Однажды матушка, торгующая рабами, привела в свой дом главную героиню этого мира.

— У меня сегодня прямо счастливый день. Недалеко от аукциона из-за ливня разбилась повозка. Мелоди, ты только взгляни, - восторженно воскликнула она.

Кроме маленькой девочки, в руках матери также показались различные дорогие украшения и платья.

— Это же точно принадлежит столичной знати, да? Ну конечно!

Взволнованная от приятной находки женщина так и светилась счастьем, но вот Мелоди не могла разделить с ней эту радость.

Даже нет, ее скорее переполняло отчаяние. Вот уже ровно одиннадцать вёсен, как девочка жила дочерью работорговки в мире романа.

И первая глава в этом романе, которая, как она надеялась, никогда не претворится в реальность, начиналась именно так.

Дальнейшие события не очень обнадеживали Мелоди:

В результате аварии главная героиня в возрасте пяти лет теряет собственную мать и становится заложницей злобной работорговки.

Жестокая женщина и ее дочь – самые первые злодеи в книге, и их роли необычайно просты. Эти персонажи призваны вызывать у читателей злобу к ним и симпатию к Лоретте, главной героине, пока те бесчеловечно над ней издеваются.

В конце главы герцог выносит беспощадный приговор и антагонистам воздается по заслугам за их зверские деяния.

Дальше в романе ни женщина, ни девочка не упоминаются. Те, кто осмелились похищать и продавать в рабство дворян прощались со своими головами без вмешательства суда.

— …. Понятно, - осторожно начала Мелоди, размышляя о том, как может помочь своей матушке.

Да, пусть ее мать и злодейка романа, но все-таки единственная семья, которой она дорожит.

— Но разве не опасно вот так брать вещи столичных дворян? – наконец решилась спросить девочка, но к концу фразы ее голос уже стих.

Все-таки она немного боялась, что женщина может поколотить ее за подобные слова. Однако Мелоди все равно искренне переживала за свою мать.

…ее характер, конечно, был очень близок к оригиналу, но девочка была твердо уверена, что мама просто порой бывает грубовата.

— Держу пари, у них таких вещей завалом, - не унималась она.

— Но дочь… - старалась переубедить свою матушку Мелоди, поглядывая на маленькую главную героиню, сжимавшую руку взрослой женщины, - Я уверена дочка у них только одна.

Первоначально роман назывался «Три сына и одна дочь герцога», но фанаты между собой сократили название до «Четыре ребенка герцога».

— Я даже не знаю.

Все-таки ее матушка безнадежная злодейка.

— Дворяне только и знают толк в разврате, так что и детей у них наверняка тоже завалом, - ответила она.

Мало того, что о таких вещах при детях обычно не говорят, так ведь это даже не было ни капельки забавно. Но женщина лишь выпрямила осанку и посмеялась над только что сказанной ей шуткой.

* * *

Примерно в пять лет Мелоди вспомнила свою прошлую жизнь. Сначала она громко кричала и плакала, потому что не догадывалась, что привидевшаяся чужая жизнь принадлежала именно ей.

Тогда она вдруг поняла, что стоит посреди огромного мира совершенно одна, а люди здесь давно лишились улыбок.

Всего один раз девочка решила попросить помощи у матушки, не в силах больше сдерживать накопленный внутри ужас. Она подошла к женщине, потянула ее за одежду и, заикаясь, рассказала обо всех свои переживаниях.

«Какой же ты надоедливый и несносный ребенок.»

С того дня Мелоди больше не пыталась заводить разговор о пугающих воспоминаниях: она боялась докучать матери и не хотела, чтобы та ее снова ругала.

К несчастью, малышке пришлось привыкать к своим страхам. Она кое-что поняла – явившийся ей в грезы «мир» был лишь прошлым Мелоди. Когда девочке исполнилось десять лет, мозаика из разбитых на кусочки воспоминаний стала складываться в определенные сцены.

Будто скользя по страницам книги, Мелоди бегло просматривала свои воспоминания каждую ночь.

В ее прошлой жизни «Мелоди» не достигла совершеннолетия. Когда она подросла, ей было всего лишь пятнадцать лет. Девочке приходилось туго с деньгами, поэтому и перед взрослыми, и перед сверстниками она часто появлялась в одних и тех же старых и изношенных ботинках.

Эта «Мелоди» всегда хотела, чтобы кто-то успокаивающе похлопал ее по спине, но этого так и не произошло.

Похоже, у нее не было никого, кто бы мог ее поддержать. Она всегда одна.

Даже в страшную грозу или в дни, когда девочка болела, никого не было рядом. Тогда свою обиду и гнев она изливала вслух:

«Хватит с меня, я устала!»

В этих криках крылись лишь остатки злобы, которые давно проглотили ее полностью, хотя Мелоди не до конца понимала этого.

Каждый раз плача, эта девочка в ее воспоминаниях чувствовала только всепоглощающее одиночество. Тем не менее у нее имелось одно утешение – чтение романов.

Мелоди сразу поняла, какая книга была у нее любимой.

[Три сына и одна дочь герцога].

Почему-то сюжет истории с очень странным названием малышка могла вспомнить намного лучше, чем свою жизнь. Начало, кульминация и прекрасный конец. Потихоньку Мелоди и сама влюбилась в этот роман. Внутри нее трепетали те же самые эмоции, что и у девочки из ее сна.

«Может, прошлая я хотела поведать эту история мне настоящей?»

Иногда ее голову посещали подобные мысли. Без какой-либо причины.

«Или я все вспомнила потому, что у злодейки этой книги такое же имя, и из-за этого моя память внезапно просветлела.»

Мелоди хихикнула собственной выдумке, которая показалась ей интересной. У нее не заняло много времени насладиться всем романом.

Как-то раз девочка нашла отрывок газеты около входа в деревню и разглядела в нем знакомые имена, светившиеся в той самой книге.

— Как они могут так совпадать?

После этого Мелоди начала сравнивать детали из романа «Четыре ребенка герцога» со своим миром и пришла к невероятному заключению:

«Мелоди, дочь первого работорговца, это я?»

Она та самая юная злодейка, которая плохо относилась к главной героине и поплатилась за это головой. На секунду разум девочки затуманился. В конце концов, ее новая жизнь не так уж и сильно отличалась от предыдущей.

Хоть у нее и проскальзывала мысль об этом… раньше она даже не задумывалась.

« …оказаться в еще более жестоком мире.»

Ее сердце разбивалось на кусочки. Как же несправедливо и грустно, и нет ничего, что бы она могла сделать.

Все, что осталось – лишь крик обиды в полном одиночестве:

— …хватит, я уже устала.

Девочка, прокричавшая эти слова, была так же одинока, как и в прошлом.

* * *

И все-таки Мелоди цеплялась за одну последнюю надежду.

«У меня сохранились воспоминания.»

Она знала, за что осудили злодеев. Другими словами, если они не будут поступать так же, как в книге, то избегут наказания.

— Мама, перестань продавать рабов! Иначе попадешь в беду, - крикнула Мелоди, подойдя к матушке.

Ее совет мог спасти их обеих от смерти.

— Как ты можешь говорить такое матери, которая и так еле концы с концами сводит! Выметайся сейчас же, если продолжишь нести чепуху! – ожидаемо разозлилась женщина.

Ее первый замысел потерпел крах, и через год мать Мелоди привела в дом главную героиню. С этого момента девочка решила привести в действие другой план.

«Если буду заботиться о дочери герцога, то, может, он хотя бы смилуется надо мной».

Однако на ее пути стояли две преграды. Во-первых, матушка. Она мыслит исключительно как злодейка, иначе женщина не была бы такой жесткой.

— Мелоди! Я просила тебя сделать так, чтобы эта девка просто не шумела. С каких пор ты просишь такие дорогие вещи?

«Пожалуйста, я же не собираюсь обслуживать Лоретту как дворянку. Да и в наших убогих условиях это попросту невозможно.»

Мелоди собиралась лишь накормить маленькую девочку и принести ей одеяло на ночь. Несмотря на возмущения матушки, она все-таки оказалась щедра для той, кого называют истинным злом.

— Тебе не поздоровится, если попросишь еще что-то. Будь благодарна за это вонючее одеяло.

Даже с такой вредной матерью малышка пыталась проявить доброту к главной героине. Только вот в ее ситуации простой доброты было недостаточно, поэтому наладить хорошие отношения с Лореттой казалось непосильной задачей.

Мелоди призадумалась, а правда ли важно общение между тем, кто заботится и тем, о ком заботятся?

«Мы с Лореттой такие разные…»

Она родилась дочерью работорговки, и сама росла практически в рабских условиях. Лоретте же росла невероятно милым ребенком с прекрасной мамой. Эти двое ну никак не могли подружиться.

Кроме того, главная героиня очень сильно боится женщину, притащившую ее в это грязное место, а она, как никак, работорговка, как и ее дочь.

— Эй, Лоретта, - позвала ее по имени Мелоди.

Услышав незнакомый голос, девочка с ужасом забилась в угол.

— Ой, вот, где ты, - лишний раз добавила я, чтобы не пугать ребенка еще больше, - Я прочитала имя на твоем маленьком ожерелье.

Мелоди даже поводила пальцем около своей шеи для наглядности:

— Написано Лоретта. Это же твое имя, верно? – дружелюбно добавила она.

Пускай девочка и знала, как зовут главную героиню в романе, ей хотелось немного с ней поболтать. Конечно, это не сработала. Малышка все еще вплотную прижималась к холодной стене.

Мелоди ощутила укор совести, что так напугала Лоретту, так что решила на этом закончить:

— Ты голодна, так ведь? Я поставлю сюда хлеб с молоком. Поешь, когда захочешь, это твое.

Она проскочила внутрь и подтолкнула еду поближе к ребенку.

«Надеюсь, ты хорошо поешь.»

Обеспокоенная девочка смотрела в щель приоткрытой двери и наблюдала за поведением Лоретты. Но даже после ухода Мелоди, та все еще с опаской поглядывала на принесенную ей пищу.

Только спустя долгое время в тишине тревога малышки постепенно стихла. Лоретта схватила кусок хлеба и, начала жадко его уплетать. Как и говорила Мелоди, она и правда была очень голодна.

«Слава богу».

Девочка облегченно вздохнула, но вскоре сцена снова повторилась. Главная героиня заметила взгляд Мелоди и поспешила в очередной раз спрятаться за угол с булкой в руках.

«Как и ожидалось, для нее это слишком.»

Усилия Мелоди продолжились и вечером. В романе упоминалось, что Лоретта не могла нормально заснуть на старом твердом стуле в комнате злобной матери.

Девочка посчитала, что будет бесчеловечно заставлять маленького ребенка терпеть эти неудобства. Поэтому в тайне от матушки, пока та спала, Мелоди приводила героиню в свою комнату.

— Сегодня ты снова спишь в моей кровати, хорошо?

Пусть эта обшарпанная кровать не подходила такой леди как Лоретта, но она все же была намного лучше того узкого стула.

Малышка взглянула на Мелоди и залезла на матрас. Она всегда сворачивалась калачиком и плакала.

«Интересно, она сильно грустит..?»

На этот раз Лоретта вновь скрутилась и, не в силах рыдать во весь голос, задержала дыхание.