Обычно он не видел снов, но, похоже, в последнее время ему приходилось тяжко. Какой бы он ни хотел видеть ее, она всегда именно такой появлялась в его снах. В ответ он пообещал, что сделает все, чтобы эти сны никогда не заканчивались. Лучиано хотел больше никогда от них не просыпаться.

Яркая, милая девчушка, которая всегда внимательно наблюдала за ним ― все, чего он хотел, это предупредить ее о грядущих событиях. Но это было невозможно. Это были всего лишь воспоминания, он мог говорить только то, что говорил в прошлом.

― Человек, который тебе нравится? Ты уверена, что не ошиблась? Может неправильно все поняла? Девочка твоего возраста и влюблена? ― спросил он с легкой насмешкой в голосе.

― Это не ошибка! Мое сердце колотится, и я не могу заснуть! И я хочу всегда быть рядом с ним, ― возмутилась Мелея.

Лучиано покачал головой.

― Брак в нашей королевской семье имеет свою цену. У любви нет будущего. Все тщетно.

Подавленная Мелея играла со своими золотыми волосами:

― Я знаю. Я с самого начала знала, что не смогу выйти за него замуж. Но это любовь на всю жизнь.

«Любовь на всю жизнь? Тебе ведь всего двенадцать лет, не так ли? Жизнь только начинается», ― подумал Лучиано, глядя в ее фиалковые глаза. Но вскоре его мысли запутались. Внутри поднялась волна паники.

«Сейчас не время говорить об этом. Беги, спасайся. Рука дьявола, которая приносит лишь отчаяние, рядом».

― Это не имеет значения. Знаешь, я его поцеловала. Дала вечную клятву, ― застенчиво ответила Мелея.

― Что? Правда? Неплохо, это проклятие, которое будет длиться вечно, не одну жизнь.

― Это не проклятие. Это и есть любовь. Я поцеловала его, потому что это связь навсегда, ― голос Мелеи стал выше, когда она защищала свою вновь обретенную любовь.

― Ты хочешь, чтобы тебя пленили навсегда? Прекрати, Мелея. Другой участник ― это дьявол, ― даже если он и хотел показать свое недовольство, это не сработало. Из уст Лучиано вырывались лишь отдельные слова.

― Вечный обет нельзя дать без взаимного согласия. Ты лишился разума? Или спишь? ― Лучиано усмехнулся. Он погладил сестру по голове и слегка толкнул ее вперед.

― Дело не в этом. Я в сознании и не сплю. Видишь, мы смотрим в глаза друг другу, ― Мелея посмотрела на него в отчет, она слегка прищурилась, как будто пыталась пронзить его взглядом.

― Ах, какой кошмар. Это все вина отца и матери ― зачем они целуются перед тобой каждый день.

Лучиано обхватил голову руками и вздохнул. Девочка перед ним была еще юна и не обращала внимания на опасности, которые представляли собой «мужчины», как иначе она могла найти «любовь»?

― Эй, старший брат. Знаешь, он и правда хороший человек. Я хочу его представить, братик. Теперь все в порядке? Ты пойдешь со мной? ― Милея потянула его за рукав. У нее на щеках появились ямочки, когда она мило улыбнулась ему, пытаясь смягчить его суровое выражение лица.

Лучиано отчаянно хотел заставить себя замолчать. Очень сильно, на грани смерти, но все его усилия были тщетны.

― Сейчас я не могу пойти, у меня есть дела. Подожди пока в библиотеке, я через час освобожусь, ― вздохнул он в ответ.

― Поняла. Мы будем читать книги, ― Мелея была счастлива, что ее брат признал человека, который ей нравился, или, по крайней мере, был готов познакомиться с ним.

― Скажи ему, чтобы он был готов. Это так нелепо, что он думает, что смог соблазнить мою младшую сестру, ― фыркнул Лучиано.

― Прекрати это~ Это я соблазнила его, знаешь ли. Он из Алмении, поэтому не груби ему, ― Мелея весело ускакала, обернувшись, чтобы помахать ему на прощание.

Внутри его потрясенного разума возник конфликт. Даже если он приказывал себе не оставлять младшую сестру, его ноги развернули его в противоположном направлении. Если бы он был рядом с ней, он должен был защитить ее. С этого момента угрызения совести будут преследовать его всю оставшуюся жизнь.

«Черт... Мелея, не ходи одна. В библиотеке Алменцы. После этого они убьют тебя. И повесят на стенах Серрата между отцом и матерью. Не уходи, Мелея. Пожалуйста, не уходи».