1

Шел один из тех вечеров в самом начале февраля.

— Я договорился кое с кем встретиться, так что ненадолго отойду, — бросил Басара после ужина и вышел из дома.

— Наверняка пошел за порнушкой! Каким бы закаленным в эротических битвах ни был Басара-сан, он все равно остается подростком, черт возьми! Такое… я не могу пропустить!!

Внезапно вскочившая с места Мария, тут же увязавшаяся шпионить за Басарой, — картина для дома Тодзё вполне привычная.

Однако в ту ночь всё пошло несколько иначе.

Обычно в таких случаях Мио или Куруми мгновенно пресекали выходки суккуба. В качестве наказания в ход шли либо разряды молнии, либо увесистые тумаки.

Но сейчас никто даже не шелохнулся.

Они намеренно позволили Марии уйти.

В гостиной дома Тодзё остались лишь четверо: Мио, Юки, Куруми и Зест.

Мио проверила замки на дверях, прощупала пространство на предмет присутствия Марии и лишь затем вернулась в гостиную.

Там она присоединилась к остальным трем девушкам, усевшись за стол.

Повисла гнетущая тишина. Шум мотора проезжающей вдалеке машины казался в ней оглушительно громким.

— Э-э-э…

Мио с напряженным видом обвела взглядом Юки и остальных, еще немного помялась в нерешительности, и, наконец, разомкнула губы.

— Начинаем женское собрание семьи Тодзё. Тема на повестке — День святого Валентина, — произнесла она предельно серьезным тоном.

Девушка ткнула пальцем в календарь на экране смартфона. До заветной даты, четырнадцатого февраля, оставалось чуть больше недели.

— Я хотела обсудить это раньше, но всё никак не выдавалось шанса, когда Марии не было бы дома.

— Если бы Мария нас подслушала, то сто процентов придумала бы какую-нибудь пакость, — произнесла Куруми, и никто с ней спорить не стал.

— Короче, сейчас у нас идеальный шанс. В связи с этим вопрос: как мы поступим на День святого Валентина? Каждая подготовит шоколад отдельно или скинемся на что-то общее? Не хотелось бы, чтобы вышло неловко, если наши подарки пересекутся.

— Извините, — Зест неуверенно подняла руку.

— А, да, Зест. Говори, — Мио сама не заметила, как ответила тоном школьной учительницы.

Зест немного помялась, подбирая правильные слова, и заговорила:

— …Скажите, а что вообще за праздник этот День святого Валентина?

— А… Точно. Для тебя ведь это в новинку, Зест. В конце концов, в Мире Демонов такого праздника нет.

— Из утренних информационных программ я в общих чертах усвоила его суть. И все же…

Зест непонимающе склонила голову набок.

— Говорят, это день, когда дарят шоколад возлюбленным, или день, когда угощают друзей, или даже день, когда покупают сладости для самих себя… Сами подарки тоже разнятся: от плиток шоколада до тортов. Я совершенно запуталась, чем же на самом деле является этот праздник. Прошу простить мою неосведомленность.

— А-а, ясно, — понимающе кивнула Мио. — В последнее время всё и правда стало слишком запутанно. Коммерсанты чересчур уж много всего накрутили вокруг этого дня.

Юки и Куруми с пониманием закивали.

— Что ж, давай я объясню. Если не ошибаюсь, истоки Дня святого Валентина уходят во времена Римской империи. Был такой священник по имени Валентин, который тайно венчал солдат, несмотря на строгий запрет, за что в итоге и был казнен. Это одна из главных версий, хотя существуют и другие. А вот дарить именно шоколад — это уже сугубо наша, японская традиция. За рубежом обмениваются самыми обычными подарками.

— Понятно, — коротко отозвалась Зест.

— Всякие там «шоколадки для друзей» — это новомодные тренды, придуманные маркетологами. Так что можешь смело считать, что в Японии День святого Валентина — это праздник, когда ты даришь шоколад тому, кого любишь… Думаю, такого объяснения будет достаточно. По крайней мере, я собираюсь поступить именно так, — пробормотала Мио и, смутившись собственных слов, потупила взгляд.

— Все ясно. Благодарю за разъяснения, — вежливо поклонилась Зест и задумчиво замерла. — В таком случае… я бы тоже хотела последовать этому обычаю. Если позволите…

Демонесса сделала глубокий вдох. Ее пальцы, сцепленные на подоле униформы горничной, едва заметно дрогнули. Во взгляде опущенных глаз загорелся теплый огонек.

— Я тоже хотела бы преподнести Басаре-сама шоколад, приготовленный собственными руками, — произнесла Зест, поднимая голову. Ее щеки залил густой румянец.

— Это… слишком самонадеянно с моей стороны? — прошептала она тоном, полным раскаяния за сказанное.

Мио и Юки переглянулись. Одним этим взглядом они подтвердили чувства друг друга.

— Вовсе нет. Мы ведь чувствуем то же самое. Хоть я пока и не решила, буду готовить сама или куплю готовый.

— Просто хочется сделать для Басары что-нибудь приятное.

— Наверное, у меня те же мысли, — улыбнулась Куруми, накрывая своей ладонью сжатые на коленях руки Зест.

— Девочки… — растроганно выдохнула демонесса, на что все трое ободряюще закивали.

— Значит, решено. Каждая готовит свой шоколад на День святого Валентина. Вручаем четырнадцатого числа, — подытожила Мио, и все девушки семьи Тодзё единогласно поддержали эту идею.

* * *

— Ого. Ясненько, ясненько… — бормотала Мария, подслушивая секретное совещание Мио и остальных, стоя на улице под холодным ночным небом.

Разговор из гостиной кристально чисто транслировался прямо на зажатый в её руке смартфон.

— Фу-фу-фу. Как наивно, Мио-сама. Пытаться провернуть всё в тайне от меня, лоли-эро-суккуба. Предвидя нечто подобное, я заботливо установила в гостиной жучок. Причем уже третьей модели.

Первое и второе поколения благополучно пали жертвами огненных разрядов Мио.

— Как бы там ни было, стоило увязаться за Басарой-саном, чтобы меня тут же раскусили, наградили подзатыльником и отправили домой. Всё идет точно по суккубскому плану, — хихикнула Мария.

— На такое пикантное мероприятие грех не слететься истинному суккубу! — победоносно вскинула она кулачок в ночное небо.

А затем громко чихнула: «Апчхи!»

Как ни крути, а февральские ночи выдались чертовски морозными.

2

— М-м-м… — невольно простонала она.

Мио никак не удавалось скрыть озадаченное выражение лица. Между бровей даже залегла глубокая складка.

Девушка стояла посреди специального отдела универмага, посвященного Дню святого Валентина.

Среди бесчисленного множества праздничных товаров её внимание привлекли стенды с наборами для домашнего приготовления шоколада. Ассортимент пестрел разнообразием: от готовых комплектов с шоколадной основой и украшениями, позволяющих без труда создать авторский десерт, до отдельных ингредиентов на любой вкус.

Разумеется, на соседних витринах в изобилии красовались и готовые кондитерские изделия.

Глаза неудержимо разбегались, и Мио решительно не понимала, с чего вообще начать.

— Легко сказать «приготовлю шоколад»… Я ведь далеко не такая умелая кухарка, как Юки…

С губ сорвался тяжелый вздох.

В памяти Мио живо всплыли все те кулинарные шедевры, которыми Юки угощала их раньше. И рагу, и жареные устрицы, и многое-многое другое — всё было просто восхитительно.

Как бы сильно ей ни хотелось вручить Басаре шоколад собственного приготовления… она всё равно сомневалась в своих силах.

— В конце концов, покупной уж точно окажется вкуснее… — Магазинный шоколад всяко вкуснее, да…

Две обреченные фразы прозвучали синхронно.

Обернувшись на до боли знакомый голос, Мио обнаружила стоящую бок о бок с ней Куруми.

Мио вздрогнула от неожиданности, но и Куруми в ответ удивленно округлила глаза.

Спустя мгновение до обеих дошло, что их мысли текли в абсолютно одинаковом русле, и они обменялись неловкими усмешками.

— Значит, ты тоже пришла сюда за покупками, Куруми-тян.

— Ага… Как же я тебя понимаю.

Девочка виновато опустила брови.

— Сестренка и правда потрясающе готовит. Понятное дело, что после ухода из Деревни ей пришлось хозяйничать самой… Но, по-моему, она с самого начала обожала это дело.

— Даже когда вы еще жили в Деревне?

— Да, иногда она готовила нам ужин. А ещё…

Куруми слегка прищурилась.

— Думаю, ей просто очень хотелось когда-нибудь накормить своей стряпней Басару. По крайней мере, сейчас мне кажется именно так.

Выражение её лица смягчилось, наполнившись теплом.

На миг Мио показалось, будто Куруми говорит не только о сестре, но и о самой себе.

— Ну, пусть Юки и отлично готовит, вручение шоколада — это ведь не соревнование. Умом-то я всё понимаю, но…

Мио и Куруми вновь уставились на возвышающиеся перед ними горы сладостей.

— Ума не приложу, что здесь выбрать…

Девушки обреченно вздохнули в унисон.

— Нарусэ?

Услышав этот внезапный оклик, Мио обернулась и растерянно заморгала.

Перед ней стояла девушка с заплетенными в косу черными волосами. Больше всего в её облике выделялся проницательный, исполненный интеллекта взгляд.

— Кадзиура-семпай.

Удивленно ахнув, Мио назвала её по имени.

Кадзиура Рицка. Девушка, занимавшая в этом семестре пост вице-президента школьного совета академии Хидзиригасака. А для Мио она была ещё и старшеклассницей, которая здорово выручила её во время спортивного фестиваля.

В отличие от привычной школьной формы, сегодня Рицка была одета в повседневный брючный костюм. Мио про себя отметила, что этот лишенный излишеств, сугубо практичный наряд как нельзя лучше отражал характер старшеклассницы и невероятно ей шел.

— Добрый день.

— А, здравствуйте. Эм-м…

Рицка запнулась. Её взгляд сместился на Куруми, скромно стоявшую по правую руку от Мио.

— Ой, это Нонака Куруми. Младшая сестра Юки.

Девочка поспешно отвесила вежливый поклон.

— Спасибо, что заботитесь о моей сестре… кажется, так положено говорить?

— И вам спасибо.

Обменявшись любезностями, обе стороны неловко замолчали.

Ещё мгновение назад Мио с Куруми, чуть ли не переваливаясь через витрину, пристально изучали шоколад.

Да и сама Рицка, если присмотреться, стояла вплотную к праздничным стеллажам. Вряд ли она оказалась здесь просто случайно, проходя мимо за другими покупками.

Девушки без слов осознали истинную причину присутствия друг друга в этом отделе. Оставляя за скобками вопрос о том, кому именно предназначались сладости.

— Кадзиура-семпай, вы тоже… собираетесь кому-то подарить шоколад?

— …Да.

Рицка отвела взгляд. Легкий румянец, проступивший на её щеках, красноречивее всяких слов выдавал девичью влюбленность.

Для Мио это стало небольшим сюрпризом.

Общаясь с ней в прошлом, она бы ни за что не подумала, что вице-президент вообще интересуется делами сердечными.

Впрочем, пораскинув умом, Мио быстро одернула себя: Рицка ведь тоже молодая девушка. Нет ничего удивительного в том, что у неё есть кто-то на примете.

Точно так же, как и у самой Мио.

— Вы ведь готовите его для Тодзё-куна?

Услышав этот внезапный вопрос, Мио едва не подпрыгнула на месте от неожиданности.

Кровь моментально прилила к лицу, обжигая щеки ярким пламенем.

— Э-э… Ну, как сказать… д-да.

Окончательно растерявшись, она всё же честно призналась в своих намерениях.

В конце концов, о том, что Мио и остальные живут под одной крышей с Басарой, знала вся академия.

Рицка задумчиво замолчала, скользя взглядом по сторонам.

Она посмотрела на витрину с наборами для готовки, перевела взгляд на Мио и Куруми, а затем опустила глаза на собственные ладони.

— Кадзиура-семпай?

— Ох, прости. Просто подумала…

Всё ещё немного колеблясь, Рицка продолжила:

— Послушай, Нарусэ… Если вы не против… не хотите приготовить шоколад вместе?

— А? Вместе с вами?

— Ага. Я тоже впервые собираюсь готовить его своими руками. Честно говоря, понятия не имею, с какой стороны к нему подступиться, если возьмусь за дело в одиночку.

Вице-президент виновато усмехнулась.

— Для нас это тоже было бы огромным спасением. Но… где мы будем готовить?

— Думаю, можно воспользоваться школьным кабинетом домоводства. Время от времени его открывают в рамках общественных инициатив для местных жителей. Если мы подадим официальную заявку, нам наверняка дадут разрешение. Сестру Нонаки-сан это тоже касается.

Услышав это, Куруми ткнула в себя пальцем и удивленно захлопала ресницами.

— В самом деле. Вы правы…

Мио как раз ломала голову над тем, где им раздобыть свободную кухню.

Готовить дома было рискованно: можно случайно столкнуться с Юки, да и Басара в любой момент мог заглянуть на кухню.

Куруми, судя по всему, разделяла её опасения, потому лишь согласно закивала.

— Мы в деле! — хором выпалили девушки.

Синхронно поклонившись, они с благодарностью приняли предложение Рицки.

3

— Трюфели и мягкий шоколад можно без труда приготовить даже из покупных плиток. Более того, с помощью различной глазури легко создать собственные уникальные варианты.

Рицка произнесла это почти без интонации, держа в руке книгу с кричащим, усеянным знаками качества заголовком: «Мой первый День святого Валентина: Супер-базовый уровень. Абсолютная гарантия успеха даже для новичков».

С их встречи в магазине прошло несколько дней.

Оформив официальное разрешение, Рицка, Мио и Куруми собрались в кабинете домоводства академии Хидзиригасака. Стоял выходной, поэтому других учеников в здании почти не было.

Облачившись в фартуки, Мио и Куруми с предельной серьезностью смотрели на Рицку, сжимавшую спасительное руководство.

Слегка нервничая, вице-президент, на которой тоже красовался фартук, продолжила:

— Первым делом… готовим ганаш, смешивая шоколад и сливки. Понятно.

На рабочих столах уже были разложены купленные на днях ингредиенты, а также необходимые кухонные принадлежности: миски, подносы и ножи.

Вооружившись ножом, Рицка решительно встала перед разделочной доской.

Мио с Куруми последовали её примеру.

Девушки обменялись полными решимости взглядами и кивнули друг другу.

— Что ж, приступим. Для начала нужно измельчить шоколад.

* * *

Прошло чуть больше десяти минут.

Троица снова переглянулась.

На разделочной доске перед каждой из них возвышалась горка нарубленного шоколада.

— Как-то неровно получилось… — неуверенно протянула Мио.

— Разброс в размерах слишком уж большой… — Куруми неловко отвела взгляд.

Кусочки и впрямь вышли совершенно разными. Заметив несколько кусков размером с большой палец, Куруми с невозмутимым видом разломала их пополам и замешала обратно в кучу.

Рицка долго сверлила взглядом свою шоколадную гору, а затем деликатно откашлялась.

— Нам ведь всё равно его растапливать, так что ничего страшного. Таков следующий шаг.

— И то верно! 

— Конечно, сойдет!

Троица вновь дружно закивала.

* * *

— Далее нагреваем сливки, но не доводим до кипения, — прочла Рицка, внимательно следя за наполненной сливками кастрюлей.

— А-а-а! Оно слишком сильно пенится! Что делать?! — в панике заголосила стоявшая рядом Куруми.

— Куруми-тян, огонь слишком сильный. Убавь пламя.

— А, ага… Эм… Использую магию!

— Стой! Не вздумай! Никакой магии! — Мио бросилась к плите и выключила конфорку ровно в тот момент, когда вокруг Куруми уже начала сгущаться аура Героя.

— П-прости! — Девочка испуганно покосилась на Рицку, опасаясь, что та могла услышать лишнее.

Впрочем, вице-президент сейчас ничего вокруг не замечала, напряженно сверля взглядом собственную кастрюлю.

Мио и Куруми с облегчением выдохнули.

— Спасибо. Что-то я запаниковала.

— Ничего страшного. Следить за огнем и правда сложно, — понимающе отозвалась Мио, и в этот самый миг прямо перед её лицом проплыла струйка черного дыма.

— Нарусэ-сан! У тебя подгорает!

— Ой-ёй! Э-это и впрямь очень сложно! — На этот раз уже Куруми в спешке вырубила плиту.

* * *

— Теперь растапливаем измельченный шоколад в нагретых сливках.

Погруженные в горячую массу шоколадные осколки начали медленно плавиться.

Стоило перемешать смесь венчиком, как черный и белый цвета слились воедино, окрашивая сливки в густой, насыщенный шоколадный оттенок.

— Хм-м, — Мио озадаченно нахмурилась. Рицка и Куруми выглядели не менее обеспокоенными.

— Почему-то остались целые куски шоколада…

— Наверное, это потому, что мы порезали его слишком крупно.

Впрочем, измельчать их сейчас, прямо в горячей массе, было уже невозможно.

Продолжая помешивать шоколад со сливками, Мио ненадолго задумалась.

— Может… это сойдет за изюминку?

— Почему бы и нет? Мне, например, такое нравится.

— Согласна. Думаю, это добавит текстуре оригинальности.

Попытавшись убедить друг друга и для вида поразмыслив еще пару секунд, все трое пришли к единогласному выводу: «И так сойдет!»

* * *

— В случае с трюфелями, финальным этапом нужно скатать из ганаша шарики. У меня будет мягкий шоколад, поэтому я просто залила массу в форму…

Итак, ганаш из шоколада и сливок был готов.

Творение Рицки уже покоилось на подносе в холодильнике, ожидая, пока застынет.

— Скатать шарики, значит… — Мио и Куруми с напряженным видом склонились над своим ганашем. Подцепив немного массы, они попытались придать ей нужную форму.

— Какая липкая гадость! Она тает в руках! — пожаловалась Куруми.

— У меня то же самое! — воскликнула Мио, чьи ладони уже сплошь покрылись шоколадом.

— Сначала нужно её охладить!

— Охладить? Это как…

— Предоставьте это мне! — Куруми решительно перешла в наступление. Перепачканными ганашем руками она схватила миску с ледяной водой и…

— Стой, Нонака-сан! Охлаждать нужно не ганаш, а руки!

— Ой-ёй-ёй?! — Куруми чудом успела затормозить, едва не выплеснув воду со льдом прямо в емкость с шоколадом.

— Ф-фух, пронесло… И правда… — Куруми и Рицка синхронно выдохнули с облегчением.

— Застыло… — обреченно пробормотала Мио, пока остальные приходили в себя.

Куруми и Рицка обернулись: Мио послушно опустила руки в ледяную воду, из-за чего ганаш на них мгновенно превратился в камень, намертво сковав ей пальцы.

— Придется отмывать руки в горячей воде, а потом охлаждать их заново… — Рицка устало потерла переносицу, глядя на великолепные шоколадные культяпки Мио.

4

— Ну, вроде бы справились...

— Простите, что доставили столько хлопот.

Рицка с облегчением выдохнула, а Мио и Куруми виновато опустили головы.

Их фартуки и одежда, безупречно чистые до начала готовки, теперь пестрели шоколадными пятнами. Досталось даже рукам и лицам.

— Но зато... мы всё-таки смогли.

Перед девочками, прямо на кухонном столе, лежали три коробочки, упакованные пусть и немного неумело, но с большой заботой. Готовые сладости уже покоились внутри.

На лицах всех троих читалось неподдельное удовлетворение.

В этот момент в дверь кабинета постучали.

Стоило девочкам отозваться, как внутрь вошла женщина со словами: «Прошу прощения за вторжение».

Блестящие длинные черные волосы и бросающийся в глаза белоснежный халат. А также очки, лишь подчеркивающие её интеллектуальную ауру.

Это была учительница и школьная медсестра Хасэгава Тисато.

— Учительница Хасэгава, большое спасибо за разрешение воспользоваться кухней.

Мио и Куруми почтительно поклонились.

Мио знала: хотя официальную заявку подавала Рицка, одобрение они получили именно благодаря содействию Хасэгавы.

— Хе-хе. Не стоит благодарности. В конце концов, забота об учениках — тоже часть моей работы.

С этими словами женщина перевела взгляд на коробочки, лежавшие на столе.

— Ну как, всё получилось?

— Насчет того, получилось ли... я не совсем уверена.

Мио невольно скривила губы в горькой усмешке.

— Только благодаря Кадзиуре-семпаю мы хоть как-то справились.

— Я почти ничего не сделала. К тому же я сама в этом деле новичок.

— И всё же из нас троих вы сохраняли самое завидное хладнокровие.

— Просто мы слишком сильно паниковали.

— И то верно. С этим трудно поспорить.

Мио и Куруми оставалось лишь неловко рассмеяться.

Хасэгава с теплой улыбкой наблюдала за этой сценой.

— Я рада, что у вас всё вышло. И всё-таки...

Она подошла ближе, с интересом разглядывая упаковку, в которую девочки вложили столько стараний.

— Тот, кому достанется такой подарок — настоящий везунчик.

Девочки на мгновение удивленно распахнули глаза, а затем их щеки залились густым румянцем.

Смущение на их лицах смешалось с искренним счастьем.

Окинув их взглядом, Хасэгава развернулась. Полы её халата плавно взметнулись в воздухе.

— Что ж, не забудьте хорошенько убрать за собой. Вы отлично потрудились.

С этими словами учительница покинула кабинет.

Проводив её взглядом, девочки вновь посмотрели на плоды своих трудов.

— Юки, наверное, приготовит что-то куда более красивое и вкусное, — с лёгкой грустью пробормотала Мио.

— Но... — решительно продолжила она. — Я всё равно рада, что мы это сделали.

В этих словах звучала абсолютная искренность.

Куруми и Рицка в ответ бережно прижали к себе свои коробочки.

5

— Если бы речь шла только о готовке... Но ведь дело не в этом.

Юки неподвижно стояла посреди кухни в доме семьи Тодзё.

Хоть девушка и повязала фартук, вид у нее был донельзя мрачный, а с губ то и дело срывались тяжелые вздохи. На кухонном столе перед ней не было ни шоколада, ни даже утвари.

— Юки, с тобой всё в порядке?

Услышав голос со спины, Юки обернулась так резко, словно только сейчас осознала, что в комнате кто-то есть.

Зест в традиционном наряде горничной смотрела на нее с явной тревогой. Демонесса больше ничего не спрашивала, терпеливо ожидая ответа.

Немного помявшись, героиня всё же заговорила:

— Я умею делать шоколад. Могу придумать свой собственный рецепт. Однако...

Юки отрицательно покачала головой.

— Я совершенно не понимаю, что именно нужно приготовить, чтобы он по-настоящему обрадовался.

— Господин Басара очень добр, он обрадуется любому подарку. Но, полагаю, дело вовсе не в этом?

Юки обреченно кивнула.

— Я слишком хорошо готовлю. И именно поэтому сама себя загнала в тупик. Я это понимаю.

С её губ вновь сорвался тяжелый вздох.

— Что есть шоколад? И что такое любовь? В чем кроется суть человеческого сердца? Что из себя представляет этот мир? И в чем загадка самой Вселенной?

— Сколь глубокие философские терзания. Мои сомнения не идут с ними ни в какое сравнение.

Зест понурила взгляд.

— Ты тоже из-за чего-то переживаешь? Из-за Дня святого Валентина?

— Да. Хотя по сравнению с вашим экзистенциальным кризисом это сущие пустяки. Мне даже как-то неловко...

Лицо служанки также омрачила меланхолия.

— Но ведь ты готовишь куда лучше меня. И сладости в том числе.

— Всё верно. Однако я совершенно не представляю, как нужно делать шоколад именно ко Дню святого Валентина.

Юки в недоумении склонила голову набок.

Хоть Зест и была демоном, она блестяще разбиралась в кулинарии. Более того, девушка читала огромное количество книг и свободно пользовалась интернетом. Верилось с трудом, что она могла растеряться перед обычным рецептом домашнего шоколада.

— Неужели... ты собралась выращивать какао-бобы?

— Такая мысль проскакивала, но до подобных крайностей я не дошла.

Зест отрицательно покачала головой.

— Приготовить сам шоколад мне не составит труда. Просто... я всё еще не могу постичь истинный смысл такого явления, как «валентинка».

— Что ты имеешь в виду?

— Шоколад готовят для того, чтобы передать свои чувства возлюбленному. Иными словами, вместе со сладостью ты вручаешь ему собственное сердце. Чтобы осуществить и то, и другое одновременно... каким же должен быть идеальный шоколад?

Демонесса испустила столь же мрачный вздох, ничуть не уступающий по тяжести переживаниям Юки.

— Обмазаться им с ног до головы — значит столкнуться с непреодолимыми проблемами санитарно-гигиенического характера.

— Вот как... Значит, есть и такая трактовка. Как и ожидалось от Зест.

На лице Юки отразилось искреннее благоговение.

— И вправду, с гигиенической точки зрения возникают серьезные нюансы, которые нельзя просто так проигнориро... А?!

Внезапно Юки распахнула глаза.

— Юки?

— Спасибо тебе, Зест.

Девушка немигающим взглядом уставилась на демонессу.

От её недавней мрачности не осталось и следа. Во взгляде читалось абсолютное умиротворение.

Так смотрят лишь те, кто смог преодолеть невероятно суровое испытание.

— Меня озарило. Я поняла, как именно нужно передать свои чувства.

* * *

Спустя некоторое время Юки и Зест оказались в одном весьма специфичном месте.

Юки так торопилась, что даже забыла снять фартук.

Зест отправилась в путь прямо в наряде горничной.

Перед ними возвышался огромный и донельзя полезный магазин, где можно было найти всё: от канцелярских товаров до инструментов для ремонта и автомобильных запчастей.

Иными словами, ближайший гипермаркет товаров для дома.

— Мы договаривались, что каждая приготовит шоколад самостоятельно. Однако... никто не запрещал нам помогать друг другу.

— Полностью с вами согласна.

— Верно. Думать, что сможешь сделать всё в одиночку — величайшая гордыня.

Юки протянула Зест ладонь.

— Объединим наши силы.

— С превеликим удовольствием.

Зест крепко пожала руку девушки.

Герой и Демонесса. Две девушки плечом к плечу решительно зашагали ко входу в гипермаркет.

А на сгибе локтя Зест тем временем мирно покачивался пакет из книжного магазина, в который они заглянули по пути.

6

— С возвращением, Басара!

— Ага. Я дома?

Четырнадцатое февраля. Стоило Басаре переступить порог, как вышедшая навстречу Мио потащила его за руку, заставила тщательно вымыть руки и прополоскать горло, после чего привела в гостиную.

В комнате уже находились Юки, Куруми и Зест. Собрались все, за исключением Марии.

На столе же красовались три аккуратно упакованные коробочки.

— День святого Валентина как-никак, — отведя взгляд, чуть смущенно произнесла Мио.

— Вы специально для меня их приготовили?

Ленточки и обертка на двух коробках выглядели слегка неумело. С первого взгляда было ясно, что это ручная работа.

— Спасибо вам, — тепло улыбнувшись, Басара погладил Мио по голове.

Её лицо просияло от радости.

В этот момент со второго этажа раздался грохот, словно там упало что-то тяжелое. Басара поднял взгляд на потолок, а затем вновь окинул взором присутствующих в комнате.

— А где Мария?

— Я была уверена, что она обязательно что-нибудь выкинет, поэтому заперла её, пока мы хотя бы не откроем шоколад, — с абсолютно серьезным лицом ответила Мио.

— А-а, — протянул Басара. Немного поразмыслив, он пришел к выводу, что логика в этом определенно есть, и не стал спорить.

— В-в общем, скорее открывай! — поторопила его Мио, и Басара сел на диван.

Он потянулся к двум коробкам с неумелой упаковкой и бережно развязал ленточки, снимая обертку.

— Э-это мы с Куруми-тян сделали, — произнесла Мио, отводя взгляд, в то время как Куруми с напряженным лицом не отрывала глаз от рук Басары.

Под крышкой оказались круглые шоколадные конфеты размером чуть больше обычных леденцов — настоящие трюфели.

Каждый трюфель лежал в отдельной ячейке и отличался глазурью. Здесь были и классические коричневые, и белые из белого шоколада, и зеленые, посыпанные пудрой из маття, и розовые клубничные — пестрое разнообразие радовало глаз.

— Как красиво.

— П-правда? Ну, тогда я рада... — Мио никак не могла успокоиться.

— Мы сделали целую кучу. Насчет вкуса... даже не знаю, получилось ли вкусно. Мы, конечно, пробовали, но... — с тревогой на лице проговорила Куруми.

— Можно пробовать?

Девушки растерянно кивнули. Дождавшись разрешения, Басара взял один трюфель. Он выбрал классический, коричневого цвета, и целиком отправил его в рот.

— М-м...

Сперва он ощутил аромат покрывавшей конфету какао-пудры. И стоило на языке раскрыться легкой горчинке какао, как твердая шоколадная оболочка начала таять. Сладость и горечь, ароматы какао и шоколада слились воедино.

Он раскусил конфету — раздался приятный хруст, а затем изнутри густым потоком хлынул ганаш, настолько нежный, что едва ли походил на обычный шоколад.

Сладкий, насыщенный вкус заполнил рот. Попадающиеся в начинке мелкие кусочки шоколада создавали отличный текстурный контраст. Целая симфония вкусов и ароматов в одном укусе.

Наслаждаясь этим ощущением, Басара от удовольствия прикрыл глаза.

— Как вкусно... Безумно вкусно.

— Слава богу... — выдохнула Мио, приложив руку к груди, и на её лице отразилось глубокое облегчение. Куруми выглядела такой же успокоенной. Басара ясно почувствовал, сколько сил и стараний девушки вложили в этот подарок.

— Ну что, открою вторую коробку?

Юки и Зест кивнули.

— Её мы делали вдвоем с Зест.

— Надеюсь, вам придется по вкусу.

Под пристальными взглядами девушек Басара открыл оставшуюся коробку.

Здешняя упаковка была выполнена куда профессиональнее, чем у Мио с Куруми. Впрочем, неудивительно — Зест, работавшая горничной, наверняка знала толк в подобных вещах.

— Чт...?!

Заглянув внутрь, Басара невольно затаил дыхание.

Мио и Куруми, тоже заглянувшие в коробку, не смогли скрыть своего изумления. Там тоже лежал шоколад. Однако, в отличие от пестрых трюфелей, он был выдержан в едином цвете — естественном, темно-коричневом, почти черном.

Но поразило их совершенно другое — форма.

В коробке лежали они сами. Точнее, шоколадные фигурки Басары и всех девушек.

Фигурки легко помещались на ладони, но их детализация просто поражала воображение. Воспроизведены были не только черты лица и текстура волос, но даже шрам на лице Басары.

Одеты они были в свою повседневную одежду: Басара и Мио в школьной форме, Мария в очаровательном платьице, а сама Зест — в костюме горничной. Такую ювелирную работу впору было называть настоящими коллекционными фигурками, а не просто сладостями.

— Какая поразительная точность... Погодите, разве так вообще оценивают шоколад? И как вы умудрились это сделать? — Басара был в полном замешательстве.

— Шоколадную массу подготовила я. Просто растопила на водяной бане и смешала разные сорта, так что ничего сложного.

— Госпожа Юки подобрала превосходные ингредиенты, — добавила Зест.

И впрямь, стоило лишь открыть крышку, как в воздухе поплыл изысканный сладкий аромат.

— А потом мы залили готовый шоколад в формы, которые сделала Зест.

— Зест, ты и такое умеешь?

— Я использовала магию.

Демоница достала из кармана фартука маленький белый комок. Положив этот округлый, размером меньше ладони, кусочек на стол, она занесла над ним руку.

В комок влилась толика магической энергии, и он слабо пульсировал.

— Я применила магию земли. Это позволяет добиться куда более тонкой обработки, чем при лепке вручную. Сначала я с помощью магии создала прототип из глины, затем сделала гипсовый слепок, а после дополнительно обработала готовую форму магией земли... Остатки глины и любые запахи я также устранила заклинаниями, чтобы обеспечить полную безопасность для пищевых продуктов.

— В-вот как...

— К тому же, Зест всё тщательно изучила, — произнесла Юки, выкладывая на стол несколько книг.

Это были профессиональные пособия по моделированию. Причем не просто инструкции по сборке готовых наборов, а руководства по созданию фигурок с нуля.

— Мне хотелось, чтобы ты съел наш шоколад.

— А заодно передать наши чувства — желание всецело посвятить себя вам.

— В-вот оно что...

Каким образом эта мысль привела их к идее создания гиперреалистичных шоколадных фигурок, Басара так до конца и не понял. Однако он невольно тепло усмехнулся.

Юки внимательно следила за его реакцией. Мио и Куруми тоже с легким недоумением смотрели на улыбающегося парня.

— Знаете... Я просто очень рад. И тому, что вы приготовили для меня шоколад, и...

Он опустил взгляд на выстроившиеся в коробке сладкие копии их маленькой семьи.

— Мио, Куруми, вы ведь сделали целую гору трюфелей, верно?

— А? Ну да.

Разноцветных конфет было столько, что одному Басаре с ними ни за что бы не справиться.

— Вы ведь сделали так много, чтобы мы ели их все вместе?

Мио и Куруми удивленно захлопали ресницами.

— Если подумать, то да.

— Ага. Мы как-то само собой планировали, что съедим их все вместе.

Басара удовлетворенно кивнул.

— Юки и Зест тоже сделали шоколадные фигурки всех нас.

— А ведь и правда...

— Именно так.

— Раз вы сами этого не замечали, значит, всё произошло само собой. Вы подсознательно... думали обо всей нашей семье. И от этого мне на душе тепло. С этими словами Басара достал из коробки шоколадную Зест.

— Эм-м... Раз уж речь зашла о посвящении себя мне, то кого я должен съесть первой? Зест или Юки?

— Да. Но госпожа Юки должна быть пер...

— Не нужно, — Юки покачала головой.

— Эту идею подала Зест. И форму тоже сделала она. Так что право быть съеденной первой принадлежит ей.

— Госпожа Юки...

— Звучит как-то двусмысленно...

Как бы то ни было, Басара держал в руке шоколадную фигурку Зест.

— Приятного аппетита, — произнес он и поднес её ко рту... Но засунуть в рот настолько совершенную копию девушки оказалось на удивление неловко. Откусить от неё кусок он просто не решался.

Естественным образом первый «укус» Басары превратился в легкое слизывание самых выпуклых частей шоколадки. Он медленно обхватил фигурку кончиком языка и начал нежно, перекатывающими движениями её вылизывать.

Во рту мгновенно распространился аромат и вкус шоколада.

В отличие от пестрой палитры недавних трюфелей, здесь чувствовалась классика — утонченная и безупречно сбалансированная. Густой аромат щекотал ноздри. Постепенно тающий шоколад густой, вязкой массой растекался по языку, даря глубокий, чуть горьковатый, но в то же время сладкий вкус.

«Как и ожидалось от купажа Юки», — Басара уже готов был раствориться в этом блаженстве, как вдруг до него дошло.

Он со всей страстью вылизывал грудь шоколадной Зест. Более того, он практически засунул её себе в рот и самозабвенно посасывал.

«Это уже как-то... перебор», — подумал он, но шоколад был настолько вкусным, что остановиться он не мог.

— Нгх...

Раздался тихий стон.

Басара посмотрел в сторону и увидел поникшую Зест.

Её смуглые щеки залил густой румянец, а тело слегка подрагивало.

— Зест? Всё в порядке?

Она открыла рот, чтобы ответить, но вместо слов издала тихое «ха-ах» и сладко изогнулась.

Девушка прижала руку ко рту, пытаясь сдержать рвущиеся наружу стоны, но горячее, прерывистое дыхание выдавало её с головой.

Её влажный взгляд был прикован к Басаре. Свободной рукой она сжимала свою пышную грудь.

Явно происходило что-то странное. Басара решил оторваться от сладости и шевельнул языком, чтобы проглотить полурастаявший шоколад.

— А-ах... А-а-а-ах! ♥

Зест бессильно осела на пол. Рука, прикрывавшая рот, теперь судорожно зажимала ухо, но сквозь пальцы всё равно прорывались томные, жалобные стоны: «Ха-а-а... А-а-ах...»

— П-почему? Почему так... Нгх, ах... Господин Басара... Мое ушко... Фа-а-ах! ♥

Сидя на полу, Зест выгнула спину, запрокинула голову и задрожала пуще прежнего. Из уголка её губ потекла слюна, но у демоницы не было сил даже вытереть её.

Её раскрасневшееся лицо и затуманенный от наслаждения взгляд кричали об одном: она выглядела в точности так же, как когда Басара ласкал её в постели.

— Не может быть.

Басара перевел взгляд на шоколадную фигурку.

Он вылизывал её грудь, а когда в панике попытался отстраниться, его губы случайно задели ухо.

— Похоже, ты прав, — произнесла Юки и осторожно протянула руку.

— Ах... Госпожа Юки, не надо...

Её палец коснулся блестящего от слюны шоколадного ушка.

— А-а-а-а-ах! Фа... А-а-а-ах! ♥

Из горла Зест вырвался неприкрытый сладострастный вскрик.

Она безвольно откинулась на диван, её обмякшее тело продолжала бить мелкая дрожь. Тяжелое, прерывистое дыхание явно выдавало человека, утопающего в эйфории от оргазма.

На ней всё ещё была одежда, но выглядела она до невозможности непристойно. Басара переглянулся с Юки, а затем с Мио и Куруми. Не нужно было быть гением, чтобы понять, чьих это рук дело.

— Мария...

— Ку-ку-ку... Вы абсолютно правы.

От входа в гостиную раздался голос. Там стояла суккуб, которая должна была быть надежно заперта на втором этаже.

Слегка растрепанная, с развратно изогнутыми в усмешке губами, сребровласая демоница заглядывала в комнату, держа в руке видеокамеру.

— День святого Валентина... Вы правда думали, что сможете запереть суккуба в праздник, который делит с Рождеством первое место по уровню эротичности в этом мире?!

— Эй, День святого Валентина — это вообще не эротический праздник, — машинально поправил её Басара с абсолютно невозмутимым лицом.

Мария отбросила в сторону веревку. Судя по разлохмаченным концам, она разорвала её физической силой.

— Жалкая веревка! Те ожесточенные сражения в Мире Демонов возвысили мои силы на новый уровень. Я и сама поразилась.

— Я тоже поражена, что ты осознала это в такой дурацкой ситуации, — с таким же каменным лицом отозвалась Мио.

— Как бы то ни было! Ваши приготовления ко Дню святого Валентина не были секретом для этой суккубши. Я всё знала ещё на этапе ваших тайных собраний.

Лицо Юки внезапно озарилось пониманием. В следующую секунду она подскочила к розетке, выдернула из неё какой-то незнакомый сетевой фильтр и, призвав духовный меч Сакую, изрубила его в мелкую крошку.

— А-а-а-ать?! Мой подслушивающий жучок третьего поколения-я-я!

— Мария...

Поймав на себе тяжелые, убийственные взгляды остальных, суккуб поспешно откашлялась.

— Кхм! В общем, я обо всем догадалась. А уж подкинуть небольшой сюрприз в беззащитный шоколад госпожи Юки, пока она потеряла бдительность, было проще простого. Древнее заклинание суккубов!

Она вновь издала злорадный смешок: «Ку-ку-ку...»

— Предметы, принимающие форму человека, легко образуют проклятую связь со своим прообразом. А если завязать это всё на магию Клятвы господина и слуги, наложить чары становится легче легкого. Иными словами...

Выдержав эффектную паузу, лоли-суккуб расплылась в торжествующей улыбке.

— Если вы будете делать с этим шоколадом всякие непристойности, они напрямую передадутся его владельцу! Ах да, не волнуйтесь, если вы его откусите: я установила предохранитель, так что укус будет ощущаться лишь как легкое покусывание.

— У твоей заботливости просто пугающие приоритеты...

— Итак! Да начнется же! Умопомрачительный эротический День святого Валентина во всей своей кра... Ха-фун?!

Торжествующая демоница внезапно сладко взвизгнула и изогнулась дугой.

— Надо же, и правда передается.

Слова принадлежали Куруми. В её руке покоилась шоколадная фигурка Марии.

Младшая Нонака скользнула языком по пугающе реалистичным бугоркам крохотной груди.

— Ха-ах?! П-подождите... Госпожа Куруми?

— Кстати, Мария. Сестренка ведь сделала шоколад и для тебя. Мы же семья.

Куруми покрутила конфету перед глазами извивающейся демоницы.

— Тебе не кажется, что суккуб, испортившая шоколад, в который девочки вложили столько сил, заслуживает хорошего наказания?

— П-погодите... Это же так аморально...

Шлёп! 

Куруми звонко шлепнула шоколадную Марию по попке.

— Фа-а-а-ах?!

Последовал еще один шлепок.

— Н-нельзя... Из-за предохранителя мне совсем не больно, но так... Ахи! Ха-фун! ♥ Н-нет...

Шлёп! Шлёп! 

Звуки ударов не прекращались.

— Чтобы госпожа Куруми... практиковала такие игры... Ах!

С глазами, полными слез от накатывающего наслаждения, извивающаяся Мария бессильно осела на пол, в точности повторив участь Зест.

— А-а... Ах! Это куда сильнее, чем я думала... Ох, ан! ♥

Глядя на обмякшую суккубшу сверху вниз, Юки тихо вздохнула.

— За что боролась, на то и напоролась, — с чувством изрекла она.

— ...Но что нам делать со всей этой ситуацией?

Бог с ней, с Марией, но Зест до сих пор сидела на полу, тяжело дыша. Ощущения от шоколада, видимо, всё ещё давали о себе знать: демоница посмотрела на Басару снизу вверх жалобным, затуманенным взглядом.

— Господин Басара...

— Ты как? Чем мне...

— Пожалуйста, съешьте меня, — взмолилась Зест. Её голос звучал до невозможности горячо и влажно.

— Не, ну это как-то...

В тишине раздался звук сглотнутой слюны.

Осевшая на пол Зест, сжимающая грудь и умоляющая парня о ласках, выглядела слишком уж соблазнительно.

Мио, Юки и Куруми просто не могли отвести от неё глаз.

Их взгляды невольно метнулись к Басаре, словно в ожидании чего-то.

— Басара... — позвала Юки, густо покраснев.

В её руке покоилась шоколадная фигурка самой себя.

Мио с Куруми тоже уставились на собственные сладкие копии.

Парень озадаченно почесал щеку.

— Ладно. Но учтите, со всеми разом я не справлюсь.

Лицо Юки расцвело в улыбке.

...И начиная с того вечера, последующие несколько дней превратились в череду по-настоящему сладких ночей.