Человек, рухнувший с уровня крупной корпорации до микрокульта, обычно выбирает одну из двух стратегий. Первая: «Тебя и так любили больше, чем ты заслуживал; выпей и живи дальше — с голоду не пропадёшь».

Вторая: «ВЫ ОБЯЗАНЫ МЕНЯ УВАЖАТЬ Я КОГДА-ТО ПРАВИЛ ВСЕЙ ВОСТОЧНОЙ АЗИЕЙ НА МОИ ПРОПОВЕДИ СОБИРАЛИСЬ ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ ЛЮДЕЙ ДАЖЕ САМЫЕ ОПАСНЫЕ ГИЛЬДМАСТЕРЫ МЕНЯ БОЯЛИСЬ…» Разумеется, наш лысый глава микрокульта Сокхва относился ко второму типу: всеми средствами пытался вернуть былую славу, хотя прежних циклов сам не помнил.

Например, был такой цикл.

— Люди! Наша страна переживает беспрецедентное бедствие! Что должны делать буддисты всей страны?!

— Верно! Когда на государство обрушивалась великая беда, буддисты не прятались в горах, а брали топоры и поднимались!

— Разве мастер Сосан и Самён не поднимали ополчение ради защиты Чосона?!

— Встанем! Наследуем волю предков, мудрецов и Будды!

— ДЕСЯТЬ МИЛЛИОНОВ БУДДИСТОВ САМХАНА! ОБЪЕДИНИМСЯ В ДХАРМЕ! ПОДНИМЕМ МОНАШЕСКОЕ ВОЙСКО!

Короче говоря, Сокхва хотел снять «Имдинскую войну — сезон 2»: мало где роль воинов-монахов пользовалась таким успехом. Правда, он упустил одно обстоятельство — между монахами эпохи Имдинской войны и современными лежала пропасть.

Монахи Чосона действительно часто жили в горах, как и современные. Только тогда с ними по соседству обитали ещё и кошки размера XXXL, которые говорили «р-р-р».

Кроме того, монахов регулярно гоняли на тяжёлые работы: считалось, что их предшественники в Корё слишком много всем досаждали. Возражение «Почему мы отвечаем за грехи предков?» в буддийской среде звучало особенно неубедительно — карма, знаете ли.

Поэтому фраза Конфуция «Жестокое правление страшнее тигра» для монахов Чосона была не слишком впечатляющей: «Мы и с правительством, и с тиграми знакомы. Дальше что?»

Зато именно поэтому они становились крепкими. Буддисты того времени буквально воплощали правило: увидел монаха в горах Чосона — первым делом думай не «буддист», а «выжил».

А современные монахи? Из лесного подземелья давно удалили гигантских кошек, к большинству храмов провели асфальт и нормальные лестницы.

Белка в рационе стало больше, чем у предков, но одной едой боевые мышцы не вырастишь. Если бы великий мастер Чосона после войны сказал: «Братья, раз уж выжили, пойдём восстанавливать деревни и стены», современный монах скорее вздохнул бы: «Эх… билеты в Индию такие дорогие…»

И дело было не только в буддизме: почти во всех сферах человеческий инстинкт выживания и практическая выносливость стали слабее. А Сокхва на этом фоне решил: «Сделаем Будду снова великим».

— А-А-А-А! Демоны! Демоны идут!

— Намо Амитабха! Намо Амитабха!

— МОНАХ! ПОМОГИТЕ!

— Э, э-э. Э-э-э?

Новое движение монашеских воинов рухнуло мгновенно. На севере полуострова культ Мо Гвансо гнал последователей в «крестовый поход», а на юге Сокхва столь же успешно губил своих — межрелигиозное единение во всей красе.

В конце концов пришлось вмешаться регрессору. Мо Гвансо мы нейтрализовали нашим секретным оружием Сим Арён, а с Сокхва оказалось ещё проще: посадить рядом осведомителей и незаметно срывать каждую подозрительную затею.

Даосскую еретичку Чхон Ёхва из Пэкхва, которая по масштабу бедствий превосходила обоих, мы вообще перетащили на свою сторону. Христианство, буддизм, даосизм — три ветви, три еретика, и все обезврежены; по крайней мере в вопросе культов Корейский полуостров стал спокойнее.

— Сколько завтра придёт на службу?

— Не знаю, мастер. Если как обычно — человек двадцать.

— …

Теперь Сокхва оказался в положении выброшенного утиного яйца. Голова у него и раньше была похожа, но теперь совпадение стало почти идеальным.

— О-о! Такой дорогой человек, как товарищ Чан, пришёл лично! Нужно подать лучший чай! Это пуэр, который я сам купил в Китае ещё до того, как демоны усилились. Пейте, не стесняйтесь. Всё от чистого сердца, ха-ха!

Вот так бывший культ-лидер EX-уровня дошёл до того, что теперь старательно растирал ладони передо мной.

* * *

— Вот именно! Товарищ Чан! Если мы объединимся в искренней вере и проведём поминальные ритуалы, [Мёртвые] получат утешение и достигнут освобождения. Я в это искренне верю!

Сокхва проповедовал с жаром; отчаянная попытка вырваться из статуса микрокульта выглядела почти трогательно.

— То есть вы собираетесь пройти от Пусана до Синыйджу с десятком пожилых верующих, почти без боевых пробуждённых?

— О-о, разумеется, я знаю, насколько это опасно. Но милосердный Будда защитит нас. Чего бояться?

По полуострову всё ещё бродили бесчисленные [Мёртвые], и Сокхва хотел двигаться на север, как по паломнической дороге, утешая по пути как можно больше из них. В своём роде впечатляюще.

«Увидел вирус Удумбары — сделал его инструментом расширения культа. Потерял вирус — поднял монашеское войско. Прикрыли и это — придумал общенациональный поход».

Чистое воплощение жажды власти. Откуда в таком потрёпанном теле брались подобные дисциплина и энергия — почти восхищало.

Но Но Доха была права: это буквально отряд самоубийц. Мир полон не только [Мёртвых], но и других аномалий и Пустот — как Сокхва собирался проводить через них стариков, оставалось совершенно непонятно.

Можно было просто не вмешиваться: десять погибших граждан в апокалипсисе даже не стали бы новостью. Но кое-что не давало мне отмахнуться.

Я посмотрел за двери храмового зала. Там собрались люди, которые остались рядом с Сокхва даже после полного краха его культа, — почти все болезненные старики; один носил ортез, изготовленный и обслуживаемый Но Доха.

Это был пациент Син Субин — тот самый старик, который даже в момент гибели мира беспокоился не о себе, а о Но Доха. Когда наши взгляды встретились, он и остальные буддисты несколько раз поклонились, перебирая чётки.

— Будда… Майтрейя…

— Да пребудет милость с товарищем Гробовщиком…

Я подавил вздох. Неважно, насколько глубоко они знали буддийское учение: пожилые люди просто искренне желали мне благополучия.

Я слегка поклонился, и они тут же склонились ещё ниже. «Но Доха беспокоится о пациенте».

На совещании она ни словом не упомянула Син Субина, но я и так понимал. Мне было всё равно, умрёт ли шарлатан Сокхва; смерть Син Субина и то, что она сделает с сердцем Но Доха, — совсем другое.

Я поставил чашку пуэра и поднялся. Не обращая внимания на растерянное «Э? Товарищ Чан? Куда…», подошёл к Син Субину и немного наклонился — слух у старика был плохой.

— Дедушка.

— М?

— Вам обязательно идти? Я понимаю ваши чувства, но Но Доха очень за вас переживает.

— …

— Вы же знаете: она совсем не такая, какой её считают. Очень заботится о пациентах. Если с вами что-то случится, потом спать не сможет. Может, останетесь в Пансондоне?

Син Субин пошевелил губами. Его глаза уже больше напоминали пустые глазницы — будто мир до краёв заполнил их, и перегородка между человеком и внешним больше не требовалась.

— У меня…

— Да.

— Нога болит. И мне кажется, я всё время мешаю доктору Но Доха этой ногой…

— Но Доха никогда так не думает.

— Знаю. Очень хорошо знаю. Но… Она занята государственными делами. А старик, которому жить немного, отнимает время. Это неправильно.

— …

— Ещё полгода — и ортез снова начнёт шалить. Придётся идти на ремонт. Поэтому лучше сейчас. Пока ещё хожу. Пока осталось немного сил. Хочу сделать хоть что-то значимое и уйти. Зачем снова отнимать у доктора время? Мне неловко.

Я замолчал. На правой ноге Син Субина плотно сидел ортез — точно такой же я видел в 53-м цикле, когда работал помощником Но Доха.

«Это моя карма». В далёком прошлом, до её назначения начальницей Дорожного корпуса, мастерскую часто посещали пожилые пациенты; теперь Но Доха всё ещё совмещала руководство с работой протезиста-ортезиста и принимала людей по записи.

Но пациентов стало немного меньше. Люди боялись «отнимать личное время у самой начальницы», стеснялись или просто пугались — и я сам отъел кусок того, ради чего Но Доха вообще продолжала жить.

— Понимаю, дедушка. Но не перенапрягайтесь. Лучше спокойно пройти страну и вернуться.

— Айго. Так нельзя…

— Для Но Доха время с пациентами, наоборот, отдых. Представляете? Извращенка. Политику ненавидит. А пациентов любит. Поняли?

— Угу. Если так… Спасибо…

Я оглядел храмовый зал: там теснились одиннадцать стариков. На плечах дрожали самодельные яркие флаги:

[ОБЪЕДИНИМСЯ В БУДДИЙСКОЙ ВЕРЕ]

[ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ ПРОЩАНИЯ]

[НАМО АМИТАБХА]

[ГУАНЬИНЬ БОДХИСАТТВА]

[ЧИСТАЯ ЗЕМЛЯ]

Эпоха была особенно жестока к пожилым. В мире, вынужденном поклоняться эффективности и пользе, каждый из этих людей уже думал, как достойно уйти из собственной жизни.

В отличие от одного монаха-отступника, который пытался использовать даже их последние годы, чтобы вернуться на сцену. Я повернулся к Сокхва.

Он уже решил, что я собираюсь уходить, и мгновенно просиял, поняв обратное.

— О-о! Товарищ Чан. Я уже переживал. Раз пришли, хотя бы храмовой едой угостить должен!

— Мне не нужно. Лучше нормально накормите этих стариков.

— О-о. Они все глубоко практикуют и окружены милостью Будды…

— Мастер Сокхва.

Хвать. Мои пальцы глубоко вдавились ему в плечо.

— Кх…

Глаза Сокхва округлились, но из открытого рта вышел лишь хрип. Аура не требовалась: достаточно было надавить на уязвимое место и лишить его голоса.

Я наклонился к уху так, чтобы старики решили, будто мы ведём доверительный разговор.

— Я очень хорошо знаю таких людей, как вы.

— Кх… у…

— Не думайте, что вы особенный. В таком мире достаточно походить пешком, чтобы постоянно спотыкаться о людей вашего типа.

— …

— И всё же я позволяю вам жить, потому что даже человек, выскребший собственную чашу до дна, для кого-то может оставаться одним из немногих собеседников.

— …

— Не вы благословляете окружающих. Наоборот: это вы едва держитесь благодаря им. Понимаете?

— Ух… кх…

— Понимаете?

Сокхва, побледневший до мела, кое-как кивнул. Я медленно ослабил давление, и к нему вернулись дыхание и голос.

— Живите скромно. Постарайтесь.

— …

Сокхва снова кивнул. На его лице стоял неподдельный страх.

На следующий день из Пусана вышел [Великий общенациональный отряд поминовения, объединённый буддийской верой]: один монах-отступник и одиннадцать пожилых буддистов.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta