с тобой обращаются с величайшей осторожностью. Такого с ней раньше не случалось.

— О боже, ты сильно упала.

Поскольку рану сразу никто не обработал, ситуация только усугубилась. Впрочем, все мысли быстро улетучились из головы девушки, когда к тому месту стали прикладывать ватку с дезинфицирующим средством.

— Вы настоящая умничка, юная леди. Хотите конфетку?

Перевязав рану, доктор протянул ей угощение. Сиенна, не ожидавшая такой доброты, слегка опешила и удивлённо уставилась на конфету.

— Нет… – невольно на её лице расцвела улыбка, и она покачала головой.

«Я уже не ребёнок…»

А ещё ей не хотелось вновь переживать прошлое, которое она успела похоронить. В этом самом прошлом никто бы не вызвал врача, если бы она поранилась. Такое с ней происходило впервые. Однажды горничная и вовсе отказалась давать ей лекарства. А теперь Сиенну со столь искренними эмоциями лечил врач, и даже предлагал конфеты!

«Быть может, я вовсе не вернулась в прошлое, а попала в какой-то параллельный мир?», – подумалось ей. Было так сложно поверить в реальность происходящего.

Внезапно доктор, не став настаивать, сдался и ушёл.

— Зачем ты легла спать в той маленькой комнате? – спросил Великий Герцог, задумчиво наблюдавший за всем происходящим.

Сиенна не придумала ничего лучше, кроме как ответить честно:

— Когда я проснулась, мне было трудно поверить, что такая красивая комната может быть моей.

Тут было нечего додумывать. Дитя, боясь получить нагоняй, бродило по замку в поисках комнаты поменьше и получило травму.

— Господи…

— О боже, дитя, – охнул кто-то из присутствующих.

«Ну вот опять. Именно такое выражение лица было у него вчера в приюте», – мелькнула мысль в голове у девушки, когда та перевела взгляд на лорда, смотревшего на неё и вздыхавшего. Выражение лица терпения с лёгким раздражением.

Быть может, он и в самом деле по какой-то причине выделил эти комнаты Сиенне. Однако у неё не было ни малейшего желания его об этом спрашивать. Теперь она не хотела эмоционально привязываться к слугам из герцогского замка. А потому она отбросила все вопросы, что уже были готовы сорваться с языка, и оставила всё как есть.

«Сирота я или просто избалованная девчонка... Не понимаю, почему отношение всех ко мне так резко изменилось».

Всё это казалось девушке просто иллюзией, которая однажды, когда Герцог найдёт Лорейну, растворится подобно туманной дымке. И ещё она знала. Между ней и «сестрой» развезлась глубокая пропасть, которую уже ничем нельзя была восполнить. Сиенне просто хотелось спокойной жизни до тех пор, пока ей не исполнится пятнадцать и она не получит право поступить в Академию. Лучше не задаваться глупыми вопросами или, что ещё хуже, – не тешить себя бессмысленными надеждами.

«Как же мне всё это противно».

Сиенна решила, что пора заканчивать этот разговор.

— Мне очень жаль. Я больше не буду поднимать такой шум.

— Почему ты?.. – Великий Герцог осёкся на полуслове и, вздохнув, покачал головой. Мужчина считал, что во всём виновата горничная – именно она не назначила няню, что сидела бы у постели девочки. Впрочем, ошибки слуг – и его ошибки тоже.

— Ты не должна извиняться, это ведь не твоя вина. Отныне та комната принадлежит тебе, так что начинай привыкать.

Вместо ответа Сиенна только взглянула на Герцога.

— Хочешь что-то сказать?

«Стоит ли говорить, что те покои слишком роскошны для меня? – девушка на мгновение заколебалась. «Колыбель Луны» ведь предназначалась вовсе не ей, а Лорейне. – А если она вернётся, то я бы очень расстроилась, что придётся её ей отдать. Так сказать ли об этом Великому Герцогу?»

Почему-то мысли об этом вызвали у Сиенны раздражение, и она лишь молча покачала головой. Если Лорейна придёт и попросит ту комнату, она, Сиенна, естественно, сможет занять другую комнату.

«Не буду вмешиваться в этот процесс. Если я откажусь от комнаты, то Лорейна может подумать, что я сдалась».

Если задуматься, то одно место в этой комнате было хорошо ей знакомо. А потому она может остаться там. Ничего плохого ведь не случится.

Закончив обдумывать ситуацию, она тихо покачала головой. Великий Герцог кинул на неё недоумённый взгляд. Когда он впервые увидел эту девочку в приюте, то она показалась ему несчастным ребёнком, теперь же она выглядела удивительно по-взрослому.

«Наверное, ей нужно ещё немного времени, чтобы привыкнуть».

Пусть мужчина и не знал этого наверняка, но другого объяснения найти просто не мог.

* * *

Миссис Дебора вернула Сиенну в «Колыбель Луны». В этих покоях преобладали небесно-голубые и белые цвета. А по-особенному прекрасными они становились, когда солнечный свет, пробиваясь сквозь окна, заливал всё пространство.

Ребёнок проснулся глубокой ночью и испугался, что спал в столь красивой комнате. Ну не странно ли?

Миссис Дебора с любопытством взглянула на Сиенну. А та…

— Ах… – девочка лишь вздохнула, глядя на свои новые покои. Казалось, лишь один их вид вызывал у неё головную боль.

«Такой странный ребёнок», – подумала женщина. Она не собиралась ей ничего говорить по этому поводу, ведь сам Великий Герцог, самый могущественный человек в их доме, искренне лелеял эту девочку. А потому она лишь вежливо произнесла:

— Тогда, миледи, я принесу вам поесть, пока вы отдыхаете.

«Что бы ей ни принесли, она, должно быть, удивится. Если её баловать, то уже скоро она забудет о своём прошлом и будет наслаждаться жизнью ребёнка Нахта», – так считала миссис Дебора. Но, как оказалось, выводы были поспешными.

— Мисс?..

Буквально через десять минут женщина вернулась вместе с другой служанкой, толкающей тележку с завтраком. И когда они переступили порог комнаты, Сиенны там не оказалось. Девочка снова бесследно исчезла.

«Надеюсь, она не пошла опять в ту дальнюю комнату на третьем этаже…»

Старшая горничная уже было нахмурилась, как вдруг небольшая дверка в стене отворилась.

— Вы уже вернулись? – и оттуда высунулась маленькая головка Сиенны.

— Вы всё время были там? – удивилась миссис Дебора.

— Да.

— Это ведь дамская комната…

— В самом деле? – Сиенна притворно непонимающе моргнула. – Я не знала. Мне было так хорошо там.

— Не стоит вам там задерживаться. Выходите оттуда, я вам помогу.

Девочка не стала упираться и сделала, как ей сказали.

«Не стоит упрямиться».

Да, она хотела проводить там как можно больше времени. А на все вопросы Великого Герцога и миссис Деборы Сиенна может ответить, что ей там хорошо.

«Я не собираюсь покидать эту комнату, ведь я сирота, которая знает своё место. Но если продолжу настаивать, они будут мешать моему пребыванию там».

Она решила уступить, чтобы предотвратить неприятности в будущем. Ведь так удобно – не напирать. Осознание этого могло ей весьма пригодиться.

— Прошу, присаживайтесь, – пригласила горничная.

На маленькой детской тарелочке лежал мягкий и нежный омлет. Было видно, что блюдо выбирали тщательно, чтобы, скорее всего, унять тревогу девочки. На вид всё было таким вкусным, вот только у Сиенны совсем не было аппетита. А ещё ей жутко хотелось спать, что она даже не удержалась и зевнула.

— Вы ведь не спали всю ночь, – в конце концов, миссис Дебора уговорила девочку сесть за стол. – Поешьте хотя бы немного. А потом я уложу вас в постель.

— Ага… – раз уж она была в теле ребёнка, то бунтовать против взрослой женщины было бесполезно.

Сиенна помолилась, разрезала омлет на маленькие кусочки и принялась есть. Глаза главной горничной заблестели.

«У неё хорошие манеры несмотря на то, что она никогда не изучала этикет».