В то утро Рише заняла угол кухни, где обычно готовили завтрак, и, устроившись рядом с кипящей кастрюлей, принялась за изготовление лекарства.

“Начну с соединения, усиливающего эффект противодействия снотворному”.

Вчера она завершила подготовку листьев осоки и клещевины, предварительно замочив их в воде, а после тщательно высушив.

Рише поместила ингредиенты в большую ступку и размяла до состояния пасты. После она разрезала несколько красных ягод годжи, которые также были заранее предусмотрительно высушены, и извлекла из них семена.

“Семена оказывают согревающее действие на организм, поэтому я отложу их для другого лекарства…”

Добавив в ступку порезанные плоды, девушка измельчила полученную смесь до однородного состояния. Далее Рише открыла крышку кастрюли, в которой кипел нектар филлантуса. По мере того, как пар поднимался, кухня заполнялась необычным сладковатым ароматом. Она медленно добавляла травяную пасту из ступки, тщательно перемешивая большой деревянной ложкой содержимое кастрюли, чтобы избежать образования пузырьков.

“Этот красивый зеленый цвет! На данном этапе трудно представить, что к моменту завершения приготовления, полученная смесь станет янтарного оттенка. Но даже так…” — не переставая мешать лекарство, Рише оглянулась.

— Эм-м, — обратилась она к молодому человеку, стоящему позади нее и не сводящего с нее глаз, — что вы здесь делаете, сэр Йоэль?

— М-м, — бывший старший Рише окинул кастрюлю сонными глазами и моргнул. Уже некоторое время каждый раз, когда девушка подходила к столу или к кастрюле, рыцарь Шарги следовал за ней. Рауль же, которому было поручено присматривать за Йоэлем, удобно расположился на стуле неподалеку и молча наблюдал за их совместными передвижениями.

— Чем вы занимаетесь? Это не похоже на завтрак.

— Повара заняты приготовлением завтрака, и он будет подан в гостевой столовой. А это – лекарство.

— Лекарство.

— Да! — Рише кивнула и горделиво выпятила грудь. — Это противоядие, чтобы снотворное, которое мне дадут, не подействовало, когда меня поймают в качестве приманки!

— Наследная принцесса готовит для себя препарат, чтобы быть пойманной в качестве приманки?

Йоэль недоуменно воззрился на Рише, а она моргнула.

— А?

Когда она перевела взгляд на охотника, его выражение лица дало ей понять, что он солидарен с рыцарем Шарги.

— Ваше Высочество, хоть Его Высочество Арнольд и воспринимает ваши поступки как должное, но реакция Йоэля вполне оправдана.

— Эй, я же еще не наследная принцесса, и тем более не “Ваше Высочество”, — скорее по привычке возразила Рише, понимая, что не в этом суть проблемы. Но снотворному, которое дали похищенным женщинам и Йоэлю, можно было противостоять только, если она заблаговременно примет этот препарат.

“Мне бы очень хотелось заранее опробовать противоядие, чтобы убедиться, что оно работает”.

Вот только добыть и приготовить снотворное было сложно, поэтому выбора особо не оставалось. 

Мишель, скорее всего, отчитал бы ее за то, что она не провела должным образом все необходимые опыты, но за свою жизнь в качестве знахаря она также получила наставление от своего учителя Хакурэя, утверждавшего, что нужно доверять собственному опыту и интуиции.

“Остался еще вопрос касательно количества лекарства. В дополнение к тому количеству, которое было заранее привезено из императорского замка, нужно сделать еще больше здесь...”

Рише взглянула на другую кастрюлю. То, что в ней варилось, не было противоядием от снотворного. Это лекарство для лечения ран, изготовленное из совершенно других трав, обладающих обезболивающими свойствами. Она также заготовила его заранее, но препарат наиболее эффективен в течение двадцати четырех часов после последнего этапа нагревания в процессе приготовления.

Когда девушка проснулась, Арнольд еще спал. И даже, когда она осторожно выскользнула из его объятий, он не подал признаков пробуждения. В груди защемило, когда она вспомнила его безмятежное спящее лицо.

“Надеюсь, он спал мирно и спокойно. Однако не исключено, что он был измотан из-за травмы…” 

Рише никак не могла допустить, чтобы беспокойство по этому поводу отразилось на ее лице. Ранение кинжалом наследного принца стало бы крупным национальным инцидентом. Кроме того, сила Арнольда играет роль военного сдерживающего фактора. Вероятно, именно поэтому кронпринц не рассказал о своей травме. Потому и девушка тоже старалась вести себя как обычно.

Йоэль, не подозревающий о бушующих внутри Рише чувствах, сонно зевнул.

— Я рано встал… — рыцарь оценил содержимое кастрюли, не не проявил и толики интереса. — Сегодня же будет обсуждение стратегии, да? Я проснулся от предвкушения, что скоро предстоит бой на мечах…

“Даже в рыцарской жизни он вставал относительно поздно для стратегических совещаний перед миссией…”

Рише припомнила, как она изо всех сил пыталась его разбудить. Но, возможно, в такие дни он был способен вставать самостоятельно? Такая мысль иногда приходила ей в голову, но как бы она ни думала об этом, могла только представить, как Йоэль нерасторопно появляется в зале для обсуждения, сонно хлопая глазами.

Девушка взглянула на вьющиеся рыжие волосы и отметила, что они находятся в большем беспорядке, чем обычно.

“Старший Йоэль выглядит таким беззащитным, когда не держит в руках меч”.

“Если мы сможем перенести сражение на воду, то наша страна выиграет,” — неожиданно прозвучали в голове Рише слова из прошлого.

Это было уже в шестой раз, когда Арнольд убил своего отца и развязал войну.