Часть 1

Выйдя из поезда, он увидел город, который был покрыт снегом.

Стоя на платформе, Тодзё Басара чувствовал, как холодный утренний воздух пронизывает его насквозь.

Это ощущение заставило его остановиться на месте и посмотреть на прозрачное небо.

— “Это немного похоже на зимний воздух в Деревне.”

Это было место, где он когда-то проводил дни своей жизни, наверняка и сейчас оно было покрыто снегом.

Однако нынешнее место заметно отличалось от Деревни.

Здесь царила оживленность, исходившая от разговоров и шагов массы прохожих.

Такова судьба знаменитого туристического места. На этой остановке, как и он, сошли многие другие туристы, создавая волну людей, направляющихся к билетным воротам.

Остановившись среди оживленного движения толпы, он почувствовал себя так, словно его бросили.

— Что случилось, Тодзё? Нам тоже пора идти.

Вслед за этим некто взял его за левую руку.

Это была красавица частной академии Хидзиригасака, медсестра - Хасэгава Тисато, которая пригласила его сюда. И в свете ее прихода...

— …

Басара снова был очарован, как и окружающие, которые проходили мимо них.

— “Она так прекрасна.”

Подготовившись к более холодной погоде в месте назначения, Хасэгава надела в этот день белое длинное пальто и теплый шарф из бараньего меха. Сколько бы раз он ни смотрел на ее нынешний вид, она всегда казалось ему феерической - гораздо более непохожой на ее повседневную форму.

— Что случилось?

— А, ничего... Извини, пойдем.

Заметив, что Хасэгава смотрит на него с озадаченным выражением лица, он смущенно наклонил голову вниз и извинился, после чего начал идти с ней к билетным воротам.

Сегодня, в третьи выходной января, Басара прибыл сюда по приглашению Хасэгавы - через несколько дней после того, как он и остальные вернулись из Мира Демонов.

Воспоминания некоторых преподавателей были изменены с помощью магии Марии и Зест, но они проявили сдержанность, чтобы не потревожить Клан Героев.

Они взяли с собой специальную батарею и чип для телефона, как у Дзина, и сообщили академии, что во время путешествия за границу попали в неприятности и неизбежно вернутся в академию позже, чем ожидалось. К счастью, даже с опозданием в несколько дней у них не возникло проблем с учителями и одноклассниками.

Правда, было одно исключение - полувампир Тачибана Нанао, который переживал, узнав, что Басара вернется в академию поздно положенного времени... Хотя Нанао пустил слезу радости, встретившись с невредимым Басарой.

Такигава, которого они видели недавно у вокзала, возобновил учебу в Академии Хидзиригасака. Вернувшись в мир людей перед спортивным фестивалем, он проник в академию вне учебного времени, и использовал магию изменения памяти. Он оперативно внушил им что он выполнил зимние задания и создал вымышленные проходные оценки, решив тем самым проблему перехода в следующий класс. Учитывая, что Такигава лишь минимально потрудился, чтобы совершить необходимое зло - подменить память некоторых преподавателей, Юки и Куруми решили, что герои не сочтут это серьезной проблемой.

Вернувшись к повседневной жизни, Басара отправился в лазарет чтобы навестить Хасэгаву.

Перед тем как отправиться в Мир Демонов, он получил от Хасэгавы несколько хороших советов.

Она советовала сохранять гибкость ума и не замыкаться в себе - благодаря этому Басара не ослеплялся тем, что было перед ним, и мог видеть картину в целом. Именно благодаря этому он смог разработать план против Бельфегора перед решающей схваткой с Леохартом и в итоге выполнил свой план почти что идеально.

В итоге её совет оказался чрезвычайно полезным во время их трудного путешествия, и Басара пришел к ней, чтобы выразить свою благодарность, на что Хасэгава ответила, что он может выполнить ее просьбу, если действительно чувствует себя в долгу перед ней.

— Эй, Тодзё, давай останемся на ночь у горячих источников, только мы вдвоем. 

Именно это она предложила ему с соблазнительной улыбкой на лице.

Со времен осеннего спортивного фестиваля Басару связывали тайные отношения с Хасэгавой.

Это были незаконные отношения школьника и медсестры, которые возникли по доброй воле при условии, что они не переступят последнюю черту: отношения между мужчиной и женщиной. После праздничной вечеринки, устроенной студенческим советом перед тем, как Басара и остальные отправились в Мир Демонов, Хасэгава насильно пригласила его в свою квартиру, где они испытали бесконечное влечение друг к другу.

В ответ на слезные мольбы Хасэгавы о том, как ей было невыносимо одиноко во время зимних каникул, когда они были врозь, Тодзё, конечно же, не смог ей отказать. Именно поэтому он был сегодня рядом с ней.

Часть 2

Пройдя через билетные ворота, дуэт первым делом направился к туристическому информационному центру, расположенному на территории станции.

Они пришли сюда не для того, чтобы спросить дорогу, а чтобы оставить свой багаж на временное хранение. Сразу же после того, как они оплатили услугу купюрой в тысячу иен и освободились от багажа, Хасэгава переплела свою руку с его рукой.

— Раз уж мы проделали такой длинный путь, нам не нужно думать о том, что думают другие, так что... Ты ведь не против, правда?

Она прижалась к Басаре, и в воздухе поплыл аромат ее сладких духов.

— Д-да... Конечно, нет.

В этих местах было много холмистых дорог, поэтому Хасэгава предпочла сапоги на низком каблуке чем обычной обуви на высоком каблуке. Таким образом, линия ее взгляда была ниже, чем у Тодзё, и ей приходилось естественно поднимать глаза вверх, когда она хотела посмотреть на него в такой близости, что делало ее очарование еще более разрушительным.

Покрасневший Басара кивнул в знак согласия, что привело Хасэгаву в восторг, и она попросила о более интимной связи, соединив свои пальцы с его, желая держаться за руки, как будто они были любовниками. А потом они вышли из здания, остановившись прямо перед вокзалом.

— Так куда мы пойдем дальше, сэнсэй?

Процветающий район горячих источников находился в тридцати минутах езды на северо-восток от места назначения. Конечно, в окрестностях этой станции тоже было немало горячих источников, но, пожалуй, лучше сказать, что это место больше славилось как туристическое, учитывая его святыни мирового наследия, исторический храм и бесподобные природные пейзажи. Басара впервые посетил это место, но кое-что знал об этом месте из слухов и новостей, появляющихся то тут, то там.

Тот факт, что они заранее сложили свои вещи, привезенные сюда для поездки, указывало на то, что у Хасэгавы действительно есть какие-то места в этих краях, которые она хотела бы посетить, поэтому Басара и задал ей этот вопрос.

— Ах, да... Есть пара мест, которые я хотела бы посетить вместе с тобой, но прежде...

Сказав это, она взяла его за руку и пошла в сторону правой части станции - к сувенирному магазину.

— Сначала давай попробуем здешние жареные булочки с красными бобами, я слышала, что они очень вкусные. — с улыбкой сказала Хасэгава.

Подойдя к магазину, их встретила продавщица и она заказала одну булочку с красными бобами. Женщина-продавщица через некоторое время протянула Хасэгаве одну упакованную булочку, которую она купила за копейки. 

— Вот, Тодзё. — сказала она, поднося к Басаре жареную булочку, от которой поднимался пар.

— Тогда, спасибо сэнсэй...

Когда Басара протянул руку, чтобы взять булочку, Хасэгава в ответ слегка надулась.

— Дурачок... Открой рот.

Увидев, что она обращается к нему с такой просьбой, Басара неосознанно сглотнул.

— Или ты предпочитаешь, чтобы я кормила тебя ртом?

Только после этого вопроса он наконец смирился и послушно открыл рот, после чего она положила в его рот булочку. Сначала до него донесся легкий ароматный запах теста, а затем, когда он надкусил булочку, он почувствовал сладость начинки из красных бобов, заключенной в хрустящей текстуре жареного теста, который был похоже, сделан из сои и других сушеных соевых продуктов.

— Это действительно вкусно!

Басара был впечатлен вкусностью булочки, которая, похоже, была достаточно популярна, чтобы о ней писали по телевидению и в журналах.

— Фуфу, тут остались крошки...

Сказав это, Хасэгава подцепила крошки пальцем с переносицы, а вскоре, оторвавшись от губ Басары, поднесла палец к своим губам и легонько пососала его.

Возможно, из-за того, что они вдвоем оказались так далеко от дома и им не нужно было беспокоиться о том, что думают другие, Хасэгава хотела в полной мере насладиться романтической атмосферой влюбленности, что Басара в конце концов и понял, прежде чем поддаться этому настроению.

— Хочешь, я тебя тоже накормлю?

 На что Хасэгава радостно ответила:

— Тогда, будь добр...

Протянув ему булочку, она плавно перекинула правую чёлку через плечо, и, приблизив рот, намертво вгрызлась в ту часть булочки, где уже откусил сам Басара, после чего несколько мгновений пожевала и съела часть булочки. Затем она высунула язык и кокетливо облизнула губы, на ее лице появилась сытная улыбка.

— Ммм... очень вкусно.

Все, что она делала, - это ела булочку, тогда почему же она должна была выглядеть так возбуждающе? Часть корочки булочки, которую она надкусила, была слегка испачкана цветом ее губ. Не решаясь честно признаться в своем смущении из-за боязни рассердить ее, он как ни в чем не бывало доел оставшуюся булочку.

И вдруг Хасэгава поцеловала его.

Это был не поцелуй в щеку, а поцелуй в губы. Басара застыл от удивления, а Хасэгава, не обращая внимания на окружающих, продолжала его целовать. А потом, когда она мягко отстранилась от него, он задал ей вопрос:

— Почему ты так внезапно?

— Ты выглядел так, как будто не думал о непрямом поцелуе, и я хотела проверить, будешь ли ты в порядке после поцелуя.

— Тогда я рад, что ты получила ответ.

Он был учеником, а Хасэгава - медсестрой, ничего не поделаешь, он не мог сравниться с ней в этом плане. Даже когда бывали моменты, когда он брал на себя инициативу, когда они были вдвоем...

Нет…

На самом деле он намеренно оказался в руках Хасэгавы, как она того и хотела, не так ли?

Таким образом, Басара сможет насладиться взрослым женским очарованием и обаянием Хасэгавы, чего у него не было с Мио и остальными. Поэтому он хотел бы проверить, насколько далеко она позволит ему зайти в своих порывах, и сколько удовольствия и возбуждения он при этом получит. Однако, как бы Басара ни наглел, сбрасывая хладнокровность, Хасэгава всегда принимала его с кокетливой улыбкой, радостно отвечая ему взаимностью.

— Ну что, тогда пойдем?

Басара кивнул в ответ, и они тронулись в путь.

В качестве средств передвижения в этих краях были автобусы, такси и машины напрокат.

Когда он спросил, что им делать дальше, Хасэгава вызвала такси.

— Хоть мы и не заблудимся благодаря тому, что машины оснащены навигационными системами, но, поскольку сегодня выходной, нам не удастся избежать пробок в туристических местах.

За то время, что у них есть, узнать лучший маршрут, чтобы сократить время в пробках, и даже о том, где припарковаться, или найти менее людные места, а также узнать информацию, которой нет в путеводителе, - это все то, в чем местный водитель преуспеет лучше их.

— Так как у нас имеются свободные средства, лучше арендовать такси на время, чтобы насладиться осмотром достопримечательностей.

Не возражая против её предложения, они заказали такси из числа тех, что стояли у вокзала до вечера. И вот так Басара и Хасэгава начали осматривать окрестности.

Перед полуднем они отправились к озеру, расположенному на западе, и большому водопаду, чтобы полюбоваться пейзажам. Зимнее озеро возвышалось над морем на тысячу метров, по поверхности воды дрейфовал горный ветер, деревья, стоящие на берегу озера и плескавшиеся в воде, замёрзли, и это пространство было совершенно похоже на ледяную гладь.

Такси, которое они взяли напрокат, вел старик, и как только они сказали, что хотят поехать в это место, он указал им хорошую смотровую площадку для этой зимы - то есть для этого дня.

— Как красиво...

Пробормотала Хасэгава, переплетая свою руку с рукой Басары и наклоняясь к нему. Басара, который разделял ее взгляда, забыл о том, как ему было холодно, захваченный прекрасным зрелищем, открывающимся перед ним.

— Хотите, я сфотографирую вас обоих? — спросил водитель. Конечно, он знал и других влюбленных, которых он возил сюда и которым помог запомнить этот день.

Услышав его предложение, Хасэгава, словно ожидая своего шанса, произнесла:

— Тодзё, давай примем его предложение?

— Конечно, давай сфотографируемся.

Басара решил, что во время этой поездки он будет потакать ей во всем, что она пожелает, в меру своих возможностей. Улыбнувшись, Хасэгава с радостью достала свой телефон и настроила камеру, после чего передала ее водителю. Затем она обратно подошла к Басаре.

— Спасибо... Тодзё. — пробормотала она тихим голоском, который мог услышать только он. Словно отвечая ей взаимностью, он обнял ее за плечи и притянул ещё ближе к себе.

— …

На лице Хасэгавы на мгновение появилось удивление, но тут же сменилось радостью, и она прильнула к нему, прижавшись щеками к его груди.

— Хорошо, все готово, и...

Они улыбнулись, как сказал старик. А потом, после того как он сфоткал их, он вернул телефон, и на снимке Басару и Хасэгаву можно было увидеть только как влюбленных.

— ... 

— ...

Эти двое, поглядели на фотографию некоторое время, а после оторвали глаза от экрана и встретились взглядом на очень близком расстоянии. Фотография - это отражение реальности. Увидев себя на снимке, человек более глубоко осознает себя в глазах других.

Выражение лица и чувства Басары и Хасэгавы на фотографии произвели на них потрясающий эффект.

Так что атмосфера между ними ещё более накалилась.

— Сэнсэй... Сюда....Да…

Поскольку они уехали отдыхать, хорошо, что здесь их никто не узнает. В такси Басара обнял Хасэгаву за талию, а та прислонилась к нему, не отстраняясь. Водитель с переднего сидения вёл себя отстраненно, не стал разговаривать с ними о пейзажах, предоставив им полную свободу на заднем сиденье.

Место их прибытия был водопад, известный своей величественностью в Японии. Чтобы попасть на смотровую площадку, нужно было воспользоваться платным лифтом. Водитель остался ждать их в машине.

Так как сегодня был выходной день, когда они подошли к лифту, перед ними уже образовалась длинная очередь. Однако за один рейс те, кто стояли перед ними, уже успели войти. На следующем рейс из лифта посыпались туристы, после того как все вышли, Басара и Хасэгава решили занять лифт сами, поспешно закрыв дверь кнопкой.

И как только дверь закрылась между ними и персоналом...

— Тодзё, нн, аххх...

Хасэгава со слезами на глазах набросилась на него и поцеловала, а Басара настойчиво переплел свой язык с ее. Камеры наблюдения могли наблюдать за всем происходящим, но в этот момент им было все равно.

Чтобы добраться до смотровой площадки, им потребуется 60 секунд, а там полно туристов.

Тем не менее, пока Басара держался правой рукой за талию Хасэгавы, его левая рука расстегнула молнию ее пальто до середины, а затем, проскользнув внутрь, он без колебаний стал ласкать ее грудь, от чего она с удовольствием приподняла свою талию.

— Ааа... Тодзё, ооо... Хаа, Тодзё... Ннн ♥.

Она хотела более страстного поцелуя от него. Когда слюна Басары потекла в ее рот, Хасэгава эротично проглотила всё до дна.

Они бы продолжили, если бы ситуация позволила, но время поджимало и двери скоро откроются.

— Сэнсэй, мы скоро прибудем. Мм... Я понимаю, давайте продолжим позже.

Они неохотно оторвали губы друг от друга и вышли из лифта, как ни в чём ни бывало.

Гигантский водопад, который они увидели, поднявшись на смотровую площадку, по виду напоминал один из трех величайших водопадов Японии.

За большим водопадом, словно за бамбуковой ширмой, струились водопады поменьше, но из-за низкой зимней температуры они замерзли и расправились, став похожими на крылья.

Их завораживал голубой лед, созданный естественным образом.

— Простите, можно ли вас попросить сфотографировать меня?

Внезапно рядом с ними раздался голос девушки. Похоже, она хотела сфотографироваться, но, не имея под рукой знакомого, обратилась к случайному прохожему с просьбой.

— Да, конечно. — сказал Басара, нажимая на кнопку спуска затвора.

Сфотографировав еще несколько раз для надежности, он передал ей телефон и она посмотрела на результаты.

— Ваа~ Вы хорошо фотографируете, прямо как профессиональный фотограф.

Когда девушка похвалила его, Басара сказал "Спасибо..." и, чувствуя себя неловко, склонил голову.

— “Это очень приятно.”

Не столько то, что он сделал кого-то счастливым, сколько то, что его только что похвалили за то, что он обладает теми же талантами, что и его отец-фотограф Дзин, сделало его еще счастливее.

Именно тогда Басара услышал, как за его спиной произнеслись нелестные слова.

Даже сквозь шум он смог разобрать, что это были слова "Обманщик" и "Идиот".

И когда Басара повернулся…

Он увидел что Хасэгава не улыбалась. Скорее она смотрела на него недовольным взглядом.

— ...

Ее глаза смотрели на него таким же властным взглядом в квартире Хасэгавы в тот рождественский вечер, когда она сказала ему то, что, как она надеялась, он не забудет, что она тоже подвержена чувству, которое называется ревностью.

Басара сразу же понял свою ошибку, но отрицать, что он ее совершил, было нельзя. Ничего не говоря, он вплотную подошёл к ней... Не обращая внимания на окружающих туристов, Басара поддался порыву обнять и поцеловать ее прямо здесь. Однако,

— Ах, простите меня. Хотите, я вас сфотографирую? — спросила девушка, когда Хасэгава смягчилась и приняла его извинения за совершенную ошибку.

После того как они сфотографировались спиной к водопаду и насладились видом, они вошли в лифт, чтобы спуститься на первый этаж. Однако на пороге их поджидала очередь, и им не удалось уединиться.

— Сэнсэй, сюда.

Басара, не желая, чтобы Хасэгаву трогал или касался кто-то другой, прижал ее к стенке и закрыл собой.

— ...

В ответ Хасэгава просто молча обняла его. 

— Тодзё... Во время этой поездки ты принадлежишь только мне, хорошо?

— Да, прости.

Басара обнял дующуюся Хасэгаву и искренне извинился перед ней.

Вскоре они добрались до первого этажа. Когда они вернулись к такси, было уже время обеда, и они попросили таксиста порекомендовать им ресторан. Уточнив свои планы и желания после обеда, а также желания на вторую половину дня, они отправились в магазин собы, который пользовался авторитетом как у местных жителей, так и у туристов.

А после обеда они посетили уже не природные достопримечательности, а искусственные, созданные человеком.

Они отправились в синтоистский храм, признанный объектом Всемирного наследия.

Часть 3

Басара и Хасэгава прибыли в район объекта Всемирного наследия с наибольшим количеством туристов.

Хотя такси могло въехать в район, известный двумя известными святынями и храмом, по просьбе Хасэгавы они поехали на юго-восток - объехав его с парадного входа, куда нужно было бы входить пешком, оно остановилось перед мостом, покрытым киноварью, считающимся очень значимым объектом культурного наследия. Попросив водителя подождать их неподалеку, пока они не закончат осмотр достопримечательностей и не свяжутся с ним по телефону, Басара и Хасэгава медленно пошли по мосту.

— ?

Хотя он уже начал замечать это по дороге к озеру в такси, чем дальше они продвигались по мосту, тем чище становился воздух вокруг них.

Изначально здесь находилась синтоистская святилище, обладающая сильной духовной силой, но, придя сюда, он почувствовал, как духовная сила еще больше возросла. В этот момент Хасэгава, шедший рядом с ним, спросила:

— Тодзё, ты знаешь в чём разница между храмом и святилищем?

— Ну, немного знаю...

Среди героев было немало тех, кто родился со способностью заимствовать силу у духов и божественных зверей, поэтому важно было знать хотя бы основы этого. 

— Я знаю некоторые теории об этом, но... Если говорить в общих чертах, то святилища - это синтоистские храмы, тогда как храмы - буддийские, поэтому говорят, что святилища - это места, где боги живут с большей вероятностью.

И затем,

— Храмы - это места, где практикуют буддизм, в основе своей, это не места, где живут боги, это места, где живут монахи и практикующие... или что-то в этом роде.

Тем не менее, сказать, что в святилищах по всей Японии живут небесные существа, наделяющие силой героев из давних времен, тоже было бы неправильно.

Естественно, в святилищах обитает множество духов, а еще говорят, что это место, куда когда-то спускались боги. Однако это то, что люди никогда не смогут увидеть, если уж говорить о них, то они - существа концептуальные, и Басара с остальными могли более или менее чувствовать их. Если говорить проще, то небесные существа, наделившие силой их предков, а также духи и божественные звери, у которых они заимствуют силу, являются более человекоподобными/животными существами. То, что превратилось в демонов, когда-то было изгнано из Царство Богов. Думая о существовании их аналогов, легко понять, насколько они близки к людям.

Несмотря на то, что в японских легендах есть боги, почитаемые в синто, и человекоподобные фигуры, есть и те, кто носит то же имя, что и синтоистские боги, и благословляет оружие, как, например, Сакуя Юки. Это существа, уходящие корнями в культурные мифы, верования и дух, и за долгую историю многие люди узнавали их, легко обретая духовную силу. Короче говоря, "Конохана Сакуя-химэ" из японских легенд и дух клинка, которым владеет Юки, Сакуя - не совсем одно и то же существо.

Впрочем, происхождение вышеупомянутых существ тоже не совсем не связано... Так что, признав целый клан, остается практическая проблема - сохранить в святилищах хоть какой-то намек на таких существ, чтобы они не были разрушены и уничтожены в схватках с демонами или злобными духами.

То же самое и с храмами, и хотя они являются местом, где живут монахи, в общем случае это места является важной связующий точкой, как и святилища, они часто разделяют задачу защиты земли, и поэтому, чтобы эти места и настоящее не были потеряны, они работали вместе, чтобы предотвратить наихудшее.

Именно поэтому, когда они сражались с группой Такаси, владеющей Бьякко, они сражались не в горах или лесах с небольшим количеством людей, а в пределах барьера перед железнодорожной станцией.

Точно так же герои из других стран, опираясь на мифы и верования, передающиеся в их родных краях, реконструировали свои собственные силы и оружие, взяли на себя ответственность за сохранение своих церквей, храмов и исторических руин от демонов.

Короче говоря, эти небесные существа, как правило, не выходят за пределы небесных сфер, они создали существ, способных сражаться с демонами в человеческом мире, обладающих духовной силой и силой, вызывающей всплеск признания, в отличие от других людей, героев, которых одарили этим небесные существа. Во время великой войны они показали свою форму некоторым героям. Однако с тех пор как великая война закончилась, не было никаких упоминаний о том, что их снова видели.

Пройдя через мост и дорогу для машин, они вышли на горную тропу, которая приведет их к храмам и святыням мирового наследия.

— Значит, если есть такие существа, как боги... Которые, похоже, не помогают людям и животным, когда те страдают. Что ты думаешь об этом, Тодзё?

Неожиданно спросила Хасэгава, шедшая впереди него. Не желая, чтобы кто-нибудь из них заглянул ей под юбку, Басара постоянно шел прямо за ней, поэтому он не мог понять, какое выражение лица она приняла, когда говорила это, и не мог догадаться о смысле вопроса. 

— Хм... Это тоже теория, но если они существуют, то наверняка они тоже продумывают всевозможные ситуации. Возможно, мы об этом не догадываемся, но может быть, они защищали и помогали нам.

— “И все потому…” — подумал Басара. Он поднял голову и посмотрел на спину Хасэгавы, шедшей перед ним.

— Бывает, что люди неосознанно оказывают помощь друг другу, не так ли? Вот почему... даже если они не показывают свои истинные формы... Конечно, они все равно присматривают за нами и оказывают нам помощь без нашего ведома.

В этом отношении они тоже были похожи на героев - точно так же они защищали мир от демонов и иных тварей без ведома людей.

— Понятно. — Хасэгава, не оборачиваясь, ответила кротким голосом.

— Ты так не думаешь?

Заметив ее несколько мрачный ответ, Басара обеспокоенно спросил.

— Нет, не в этом дело... Я просто подумала: "Так вот как ты на это смотришь", вот и всё...

Поднимаясь по лестнице, она обернулась, чтобы посмотреть на него, и мягко улыбнулась.

Это было обычное выражение лица Хасэгавы, поэтому, облегченно погладив себя по груди, Басара поднялся рядом с ней, и она вновь соединила свою руку с его, прислонившись к нему. И в то же время...

Хотя он видел, что губы Хасэгавы слегка шевелятся, он не мог расслышать что именно она говорила.

Часть 4

Первым из объектов Всемирного наследия, которые они посетили, было святилище, которое генерал, живший в период войн, посвятил богам за объединение страны. Это было чудесное здание, построенное в соответствии с учениями фэн-шуй и онмё, украшенное узорами животных и магических зверей, знаменитыми тремя обезьянами и спящим котом. Кроме того, на крыше внутри святилища, с таинственными гулкими деревянными хлопушками с драконом на них, находилась знаменитая точка стояния, где они вдвоем наслаждались осмотром достопримечательностей.

А затем они отправились в соседнее святилище.

Пройдя по тропинке, засаженной кедрами, и пройдя под ториями, они достигли территории исторического святилища, омыв руки и рот ритуальной водой.

— Прости, но, пожалуйста, проведи меня куда-нибудь.

Попросила она, и Басара кивнул в знак согласия. Это святилище Бога, наследующего землю, и с ним связана известная история с раненым белым кроликом.

— “Если я правильно помню, он был тем, у кого была гора детей... или что-то в этом роде.”

Соответственно, у него было шесть жен и сто восемьдесят детей.

Шесть - это довольно случайное сходство между Басарой и этим конкретным богом, даже если они не были его женами, он все равно имел глубокую связь с пятью женщинами: Мио, Юки, Марией, Куруми и Зест.

— “А еще.”

Была еще Хасэгава, с которой Басару тоже связывали глубокие узы, и это действительно было бы шесть женщин, как у бога.

Однако другие исследования утверждают, что у него было семь жен, и об этом многие писали, так что, возможно, это совпадение, о котором не стоит думать.

Хотя кроме них двоих здесь есть и другие люди, похоже, в основном это были женщины и семейные пары. Поскольку это был бог, связавший себя узами со многими богинями, а также известный тем, что повелевает землями этой области, он также был известен тем, что благосклонен к браку. Возможно, именно поэтому Хасэгава привела его сюда, желая насладиться их совместным времяпрепровождением.

Отсюда вместе с Хасэгавой он, как супружеская пара, отправился во внутреннее святилище, где стоял брачный кедр. По правде говоря, он мог бы пожелать многого, но..

Хасэгава, держа его за руку, закрыла глаза и сделала серьезное выражение лица, заметив это, Басара просто пожелал, чтобы все, чего бы Хасэгава ни пожелала, сбылось.

И вот в конце вереницы посетителей они наткнулись на чудесное событие.

Это была свадебная церемония. Достойная свадебная церемония в таком святилище, как это.

Жених, которого вела жрица, был одет в украшенное кимоно, а невеста - в белое.

Сразу за ними шли родители жениха, а за ними - родители невесты.

Хасэгава завороженно наблюдала за ними.

— Как это прекрасно...

Пробормотала она, прислонившись всем телом к Басаре. Он мог бы ответить ей множеством необдуманных слов, но не хотел действовать безответственно, поэтому сказал:

— Действительно.

Сказав это, он чуть крепче приобнял её талию. А затем, через некоторое время, провожая взглядом свадебную церемонию, они вернулись обратно.

— Кажется, все закончилось, так что... пойдем?

— Да, верно... Пойдем.

Он ответил кивком, и они покинули святилище.

После этого они направились к другому культурно значимому храму, но не успели из-за того что храм был закрыт. Поэтому они отказались от осмотра достопримечательностей и отправились на стоянку, где их ждал нанятый ими водитель. Они вернулись к первому озеру, на котором побывали.

Но не потому, что им нечего было посмотреть. А потому что они хотели посетить одно местечко на берегу реки.

— Какое удивительное место....

Пробормотал Басара, восхищаясь видом за окном.

За большими приветственными воротами простиралась широкая территория известной курортной компании, управляемой высококлассным отелем.

Перед зданием уже стояли сотрудники, женщины в традиционных нарядах, и как только Басара и Хасэгава подъехали на такси, дверь открылась.

— Добро пожаловать, благодарим вас, что пришли в такую холодную погоду.

Голосом, не терпящим возражений, она склонила голову.

Расплатившись с водителем за сегодняшний день, они последовали за ней, которая отвела их к дивану и столику в холле. Как только Басара опустился на диван, другая девушка налила им чай, вместе с зеленым чаем, поданным в дорогом на вид сервизе, было много традиционных сладостей. 

— Добро пожаловать... Мы просим прощения за то, что навязываемся вам, но не могли бы вы пройти регистрацию?

После этого Хасэгаве вручили записку в кожаном переплете и письменные принадлежности.

И она, изящно пользуясь ими, записала их личную информацию.

Закончив и вернув записку, женщина почтительно поклонилась.

— Большое спасибо. Если вас всё устраивает, я провожу вас в ваш номер... Сюда, пожалуйста.

Сказав это, она пригласила их пройти во внутреннюю часть здания. В здании, построенном в японском стиле, царила тишина, а на полу коридора, покрытом татами, слышались только звуки шагов.

Вскоре они оказались в номере. Она была больше, чем в доме Тодзё, и представляла собой роскошную комнату. Две комнаты, оформленные в японском стиле, гостиная и спальня. Также есть ванная комната, умывальник и туалет - все по паре, так что здесь легко можно было разместиться вшестером.

И вот, когда они вдвоем расположились на напольных подушках в японской комнате, женщина, проводившая их в номер, налила им чай. Затем поставила чай перед Басарой.

— И снова добро пожаловать в это место. Я - управляющая этим заведением.

Сказала она, склонив голову и сложила руки на полу. Увидев эту владелицу, он подумал:

— “Я рад, что до этого побывал в Мире Демонов.”

Будучи принятым Вилбертом, Басара не чувствовал себя запуганным перед этой владелицей заведения. Хасэгава, сидевшая за столом неподалеку от него, с хладнокровием произнесла:

— А что с нашими вещами, которые мы отправили ранее?

— Да. Ваши вещи прибыли, мы разместили их вон там.

Она указала на гостиную, где лежали их вещи, которые они оставили на вокзале. Плата, которую они заплатили, заключалась не только в том, чтобы оставить свои вещи, но и в том, чтобы их отправили туда, где они остановились.

Действительно, эта поездка не была однодневной. Они остановились здесь на ночь.

— Простите за назойливый вопрос, но сегодня у вас какая-то годовщина?

— Да. Так что пожалуйста, позвольте нам провести его именно так.

Хасэгава, ответившая на вопрос хозяйки, с улыбкой достала из сумки конверт. Конечно же, это были чаевые. А когда та взглянула на деньги…

— Это... Я не могу это принять. Все услуги были оплачены в счет платы за проживание. Мы уже получили достаточно от Хасэгавы-сама.

— Это другое. Если вы уверены в своих услугах, то у вас не будет никаких проблем с тем, чтобы принять эти деньги. Если вы сможете оказать нам наилучшие услуги, я буду только рада.

Хасэгава спокойно объяснила ей смысл своего жеста, на что она ответила взаимностью.

— Тогда, я приму это с благодарностью.

Получив чаевые, она убрала их в нагрудный карман, после чего вернула себе серьезное выражение лица.

— Тогда... Как уже было сказано ранее, мы постараемся оказать вам наилучшее гостеприимство. Пожалуйста, наслаждайтесь всем на досуге.

Она снова склонила голову, сложив руки перед собой, и вышла из комнаты. 

— Фуух...

Басара наконец-то перевел дух, осматривая номер. Дело было не только в ее размерах, но и вид на озеро и закат за окном, который выглядел просто великолепно.

— “Я бы хотел однажды сводить их сюда.”

Он подумал о Мио и остальных.

Как и ожидалось, они не одобрили его ночевку в другом месте.

О Хасэгаве он им не говорил, ведь его отношения с ней итак были для них секретом.

Когда Басара сказал, что хочет отдохнуть от всего произошедшего в Мире Демонов и провести одну ночь в одиночестве, Мио и остальные искренне забеспокоились за его безопасность.

С их точки зрения, они не могли понять, почему нельзя было пойти с ним...

Однако, в конце концов они отпустили его, ничего не сказав. Скорее всего, в них засели слова Такигавы, которого они встретили на днях.

Мио, Юки и Зест не могли тайно следовать за ним, так как были ограничены контрактом Хозяин и Слуга. Мария и Куруми, напротив, не были связаны контрактом, поэтому Басара не мог знать об их местонахождении, если бы не одно но.

— “Спасибо вам Шейла-сан.”

Взгляд Басары упал на телефон.

Как и девушки, Басара также ценил их и переживал за них.

Понимая их чувства, Шейла подарила ему специальный чип, созданный из магии Марии и темного элемента Куруми, поместив его в телефон, он мог отслеживать их местоположение, как GPS.

Теперь он не сомневался, что они находятся в Токио. Но чтобы быть спокойным, он написал им сообщение, пока был с Хасэгавой.

Учитывая, что они знали о его местонахождении, а также получили от него сообщение, они не должны были беспокоиться о нем, не так ли?

Когда Басара начал думать о своих девушках...

— Ты все еще думаешь о других женщинах, даже когда ты вместе со мной?

Хасэгава, положив подбородок на стол и поддразнила его.

— Ты уехал с Нарусэ и другими за границу во время зимних каникул. В то время я думала о том, что ты совсем один. Конечно, оставаясь со мной, я не против, если ты захочешь облегчить жизнь девушкам, связавшись с ними, но... Кроме этого, пожалуйста, думай только обо мне.

Басара кивнул с соблазнительной улыбкой и сказал: 

— Хорошо.

Как он и обещал, все время, что они проведут вместе, он будет думать только о ней.

Часть 5

До ужина еще оставалось немного времени. Поэтому они решили сначала посетить горячие источники.

В их номере была предложена кипарисовая ванна, но они решили пойти искупаться в большом горячем источнике под открытым небом, в конце концов, это было наиболее желанным и атмосферным решением. Хотя в номере у них были юката, хозяйка сказала им, что в большом горячем источнике для них приготовлена раздевалка, и они отправились туда в том виде, в каком были.

Возможно, из-за обширности здания их ожидаемо окутала тишина внутри.

— Значит, позже…

— Да...

Сказав это, Басара и Хасэгава разошлись, отправившись в мужскую и женскую купальни.

У занавески мужской части Басара снял одежду в раздевалке и положил ее в шкафчик, надел браслет с ключом на руку, открыл дверь и шагнул в большой горячий источник.

— Это потрясающе.

Сказал он, не задумываясь. Он окинул взглядом огромный горячий источник, окутанный паром, - вода и пространство были такими просторными, что он остался доволен. Несмотря на то, что она была такой большой, здесь также был горячий источник под открытым небом. Мужской горячий источник, сегодня, похоже, предназначалась исключительно для Басары.

— “Здесь совсем пусто, это довольно странно, учитывая, что сегодня выходной.”

Похоже, что это дорогой отель, возможно, именно с этим связано что людей здесь немного. Или, возможно, те, кто останавливается здесь, не пользуются общественным горячим источником, а предпочитают кипарисовые ванны в своих номерах.

Здесь, оформленной в японском стиле, Басара опустился на табурет, оставленный у моечной зоны, и начал мыть тело, как вдруг из раздевалки донеслось чье-то присутствие.

Похоже, там был еще один гость, который хотел насладиться горячим источником. Басара, облегченно похлопав себя по груди, начал мыться, и вскоре в купальню вошел посетитель.

Это была Хасэгава.

— Э-э? — невольно вырвался у него ошарашенный звук. Однако эта особа с волосами, обернутыми полотенцем, и телом, прикрытым банным полотенцем, несомненно, была Хасэгава Тисато.

— Ты долго ждал, Тодзё...?

С нежной улыбкой на лице она ступила на горячий пол и направилась к нему.

— Зачем ты сюда пришла, сэнсэй? Если придут другие посетители отеля...

У него возникло ощущение, что Хасэгава хочет принять с ним купание, но он не думал, что это произойдет в большом общественном горячем источнике, а не в личной, расположенной в номере. И хотя он был рад ее заботливому жесту, ему совершенно не хотелось, чтобы на ее обнаженную фигуру глазели другие мужчины. Однако…

— Успокойся. Никто не войдет - ни гости, ни персонал. — спокойно сказала Хасэгава.

— Я забронировала всё помещение на сегодня и завтра.

— Весь горячий источник?

— Хехе, нет... Весь отель.

Теперь, когда он подумал об этом...

Это было не только в раздевалке или здесь. С тех пор как они вошли в отель, Басара не видел ни одного другого клиента. А когда они выходили из номера, хозяйка сказала: "Пожалуйста, не стесняйтесь". Обычно это звучало как "Пожалуйста, расслабьтесь" или "Хорошего дня".

Однако она говорила им: "наслаждаться всем на досуге".

Когда Хасэгава передавала ей чаевые, она также сказала, что "получила много", и, возможно, это не просто акт вежливости.

— “Этого не может быть.”

Сколько же денег она потратила? 

Хасэгава, появившаяся перед ним, сняла с себя банное полотенце и, опустившись на табурет рядом с ним, принялась омывать тело горячей водой из душа. Перед спортивным фестивалем, после того как он поел у нее, или в канун Рождества, после того как она побаловала его в своей комнате, Басара уже мылся с Хасэгавой и проделывал с ней всевозможные непотребства. Вспомнив о тех временах, Басара неосознанно отреагировал. В этот момент Хасэгава заметила его состояние.

— Фуфу, а ты быстр.

— Нет, это...

Его слова, на которого смотрели счастливые глаза, стали затуманиваться, и тогда Хасэгава открыла крышку средства для мытья тела и позволила содержимому пролиться на свою грудь. А затем, подождав когда средство растечется до груди, стала тереться одной грудью о другую, и соски ее непристойно напряглись. Понимая, что она делает, Басара неосознанно сглотнул.

— С-сэнсэй...

— Если мы не разберемся с этим, то не сможем поужинать... Предоставь это мне. — тут же перебила она его.

Хасэгава одарила его соблазнительной улыбкой, а затем прижалась к его спине своими большими грудями и обхватив руками его член. На её руках осталось довольно много средства для мытья тела.

В следующий момент её руки коснулись увеличившийся член Басары.

— Потрясающе... Он такой большой, Тодзё... Мм.

Возбужденно сказала она, прижимаясь скользкой грудью к его спине и развратно двигая пальцами, чтобы погладить его член.

— "Много чего произошло во время зимних каникул..."

Возможно, воспользовавшись питательным тоником, который дала ему Шейла в Мире Демонов, он немного там вырос.

Басара, которого обслуживала Хасэгава, ответил стоном:

— Ах…

— Вот так... Сегодня я точно сделаю его большим.

Сказав это голосом, полным похоти, Хасэгава увеличила скорость движения своих рук.

— Ух... А...!

Басара, чье удовольствие усилилось, приложил все силы чтобы не кончить.

— Не сдерживайся... Расслабься, спусти всё.

Ее горячее дыхание сопровождалось шепотом в его ушах, и вместе с этим она увеличила интенсивность движений своих рук... Так, Басара позволил себе предаться удовольствию. Не полностью сдерживаемая рукой Хасэгавы, его сперма пролилась на верхнюю половину длинного зеркала рядом с ними. При этом лицо Хасэгавы в зеркале окрасилось в белый цвет, а руки, дрочившие его член, тоже стали белыми.

— Нн... Фуфу, ты много выпустил...

С довольной улыбкой сказала Хасэгава. Признаться, слегка раздосадованный тем, что она взяла инициативу в свои руки, Басара медленно обернулся, но она резко прервала его, поняв что он хочет сделать.

— Не смотри на меня так... Мы еще даже не ужинали.

Хасэгава посоветовала ему пока сдерживать себя, но она, конечно, не стала бы возражать, если бы он поступил иначе.

Поэтому Басара взял в руку её грудь и нежно погладил ее.

— Аан... ♥

И тут же из нее вырвался сладостный звук.

— ...Сэнсэй, ты слишком много болтаешь, ведь ты тоже этого хочешь.

Басара протянул руку и шаловливо ущипнул бледно-розовые кончики ее сосков.

— Фуааан!

Чувствительная Хасэгава задрожала от одного только этого касания, что привела Басару в возбуждение, и он двинул рукой, чтобы притянуть ее ближе к себе.

— Перед ужином... Давай сделаем это, хотя бы раз. - соблазнительным голосом предложила Хасэгава, прижимаясь к нему.

— Я понимаю.

Басара кивнул, после чего принялся с удовольствием ласкать ее попку и грудь.

Его руки одновременно обслуживали ее грудь и попу, и Хасэгава, которая уже была возбуждена, получила еще большее удовольствия. Её тело, обращенное к нему, поднималось все выше и выше, и от этого совершенно развратного движения Басара присосался к ее соскам, и она слегка кончила. Когда она прижалась к нему, ее сладкий голос экстаза эхом разнесся по вокруг, а затем, когда она оправилась от ощущения кульминации, их взгляды встретились...

— Хаа... Тодзё... Мм... ♥.

Блестя глазами, она наклонилась вперед и поцеловала его. Басара, ответив взаимностью, повалил её на пол. Вскоре они переплелись, неприлично шаркая ногами, и принялись со всей страстью придаваться утеху.

Часть 6

В итоге, хотя они и обещали сделать это только один раз, в конце концов они сделали это три раза.

Они понимали, что дальше этого дело не пойдет, поэтому, каким-то образом справившись с возбуждением, они переоделись в юката, которые оставили в раздевалке, и отправились к себе в номер. Хасэгава, у которой волосы были убраны в юкату, раскраснелась от удовольствия, полученного во время купания, а затылок слегка покраснел.

— “Это действительно плохо.”

От такого возбуждающего зрелища у Басары запульсировала голова, и он изо всех сил старался успокоиться.

А когда они вернулись в номер, то как раз успели к ужину, приготовленному для них персоналом.

На большом столе перед ними было выставлено множество вкусных блюд.

Горшочек устриц и сябу-сябу, тарелка сашими из конины, мягкотелая черепаха, сваренная на пару в фаянсовом чайнике - меню, которое при обычных обстоятельствах могло бы показаться слишком роскошным для обычного человека, но не для него, который привык к кухне, где готовит некая лоли-суккубка, готовящая еду, чтобы вызвать духа.

— Это так роскошно...

— Мы обязаны... Наши повара сделали все возможное для этого блюда. — вежливо сказала одна из служащих и почтительно поклонилась.

— Хотя мы просим прощения за довольно неприглядный способ подачи блюд на стол...

Извинились они, поскольку, по словам персонала, на столе было огромное количество еды, из-за чего она выглядела тесноватой. На что Хасэгава слегка покачала головой.

— Не беспокойтесь об этом... Даже если у вас нет опыта в обслуживании в номерах, вы всё равно выполнили нашу просьбу.

Договориться о доставке высококлассных блюд было желанием Хасэгавы, которая хотела насладиться хорошим вечером.

Через некоторое время им подали еду.

По просьбе Хасэгавы сервировка была изменена на боковую.

— Так нам будет легче есть вместе, и наши тела будут сплетены, не так ли? — сладко прошептала Хасэгава ему на ухо.

Когда персонал, закончил с подачей блюд, они склонили голову и ушли, Басара и Хасэгава принялись за еду.

Как и полагается в высококлассном отеле, все ингредиенты были первоклассными, а персонал выполнял свою работу добросовестно и качественно. Ароматная еда радостно ласкала язык Басары восхитительном вкусом.

И вот, даже зная о том, что это плохие манеры, они кормили друг друга так, как хотела Хасэгава, наливая друг другу в чашки японское сакэ, Хасэгава была по-настоящему счастлива... Она нарочно демонстрировала свою грудь, добиваясь поцелуя, и когда он отвечал на это желание, её выражение лица радовало его сердце. После того как они закончили трапезу, Басара сел на диван с Хасэгавой на коленях, обняв ее сзади, пока они отдыхали. Пока они любовались видом на улицу, Хасэгава прижималась к нему всем телом.

— Что нам теперь делать? Мы можем пойти в ванну, или, может быть, снова в горячий источник на открытом воздухе... Может быть, попробуем женскую часть? — спросила она, оглядываясь через плечо.

— Сэнсэй... Прежде я хочу кое-что спросить.

— Да, и что же? — добродушно спросила она.

— Я хочу, чтобы ты рассказала мне, что тебе известно о моем рождении.

Спокойным тоном Тодзё Басара перешел к делу, желая узнать о своём прошлом.

Эта просьба избавила Хасэгаву от улыбки. Она чуть сузила глаза и сказала:

— Дзин рассказывал тебе что-то обо мне, не так ли?

Это был ее единственный ответ - вопрос. Поэтому Басара слегка покачал головой.

— Нет. Я услышал об этом, когда встретил своего старика в Мире Демонов, что моя мать была младшей сестрой предыдущего Короля Демонов, Вилберта. И что кроме нее у меня есть еще одна мать.

— Если ты уже знаешь ответ, то зачем спрашиваешь меня об этом? — тон Хасэгавы был настойчивым и непреклонным, не готовым идти на компромиссы и уступки.

— Чтобы достичь своей цели в Мире Демонов, я должен был одолеть тех, кто был намного сильнее меня... Поэтому я положился на суккуба, и она сделала мне зелье, которое стимулировало во мне демоническую кровь.

— Когда я выпил его, в меня вошла часть воспоминаний Брюнхильды. Я уверен, что это злой дух, живущий в мече. В то время, когда активировалась моя демоническая кровь, синхронизация Брюнхильды в мече, вероятно, была поднята до более высокого состояния.

Вот откуда Тодзё Басара узнал об этом.

— Демонические мечи и мечи духов, которые воплощаются в своих пользователях, духи или звери, живущие в них, могут устанавливать связи и выбирать. Но если бы я использовал Брюнхильду, это было бы не то же самое, как если бы Юки была выбрана Сакуей.

Поскольку Брюнхильд видел ту трагедию, он все понял.

— Во время трагедии, случившейся пять лет назад... Я заставил все вокруг исчезнуть, кроме Юки и Брюнхильды, так как моя сила разбушевалась. Однако тогда я думал защитить лишь Юки. Тем не менее Брюнхильда остался, не будучи стертым, и все потому, что он жил внутри меня. Так что с тех пор меч продолжал жить во мне.

А потом был день спортивного фестиваля.

— После встречи с Мио и остальными, когда я сражался, моя жизнь множество раз подвергалась опасности, но в тот раз с Сакадзаки получилось так, что я на время умер. Если я, сосуд, умру, то Брюнхильд внутри меня должен был исчезнуть. Понимая, в какую ситуацию он попал, когда я потерял сознание, Брюнхильд проявился и одолел Сакадзаки с помощью моего тела... А потом...

— Понятно...

Наконец, уловив смысл его слов, Хасэгава пробормотала.

— Инцидент, когда я остановила Брюнхильд, который бушевал во время твоей отключки, и мой разговор с Орнисом, - ты знаешь об этом.

Именно тогда Брюнхильд завладел телом Басары, победив и едва не убив Сакадзаки.

Когда она сдерживала тело Басары, который захватил Брюнхильд…

В тот момент Басара был без сознания, но...

Брюнхильда, который все это время был скован, вновь пробудился.

— Подумать только, вместо того, чтобы узнать это от Дзина, ты в итоге узнал правду таким образом.

Сакадзаки принял свою истинную форму Орниса и попытался убить Басару. Поэтому она также приняла форму одного из Десяти Богов, Афуреи, и смогла убить Орниса, используя свою истинную силу.

Разговор, который она вела с Орнисом тогда, для Басары, не знающего ситуации, должен был показаться множеством разрозненных кусочков. Но он, как герой, должен знать, что такое небесные существа и десять богов.

Более того...

Если он узнал в Мире Демонов через Дзина, что у него есть вторая мать, то не будет ничего странного, если он сможет сложить кусочки и прийти истине. Значит, Басара должен был понять, что ключ к истине находится у Хасэгавы.

Она вздохнула, закрыла глаза, а когда открыла их, выражение ее лица стало похожим на горькую улыбку.

Она больше не могла лгать ему... И тогда Хасэгава Тисато медленно разомкнула губы:

— ...Я пообещала Дзину, что, за исключением того случая, о котором он говорил с тобой, я буду говорить тебе правду в зависимости от обстоятельств. Но учитывая, что он твой отец, и если ты уважаешь его за это, то, услышав правду из его уст, я думаю, ты не будешь ненавидеть его, даже если захочешь… Идя позади него ко мне, что это за перемена в твоём сердце?

— Ахх... ну, если бы я узнал обо всем этом гораздо раньше, то, наверное, отреагировал бы иначе, и не стал бы делать ничего лишнего или ненужного.

— Но сейчас мне есть что защищать... У меня есть то, от чего я никогда не смогу отказаться. Конечно, я прекрасно понимаю, что, возможно, никогда не смогу превзойти своего отца на поле боя. Но я не хочу и не могу терпеть, когда меня защищает отец. Поэтому, пожалуйста, расскажи мне.

Это был выбор Басары - его слова, выражающие решимость быть независимым от защиты, которую дал ему отец.

— Пожалуйста, скажи мне... Скажи мне, почему ты сказала, что я - доказательство жизни женщины, которую в те времена ценили больше всех остальных?

Он снова обратился к ней с просьбой. И тогда,

— Что именно тебе рассказал Дзин?

— Он сказал мне, что во время предыдущей великой войны в Мире Демонов он встретил на поле боя мою мать - младшую сестру Вилберта.

Тот факт, что он мог доверять такому простому заявлению, означало, что Басара очень доверял отцу.

Тогда Хасэгава снова повернулась к нему лицом и начала дополнять рассказ теми подробностями, которые хотел услышать Басара.

— Это то, что я слышала, но... Твоя вторая мать - демоница по имени Сапфир, которая была лидером на войне, отличным командиром, которая была на вершине милитаристских способностей среди тех, кто сражался на передовой.

Хотя это также означало, что она должна была быть ответственна за гибель многих членов клана Героев, Хасэгава пропустила эту тему и продолжила:

— У нее было большое чувство ответственности... Я слышала, когда Вилберт начал возглавлять свою армию, она хотела занять место в тылу.

Именно благодаря этому и родилась судьбоносная встреча.

— В то время Джин и его товарищи возглавляли набеги на демонов... Они с Дзином несколько раз встречались и сталкивались.

— Они сцепились... Значит...

— Да. Сапфир, прославленная как сильнейшая из демонов, умудрилась сойтись с Дзином лицом к лицу, не нагнетая обстановку. Именно в это время она поспешила эвакуировать своих подчинённых, а Дзин, желая уменьшить риск для своих друзей, превратил поле боя в одно из них.

Тут тон Хасэгавы изменился.

— Однако.... Между ними был еще кто-то, кто тоже сражался на поле боя.

После некоторой паузы, она наконец произнесла имя:

— Та, кто впоследствии станет твоей матерью, моя кузина - Рафаэлина.

Существо, посланное Царством Богов, чтобы следить за предыдущей войной между демонами и людьми.

Это был один из Десяти Богов, предшествовавших самой Хасэгаве, - Рафаэлина.

— Священный меч, который Дзин использовал во время той войны, Бальмунг, был тайно передан ему Рафаэлиной, которая наблюдала за происходящим.

Но даже помогая одному из героев, миролюбивая Рафаэлина хотела, чтобы по доброй воле Вилберта удалось заключить перемирие, поэтому она вмешалась в поединок между Дзином и Сапфирой.

— Из-за того, что их бой был на острие ножа, и так как их бой был прерван, Дзин и леди Сапфир напали на Рафаэлину по отдельности.

Рафаэлина, которая поначалу просто отбивалась, постепенно становилась все более эмоциональной по отношению к Дзину и Сапфире, которые просто не слушали ее.

— Прежде чем они поняли это, казалось, что они оказались втянуты в большую трехстороннюю драку. — Хасэгава горько улыбнулась.

Дзин, почитаемый многими как бог войны, Сапфир, считавшейся равной богу войны, и Рафаэлина, одна из Десяти богов, - все трое сцепились между собой. Бой был жестоким, и в результате их схватки возник огромный пространственный разлом, который поглотил их.

— Это было непросто, время в том измерении было изолированно пространством, и для них это было похоже на тюрьму, после того как они немного поссорились, они объединили свои силы, чтобы попытаться сбежать.

Даже Хасэгава не знала, сколько времени они там провели.

Но для троих, которые начали узнавать друг друга, не было ничего удивительного в том, что между ними возникли особые чувства.

И вот, оказавшись втроем, они столкнулись со своими глубинными проблемами.

— Это пространство... Это было гнездо древнего дракона, Фафнира.

Драконы были особыми живыми существами, существующими вне небесных существ и демонов.

И среди них Фафнир считался одним из сильнейших, одним из самых древних представителей своей расы. И дракон, заметив их появление на своей территории, напал на них, чтобы прогнать.

— Если говорить о результате сражения, то, судя по всему, группа Дзина смогла нанести смертельный удар Фафниру. Однако падение дракона вызвало искажение пространства, и им удалось получить разрыв в измерение, через который они смогли бы вернуться в свой первоначальный мир. Однако…

Были существа, которые помешали им вернуться.

— Там был не только один Фафнир...

В пространстве, куда они попали, находилось не только гнездо Фафнира, и поскольку существа узнали, что один из них был убит, все они пришли проверить кто это сделал.

На самом деле их было 20 - и хотя на бумаге это было не слишком большое число, но и не такое, чтобы трое могли с ними бороться.

Поэтому они не могли сбежать через разрыв в измерение в мир снаружи. Если бы они сделали это, то не смогли бы закрыть разрыв.

В тот самый момент, когда Сапфир и Рафаэлина отказались от побега и собирались закрыть пространственную щель, их грубо вытолкнули - они были возвращены в свой первоначальный мир.

— Дзин был единственным, кто не сбежал.

Чтобы не выпустить остальных драконов, Дзин уничтожил разрыв между измерениями, и он один остался в измерении вместе с существами.

Ошеломлённая Сапфир и Рафаэлина объединили свои силы, чтобы спасти его, и отчаянно пытались открыть портал в то пространство, где он оказался в ловушке. Однако даже если им и удастся проделать дыру в измерении, чтобы попасть в то пространство, где находится Дзин, они не смогут открыть портал в то же время без его силы.

— И все же они двое продолжали работать вместе, объединив свои силы.

Рафаэлина смогла уловить волны от меча Дзина, Бальмунга, который она ему доверила, и продолжила отслеживать пространство, в то время как Сапфир с помощью своей великой магии открыла способ изгибаться сквозь него.

— В то время они не были ни демонами, ни небесными существами, их объединяло одно - желание спасти Дзина.

В конце концов им двоим удалось найти путь в измерение, в котором находился Дзин.

Они сразу же отправились к пространству, в котором он находился, чтобы убедиться в его безопасности, полностью игнорируя риск того что они могут умереть там.

— Однако... Когда они наконец добрались до нужного места, Дзин уже победил всех драконов.

И вот, Рафаэлина и Сапфир, стоя на месте и не думая, встретили Дзина с улыбкой на лице. 

— Вдвоем они вернули Дзина в первоначальное пространство... Вдвоем они возжелали его и завязали с ним узел любви.

В результате их желания, Сапфир вскоре родила от Дзина ребенка.

Но если бы герой и сестра Повелителя Демонов завели ребенка, последствия были бы катастрофическими, если бы об этом узнало общественность. С другой стороны, если они смогут хорошо воспитать ребенка, он станет маяком надежды для следующего поколения.

Но Сапфир не могла вернуться в Мир Демонов с ребенком.

— Поэтому Рафаэлина забрала тебя, чтобы родить тебя в Царстве Богов.

Она, обладающая небесной силой Десяти Богов, родит и воспитает ребенка. Это будет их ребенок, ребенок, принадлежащий им троим, и ее это устраивало. Таким образом, Басара в животике Сапфир перешел к Рафаэлине, закончив процесс передачи, они обменялись обещаниями встретиться вновь и вернулись в свои миры.

Дзин - в Мир Людей, Сапфир - в Мир Демонов, а Рафаэлина - в Царство Богов.

Вскоре после этого героям и демонам удалось заключить перемирие.

Дзин, тайно проникнув в Мир Демонов, смог договориться с Вилбертом и Шейлой через Сапфир, и вскоре они заключили перемирие.

После этого все должно было пойти хорошо. Однако один из них не выполнил своего обещания.

Это была Рафаэлина.

Она солгала им, даже будучи одной из Десяти Богов... Нет, именно из-за того, что она занимала столь высокое положение, мысль о том, что кто-то вроде нее может родить ребенка, да еще и с кровью демона и человека в жилах, было абсолютно запретной темой.

Тем не менее Рафаэлина родила ребенка, проведя с ним совсем немного времени... Ее преступление было наказано по высшей мере в Царстве Богов: ее память была полностью стерта, а дух заморожен.

— Я и еще двое встали на её сторону, но все остальные были за то, чтобы она понесла наказание... Я ничего не могла поделать.

В результате дух Рафаэлины был изъят из ее тела и навсегда заточен в Царстве Богов. Всё это происходило на глазах Хасэгавы.

— Именно тогда я забрала тебя в Мир Людей и доверила Дзину. Вместе с тем рассказала, что случилось с Рафаэлиной, а также с ее предсмертным желанием.

Рафаэлина понимала, каким человеком был Дзин и что он сделает.

Если бы он знал, что с ней случится, она уверена, что ради нее он без колебаний прорвался бы даже через Царство Богов.

Просто была большая вероятность того, что они потеряют своего ребенка, если он так поступит. Она не могла этого допустить, ведь это ребёнок, который олицетворял их надежду на будущее.

Поэтому она хотела, чтобы он заботился о ребенке, лелеял будущее, в котором не будет конфликта между людьми и демонами, и всегда ставил его во главу угла - таково было её последнее желание. 

Хасэгава взглянула на Басару через плечо, и проговорила ещё одну правду: 

— Тодзё... Твое имя “Басара" было дано тебе Рафаэлиной.

Басара в итоге был доверен Дзину, который не мог не исполнить отцовский долг и её предсмертное желание. Хасэгава отчетливо помнила тот момент, когда Дзин до крови сжал кулак, а его зубы стиснулись так сильно, что она почти слышала, как трескаются коренные зубы, чтобы сдержать его бушующий гнев.

— После этого... Дзин тайно отправился в Мир Демонов, чтобы передать предсмертное желание Рафаэлины леди Сапфир. Та с нетерпением ждала новой встречи и счастливой совместной жизни втроём. Она была просто не в состоянии принять собственное счастье без них, предпочитая жить в одиночестве в Мире Демонов, изолировав себя даже от Вилберта. Возможно, она не хотела обременять брата опасностями, которые могли бы его настигнуть, если бы демоны узнали её связь с человеком и небесным существом.

В этот момент Хасэгава вздохнула. Она знала, что этот день настанет, и готовилась к тому, что ей придется рассказать Басаре правду, и даже тщательно обдумывала, как она изложит ему эту историю.

Выполнив одну из своих важных ролей по отношению к нему, она слегка подняла голову.

— ...

Она увидела перед собой мальчика, который был самым важным человеком для Хасэгавы, и то, что текло по его левой щеке.

Басара тихо плакал. Увидев это, Хасэгава, не задумываясь, двинулась обнимать его. Но при этом она сопротивлялась желанию полностью вытянуть правую руку, которая уже наполовину потянулась к нему. Такая, как она, солгавшая Басаре, больше не имела на это права. Но она все еще должна была кое-что ему сказать.

— Леди Сапфир пообещала Дзину, что сможет немедленно прийти за вами обоими, если того потребует ситуация. И тогда она показала доказательство того, что ее слова не были ложью. Пять лет назад, после той трагедии... Дзин, покинув деревню, вместе с тобой обустраивал свой дом в городе. В то время ты встретился с ней совсем ненадолго.

— А...?

Басара поднял голову, чтобы посмотреть на нее, и увидел, что Хасэгава улыбается.

— Это было время, когда Дзин только-только начинал себя в роли фотографа. В то время ты еще не оправился от шока, вызванного тем, что произошло в деревне, не мог стоять прямо, не мог ходить в школу, полностью замкнулся в себе. Возможно, переживая за тебя, леди Сапфир больше не могла этого выносить. Казалось, она хотела пойти к тебе, как только возникнут проблемы в Деревне, но, будучи демоном, она не могла этого сделать. Однако после вашего ухода она смогла тайно навестить тебя с отцом. Именно поэтому она приняла человеческий облик, чтобы проверить, как ты себя чувствуешь. Но, когда ты только начал приходить в себя, ей пришлось вернуться в Мир Демонов, перед этим она использовала свою магию, чтобы стереть твои воспоминания о тех моментах.

— Ну, а дальше ты и сам знаешь что произошло. — сказала Хасэгава.

— Дзин отправился в Мир Демонов, чтобы поговорить с Вилбертом, ведь они больше не знали, где находится леди Сапфир. Но тебе не стоит волноваться, ведь если Дзин действительно постарается, он сможет найти леди Сапфир.

Вот почему... Теперь ее роль была закончена. Взгляд Хасэгавы обратился к нему.

— Это всё... что я могу тебе сказать.

При этих словах она слабо опустила голову.

— Это ложь.

Басара прямо у нее на глазах и спокойным тоном сделал такое заявление.

Часть 7

Тодзё Басара смахнул слезу, скатившуюся по левой щеке, и повернулся, чтобы встретиться взглядом с Хасэгавой, которая теперь повернулась к нему лицом. Глядя на выражение ее лица, смешанное из удивления и недоумения, он сказал:

— Я не хочу сказать, что всё, что ты мне сейчас рассказала, было ложью... Но, сэнсэй... ты все еще что-то скрываешь от меня, не так ли?

— Что ты имеешь в виду...

— Ты рассказала мне лишь о том, как их пути пересеклись и о том, что меня передали на попечение отца, остальное осталось неизвестным.

Басара прервал её, словно знал, что на этом правда не может закончиться.

— Неужели ты забыла? О том, что я теперь знаю твой разговор с Орнисом, благодаря Брюнхильде. Но сэнсэй должна была знать об этом с некоторых пор... Так что я полагаю, нет смысла скрывать всю правду.

— Ты, которая любила и почитала мою маму, как сестру, всегда винила себя в том, что не смогла помешать столь важному для тебя близкому человеку быть наказанной так, что лишило ее всего. Вот почему ты не сказала мне об этом, не так ли?

Наступила пауза.

— О себе - о том, что ты отказалась от титула и власти одного из Десяти Богов ради того, чтобы защитить меня.

— ...

Молчание Хасэгавы подтвердило слова Басары.

Этого следовало ожидать, ведь речь зашло о разговоре между Хасэгавой и Орнисом, поэтому Басара продолжил объяснять.

— Кроме того, моя мама Сапфир, переживала за меня, который только-только покинул Деревню. Скорее всего, так и есть, но в то время она все еще беспокоилась о случившемся в Деревне, а также обо мне и моем отце. Должно быть, моей матери, которая является демоном, было трудно продолжать жить в нашем доме.

Если бы о ее истинном облике узнали герои, это оказалось бы еще опаснее для Басары.

Скорее всего, решение Сапфир вернуться в Мир Демонов далось ей нелегко.

Однако, как и сказала Хасэгава, работа у Дзина действительно была напряженной. Состояние души Басары тоже постепенно успокаивалось, что было еще одной правдой. Тогда…

— Взамен моей матери, которая является демоном, единственный, кто оставался рядом со мной, пока я не успокоился, была ты, не так ли, сэнсэй? Такое небесное существо, как ты, смогла бы одурачить других о своей сущности, чтобы стать героем. И тогда, благодаря твоему присутствию, моя мама смогла бы без проблем вернуться в Мир Демонов.

Потому что...

— После того как ты привела меня в этот мир... Ты говорила о том, что не возвращаешься в Царство Богов. Ты решила защищать меня, даже если для этого потребуется отказаться от роли одного из Богов. До сих пор ты помогала мне своей божественной защитой и советами. После того как отец доверил меня тебе, за эти пятнадцать лет ты не думала о том, чтобы бросить или перестать заботиться обо мне.

Возможно, она сказала эту ложь ради него, чтобы защитить Басару от неприятной правды, чем желая быть рядом с его матерью. Ложь от Тисато Хасэгавы - от Афуреи, одного из Десяти Богов.

До сих пор она продолжала дорожить Басарой.

Все слова, которые он только что сказал Хасэгаве, были не более чем правдой.

Она с удивлением посмотрела на него, который не сводил с нее взгляда.

Его глаза были того же цвета, что и у нее, и у Рафаэлины.

Эти глаза Басара унаследовал от мудрой Рафаэлины, они смотрели на нее так, словно заглядывали в сердце и открывали правду, и Хасэгава рефлекторно потянулась к левой серьге - сувениру от Рафаэлины.

— Мне очень жаль...

Хасэгава тихо прошептала, опустив голову.

Она молчала о своей истинной сущности, находясь все это время с Басарой.

Она понимала, что история между Дзином, Рафаэлиной и Сапфирой - это то, о чем она точно не хотела бы лгать, но в то же время она думала о том, что не может добавить к этому и свое существование, ведь в этом не было необходимости.

Просто так сложились обстоятельства, не так ли? В этой истории Афуреи просто любила Рафаэлину, как свою сестру, в роковой день она могла лишь беспомощно наблюдать за тем, как ее наказывают, избавляя ее от существования.

Единственное, что, по ее мнению, она могла сделать, пусть даже немного, - это облегчить участь Басары.

Именно поэтому, когда речь зашла об истории Дзина и остальных, она исказила правду ради него.

Но это Хасэгава решила сама. Если смотреть на это с точки зрения Басары, то она, несомненно, солгала о важной истории, и это можно было расценить как неискреннее предательство.

Но…

Её это не волновало. Сейчас для нее Басара - самый близкий человек. Как он мог решать за Мио и остальных, так и Хасэгава решила, что ради него она готова на все. Даже если для этого придется солгать Басаре.

Поэтому до сих пор она, как школьная медсестра, занималась развитием отношений и доверия Басары с Мио и остальными - это неоспоримая истина. Время, когда она могла советоваться с Басарой по поводу его проблем. Время, когда он дал ей осознать себя женщиной. Когда их причины улетучились, а она была безрассудно желанна. Тогда она с трепетом отвечала ему на вопросы о своем счастье.

Играть роль той, кто нужен Басаре, значило для Тисато Хасэгавы всё.

Но, увы…

Скоро все это исчезнет. Конечно, она могла изменить его память и позволить Басаре продолжать улыбаться ей и желать ее, но это была бы лишь пустота и ничего больше.

И хотя она уже смирилась с этим неизбежным исходом, мысли о конце отношений с Басарой заставили Хасэгаву слабо вздернуть затылок.

— ...А?

Вдруг со спины ее крепко обняла рука. Хасэгава, сидевшая на коленях у Басары, сменила позу и повернулась к нему лицом.

— Пожалуйста, не пойми меня неправильно.

Он обхватил ее за талию, его тон и выражение лица были нежными.

— Ты забыла? Разве после того, как я спросил, что хочу узнать о своем рождении, я не задал тебе еще один вопрос?

Верно...

— Почему ты сказала, что "я был доказательством жизни женщины, которой ты так дорожила"?

— Да... Вот почему я...

Сказав это, Басара криво улыбнулся.

— Но то, что сэнсэй рассказала мне, относится к моим родителям. Конечно, я благодарен, что узнал о том, чего никогда не слышал до сих пор, и мысль о том, что меня любили трое моих родителей, делает меня счастливым, но... Но не это я хотел услышать больше всего.

Тогда что же? Она не могла понять, что он имел в виду, и его слова некоторое время осели в её голове.

— Ах…

В этот момент она издала ошеломленный звук. Она кое-что поняла.

Он хотел узнать, не только о своём рождении.

Узнать причину, по которой Хасэгава, которая дорога Басаре, проявила себя как женщина.

Слова Басары были сказаны не ради Рафаэлины или Сапфиры, а потому, что он хотел узнать, на каком месте стоит Хасэгава - ее собственные чувства, когда она обнимала его.

— Похоже, я неправильно тебя понял, но... Я рад, что наконец-то осознал твои истинные чувства, сэнсэй.

Сказав это, Басара снова нежно обнял Хасэгаву.

— Спасибо тебе... За все, что ты помнила о нас все это время.

Он говорил это ей уверенным голосом, но...

— ...

Хасэгава была шокирована и не могла найти слов, чтобы ответить. Она не могла понять, почему он хочет узнать не правду о его родителях, а ее чувства.

— Почему...?

На ее ошарашенный вопрос Басара улыбнулся и сказал:

— Не стоит удивляться. Потому что, в конце концов... та, кто сейчас передо мной, та, кто всегда защищала меня все это время, и та, кто любила меня все это время - это ты, сэнсэй.

Столь очевидная истина, вырвавшаяся наружу, несомненно, раскрыла всю глубину чувств Басары.

Поэтому после того, как она поняла, что означают слова Басары - нет, в тот самый момент, когда она поняла эти слова...

— ...

Хасэгава больше не могла сдерживать слезы, навернувшиеся на глаза.

Она почувствовала облегчение от того, что Басара не возненавидел ее. Все, что она делала по отношению к нему до этого момента, было компенсировано - как только она подумала об этом, слезы хлынули потоком.

— Сэнсэй...

В тот момент, когда Басара нежно вытер пальцем её слезы радости, Хасэгава Тисато больше не могла сдержать свои чувства.

Поэтому в этот момент она решила полностью отдаться Басаре, словно мотылек к свету...

Тела Хасэгавы и Басары окутал ослепительный золотой свет.

— Сэнсэй, это...

— Это начало церемонии заключения контракта... Между тобой и мной.

С нескрываемой радостью сказала Хасэгава. Это не тот контракт между Хозяином и Слугой, который связывал Басару с Мио и остальными. Это договор о том, что небесное существо вроде неё передаст свои силы тому, кого сочтёт достойным. Хасэгава, по-прежнему одетая в кимоно, вернулась к своей форме светловолосой и голубоглазой Афуреи.

— Ты же понимаешь, что все ощущения поднимутся в один момент, да...? Сейчас все это здание граничит с местом заключения нашего контракта.

И затем,

— Сейчас я могу использовать силу Десяти Богов ради тебя - вот почему.

— Нет, я понимаю, но... Но почему?

В ответ на слова Басары, который, казалось, был обеспокоен внезапностью ситуации, Хасэгава сказала: 

— Разве я не говорила тебе? Сейчас я - существо, существующее лишь для тебя... Поскольку ты дорожишь мной, я хочу иметь возможность помогать тебе ещё больше. Даже если проблема с демонами временно утихла, теперь не все так просто и спокойно, не так ли? Если ты нашел применение этому козырю, когда отправился в Мир Демонов...

Наступила пауза.

— Я надеюсь, что, заключив со мной контракт, ты получишь новый козырь.

Предложение прозвучало на таком расстоянии, что он почувствовал ее дыхание. Не думая, Басара снова тяжело сглотнул.

Без сомнения, для Клана Героев контракты относительно популярны. Заимствование силы духа Куруми произошло через контракт, а обмен контрактом с Юки через Сакую позволило ему использовать ее. Но…

— Но, контракт с тобой, сэнсэй...

В целом, при заключении контракта нужно, чтобы человек считался подходящим для заключения, а для этого нужно, чтобы между ними прошло много времени - это и было так называемой церемонией заключения контракта.

Конечно, чем сильнее сила другого, тем больше времени потребуется для его признания. Бывают случаи, когда безрассудно заключившие контракт проводят всю жизнь, не в силах его завершить. 

Это совершенно не похоже на все контракты, которые он заключал до сих пор с остальными, поэтому...

— Не волнуйся... Контракт между тобой и мной ни за что не провалится.

— Неужели...?

В ответ на его вопрос, Хасэгава кивнула и сказала: 

— Да. Эта церемония заключения контракта началась с того, что я хочу быть использована тобой... Но в церемонии заключения контракта задействована вся моя сила, и я решила, как лучше к ней подойти.

— Заключение контракта с богом...

Это невозможное безрассудство. Басара скривил лицо, а затем взял себя в руки и поцеловал Хасэгаву.

— Нн.... Огх, хаа... Тодзё...

Басара, замерший от поцелуя, мягко отстранился.

— Всё будет хорошо... Метод заключения контракта со мной такой же, как и с демонами, такими как Мио и другие. Не стоит думать, что это сложно. - она мягко улыбнулась.

— Кроме того, разве ты не проделывал со мной нечто подобное уже несколько раз?

— Это... Нет, пожалуйста, подожди минутку.

Басара был ошарашен.

— Значит, когда ты сказала, что хочешь тайных отношений со мной, ты хотела, чтобы они были такими...?

— Я так и думала, если бы ты позволил... Но мысли о тебе причиняет мне боль как женщине, это тоже правда. Если бы это было не так, то все не зашло бы так далеко, верно?

При этих словах на лице Хасэгавы заиграла кокетливая улыбка.

Она очень долго мечтала об этом. Именно поэтому...

Подавленные чувства, глубоко запрятанные в Тодзё Басаре, освободились от оков.

Хасэгава была не единственной, кому приходилось так долго терпеть все, что происходило до сих пор.

Не стоит отрицать, что бывали моменты, когда его разум затуманивался, и он обнаруживал, что безрассудно желает её, но он никогда не хотел подчинить себе Хасэгаву так, как он поступил с Мио и остальными. Он никогда не хотел причинить ей боль, несмотря ни на что, на протяжении всех их тайных отношений.

Однако теперь все было иначе.

Даже учитывая что она была ему дорога, мысль о том, чтобы сделать её своей и только своей, пару раз приходила ему в голову. Басара же в её глазах был скорее как племянник, которого нужно опекать, попутно получая от неё ласку в качестве бонуса, и думал, что она тоже этого хочет. Однако на этот раз все изменилось. Хасэгава перед ним.... Афуреи, одна из Десяти Богов, желала, чтобы он над ней доминировал. И он ответил на ее чувства, попутно обретая огромную силу. Он больше не мог сдерживаться.

Он стал безрассудно доминировать над Хасэгавой Тисато, заставляя ее покоряться ему.

— Похоже, ты в этом заинтересована... Тогда иди сюда.

Басара с изменившимся настроем встал и взял ее за руку, увлекая за собой в соседнее помещение через раздвижную дверь. Там стоял футон, расстеленный персоналом, и в этот момент она подошла к нему.

Хасэгава, которую он тянул за руку, вернулась в свою обычную форму.

— Сэнсэй?

— Не стоит беспокоиться... После начала церемонии заключения контракта, даже если ты подчинишь меня в этой форме, ничего не изменится в том, как я буду передавать тебе свою силу. — Хасэгава ответила удивленному Басаре нежной улыбкой.

После она легла на футон и сняла верхнюю часть юкаты.

Одновременно она расстегнула передний крючок лифчика, и большие груди Хасэгавы, окрасившиеся в цвет цветущей сакуры от выпитого саке, непристойно вывалились наружу.

От данного зрелища Басара шумно сглотнул, на что Хасэгава радостно воскликнула:

— Больше, чем в моей форме одного из Десяти Богов, Афуреи... Меня легче подчинить в этой форме, к которой ты привык, верно?

Фонарь на полу косвенно освещал ее обнаженное тело, развратно омывая его светом, вместе с ее соблазнительной улыбкой это было сенсационно, но…

— Это не так, но... Мне стало легче.

Басара, неподвижно стоявший у входа в комнату, сделал нежное выражение лица.

— Если бы я узнал правду и ты перестала бы быть моим сэнсэем, контактируя со мной как Афуреи, это вызвало бы во мне лишь тревогу.

— Почему это...?

С облегчением и беспокойством, Хасэгава, не понимая его слов, спросила.

— Потому что... Не означает ли это, что отношения и доверие, которые я построил с тобой, сэнсэй, всё это - не станут ли эти воспоминания бесполезными?

Басара плавными движениями подошёл к Хасэгаве, сидящей на футоне, он опустился и встретился с ней взглядом.

— Если в тебе ничего не изменилось, сэнсэй, и ты остались такой, какой была всегда... Мы могли бы продолжить, ни от чего не отказываясь.

Он внял даже всей лжи Хасэгавы. Басара дорожил тем, чем дорожила сама Хасэгава, и не хотел терять ничего из этого, а потому сказал ей, что нет необходимости отказываться от всего этого. Этих слов было более чем достаточно, чтобы растопить все остатки её разума...

— Что... сэнсэй!?

Когда Басара издал недоуменный голос, Хасэгава повалила его на футон и, сняв с него юкату вместе с нижним бельем, взяла его член в рот.

Она понимала, что должна быть покорена им.

Но сильные чувства к Басаре переполняли ее, и она больше не могла их сдерживать. Поэтому, чтобы убедить его в этом, Хасэгава по собственному желанию совершила минет.

— Хм, чуу... Чуу, хаа... Чуу ♥.

Впервые забыв о себе, она мечтательно присосалась к его члену. Внутри ее рта член быстро вырос до твердого и крепкого размера.

После такого смелого поступка, её чувство удовольствия усилилось до предела, причем не только для неё, но и для Басары. Она лизала и сосала, развратно раскачивала головой вверх-вниз и издавала при этом похотливые звуки, ее левая рука обслуживала его яйца, зная, что скоро он достигнет предела. Но...

Ей хотелось еще больше ощутить Тодзё Басару.

Это чувство переполняло ее, и Хасэгава Тисато провела правой рукой по попке Басары.

Во время зимних каникул она решила разнообразить интимную жизнь с Басарой, исследуя различные способы доставить ему удовольствие. Так что в этот раз она решила попробовать что-то новое, вот почему Хасэгава Тисато решила сделать этот шаг. Она вывернула средний палец правой руки и, встречая стоны Басары, ввела палец в его попку, осторожно потирая пальцем простату.

— -- !

С криком, который не прозвучал, и содроганием, от которого его спина вздрогнула, Басара кончил в рот Хасэгавы. Такая реакция только от такого количества - результат действия барьера. Но это можно сказать и о Хасэгаве - от члена Басары, который кончил ей в рот, грубо терся о ее язык и горло, Хасэгава получила сладкий экстаз.

— Ннх ~~~ ♥

Хасэгава внезапно задрожала, от спины до попы. Ощущение того, что она выпивает всю его сперму, привело ее в нирвану. Сладкий сок, вытекающий из её интимной части, пропитал ее трусики и, вытекая через край, каплями стекал по внутренней стороне бедра. Это была церемония заключения контракта между Хасэгавой и Басарой, которая открылась одновременной кульминацией обоих.

Часть 8

После напряженной кульминации, когда Басара открыл глаза, он обнаружил что лежит на кровати.

— Это...

В солнечном свете, проникающем в знакомую комнату, которую он уже видел раньше, Басара смутно различил спальню в квартире Хасэгавы.

— Что?!

Если память его не подвела, он должен быть сейчас в отеле, не могла же церемония заключения контракта закончиться вот так просто, когда он потерял сознание от внезапного нападения Хасэгавы - от такой мысли Басара резко удивился.

— Успокойся, Тодзё... Наша церемония контракта всё ещё продолжается.

Хасэгава, спавшая рядом с ним, захихикала, открыв глаза.

— В номере, где мы остановились, была рассчитана на шесть человек, но в основном она служила двум целям... Проще говоря, она слишком велика для нас двоих. Поэтому в созданном мною барьере отель был соединён с дублирующим пространством, которое я создала из своей квартиры. Место не переместилось из отеля, так что даже если Нарусэ Мио воспользуется своим GPC, все будет в порядке.

— Подключение к дублирующему пространству... Зачем ты это сделала?

Спросил Басара, который никак не мог взять себя в руки.

— Этот контракт предназначен для того, чтобы ты мог извлечь мои силы в полной мере. Как я уже упоминала, это требует определенной моральной готовности с твоей стороны... Но разве я не случайно лишила тебя сознания? Поэтому, учитывая, что наши тела остались без изменений, я замедлила ход времени в барьере в 100 раз. Хотя внутри барьера уже наступило утро, на самом деле прошла всего одна минута.

— Смотри. — сказала Хасэгава, показывая ему его телефон. На экране было видно, что время на по-прежнему 9 часов вечера.

— Разница во времени снаружи значительна, можно сказать, что внутри барьера время почти остановилось, но... Несмотря на то, что наши тела не подвержены влиянию, внутри этого барьера ты всё равно будешь стареть. Если ты привыкнешь к этому и вернёшься в реальный мир, тебе может быть трудно справиться с изменением скорости, что может негативно повлиять на твоё тело и разум, в худшем случае это может привести к смерти. Поэтому, чтобы избежать любых рисков, лучше остановиться на этой скорости.

— Я... понял. Спасибо.

Он облегченно похлопал себя по груди, понимая, что церемония заключения контракта с ней все еще продолжается.

Кстати говоря...

Басара подсчитал оставшееся время. У них было время до полудня, чтобы выехать из отеля.

В худшем случае они могли бы пропустить завтрак, а если дать Хасэгаве время на минимальную подготовку, то в 11 часов вечера она достигнет предела, и тогда у них останется максимум четырнадцать часов.

Умножьте это на сто, и получится 14000 часов, а если перевести это в дни, то получится около 583 дней.

Возможно, она не поняла его молчания, пока он подсчитывал дни, поэтому сказала:

— Не беспокойся об этом, если ты не хочешь тратить слишком много времени, мы можем вернуться к обычной скорости.

— Ах, прости... Дело не в этом.

Дело было не в том, что он не хотел проводить время с Хасэгавой, просто он собирался заключить контракт с кем-то из Десяти Богов, на что могла уйти целая жизнь, а возможно, и вовсе вечность.

Если так подумать, то 583 дня - довольно короткий срок, кроме того, все те дни, которые она ждала его, исчислялись годами.

Она всегда ждала его, и он, считайте, заимствует у неё её же силу, поэтому он хотел ответить на ее чувства. Однако существовала и другая проблема.

— Как насчет еды и других необходимых потребностей?

В скопированных пространствах внутри барьера можно было найти еду из отеля, а также из холодильника, но даже это имело предел.

— Вот почему я подключила его к копии моей квартиры... За исключением наших телефонов, исходное состояние подключенного пространства сохраняется, и я настроила его на перезагрузку каждый раз, когда мы возвращаемся из отеля в квартиру.

По сути, когда они возвращались в отель, состояние квартиры возвращалось к первоначальному, а когда из отеля сюда, пространство тоже обнулялось. Таким образом, не нужно беспокоиться о еде, а также о стирке и уборке.

Затем он понял процесс прихода и ухода между квартирой и отелем. Короче говоря, эта граница была пространством, где им не нужно было беспокоиться ни о чем другом, и они могли сосредоточиться только на церемонии заключения контракта.

— Раз уж мы с тобой заключаем контракт, я не совершу такой ошибки, как профан, верно?

Хасэгава усмехнулась, она рассказала ему, как все было. С ними не будет никаких проблем внутри барьера. Они смогут вернуться к первоначальной скорости в любой момент. С такой подготовкой ему не нужно будет сдерживаться, поэтому…

— Я понимаю... Тогда, пожалуйста, позволь мне продолжить церемонию заключения контракта.

Когда лицо Басары приблизилось, Хасэгава улыбнулась, прижав указательный палец к его губам.

— Не стоит торопиться... Сначала давай позавтракаем. И, хотя я не хочу этого говорить, разве тебе не нужно хотя бы раз позвонить Мио и остальным?

— Верно.

Мио и остальные сказали, что он может просто написать им сообщение, но они хотели бы услышать его голос по телефону.

— Я пока установлю время на то же, что и снаружи. Но закончи к тому времени, когда я закончу завтрак, хорошо? Если десять минут умножить на сто, то получится неделя. — Хасэгава горько улыбнулась.

Поцеловав его в щеку, она вышла из спальни.

Тогда он позвонил на домашний телефон в его доме. Как только он это сделал, линия соединилась.

— Да, Басара-сама.

Ответил почтительный женский голос. 

— Зест, прости, что поздно звоню... Как у вас дела?

— Да. Дела обстоят хорошо, совсем недавно мы решили принять ванну по очереди, и сейчас в ней находятся Мио-сама и Мария. Теперь я передам вас Юки-сан и Куруми-сан. 

— Привет, Басара?

— Юки, прости, что беспокою тебя... Что-нибудь случилось, пока меня не было?

— Все в порядке, никаких проблем не было.

Почувствовав облегчение что с ним всё в порядке, Юки заговорила по телефону довольно мягким голосом.

Поговорив еще немного, телефон был передан Куруми. Басара сначала извинился за поздний звонок, а потом объяснил, что благополучно добрался до отеля.

— Судя по GPS-навигатору твоего телефона и координатам Мио, мы можем определить, где ты находишься... Похоже, ты остановился в довольно отличном отеле.

— Верно, хотя мне кажется, что он слишком роскошный.

Он умышленно умолчал, что Хасэгава была ответственна за подготовку этой поездки.

— Ну, разве это не хорошо время от времени? Мария тоже купила большую ванну... Тем более что, Басара, ты уже давно сражаешься. — добродушно сказала Куруми.

— Как там у тебя? Эта местность славится природными источниками, уверена, что воздух там совсем другой.

— Да, это правда...

Басара кивнул в ответ, рассказывая о своих впечатлениях от посещения различных туристических мест.

В это время Хасэгава, закончившая готовить завтрак, вернулась в спальню.

С фартуком на теле и огромной тарелкой с французскими тостами, ветчиной и яйцами, салатом, Хасэгава заметила, что Басара все еще разговаривает по телефону.

— ...

И окинула его осуждающим взглядом. Он быстро взглянул на время на своем телефоне и увидел, что прошло уже десять минут. Выругавшись под себя, нетерпеливая Хасэгава молча подошла к нему и поставила тарелку на столик.

Затем она мягко села на кровать и начала проводить языком по бокам его живота.

— Басара, что-то случилось?

— Нет, ничего.

Басара быстро ответил Куруми как ни в чём не бывало, при этом опустил голову и бросил обвинительный взгляд на Хасэгаву. Та лишь игриво улыбалась, когда её язык скользил по его животу и далее вниз.

— “Эй, сэнсэй...?”

— “Это за то, что ты так долго разговаривал по телефону... Если ты не будешь вести себя тихо, тебя вычислят, так что будь осторожен, ладно?”

Быстро пошептавшись с ним, она поцеловала его член.

Затем она провела языком по его длине, смачивая его слюной, а обеими руками стала поглаживать его вверх и вниз, и член Басары быстро стал эрегированным. 

Его бедра дернулись вверх, и Басара ели как удержался от стона.

— Подожди секунду, Мио только что вышла из ванны, так что я пойду. — сказала Куруми.

— Привет, Басара?

Когда трубку взяла Мио, Тодзё Басара уже получал стимуляцию ртом Хасэгавы.

— Нн... Чу... Хаа... *Глоть*... Ухм, Чуу... Нмм... Чуу ♥.

Басара, не выдержав возбуждающего зрелища, опустил взгляд и положил руку на голову Хасэгавы. Возможно, она была довольна тем, как сильно он отреагировал на её оральные ласки, что послужило стимулом для более интенсивного минета со стороны Хасэгавы.

— “Ах.” 

Сдерживаясь, он издал задыхающийся от удовольствия стон. Басара, не удержавшись, кончил в рот Хасэгавы.

— Ннн ♥ ннн... Ммм... Нн чуу, Хаах.... Чуу ♥.

Горло Хасэгавы дрожала, когда она выпивала всю сперму, как будто она была вкусной.

А потом, когда она начала слизывать сперму, вытекающую из кончика члена, он услышал:

— Басара... Алло, ты меня слышишь?

— ...Да, ты только что вышла из ванны?

— А? Да... Точно.

Мио подтвердила это, немного смутившись от его вопроса.

— Там ведь есть онсен (П.П горячие источники)? Должно быть, там просто великолепно, да?

— Да, действительно, потрясающе...

Кивнув, он неосознанно сглотнул, и хотя Басара уже кончил, Хасэгава, все еще облизовающая его член, снова начала делать ему минет.

— Чу... *Глоть*... нн... Хаа... Нн чуу, чуу... хаа... чуу ♥.

В ее горячем рту, с ее языком, развратно сосущим член, Басара, не задумываясь, выгнул бедра.

— Онсен звучит так хорошо... Эй, Басара, давай в следующий раз отправимся туда все вместе.

— А-а-а, да, звучит неплохо... В следующий раз, со всеми ...!!!

Пока его донимала Мио, Тодзё Басара снова кончил.

— Ннф ♥... Мм... Ннн... Хаах, хмм... Чуу... Нн ♥.

Хасэгава взяла всё в рот и выпила, издавая похотливые звуки.

После обмена обещаниями с Мио о походе в горячие источники вместе со всеми, он передал свои наиучшие пожелания Марии, которая находилась в ванне и в конце положил трубку. Он чувствовал, что суккуб Мария способна видеть его насквозь. Когда он это сделал, Хасэгава оторвала губы от члена и подняла глаза вверх.

— ...Завтрак остывает.

— Прости... Но, пожалуйста, перестань быть такой безрассудной, сэнсэй. Что, если Мио и остальные узнают?

— Все в порядке. Сейчас единственный, кто слышит мой голос, - это ты, мой партнер по контракту. Знаешь, я тут подумала, раз уж ты так добр к Нарусэ и остальным, то, быть может, мне стоит сделать что-то подобное, чтобы ты относился ко мне так же особенно, как и к ним, а?

Сказав это, она взяла Басару за правую руку, и…

— А?

На его правой руке появился гребень "коу". Как только Басара в недоумении моргнул, гребень быстро исчез, а на горле Хасэгавы появился иероглиф "аза", словно ошейник, и она издала сладкий стон "Ннн... ♥ ", прижимаясь к нему.

— Сэнсэй, ты...?

— Да... Я изучила контракт между тобой, Нарусэ и остальными. Это проклятие связало нас точно так же. В таком случае, ты не можешь оставить меня одну, верно?

— Но это... Вести себя так безрассудно...

Проговорил Басара с виноватым видом, удерживая оторопевшую Хасэгаву.

— Все в порядке. Пока церемония заключения контракта не изменится на контракт Хозяин и Слуга, я буду связана с тобой этими двумя узами... 

Радостно сказала Хасэгава.

— Кроме того, я вовсе не считаю это опрометчивым шагом. Ты же не думал, что я уступлю такому мелкому проклятию, как это?

Хотя Хасэгава, входящая в число Богов, столкнулась с проклятием похоти, и хотя это было для неё тяжелым бременем как для души, так и для тела, жизнь её не находилась под особым риском.

— ...

В ответ Басара на мгновение замолчал. Контракты, которые он заключил с Мио, Юки и Зест, как хозяин и слуга, оказались крайне эффективными. Несмотря на то, что нагрузка на них не была чрезмерной, увеличенная сила их узов часто спасала их от беды. Так что Хасэгава была абсолютно права, говоря, что нет причин для беспокойства.

Но все же это было не то забавное дело, к которому можно было отнестись легкомысленно. Поэтому…

— Понятно. Тогда я хотел бы кое-что попробовать после завтрака.

Он ответил с улыбкой на лице, и они вдвоем принялись есть завтрак, который она приготовила.

А после завтрака они вернулись в номер отеля.

Наступило утро, но в номере, оформленной в традиционном стиле и закрытыми раздвижными дверями, царила непроглядная ночная тьма.

Хасэгава надела только трусики, чтобы не переступить последнюю черту и села на расстеленный футон, Басара же тем временем достал из своей дорожной сумки маленькую бутылочку. И на глазах у Хасэгавы выпил содержимое.

— Фуфу... Это то, что, как ты сказал, ты хотел бы попробовать?

— Да... В любом случае, давай начнём прямо сейчас.

Хасэгава улыбнулась, сохраняя самообладание, в то время как Басара, сев напротив неё, смотрел ей в глаза и, обняв её крепко, поцеловал её с особой жадностью. В таком положении он медленно провёл руками по её талии и задней части трусиков. Под воздействием проклятия, Хасэгава стала мокрой и горячей, когда он грубо ласкал её ягодицы.

— Ннн... Чу, хаа... Чуу... Ннн... Фух... Ааа... Ннфу ♥♥♥.

Хасэгава сладко выгнула спину, ее язык переплетался с его языком, а рука, в свою очередь, нашла путь к его промежности. Пока его член увеличивался в её руке, Басара медленно провёл правую руку по трусикам и ввел палец в промежность, раздвигая ткань. Когда промежность издала похотливый звук, он вытащил палец и создал дырку на трусиках, похожую на щель.

— Я вхожу.

После короткого заявления Басара ввел свой член в трусики.

Хасэгава, в трусики которой был вставлен член Басары, потерлась своей киской об его стержень.

— Ааа... Нн... Хаааааа... ♥♥♥♥.

Она кончила так же легко, как он ввёл член. Её попка дрожала, когда она радостно вскрикивала, её руки сжимали его шею. Она лежала на коленях Басары, лицом к нему, и его правая рука снова спустилась вниз по ее спине и проникла в трусики. А затем, крепко ухватившись обеими руками за попку Хасэгавы, он сильно надавил на нее.

— Хаа, нн... Я… Тодзё... Ааа... Хааа ♥♥♥.

От возбуждения ее промежность пылала, длинные черные волосы Хасэгавы беспорядочно раскачивались, а её спина выгибалась, подстраиваясь под движения Басары. Приятные ощущения от эликсира, которое выпил Басара, полностью выветрилось из головы, но…

Нежно обхватив ее спину, он стал ласкать ее грудь, и, когда Хасэгава выгнулась от удовольствия, она поспешно повернула голову, потому что…

— ...Тод...зё...?

Это был Басара. Внезапно в ней что-то проснулось, но она не была уверена, что именно.

— Это, как...

Действительно, когда она повернула голову, тот, кто крепко прижимался к ее попе и вставил свой член в ее трусики, определенно был второй Басара.

А…

Басара перед ней поднял лицо и посмотрел на нее с улыбкой.

— Может быть... Эликсир, которое было раньше... Ааа... Аааааааа.

Она хотела заговорить, но в тот момент, когда она попыталась, ее слова были стерты ее кокетливым голосом. Твердый член уперся ей в трусики и стал тереться о её щель.

Она развратно терлась об него как передним, так и задним входом,

— Нет, нет... Это... Хааа... Это... Хаааааааааааа ♥♥♥♥.

Когда Хасэгава достигла оргазма и испытала сквирт, двое Басара, удерживавшие её, тоже кончили, и их сперма заполнила её нижнее белье. Она упёрлась подбородком в левое плечо лежащего перед ней Басары, прижимаясь к нему всем телом.

— Нет... ннн, ха... а... Тодзё... это...?

Со спины и сзади к ней приблизились две Басары, а рядом с ними еще четыре Басары.

— Это эликсир, которое я получил от суккуба, на случай, если Мио и остальным пятерым понадобится партнёр... Но никто не говорил, что я не могу использовать его, когда я только с одной партнёршей.

Держа на руках ошарашенную Хасэгаву, Басара прямо перед ней зашептал ей на ухо.

Причём таким тоном, который заставил бы её непрекословно подчиниться ему.

— Итак, сэнсэй, давайте продолжим нашу церемонию заключения контракта.

Сказав это, Басара, превратившийся в шестерых человек, приступил ублажать Хасэгаву Тисато.

Часть 9

Полночь.

Персонал направился в номер Басары, чтобы начать уборку после ужина.

Это было так поздно, потому что Хасэгава заранее попросила их об этом.

Она хотела, чтобы они пришли в такое время, чтобы не мешать им, если они захотят убраться.

Конечно, при таком разнообразии еды ее было достаточно, чтобы не только Басара, но и такая женщина, как Хасэгава, была досыта сыта. Убравшись, одна из девушек сразу же после возвращения сказала повару.

— Какие удивительные гости!

Внезапно забронировав столик за несколько дней через центральный офис, они были поражены, когда получили уведомление о бронировании всего отеля на сегодняшний и завтрашний день. Этот роскошный отель уже принимал знаменитостей, но впервые им поступил заказ на всё заведение. Хотя некоторые из забронированных номеров были предназначены для VIP-клиентов, решение центрального офиса не вызвало у них беспокойства, так как отель обычно заранее бронирует номера и уже имел гостей на предстоящие выходные.

Поскольку прямых претензий к ним не было, все закончилось без проблем.

Они не знают, сколько заплатила та дама по имени Хасэгава, но этого точно хватило, чтобы выдать всем сотрудникам солидный бонус. Кроме того, чтобы уладить дела с постоянными гостями, тоже пришлось потратить некоторую сумму.

Так что денег у них было более чем достаточно.

Хозяйка отдала им строгий приказ обеспечить этим гостям безупречное обслуживание. Так что, как можно тише...

Персонал не приближался к ванне или спальне, когда они расстилали футон в смежной комнате, они также разделили работу по сбору столовых принадлежностей, уложили их в тележку, которую припарковали перед номером, и тихо закрыли за собой дверь.

На тот момент внутри барьера прошло уже более четырех месяцев.

Однако церемония заключения контракта все еще продолжалась. В открытой мужской бани, наполненной белым паром, одинокая женщина оказалась окружена мальчиками, выглядевшими одинаково, и стояла в центре их внимания.

— Ааа, ннн... Чуу... хаа ♥, нн чуу, фуу... хаа... фуаан ♥.

Она села на колени мальчика, который ласкал ее грудь сзади, и задыхалась, когда повернулась, чтобы поцеловать его через плечо. Каждый раз, когда ее попка медленно двигалась вверх и вниз, из ее интимной зоны доносился влажный звук. Мальчик наслаждался тем, как его возбужденный член проникал в ее трусики, согласуясь с движениями ее бедер.

— Нн... хаа, нн..... Чуу... Ннфу, аан... Чуу... Чуу. ♥ 

Утопая в приятных грезах, женщина целовала мальчика позади себя, протягивая обе руки к мальчикам слева и справа от нее, её руки  усердно работали над их членами.

По мере того как кончики ее большого и указательного пальца развратно теребили нижнюю часть их пенисов, она заметила, что размер их членов постепенно увеличивается. Поэтому движения ее рук становились все быстрее и непристойнее.

— Ух... Ахх.... ух!

Мальчики слева и справа от нее кончили примерно одновременно, заливая мутной спермой ее грудь и область пупка.

Ощущая тепло спермы на себе, женщина почувствовала себя хорошо.

— Аахх ♥, нн, аах... Хаах. ♥

Женщина выразила экстатическое удовольствие на лице, когда мальчик, стоящий за ней, прижался к ней.

— Хасэгава сэнсэй... Я собираюсь, скоро....!

Воскликнул он, понимая, что больше не может сдерживаться, и в ответ услышал:

— Нн... Ааа, Тодзё..... Кончай, сколько хочешь...

Когда Хасэгава это произнесла, словно умоляя, она отпустила члены Басары, справа и слева от себя, засунула обе руки в трусики и взяла эрегированный член Басары сзади, начиная его ласкать. Медленно двигая руками вверх и вниз по его члену, она пальцами гладила бугорки женской интимной зоны, в то время как у Басары сзади это вызывало поток возбуждения.

— Аааааа ♥.

Её чувства быстро обострились, и она испытала оргазм. Басара, обнимая Хасэгаву сзади, нежно поглаживал ее грудь.

— Сэнсэй... Я думаю, что нам пора переходить к следующей форме обучения.

— Да... Ааа... Нн, я понимаю... Тодзё... Как ты и хотел... Хаах.... Хум.♥

Насытившись удовольствием от оргазма, Хасэгава прильнула губами к Басаре, стоявшему у нее за спиной, и переплела их языки.

То, что принял Басара, было эликсиром, которое создавало копии его самого.

Он мог создать не более пяти копий - то есть по одной на каждую из своих девушек. Если дело в количестве, то достаточно было бы и четырех копий, однако такой сценарий означал, что только одна сможет ощутить настоящего Басару, и поэтому они принимали меры предосторожности, чтобы избежать чувства несправедливости.

Созданные копии были физически и эстетически идентичны Басаре, что означало, что такие копии не предназначены для использования в бою. Существовали различные способности, позволяющие разделить себя, и разделение силы, безусловно, создавало ограничения, но в конце концов, данный эликсир был просто продуктом суккубы, поэтому созданные копии не обладали боевыми способностями.

Зато они были более чем способны доставлять сексуальное удовольствие.

Время тянулось уже восемь часов, к тому же, благодаря свойствам её барьера, когда они переходили из квартиры в отель, вещи в дорожной сумке Басары восстанавливались в прежний вид.

Несмотря на это, количество копий, которые он мог создать, было ограничено.

Изначально он решил создать не более трех копий, но, чтобы Хасэгава легче поддалась ему, он создал все пять копий и окружил ее. Таким образом, он смог довести Хасэгаву до оргазма вместе с ними шестью. А место, где они это делали, чаще всего была мужская секция общественного горячего источника.

Поскольку состояние отеля и квартиры, расположенных внутри барьера, обнулялось по мере того, как они ходили туда-сюда, не было необходимости приводить себя в порядок, но они не могли сказать того же о своих телах. В горячем источнике на открытом воздухе было много воды, и они могли легко смыть пот, а также охладить разгоряченные тела.

Снова взяв шестерых Басар в горячий источник под открытым небом и пробуя всевозможные вещи, Хасэгава развила в себе все виды чувств, о которых не подозревала, и, когда дни похоти перевалили за четыре месяца, Басара наконец сказал, что перейдет к следующему этапу обучения.

И вот на следующий день она вновь получила от Басары тщательное обучение.

С утра до ночи Хасэгава погружалась в похабщину с Басарой, оказывая разнообразные сексуальные услуги, начиная с минета и обслуживания нескольких членов одновременно, и заканчивая различными формами проникновения между бедер. Каждую услугу она осваивала заново, стремясь к совершенству. Постепенно она осознавала, что, продолжая экспериментировать с Басарой для достижения экстремальных оргазмов, она становилась женщиной, способной сделать его счастливым. Она открывала для себя истинные радости сексуального удовлетворения, а её услуги, по общему признанию, постепенно росли, поскольку Басара постепенно заставлял ее обслуживать нескольких из них одновременно.

В конечном итоге, с накопленным опытом и мастерством, Хасэгава достигла уровня, когда могла одновременно удовлетворять четырех партнеров.

При этом последние две копии Басары присоединились пососать ее грудь - таким образом, наконец-то Хасэгава смогла получить обучение от всех шести Басар одновременно. Продолжая ублажать его и всех его копии, она находилась на седьмом небе от счастья. И не успела они оглянуться, как летний пейзаж за окном постепенно окрасился в цвета осени.

Часть 10

С тех пор их похотливые дни не прекращались.

Несмотря на то, что она получила непреодолимое чувство покорности с шестью партнерами, это ничего не значило, если бы она не могла подчиниться только одному Басаре в обычной ситуации.

В конце концов, дело дошло до того, что он перестал использовать эликсир, и она начала тренироваться подчиняться только одному Басаре.

К тому времени он уже успел превратить все ее части тела - от груди до попы, от губ до языка - в объект, который с вожделением откликался на его желания.

— Нн... Чу,... Хаа... Тужуу... Нн чуу ♥ ... Пичуу... Чуу, нфуу... хмм, нчуу... Ааа... Чуу... Кучуу, хмм... *Лизь*... чуу... ♥.

Когда она увидела, что Басара достигает оргазма, она ощутила волнение и радость до самой души. Используя навыки, которые она приобрела, обслуживая шесть партнеров одновременно, она проявила всю свою любовь к одному мужчине. Без каких-либо сдержек, Хасэгава полностью погрузилась в роль сексуальной служанки Басары.

— “Подумать только, до такой степени меня подчинит Басара…”

После окончания дневного обучения за окном отеля начал идти снег. Они взяли номер в западном стиле с уютной кроватью, и Хасэгава легла в его объятия, наслаждаясь атлетическим телосложением Басары.

— Сэнсэй, ты не можешь уснуть?

Басара, внезапно осознав, что ее взгляд устремлен на него, пробормотал эти слова с обеспокоенным видом.

— Да... Поэтому я смотрю на тебя.

На лице Хасэгавы внезапно появилась улыбка. За год, проведенный вместе в барьере... Лицо Басары приобрело более мужественные черты, его телосложение стало более выразительным, волосы и рост также выросли.

— Помочь тебе немного поспать?

Сказал он с улыбкой на лице, от которой по телу Хасэгавы пробежали жаркие мурашки.

— Да. Пожалуйста, Тодзё.

Хасэгава обняла проснувшегося Басару, перебралась к нему на колени и уселась там. А затем, сняв пеньюар, она, оставшись в одних трусиках, поцеловала его.

— Чуу... Хаа, ннн... Ааа... Тодзё... ♥

Она начала развратно переплетать их языки в поцелуе. Басара отвечал ей то порочным языком, то мягким и нежным, лаская ее грудь. Это не было похоже на обучение, скорее это должно было вызвать у неё радостное, сладкое чувство.

Получая односторонние уроки, Хасэгава не была им покорена.

Несмотря на то, что в течение всех дней в нее вливали обилье спермы, чтобы она подчинилась Басаре, кроме еды и отдыха, временами он был с ней ласков... Из-за этих изменений Хасэгава проявляла еще больше нежности к Басаре, чувствуя себя счастливой, словно во сне, когда получала от него обучение.

В самом начале, пусть и ненамного, но Басара обладал большей силой, чем она, и, замедлив время действия барьера, должен был заманить ее в ловушку... Но вот все изменилось, и теперь именно Хасэгава заманила Басару в ловушку. Несмотря на то, что она отдала свою силу ему, несмотря на то, что в церемония заключения контракта еще не закончилась, Басара не мог закончить свои обучение ради нее.

— ”Все из-за этого.”

Прошел почти год, а ошейник с контрактом Хозяин и Слуга на шее Хасэгавы все еще не отступил, и на нем по-прежнему красовался символ "Аза". Этот знак означал, что слуга еще не полностью подчинилась своему хозяину.

Сколько бы она ни тонула в наслаждении, сколько бы ни мечтала о Басаре - даже если Хасэгава, обладающая силой Десяти Богов, не могла подчиниться до такой степени, Басара продолжал обучение без конца.

— Нн... Ааааа...

В тот момент, когда они отодвинулись, чтобы передохнуть, Басара нежно посасывал ее соски, вызывая у неё электрическое ощущение, от которого по всему телу пробегали мурашки.

Обхватив руками голову Тодзё, она внимательно следила за его выражением лица, а в голове проносились воспоминания о том, как когда-то маленький Тодзё сосал грудь своей матери Рафаэлины, и как этот младенец с тех пор вырос и стал больше её, и как теперь он с наслаждением сосёт её соски...

— “Даже по отношению к Тодзё я…”

В тот самый момент, когда она рассеянно подумала об этом, что-то внутри ее груди бешено заколотилось.

— М?

Как будто внезапно удивившись, Басара оторвал рот от ее груди и что-то проглотил.

— Э-э?

Посмотрев вниз, она увидела, как из левого соска, который сосал Басара, непристойно вытекает что-то белое.

В этот момент она поняла, что означает эта ситуация.

— Я... Это не так... Это...

Хасэгава Тисато покраснела и запыхалась. Она никак не могла быть беременной, хотя, если бы она действительно забеременела, то не чувствовала бы себя взволнованной, а была бы по-настоящему счастлива.

Когда была проведена церемония заключения контракта, Хасэгава находилась в состоянии одного из Десяти Богов и могла использовать эту силу во благо Басары. В течение почти года она обучалась у него, и только мысль о том, что она кормит его грудью, вызвала в ее теле физические изменения, позволив ей вырабатывать грудное молоко.

От неожиданности она покраснела от смущения и попыталась прикрыть грудь руками.

— Убери руки, Афуреи.

Стоя перед Хасэгавой, он отдал такой приказ прямо у нее на глазах.

В одно мгновение ее тело задрожало, и она взглянула на Басару, который когда-то относился к ней с такой добротой, а теперь его взгляд был холоднее, чем когда-либо прежде, вызывая в ней чувство, с которым она никогда не сталкивалась во время их обучения.

Басара, который все это время называл ее "сэнсэй", назвал ее "Афуреи"... Осознавая, что это значит, Хасэгава сглотнула. Глядя на нее, которая сейчас стеснялась от изменений в своём организме, он решил, что Хасэгава может полностью подчиниться ему.

У неё было такое же предчувствие. Если она еще больше подчинится Басаре, то уже не сможет убежать от него.

...Ах....

И в этот момент Хасэгава осознала, что член Басары достиг размеров, которые она никогда прежде не видела. Увидев это, она почувствовала, что больше не в состоянии терпеть желаемое. Ее пронзил импульс, и для неё, которая обучалась почти год, это имело абсолютное значение.

Повинуясь приказу, Хасэгава разжала руки, прикрывавшие грудь. Когда она сделала это, кончики ее сдерживаемых грудей задрожали.

— Я позволю тебе почувствовать себя лучше.

Сказав это глазами полными темноты, Басара приблизился губами к ее груди, и...

— ♥.

Хасэгава, у которой непристойно сосали левый сосок, закричала, когда Басара начал пить ее грудное молоко.

Правый сосок Хасэгавы тоже потек, и женская жидкость хлынула из ее киски.

— Ка... Ааа... Хааа. ♥

Когда она погружалась в удушающее наслаждение, ее тело сладко дрожало в экстазе.

Лицо благородного члена Десяти Богов быстро исчезло, оставив лишь опьянённое, непристойное лицо женщины, очарованной Басарой и тем удовольствием, которое он ей доставлял.

И в этот момент, Хасэгава Тисато, Афуреи была опустошена.

Басара, который научил ее счастью, снова погрузил ее в наслаждение, мгновенно усиливая ее возбуждение. Когда она пришла в себя, Хасэгава уже находилась в горячем источнике под открытым небом, а Басара сосал грудное молоко из ее сосков. Всего лишь одно сексуальное действие - сосание груди - доставило ей огромное удовольствие.

— Хаааа, Тодзё... Потрясающе... Ааа... Еще, нн... Фух... Хааа. ❤

Пока Басара сосал один сосок, из другого начало вытекать грудное молоко, а тело Хасэгавы билось в горячей воде. Ее молоко эротично переливалось через край, словно из родника, и изначально прозрачная вода горячего источника приобретала молочно-белый оттенок. Мысли о том, как ее молоко попадает не только в рот Басары, но и на его кожу, возбуждали ее сильнее, чем когда-либо. В этот момент она полностью погрузилась в свое состояние капитуляции перед ним.

Растрепанная и развратная фигура Хасэгавы заставила его забыть все оставшиеся в нем сдерживающие доводы, и он сорвал с нее трусики, пропитанные горячей водой, смешанной с ее грудным молоком и его спермой!

— Ах. ♥

Несмотря на это, Хасэгава была счастлива, а потому обхватила его за плечи и подтолкнула к краю источника. А потом,

— С-сэнсэй...

Он звал ее, пока его дыхание было тяжелым от вожделения. Было очевидно, что Басара чего-то хочет от неё. Чтобы сдержать обещание, что они не перейдут последнюю черту, он не снимал с неё трусики даже во время обучение, но сейчас он собирался перейти эту черту. Вот почему…

— А-а-а...

Хасэгава задрожала от счастья. Переступив последнюю черту, он не только нарушил бы обещание, но и причинил бы боль Мио и остальным. А Басара действительно дорожил ими больше всего на свете. Однако он в своём нынешнем состоянии духа ставил желание Хасэгавы превыше чувств Мио и остальных, впервые Басара был настолько захвачен, что пошатнулся, потеряв самообладание.

— Ну же, иди сюда, Тодзё...

Хасэгава соблазнительно улыбнулась, хотя было трудно разглядеть это во мраке горячего источника под открытым небом без электричества, и медленно расставила ноги, показывая свою интимную зону перед ним.

То, что он испытывал сейчас, нельзя было описать словами. Ее соки блестели и эротично переливались в лунном свете, а наблюдать за тем, как Хасэгава раздвигает свою киску, было неимоверно непристойно.

— ...

Увидев такую фигуру прямо перед собой, Тодзё Басара сглотнул слюну.

В то время как Хасэгава была покрыта различными жидкостями, ее интимное место было открыто, хотя и покраснело в непристойный цвет. Чуть дальше этого входа находилась готовая эмблема кольца Хасэгавы, о которой ни один мужчина никогда не узнает, ожидая, что в нее ворвется член Басары.

Хасэгава больше ничего не сказала.

Она просто еще больше приподняла бедра, как бы выставляя себя напоказ.

— Фуфуфу...

Она соблазнительно рассмеялась, и, увидев это…

Рассуждения Тодзё Басары полностью рассеялись - его член был полностью эрегирован, и он толкнулся вперёд. И вот, вход Хасэгавы, готовый принять его, издал радостный звук... Она подалась бедрами вперед, открываясь для кончика Басары и начала заглатывать его член.

И вот, наконец, кончик Басары коснулся кольцевых складок Хасэгавы - и тут,

— Ннн, аааааа. ♥

Когда из горла Хасэгавы вырвался соблазнительный голос, ее тело затрепетало и выгнулось назад, выплескивая женский нектар.

То, что член Басары не вошел глубоко в Хасэгаву, было просто чудом, учитывая темп, в котором она поднимала бедра. Это была кульминация, несравнимая ни с чем до этого.

— Хах.... Ах.... Тодзё... Хаах, нн... Аах... ♥

Хасэгава была в оцепенении, едва дыша, когда она погружалась в другое измерение блаженства, потеряв контроль над своим сознанием.

Для Нарусэ Мио это была ее грудь. Для Нонаки Юки - ее попка. А для Зест - ее уши.

В первый раз, когда она подчинилась ему, Басара стимулировал именно эти слабые места, чтобы снять проклятие, о котором он узнал от них, когда началась церемония контракта Хозяин и Слуга. Однако даже спустя год обучения он так и не смог добраться до её слабого места. Однако, несмотря на это, Басара был более чем способен доставить ей удовольствие, поэтому Хасэгава не слишком задумывалась об этом.

Однако в конце концов скрытая истина была раскрыта.

— “Это... моё слабое место…”

Она не могла поверить в это, но все тело Хасэгавы указывало на это, окутанное кульминационной вибрацией.

— ...

Наконец, Хасэгава зашевелилась и направилась к Басаре, раздвигая ноги и прижимаясь к нему попой. Она показала ему свою горячую, теплую щель, с которой обильно капала вода.

Пока она это делала, Басара накрыл ее руками.

— Нет, я не хочу твоих пальцев... Тодзё...

Хасэгава сладко потянулась, просунув правую руку между ног.

Только так он поймёт, что ему с ней делать.

Басара переместил свою руку, чтобы схватить свой член, и в ответ Хасэгава, находясь между его ног, начала страстно обхватывать его. Тело Басары плотно прижалось к ней сзади, и только после этого его руки потянулись вперёд, чтобы ласкать её грудь.

— Хаах.... ах... Аах...♥

Хасэгава издавала сладостные вздохи, из ее груди непристойно капало грудное молоко, а ее руки на члене Басары поглаживали его быстрее. В результате член стал еще больше и тверже.

— Ах.... Сэнсэй!

В тот момент, когда Басара обратился к ней с возбуждающим возгласом, Хасэгава Тисато, словно разрываясь, ввела член Басары в свой вход, ставя окончательную, завершающую точку.

Она позволила Басаре эякулировать прямо в ее девственную плеву.

Часть 11

Тодзё Басара видел сон.

Он мечтал о чем-то непристойном - остаться наедине с Хасэгавой, пока продолжались их полные похоти дни.

Даже во сне она оставалась возвышенно красивой, и Басара позаботился о том, чтобы тщательно ее обучить.

И вот, во время развратного минета Хасэгавы…

— Нн...

Внезапно глаза Басары открылись, и он оказался в гостинице, где был расстелен единственный футон. И тут,

— Хаах.... Чуу, нн... Чуу... Нн... Фуфу, я вижу, ты проснулся, Тодзё... ♥.

Обнажённая Хасэгава с соблазнительной улыбкой сосала член Басары, засунутый ей между грудей, и произносила утреннее приветствие. 

— ...Доброе утро, сэнсэй.

Сказав это, он нежно погладил её по голове и взял лежащий рядом телефон, чтобы проверить время. Было уже ближе к восьми утра.

— Сколько времени прошло с момента окончания церемонии заключения контракта и снятия барьера?

Спросил он, позволяя реальности того факта, что он провел целый год с Хасэгавой внутри барьера, укорениться в нём.

— Нн... Чуу... Хаа... Нн, наверное, не больше двух часов... ннн. ♥

— Тогда... Ты всё это время занимались этим, сэнсэй?

— Фуфу... Да, я не могла удержаться, когда увидела твое спящее лицо в таком виде.

Когда Хасэгава переключила своё внимание на обслуживание его члена грудью, она признала свою похоть к нему.

Ее глаза были полностью утоплены в развратной похоти, что означало, что дальнейшие объяснения не нужны.

В результате долгой церемонии заключения контракта эти двое были связаны новой связью, новыми узами.

Тодзё Басара полностью сформировал Хасэгаву Тисато как свою сексуальную рабыню.

Этого нельзя было отрицать, даже если она была Богом. 

— Все в порядке... Теперь я принадлежу тебе, но ты просто ответил на моё желание. Ты ни с кем не нарушил своего обещания. Так что мы можем подумать об этом позже... Поэтому сейчас позволь мне еще немного побаловать себя этим.

Разве мы уже не решили это?

— Пока мы не вернемся к Мио и остальным, на протяжении всей поездки, ты принадлежишь только мне.

Хасэгава сказала это с соблазнительной улыбкой на лице, а потом не только грудью, но и языком и руками стала оказывать ему похотливые услуги, и Басара захотел ей потакать.

Хасэгава, которая когда-то сказала Басаре эти слова, теперь с удовольствием обслуживала его. Новая связь между ними, даже если она и желала этого, была чем-то таким, что Басара решил ответить ей взаимностью.

Они уже прошли точку невозврата.

Хасэгава теперь принадлежала ему, он получил божественное благословение Афуреи, одного из Десяти Богов, добавив еще один козырь в свой арсенал.

А еще он решил пойти по пути защиты своей повседневной жизни.

После этого персонал, пришедшие подать им завтрак, заметили заметные изменения в их внешности и атмосфере между ними, но они просто молча выполнили свою работу, не сказав ни слова.

Они лишь пожелали им делать все, что они пожелают, пока они не выселиться... И в знак благодарности за их предложение, Басара получил достаточно пространства и времени, чтобы прояснить свои новые отношения с Хасэгавой в полностью зарезервированном общественном горячем источнике.

После этого, под прощальным взглядом хозяйки и всего персонала, они освободили номер и сели в такси, организованный для них. Вместе с Хасэгавой он с удовольствием посетил храм мирового наследия, в который они не успели зайти вчера.

Наступил вечер, и они сели на поезд, на который заранее заказали билеты, и вернулись в Токио.

И все это время, пока он добирался до дома, он продолжал выполнять обещание, данное Хасэгаве.