## Глава 134

— Фестиваль Академии уже не за горами. …Я обеспокоен, стоит ли впускать посторонних.

Люди, собравшиеся за огромным круглым столом.

В этом месте, где заседали десятки фигур, каждое оброненное слово могло изменить равновесие мира.

Правда, сами они не были людьми из плоти и крови – лишь голографические проекции, весьма похожие на человеческие.

«Круглый стол».

Совещание влиятельнейших фигур из разных сфер, связанных с Иггдрасилем.

Проводилось оно регулярно, либо внезапно, при возникновении нештатных ситуаций.

Раз в год они встречались лично в Центральной церкви, но на этот раз проходило обычное заочное заседание.

Голограмма, изображающая короля Дюртмунда, слегка шевельнулась и продолжила свою мысль:

— Чтобы претендовать на роль Альтифа второго уровня опасности, Альтифы третьего уровня в последнее время стали слишком активны. Епископы вполне могут попытаться проникнуть в Академию под шумок фестиваля.

В его словах была логика.

Разгромить Академию, кузницу героев, – отличный способ продемонстрировать свою силу.

И повысить свои шансы занять освободившийся пост великого инквизитора.

В подтверждение слов короля Дюртмунда замерцала еще одна проекция.

— Осторожность не помешает.

Голос принадлежал довольно молодому мужчине, как для здешних заседателей.

Он четко и хладнокровно обозначил проблему:

— Академия уже допустила одну ошибку, и Альтифы могут попытаться воспользоваться этим, недооценив ее защиту.

Под "ошибкой" он подразумевал нападение великого инквизитора Джагана и других епископов во время выпускных экзаменов в первом семестре.

Словно соревнуясь с другими выступающими, ошибку Академии подметил ректор «Ликейона», еще одной академии героев, существующей наряду с первой.

Таких учреждений во всем мире было всего два.

— …

Ректор Академии, Гулемасия, скривился, словно выпил горького кофе, и погладил бороду.

Это была его горькая неудача – не суметь должным образом защитить своих подопечных.

В ответ на молчание Гулемасии заговорил другой, самый влиятельный член Круглого стола.

— Фестиваль в Академии… пройдет по расписанию.

Святой император Риоберго.

Его голос заставил замолчать большинство, кто уже приготовился было высказаться.

Главы местных церквей.

Руководители престижных учебных заведений.

Пятеро героев, которых считали сильнейшими воинами современности.

Императоры, короли и вожди разных империй…

Все они, вершители судеб в своих областях, перед высшим авторитетом церкви Иггдрасиля превращались в кротких овец.

Святой император Риоберго шевельнул сухими губами:

— Фестиваль Академии – это священное ежегодное событие, посвященное Иггдрасилю. …Если его отменить, это вызовет тревогу среди людей.

Отмена ежегодного богослужения явно продемонстрировала бы всему миру, насколько неспокойно в Академии и, в целом, в мире.

Примут ли они участие в фестивале или нет, эта новость быстро разлетится по всему свету.

Люди впадут в панику, а Альтифы воспрянут духом.

Поэтому фестиваль нельзя отменять.

Но как же риски?

У Риоберго был свой план:

— …Всем известно, почему Альтифы до сих пор не смогли уничтожить Академию.

В зале повисла тишина.

Слышались лишь потрескивания помех связи. Никто не перебивал Риоберго.

Не только из-за его власти, но и потому, что все и так прекрасно знали, о чем он говорит.

Причина, по которой Альтифы до сих пор не смогли стереть Академию с лица земли, заключалась в…

— …абсолютной системе защиты, созданной «Первым Магом» при основании Академии… и…

Риоберго повернул голову, его голограмма замерцала.

Его старческий взгляд устремился к другой, не менее старой фигуре.

— Мой давний друг, Гулемасия.

Человек, не только обладавший колоссальными запасами маны, но и достигший трансцендентности в десятках магических дисциплин.

Обычный гений за всю жизнь едва ли достигнет трансцендентности в какой-то одной области, а тут речь шла о гении в квадрате.

Именно благодаря его достижениям никто не смел оспаривать его бессменное руководство Академией.

— …Пока они оба стоят на страже… чего нам бояться?

Альтифы и в самом деле относились к Гулемасии с величайшей опаской.

Его прошлые деяния врезались в их память и до сих пор передавались из уст в уста.

— …Хо-хо-хо. Благодарю за столь высокую оценку старика.

Гулемасия издал смешок, больше похожий на кашель. Впрочем, в отличие от бодрых слов, голос его звучал утомленно.

Ответ Гулемасии прозвучал уклончиво:

— Милость и похвала святого императора, конечно, приятны, но… я уже стар и не так проворен, как прежде.

Гулемасия дал понять, что не уверен, сможет ли он адекватно отреагировать в случае опасности, но святой император покачал головой:

— Друг мой Гулемасия. Разве не говорят, что магия подобна вину? Даже если твое тело одряхлело, твоя мана и магия стали лишь насыщеннее.

Святой император говорил умоляющим тоном.

Он понял, что Гулемасия намерен отойти от дел.

— Гулемасия, не спеши списывать себя со счетов. …Этот мир все еще нуждается в тебе.

— …

Гулемасия промолчал.

Повестка дня перешла к следующему вопросу.

В мире царил хаос, а времени и ресурсов катастрофически не хватало.

***

— …Именно поэтому. Фестиваль точно пройдет по расписанию. Если, конечно, Академия не рухнет в тартарары.

Эти стариканы наверняка придут к такому выводу. Пока что беспорядки, устроенные епископами, не идут ни в какое сравнение с катастрофой.

Академия, хоть и подчиняется церкви, не станет отменять фестиваль из-за недавней активности Альтифов.

Я сидел в лаборатории и рассказывал Лиаму о наиболее вероятном развитии событий. Он внимательно слушал, серьезно кивая.

— …Логично. И что же нам делать…?

— А что тут сделаешь? Или ты опять хочешь отменить фестиваль, как в прошлый раз?

— …

Лицо Лиама помрачнело от неприятных воспоминаний о выпускных экзаменах.

— …Если честно, мысль отменить фестиваль меня посещала, но… я не уверен, что справлюсь.

— Боишься, что опять пострадают невинные?

— …Ага.

— Ну наконец-то ты начал думать как человек.

Я усмехнулся.

Отменить фестиваль?

Глупость несусветная. Этот кризис – одновременно и шанс.

Франческа и связанный с ней инцидент на фестивале.

Силы секты Богини, засевшие в Академии.

Даже с учетом досрочных выборов великого инквизитора, появится шанс убить епископов, чья мощь едва ли уступает его силе.

Если бы выгода от отмены фестиваля была хоть сколько-нибудь сопоставима, я бы еще подумал. Но это не так.

…К тому же, чтобы отменить фестиваль, тоже потребуются усилия.

— И если ты снова задумаешь мне помешать, пеняй на себя. Я уже подумываю о том, чтобы запереть тебя где-нибудь на время фестиваля, дабы избежать неприятностей.

— Хорошенькое дело, говорить такое в лицо тому, кого собираешься заточить…

— А почему бы и нет?

Для Эмили, которая наверняка планирует провести фестиваль с Лиамом, это будет жестоким ударом, но я вполне серьезно рассматривал такой вариант.

Лиам покачал головой:

— Постараюсь не мешать. Я же говорил, хочу помочь.

— Зачем было добавлять это «постараюсь»? Не уверен в своих силах?

— Просто… не могу доверять тебе на все сто. …Мое доверие сейчас где-то на уровне 50%.

Слова Лиама означали, что целых 50% его сомнений по поводу моих действий развеялись.

А ведь поначалу он протестовал по любому поводу…

И хотя мне плевать на его жалкое одобрение, забывать о том, что он главный герой, нельзя.

Главный герой… главный герой. Он может пригодиться… фух.

Я взял себя в руки и сказал:

— Можешь засунуть свое доверие куда подальше. Просто не мешайся под ногами.

Сказал я это далеко не дружелюбным тоном.

Лиама это, похоже, не удивило.

— …Типичный ты. Оригинальный Варган, кажется, был не таким… ладно, раз уж выдалась возможность, можно задать пару вопросов?

— Вопросы по сюжету?

— Вроде того.

Лиам, видимо, передумал обсуждать фестиваль, решив, что у него есть другие дела. Или же у него на этот счет был свой план.

Такая возможность выпадала нечасто, а времени до следующего дела оставалось немного, поэтому я разрешил задать вопросы.

— Валяй.

— Как тебя зовут по-настоящему?

— Ха…

От такого тупого вопроса я невольно выдохнул.

На его месте я бы попытался выведать что-нибудь действительно важное, что помогло бы мне в будущем.

А его интересует лишь мое имя и национальность. Узнать, знаком ли я с ним из его прошлой жизни…

…Мог бы он не быть таким похожим на главного героя?

Не дождавшись ответа, Лиам неловко почесал затылок:

— Понимаю, вопрос не из полезных. …Но все же, раз уж мы оба из другого мира, было бы неплохо знать имена друг друга, разве нет?

— Лучше бы ты не знал.

— Не хочешь говорить? Возраст тоже секрет?

— …

Мой презрительный взгляд говорил сам за себя. Лиам, не выдержав, отвел глаза и вздохнул.

— Знаешь… я многое переосмыслил.

— Переосмыслил?

— Да. И то, как я вел себя с Алисией… и многое другое. Кажется, я смотрел на все слишком узко.

— Узко, неэффективно и безответственно.

— …Ну да, есть такое. …Хотя, если уж совсем честно…

Лиам криво усмехнулся, вспоминая прошлое:

— Видеть, как отъявленный злодей держит главную героиню в служанках… сложно было отнестись к этому с пониманием.

— И где же твое раскаяние? Оправдания так и прут.

— Да-да, ты прав. …В общем. Алисия, Эмили, Эрика, Фин… да много кто еще. Я видел, как ты меняешь их жизни к лучшему, хотя поначалу не хотел этого замечать.

Лиам признался, что, даже понимая, что я действую в своих интересах, не мог не признать позитивных изменений в судьбах других персонажей.

Алисия, исцелившая свои душевные раны.

Эмили, вновь обретшая уверенность в себе.

Эрика, избежавшая судьбы злодейки.

Фин, нашедший свой путь к силе…

— Признаю, Варган, ты ведешь историю к финалу, где все будут счастливы. В отличие от оригинала.

— …

— А я… я ничего не сделал. Только создавал проблемы…

— Ты слишком много болтаешь. У меня скоро другие дела, заканчивай.

Я отмахнулся от него, показывая, что мне наскучило слушать его откровения. Лиам усмехнулся, как будто ожидал такой реакции, и перешел к главному:

— Прости за все.

Он заговорил быстрее, не давая мне вставить ни слова:

— Не важно, доверяю я тебе или нет, я просто хотел извиниться как следует. …Ну и, конечно, было бы неплохо поладить землякам. Тут ведь больше не с кем поговорить о нашем мире.

Видя его неожиданно серьезный взгляд, я встал с места.

— И это все, что ты хотел сказать? Пустые слова.

И направился к выходу из лаборатории.

Время, отведенное на разговор с Лиамом, истекло, пора было заниматься другими делами.

— Так ты не скажешь, как тебя зовут? И сколько тебе лет? А я бы мог рассказать.

Пропуская его слова мимо ушей, я уже собирался выйти, но напоследок решил все же ответить на один из его вопросов.

В этом мире это, может, и не имело значения, но в нашем мире возраст многое значил в отношениях между людьми.

Пусть знает свое место.

— Я старше тебя.

Дзыньк.

Я вышел из лаборатории и направился по коридору.

Дел было невпроворот.

Как же быстро летит время.

Ускорив шаг, я вдруг вспомнил слова Лиама.

Что я веду историю к счастливому финалу?

Да уж, это точно.

Если бы он знал, что я устрою на фестивале, точно бы позеленел от ужаса.

— Тук-тук.

Франческа, одна из главных героинь романа, влюбленная в Лиама.

Сможет ли он и дальше петь мне дифирамбы, когда увидит, как она гибнет от моей руки?

Что-то мне подсказывает, что нет.