— Интересно, для чего эти фонари спустили по каналу?

Рише никак не могла сдержать свое любопытство, наблюдая за развернувшимся зрелищем. Когда девушка намеревалась приблизиться к воде, Арнольд бережно взял ее за руку.

— Говорят, что они для молитвы.

— Молитвы?

Мужчина опустил глаза, проверяя устойчивость Рише, а после пояснил:

— Когда моряки отправляются в ночное плавание вдали от дома, то они пускают по воде огни, чтобы помолиться о безопасном путешествии.

— Неужели… — глаза Рише засверкали, когда, не выпуская руку Арнольда, она сделала шаг вперед. — В священном писании религии крушейд говорилось про “осколки звезд, плывущие по воде, что направляют корабли в спокойные воды”. Я слышала, что есть регион, где фонарики в форме звезд спускают в море из-за ритуала, основанного на этом писании.

— Скорее всего это было сделано не из-за суеверия, а для того, чтобы было легче следить за приливами и отливами в ночное время.

В том направлении, куда Арнольд повернул голову, было море. Пусть его не было видно отсюда, но ветер доносил слабый запах соли.

— Для проведения этого ритуала необходимо заранее подать заявку. Так как канал является частью транспортного сообщения города, необходимо было внести некоторые изменения.

— Ясно. Вот почему Вашему Высочеству было об этом известно.

Трудно было представить, чтобы Арнольд проявил интерес к молитвенным ритуалам. Но если нечто подобно фигурировало в официальной заявке, неудивительно, что оно осталось в уголке его памяти.

— Давным-давно я услышала от наставника, который учил меня врачеванию, — Рише поправила выбившуюся прядь волос и посмотрела на сверкающую водную гладь, — про место, где по каналам плавают молитвенные фонарики и, заполняя собой все водное пространство, представляют собой волшебное зрелище. Мой учитель сказал, что не помнит точного местонахождения, что меня тогда очень разочаровало…

Это была ее вторая жизнь. Она помнила историю, которую услышала от своего учителя-лекаря Хакурэя, и позже пыталась отыскать это место во всех своих жизнях. Неудивительно, что ей это не удалось. Осознавая причину этого, Рише удовлетворенно любовалась каналом перед собой.

— Так это была история о Гархаине…

Это волшебное место находилось в стране, в которой Рише не была ни в одной из жизней.

— Ах! Взгляните, Ваше Высочество! — девушка неосознанно крепче сжала пальцы Арнольда, а другой рукой указала в сторону канала. — Этот фонарик. Он синего цвета, почти как цвет глаз Вашего Высочества!

— Верно.

— Такой оттенок самый красивый…

Однако свет фонарика едва пробивался, вероятно, потому что синий был близок по оттенку к черному. Для окрашивания бумаги, обхватывающей конструкцию фонарика, использовался краситель, но такой темно-синий цвет затруднял прохождение света.

— Одним из направлений развития алхимических исследований могло бы стать создание различных красителей. В некоторых отдаленных королевствах синий краситель стоит дороже, чем чистое золото.

— Спрос в империи также может возрасти. Ведь вышивка на твоем свадебном платье привлечет внимание к технологиям производства одежды в этом городе.

— Ах! Большая свадебная церемония члена королевской семьи имеет восхитительный эффект, поскольку делает экономику страны более оживленной.

Не сводя глаз с чарующего пейзажа, Рише поняла, что хотела бы попробовать создать что-то новое. Ее сердце учащенно забилось в груди от предвкушения.

— Ваше Высочество?

Арнольд, стоявший рядом с ней, казалось, все это время смотрел только на ее профиль. Когда она вопросительно наклонила голову, кронпринц заговорил:

— Даже в первый день пребывания в этой стране ты с удовольствием смотрела на городской пейзаж. Я еще тогда сказал, что совсем этого не понимаю.

Он говорил о дне, когда Рише убирала виллу, а после вместе с ним смотрела на имперскую столицу с балкона. Его слова прозвучали как нечто из далекого прошлого.

Девушка взволнованно спросила:

— А сейчас… Сейчас вы можете понять?

— Нет. Но, — после категоричного отрицания он все же добавил, — я вижу, как это ценно для тебя.

От такого заявления Рише слегка вздрогнула.

“Его Высочество принц Арнольд должно быть знал, что этот ритуал основан на писаниях крушейд”.

Пусть его не интересовали молитвы, но он просматривал заявки. И для Арнольда, чья мать была жрицей, и который презирал все, связанное с Орденом, этот ритуал не был чем-то приятным.

“И все же, он привел меня сюда”.

Фонарики мерно покачивались на воде. Огонь, что помогал отправляться в плавание, также зажег яркий свет и в сердце Рише.

— Благодарю вас, Ваше Высочество, — когда девушка счастливо улыбнулась, кронпринц прищурил глаза, будто посмотрел на что-то ослепительное. — Это очень-очень красиво.

Мог ли Арнольд догадаться, что она готова расплакаться?

Он поднес свободную руку к ее щеке и провел по уголку глаза, смахнув влагу. В его глазах не было никаких эмоций, когда он опустил руку, но его голос был мягким, когда он сказал:

— Я не знаю ничего прекраснее тебя.