## 149 Глава

– Именем закона Иггдрасиля, ты будешь покарана, Франческа.

Расстояние – ничто, до сердца рукой подать.

Красный клинок, готовый вонзиться в Франческу.

Времени на защитные меры против Клеменса нет совершенно.

Ни одно из заранее подготовленных заклинаний на случай боя с ней не сработает – даже для минимального действия требуется хоть какое-то движение. Не успеть!

С быстротой молнии, прежде чем Франческа успела осознать угрозу.

Смертоносная аура хлещет вокруг, клинок нацелен точно в жизненно важный орган.

– Ка-га-гак!

Колебание тени Древнего Дракона.

И словно возникшее из ниоткуда, невидимое препятствие останавливает смертельный выпад.

Слабое ощущение, которое Франческа уловила от Древнего Дракона мгновение назад. Она не понимала, что это, но оно защитило ее.

– Это… прислужник?

Брови Клеменса, намеревавшейся безжалостно пронзить тело некроманта, заметно дрогнули.

– Когда…?!

В мимолетном мгновении.

Франческа догадалась, кому принадлежит невидимый защитник. Но как, когда и каким образом он предвидел ситуацию и подготовился – оставалось загадкой.

Сейчас главное – в действиях Клеменса появилась брешь.

И упускать этот момент нельзя…!

Пока невидимый прислужник, чью природу она не могла определить, защищал ее, искря от столкновения,

Франческа лихорадочно тянется рукой, намереваясь вложить свое уникальное умение в кости.

***

– …О. Похоже, я вовремя, – пробормотал я, сидя в неприметном месте и ощущая активацию заранее внедренного прислужника.

Слияние двух моих любимых фамильяров: Адуки, способного к трансформации в тень, и огромного Тэсани, умеющего становиться невидимым.

Получившееся существо – невидимая тень – было скрыто внутри тени Древнего Дракона еще на третий день фестиваля.

Я надеялся, что вмешиваться не придется, но если бы Франческа пала от удара Клеменса, это создало бы ненужные сложности.

Я ведь даже предупреждал ее о Клеменсе… Видимо, ее беспокойство было настолько велико, что мой фамильяр среагировал сам.

Ку-гу-гунг!

Следом накатила волна колоссальной маны.

В Академии, парящем городе, не бывает землетрясений, но происходящее ощущалось именно так.

От мощного выброса маны дрожала земля.

Содрогался воздух.

Расстояние не позволяло услышать грубый рев этого порождения истории, но его ярость словно эхом отдавалась в моих ушах.

«Призыв Души».

Уникальное умение Франчески, о высочайшем уровне исполнения которого можно было судить уже сейчас.

Я усмехнулся.

– Франческа отлично справляется.

Но выводы пришлось отложить.

– М?

Кресло, на котором я сидел, вдруг проявило признаки самостоятельности, пытаясь сдвинуться с места. Я тут же вплел в его структуру проклятие, обездвижив.

Ах да, я ведь не рассказал о месте, где нахожусь, и о самом кресле.

Я сейчас в малом театре Академии, в одиночку обеспечивая безопасность находящихся здесь людей.

– Н-неужели до этого дошло… Кхе…!

– Разве он не первокурсник? Даже если это часть мероприятия, разве можно так с сеньорами… это вообще законно?

Наблюдавшие за мной посторонние шумели.

Некоторые были явно напуганы, что, честно говоря, меня удивляло. Я ведь тут играю роль героя, а их взгляды полны страха, направленного не на второкурсников, а на меня.

Что я такого сделал?

…Неужели из-за этого?

Я опустил взгляд на то, что служило мне креслом. На вид – обычные второкурсники. Но внутри – хаос спутанных потоков маны и парализующая магия, изрядно их потрепавшая.

Я просто сложил их в удобную для сидения форму.

Итого, восемь второкурсников обеспечивали мне комфортное кресло.

Не то чтобы я как-то издевался над ними или проявлял садистские наклонности. Просто не хотел, чтобы меня отвлекали.

А поскольку мой обычный «кресло-Адуки» был занят, пришлось импровизировать.

От этой мысли меня охватило легкое чувство одиночества.

В этот момент издалека ко мне неспешно направился мужчина.

– Негоже так поступать со старшими.

Его походка была странной.

Словно плыл по облакам, легкий, как перышко.

Но торс… накинутый на длинное копье, словно белье на веревке.

Зевнув во всю ширь, он продолжил:

– Барган. Я издалека понял, что это ты. …Похоже, моим товарищам по курсу довольно комфортно.

– Пертиг-семпай.

– О… ты меня знаешь? Странно. Я не припомню, чтобы делал что-то примечательное в Академии, но меня узнает довольно много младших курсов.

– Я просто помню имена и лица всех студентов Академии. Это вырвалось машинально.

Пертиг протяжно вздохнул, словно ему было лень даже говорить.

Я пожал плечами и поднялся.

Второкурсник Пертиг.

Мастер копья, скрывающий свою истинную силу.

В оригинальном сюжете именно он должен был сразиться с командой Артелиона во время фестиваля. Но сейчас он стоял передо мной.

Я с нарочитой непринужденностью спросил:

– Столько мест, столько людей… какая особая причина привела вас именно сюда, именно ко мне?

– …М-м, боюсь, ты зазнаешься, если я скажу… а, впрочем, ты и так зазнаешься. …Причина проста.

Он ответил:

– Ты самый сильный.

Нужно поймать главаря, чтобы этот фестивальный бардак поскорее закончился, заявил он, перехватывая копье.

Одно лишь движение – и в нем чувствовалась рука мастера.

На лице – выражение смертельной усталости, но за этой расслабленностью скрывалась абсолютная концентрация.

Ни намека на беспечность.

Сделай я хоть шаг в его сторону – и меня накроет шквал молниеносных ударов.

– Ч-ч-чик.

Да, именно «молниеносных».

На острие его копья слабо потрескивали разряды голубого электричества. Очень похоже на техники нашего главного героя, Лиама.

Если проводить аналогии, Пертиг был, по сути, его улучшенной версией.

Пути меча и копья расходятся, но корни у них одни и те же.

Он принял стойку, а я огляделся, словно невзначай упомянув:

– Пертиг-семпай, вы уверены, что правильно делаете, вступая в бой именно со мной?

– …Правила гласят, что второкурсники сражаются с первокурсниками. Я не то чтобы горю желанием. …По правде говоря, сейчас я бы с удовольствием завалился спать.

– …Понимаю.

Я прищурился, снова оглядываясь.

Сейчас здесь не было никого, кроме нас.

Я, поверженные восемь второкурсников, посторонние.

И…

– Семпай, вам знакомо имя «Блюранс»?

– …Блюранс?

– Да, фанатичный приверженец культа Богини, одержимый боями. Говорят, он один из сильнейших кандидатов на пост нового архиепископа.

– К сожалению, такое имя мне не знакомо.

– Неужели?

Я театрально вздохнул.

Затем вызвал в ладони магию разложения.

Черный туман со сполохами искр окутал руку.

Я произнес:

– По слухам, этот Блюранс скрывается в Академии. И его цель – уничтожение Академии… и убийство директора, Гульремасии.

Я нарочно переигрывал с реакцией.

– Ну не смешно ли? Что он себе возомнил?

Словно издеваясь над несуществующим противником.

– Схватить Гульремасию? Какой вздор! Ещё не архиепископ, а уже строит из себя наместника бога, замахиваясь на вершину магической иерархии.

Я прикрыл рот рукой, словно сдерживая смех.

– Да он рядом с Гульремасией и пошевелиться не успеет, раздавят, как букашку. Разве нет?

– ……

– Что с вами, семпай? Вам не по себе… или нет.

Я всмотрелся в лицо фехтовальщика.

– Кажется, вам очень даже весело.

Уголок рта вечно сонного фехтовальщика пополз вверх, обнажая все красные десны, растягиваясь до самого уха.

В его глазах заблестел безумный огонь.

– Кахахахах!

Словно доктор Джекил и мистер Хайд, его манера речи и характер кардинально изменились. Пертиг огрубел.

Его второе имя, Блюранс, один из сильнейших епископов, раскатился хохотом по театру.

Человек с двумя личностями.

Пертиг Блюранс.

Его истинная сущность должна была раскрыться позже, во время трагических событий на втором году обучения, но я решил ускорить этот процесс.

– Невероятно! Никогда бы не подумал, что случится что-то настолько забавное! Каха, кахахах!

Атмосфера изменилась.

От его густой, зловещей магии перехватывало дыхание, словно вокруг собирался ядовитый газ.

Посторонние в тревоге прижимались друг к другу.

– Спасибо тебе, смертный! Ты подарил мне такой смех!

Я проигнорировал его слова, мысленно оценивая ситуацию.

Адуки и Тэсани остались в гробнице с Франческой и Клеменсом.

Мое собственное уникальное умение накладывало ограничения на мою ману.

В общем, ситуация была явно не в мою пользу.

– До чертиков интересно, как ты обо мне узнал, но еще больше меня заводит мысль о битве с тобой, от этого мозг просто взрывается от предвкушения!

…Ах да, я ведь не закончил рассказ об исходе применения уникального умения Франчески.

Некромант Франческа, представившая Древнему Дракону плод сотрудничества с отцом, Никласом.

Уникальное умение, основанное на их сердечных ядрах, в этот раз, как и ожидалось…

– Ты мне нравишься за твою назойливость! Так и хочется убить тебя прямо сейчас и сделать из тебя труп!

…потерпело явный «провал».

И это был вполне предсказуемый результат.

***

– Гнетущая, ядовитая мана… сколько же там тяжелых душ, – пробормотала Лиэль, сидевшая на открытой площадке вместе с другими посторонними, в том числе и со своими братьями.

Жрица Лиэль нахмурилась, ощутив резкое изменение атмосферы.

– Если грубо прикинуть, там бродит масса жизней, сопоставимая с несколькими тысячами. Что это вообще такое?

Лиэль вопросительно посмотрела на свою сестру Лину, но ее взгляд был направлен совсем в другую сторону.

Лина отбросила свою обычную напускную беспечность, сосредоточенно и остро наблюдая за происходящим.

Один из первокурсников, защищавших посторонних, сглотнул и пробормотал:

– Э-это… нештатная ситуация…? Что-то случилось?

– А ты сам не видишь? Закрой рот! С нами же второкурсники. Как-нибудь справимся…

– «Как-нибудь»?!

– Хватит ныть, лучше вложи ману в щит! Если он рухнет, нам всем конец!

Первокурсники и второкурсники сообща создали защитный барьер вокруг посторонних.

За его пределами кишели скелеты-солдаты, служащие своему новому хозяину, и яростно пытались прорвать оборону.

Солдаты Франчески – но теперь это были не те потрепанные бойцы с недостающими доспехами и оружием.

Это были полностью экипированные воины, готовые к бою, с маной, доведенной до предела.

Студенты Академии держались из последних сил, но если бы защита прорвалась хоть в одном месте, барьер рухнул бы мгновенно.

Лина напряженно следила за происходящим, и Лиэль тоже обратила на это внимание, но ее беззаботность никуда не делась.

Немного помедлив, Лиэль спросила у сестры:

– Лина, думаешь, нам стоит вмешаться?

– …Похоже на то, сестренка.

– Белло тоже так считает?

– Кажется, это чрезвычайная ситуация. Лиэль, делай, что хочешь.

Получив разрешение от Белло, Лиэль радостно и широко улыбнулась.

– Вот как…

Она уверенно вышла вперед, к барьеру.

Другие посторонние попытались ее остановить, но Белло вежливо их отстранил.

Лиэль постучала по барьеру, рассматривая его, а затем обратилась к растерянному парню, стоявшему рядом:

– Эй, убери барьер. Я не могу выйти.

– Ч-что за глупости ты несешь! Отойди, иначе пострадаешь!

На слова незнакомого парня Лиэль удивленно указала на себя.

– Я…? Это ты мне?

– А кто тут еще? Не мешай тем, кто старается, лучше помоги…

– Пхахаха! Да кто кого тут защищает!

Лиэль расхохоталась.

Она просто не могла сдержаться.

Лина укоризненно покачала головой, указав на ее невоспитанность, и Лиэль наконец успокоилась, хотя слезы на глазах говорили о том, насколько смешной казалась ей ситуация.

Вытерев слезы, Лиэль произнесла:

– Судя по тому, как ты грубишь и несешь чушь, ты какой-то деревенщина из глуши, выходец из простых смертных, верно?

– Ч-что…?

– Ты хоть знаешь, что это за семья – Шугенхарц?

Не знаешь? Сейчас узнаешь. Отойди.

С этими словами Лиэль оттолкнула парня, который изо всех сил поддерживал барьер.

В том месте, где он стоял, защита ослабла, и весь барьер задрожал.

В ужасе парень и окружающие его попытались остановить Лиэль.

– Спасибо, братик.

Но магическое поле, созданное Белло, парализовало всех, кто пытался помешать Лиэль, включая посторонних и студентов Академии.

Лиэль мило подмигнула и посмотрела на того самого парня, который пытался предостеречь ее.

– Запомни хорошенько. Наша семейное дело – управление и продажа подземелий. Понимаешь, о чем я?

Ну да, куда тебе, деревенщине.

Лиэль презрительно фыркнула и выпустила свою ману.

От нее и стоявших рядом Лины и Белло посыпались голубые кристаллы, разлетаясь во все стороны.

Заняв свои места, они тут же слились воедино.

Сотни искусно сплетенных заклинаний одновременно вспыхнули светом.

– Мы, конечно, не такие извращенцы, как некоторые, и не собираем самых редких и сильных монстров… вернее, «не хотим». Но и это – сущий пустяк.

Число призванных фамильяров с легкостью превосходило количество скелетов-солдат.

Эти хорошо обученные и всегда находящиеся в идеальной форме чудовища беспрекословно подчинялись лишь «одному имени».

– Мы – Шугенхарц.

Фамильяры приготовились к битве со скелетами.

Защитный барьер полностью исчез. Самодовольно усмехаясь, Лиэль произнесла:

– И после этого имя Шугенхарц все еще кажется тебе пустым звуком?

Ее улыбка, как ни крути, была поразительно похожа на улыбку Баргана.