Элизия сложила руки вместе и молилась богам, чтобы сегодня она смогла без проблем стать любовницей одного мужчины.

Построенная на краю утеса на самой священной земле Юга, церковь была единственным священным укрытием герцогства и была направлена на огромное море.

Поскольку это было буднее утро, сразу после богослужения, зал был пуст. Элизия сидела на длинной, украшенной мрамором скамье в последнем ряду из восьми передних скамей, предназначенных для прихожан и прелатов.

«….О всевышние. Простите меня за моё нечистое и гнусное преступление и защитите нас, братьев и сестер от козней коварного дьявола......»

Элизии только что исполнилось двадцать, и ее невинные глаза и круглые щеки скрывали губы, которые беспокойно шевелились, пока она читала молитву. Она выглядела как любая другая приходская девушка, пришедшая на утреннюю службу, с аккуратно уложенными волосами и белой кружевной вуалью поверх них. Одетая в простое белое платье, она нервно перебирала четки своими тонкими руками в хлопчатых перчатках.

Сегодня Элизия планировала встретить мужчину в этой церкви. Это был не её муж, отец или брат, а обычный незнакомцем.

......Рискуя стать грешницей, она осмелилась заявить перед Богом, что мужчина, которого она ждала, был её единственным спасением.

Подготовившись, Элизия дрожала, сложив руки и положив их перед своей головой.

«Действительно ли он придет?»

Мужчина дал ей слово. Он сказал, что придет навестить её в пустой церкви после утреннего богослужения в понедельник, когда все уйдут.

«Не нервничай. Ты не должна дрожать как невинная овечка перед ним, а должна быть достаточно привлекательной для того, чтобы он захотел тебя. Мы уже встречались однажды, и он не такой беспощадный зверь, каким ты его себе представляла. Он гораздо более открыт для разговора, чем ты думала»

Элизия вспомнила их предыдущую встречу. Слова этого человека промелькнули у нее в голове.

«Как странно. Невежливо говорить это, но несмотря на то, что это наша первая встреча, видеть, как ты плачешь, услада для глаз».

Её пальцы дрожали, когда она вспоминала эти слова. Элизия была уверена в том, что мужчина точно придет сюда, чтобы встретиться с ней.

В этот момент раздался стук кожаных ботинок по мраморному полу церкви.

Топ-топ-топ

Шаги, отдававшиеся эхом с абсурдной четкостью, звучали так же высокомерно и уверенно, как и их владелец. Подобно командиру легиона, решившему незаконно занять это священное место, его действия были настолько неуважительными по отношению к самому святому и непорочному святилищу, что в них отсутствовал даже малейший намек на приличие.

С каждым шагом этого человека земля, казалось, уходила у Элизии из-под ног. Вибрации от них походила на ее сердцебиение.

«Не дрожи. Элизия. Не дрожи как дура».

Девушка приказывала себе, но все было тщетно. Элизия застыла, как добыча для хищника, пока шаги не стихли и высокий мужчина не опустился на сиденье рядом с ней.

После долгой паузы молчания мужчина заговорил первым.

- Я не ожидал, что ты будешь так набожна. Но разве в Библии не говорится, что замужняя женщина не должна оставаться с одиноким мужчиной наедине?

Голова Элизии мгновенно повернулась, как будто голос мужчины схватил её за волосы. Несмотря на то, что они сидели на одной скамейке, ей приходилось смотреть вверх.

- И тащить незнакомого мужчину в священную обитель. Тебе не стоило этого делать.

И в тот момент, как только она увидела его лицо в тусклом свете часовни, у Элизии перехватило дыхание.

Герцог, с которым она познакомилась на тускло освещенной террасе Императорского дворца во время церемонии празднования великой победы, повернулся к ней с той же улыбкой, что и тогда.

- Или я ошибаюсь, баронесса Сейбл?

Элизия застыла на месте. Дело было не только в виде молодого безупречного мужчины, который выглядел так, словно находился в самом расцвете сил. Правитель Юга, источник золотых торговых приливов. Любимый вассал императора, веками стоявший на страже стабильности и процветания континента, а также самый могущественный палач из всех, кого когда-либо знала императорская семья. Но Элизия знала его под другим именем.

Кровожадный багровый лев.

При одном только воспоминании об этом прозвище сердце Элизии снова подпрыгнуло от страха. Ее взгляд остановился на волосах мужчины - огненно-рыжих, олицетворяющих безудержный и страстный темперамент южан. Это был главный цвет жизни, который всегда ошеломлял окружающих.

- ...Прошу прощения за то, что осмелилась позвать Герцога сюда. У меня просто не было выбора.

Церковь было единственным местом, куда позволял своей племяннице и будущей "жене", барон Сейбл, ходить одной.

Они ещё не стали официальной парой в реестре приходской церкви, но она не стала бы объяснять это Герцогу. Потому что это неизбежно.

И в тот момент, когда она распишется в приходском реестре супружеских пар с бароном Сейблом, вожделевшим богатства и власти ее семьи, это значило то, что Элизия станет его рабыней на всю оставшуюся жизнь.

... Если только ее сделка с этим мужчиной не сорвется.

Он достал что-то из внутренней части своей униформы и поднес к глазам.

- Лекарство, которое ты дала мне в прошлый раз. Я так отвлекся на твои слезы на террасе, что не обратил на него внимания, но оно оказалось весьма эффективным.

Элиз заморгала.

Мужчина выпрямился. Когда он развернулся в ее сторону, проход был полностью перекрыт. Элизия почувствовала себя запертой на скамье в часовне, не имея возможности выбраться.

- Уже давно пора оставить все в прошлом

Атмосфера внезапно изменилась, словно зверь показал свой истинный облик. Все тело Элизии вдруг сильно задрожало.

- Пришло время услышать ваш ответ. Что, черт возьми, входит в состав этого лекарства, раз оно вызывает такой эффект.

Хадеон рассмеялся, обнажив клыки. В этот момент красный свет великолепного купола осветил его в точности как в Библии, сделав несомненным подобием демонического зверя, о котором говорится в языческих писаниях.

В маленькой часовне с ней сидел мужчина-лев с рыжей гривой.

Элизия застыла, как дичь. Хадеон смотрел на нее сверху вниз, его глаза светились, как у свирепого зверя, которого можно увидеть ночью. Элизия вдруг осознала, что этот человек и был тем самым зверем.

Тем временем Хадеон оглядел стоявшую перед ним лань с ног до головы.

 — Значит, эта человеческая баронесса, поставившая южное общество с ног на голову. Но под красным светом она выглядит совсем иначе

Он медленно и внимательно рассматривал женщину, которая отличалась от той, что он видел на террасе дворца несколько дней назад.

Человеческая женщина, осмелившаяся без страха войти в общество юга, где господствовали зверолюди.

Элизия Перлман.

Его острые глаза еще раз проследили за контурами женщины. Несмотря на то, что это была их вторая встреча, он был удивлен. Даже торжественные церковные накидки и отвратительное белое платье, обтягивавшее ее так плотно, что не было видно ни клочка обнаженной кожи, не могли скрыть красоту женщины, чьи волосы были оттенком солнечного света.

Она была такой стройной, что не достигала размера его руки, и он сомневался, что она достанет до его груди, если встанет. Единственное, что не позволяло определить ее возраст, - это глаза: в желтых глазах, обрамленных золотистыми ресницами, был слабый оттенок зеленого.

Этого было достаточно, чтобы соблазнить Хадеона Ларка, которого обычно не интересовало ничего, кроме крови и поля боя.

Она казалась слишком невинной для женщины, которая обратилась к герцогу Хадеону Ларку с просьбой о личной встрече и даже вызвала его в свою церковь. Среди слабых людей она была и юной, и неопытной.

«Почему она носит одежду, полностью скрывающую ее кожу?»

Но Хадеон был хорошо знаком с природой человеческих женщин. Очевидно, под этой невинностью скрывались поистине невообразимые желания и алчность.

«Как будто притвориться несведущей человеческой женщиной и встретиться с самцом зверолюда было недостаточно, как ты смеешь делать мне предложение? Бесстыдница, дошедшая до крайней степени наглости»

Именно таких женщин Хадеон презирал.

Так и должно было остаться.

Но с момента их последней встречи, когда она слезно просила о встрече, он почувствовал странное желание подыграть ей.

Но с момента их последней встречи, когда она слезно просила о встрече, он почувствовал странное желание подыграть ей.

«Особенно после того, как понял, что ее первый шаг оказался очень полезным.»

Хадеон покатал флакон в руке, размышляя.

Конечно, было необходимо предостеречь её.

С ноткой презрения и гораздо большим любопытством глядя на человеческую женщину, Хадеон мягко предупредил ее, изогнув уголки губ вверх.

- Какое бы объяснение вы ни собирались мне дать, вам лучше позаботиться о том, чтобы я смог его понять. Иначе, как бы хорошо вы ни выглядели, когда плачете, у меня сложится о вас плохое впечатление.

Он одарил Элизию улыбкой, которая не соответствовала его надменному тону, и постучал указательным пальцем по флакону в своей руке.

- Но если вы расскажете мне, что содержится в этом препарате, я, возможно, и смогу смилостивиться над вами. Возможно

Последнее предложение было практически угрозой.

Но Элизия не могла возразить герцогу. Она почувствовала, как смелые предложения и условия, которые она решила бесстрашно озвучить при встрече с этим человеком, рушатся, словно песочный замок.

Она стала задыхаться.

Это было из-за феромонов, которые испускал стоящий перед ней мужчина.