Я схватил наши рюкзаки и последовал за Кэти к бассейну.

— Чем сперва займеся? — Спросил я. — Покупаемся или пофотографируемся?

— Покупаемся, — ответила она. — Боже, какая я же липкая между ног!

Кэти сняла одежду и показала трусики, насколько они мокрые.

Сев на полотенце, она откинулась назад и широко раздвинула ноги.

— Ты видишь, какая я мокрая? — спросила она меня и просунула в себя палец. Когда она убрала палец, он был покрыт ее соками.

Я положил наши рюкзаки в тень под деревом и снял с себя одежду, присоединившись к Кэти в бассейне.

Вода была освежающе прохладной, и я несколько раз нырнул, смывая пот с моего тела.

После того, как мы высохли, Кэти предложила нам направиться к следующим бассейнам, где были наскальные рисунки, пока солнце не взошло, и не стало жарче.

Это заняло не больше получаса, как она предсказывала.

Как только мы прибыли на место, я положил наши рюкзаки в тени около скалы и расстелил наши полотенца на солнце поблизости.

Здесь было два бассейна; оба больше, чем там, откуда мы только что пришли, но не такие глубокие.

Кэти указала на наскальные рисунки, вырезанные в задней части впадины в скале, показывая изображения рыб, и мужчин, охотящихся вдоль берега с копьями.

Мы сняли одежду, положили ее на солнце, и Кэти начала настраивать камеру.

Я сел на полотенце, наблюдая за ее работой.

Я всегда был очарован, наблюдая за Кэти за работой с камерой; казалось, вся ее внимание в этот момент было сосредоточено на том, что она делает, когда наклонялась над ней, или смотрела на что собирается снять, как будто она уже могла увидеть, как получится фотография. Я вытащил камеру из сумки и посмотрел в видоискатель на ее лицо. Я пододвинулся так, чтобы ее лицо попало в кадр, и я сделал несколько снимков. Может, у неё все получится, подумал я.

Кэти провела следующий час, отсняв два рулона пленки; потратив несколько минут на настройку каждой серии, а фотографий.

Она не обращала никакого внимание на все остальное; как будто только существовала камера. Передвигаясь из стороны в стороны, она тихо разговаривала сама с собой, как будто объясняла себе, как она хочет, чтобы выглядели фотографии.

Мне удалось сделать тоже около двадцати фотографий, но все они были почти одинаковые, почти на каждой из них была Кэти, как она возится с камерой.

Несмотря на то, что она была полностью обнажена, ни на одной из фотографий нельзя было это увидть, хотя и меня разбирало искушение сделать несколько снимков позади нее.

Она склонилась над своей камерой, ее задница указывала прямо на меня, и с ее ногами, слегка раздвинутыми для равновесия; у меня был прекрасный вид на ее киску. Но я решал оставить на будущее подобную съемку.

— Фух, становится жарко, — сказала она, начиная упаковывать фотоаппарат. — Можно мне попить воды, надеюсь, она еще холодная?

Я передал ей бутылку, и она сделала глубокий глоток. Вода была прохладной, не холодной; лед почти полностью растаял в бутылках.

— Пойдем, искупаемся, чтобы поостыть, — сказала она и нырнула в бассейн.

Я нырнул вслед за Кэти; вода была освежающе прохладной — не ледяной — и я проплыл до конца бассейна под водой. Он был не такой уж глубокий, как первый бассейн; возможно, пять футов на самой большой глубине.

Мы поплавали, сделав несколько кругов вокруг, а потом вылезли, чтобы полежать на солнышке. Вскоре мы уже целовались и касались друг друга.

Кэти притянула меня к себе, прижимая мои губы к себе, пока мой рот не оказался у нее на груди. Я прижал губы к соску и начал его сосать, скользя языком вокруг набухшего бутона.

Кэти тихо постанывала, когда я сосал сначала одну, а затем другую грудь, как можно глубже всасывая столько ее мягкой плоти в рот, сколько мог. Я провел рукой между ее ног, медленно поглаживая ее киску, чувствуя, как ее губы начинают набухать и раздвигаться, выделяя влагу, которая сочилась вокруг ее промежности. Я медленно опустился вниз по ее телу, позволяя губам и языку оставить влажный след вокруг ее живота; даже надавил кончиком языка на ее пупок, заставляя ее захихикать. В конце концов, мои губы коснулись тонкой полоски лобковых волос над ее киской. Кэти раздвинула ноги шире, чтобы облегчить мне доступ, и начала тихо постанывать.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня там, — тихо сказала она. — Мне так нужен твой язык…

Я провел языком вокруг и наклонился ниже, прижимая язык к ее влажной киске.

Я лизал и сосал киску Кэти, и она довольно быстро кончила. Я не стал останавливаться, как только она кончила, но я немного изменил положение, лежа на полотенце, чтобы я мог скользить пальцем внутри нее, пока я продолжал лизать и сосать. Через несколько минут она кончила во второй раз, громко закричав, когда ее оргазм пронзил её тело.

— О, вау! — сказала она, как только смогла отдышаться. — Это было просто фантастически; есть что-то действительно дикое в том, что мы делаем это на открытом воздухе. Теперь моя очередь оказать тебе услугу, давай ложись на спину.

Как только я лег на полотенце, Кэти села верхом на мою грудь.

Она слегка приподнялась, потерев пальцами о киску, чтобы немного увлажнить их. Затем она начала гладить мою головку, растирая соки по члену, с каждым движением. Я ощущал, как она слегка покачивается взад и вперед и трется мокрой киской о мою грудь.

— Я хочу, чтобы ты выстрелил мне на груди, — сказала она, слегка задыхаясь. — Мне нравится, когда ты кончаешь на них.

— Я скоро кончу, если ты будешь так продолжать, — сказал я.

Прошло всего несколько минут, и мой член выстрелил на Кэти.

Я не мог видеть, куда попала сперма, но она продолжала дрочить мой ствол, когда второй поток хлынул в ее груди.

Когда я закончил кончать, она оттолкнула меня от себя, и я увидел ее груди, покрытые моей спермой; на каждой из них остался липкий след, когда она стекали по ее прекрасной коже.

— Мммм, такое приятное чувство, — сказала она, когда начала растирать семя по её груди.

— Фух, — воскликнул я. — Теперь мне действительно нужно еще поплавать, но мне нужна твоя помощь, чтобы встать!

— Давай, лентяй! — сказала она, протягивая мне руку, чтобы помочь подняться. — Я тоже хочу помыться!

Мы провели еще полчаса или больше, купаясь в прохладной воде; сначала мы вымылись, а затем просто наслаждались прохладной водой вокруг нас.

Около полудня наши желудки дали нам знать, что пришло время перекусить, поэтому мы голые уселись на наши полотенца, принимаясь за обед.

— Так что скажешь, про ту парочку? — спросила она. — Тебя они возбудили.

— Разумеется, — ответил я. — Я никогда не видел, чтобы кто-то делал это раньше. Не то, чтобы я действительно смог всё это разглядеть, мы ведь были не так уж и близко.

— О, а я многое разглядела через объектив, — усмехнулась Кэти. — Меня это тоже возбудило. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как получатся фотографии. Интересно, как мы выглядим? — задумалась она. — Как бы ты себя ощущал, если бы знал, что за нами кто-то наблюдает?

— Я не знаю. Не знаю, может быть, мне немного было стыдно.

— На самом деле? — мне показалось, что она удивилась. — Я думаю, что я бы возбудилась, если бы узнала, что другие люди наблюдают за мной… вернее, наблюдают за нами и возбуждаются на то, что мы делаем. Вот смотри, когда мы делали подобное на лодке, с Лори и Джанель, тебе ведь не было стыдно, не так ли?

— Нет, но это было совсем другое дело. Мы все договорились заранее. Кроме того, Лори и Джанель — хорошие подруги, и не подглядывали за нами.

Я действительно не знал, что сейчас отвечать.

— Да, может быть, ты и прав, — ответила она.

Но я то знал, что она на самом деле обо всём этом думает.