Костер пылал алым.

Дрожал ли воздух от жара пламени?

Выражение лица Эмилии казалось настолько сложным, что его трудно было описать одним словом.

Смущение, растерянность, холодность, жажда…

– Ах...

Из её приоткрытых губ вырвался слабый вздох.

Мириады эмоций, мелькавших в этот момент, вероятно, отражали всё, что она скрывала.

Сорванная маска и выплескивающиеся наружу чувства.

Тот самый момент, который Йен планировал.

Даже не помня о "галлюцинациях" современности, которые Йен испытал, потеряв рассудок.

Планируя афтепати, была создана атмосфера, в которой можно снять напряжение.

Он даже не стал допрашивать Арию.

Это был общий план — манипулировать чувствами Эмилии и заставить её оступиться.

Нужна была брешь.

Потому что Эмилия Рэймонд умна и хитра.

Это были не его знания как игрока, а вывод, после наблюдений за ней.

Тишина, которую Йен получил длилась три вздоха.

Губы Эмилии слегка задрожали.

Она понимала, что её затянувшееся молчание — уже ответ.

– Раз… Разработчик? Что это?

Даже ответ логически безупречен.

Если бы она сказала: "Разработчик? С чего бы?", это было бы равносильно признанию того, что она, по крайней мере, знает слово "разработчик".

Был ли её ответ достаточно удовлетворительным?

Эмилия подняла голову.

Уверенность вернулась.

Глядя на её лицо, Йен невольно усмехнулся.

Её уловки были отчётливо видны.

Если он станет объяснять, кто такой разработчик, его бы сочли сумасшедшим.

Конечно, Йен не собирался болтать попусту.

– Помнишь, Эмилия… Нет, разработчик. Тот день, на форуме.

– Что ещё за форум...

– Ты сказал, что героини, которые получали всё, что могли, но не отдавали своё сердце, были неблагодарными. И среди них была одна преступница.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Даже если не понимаешь, просто послушай.

Нет причин подстраиваться под темп Эмилии и передавать инициативу ей. Йен намеренно приблизился к ней на шаг.

Эмилия отступила в тень.

– Сначала я подумал, что ты, разработчик — это Йен Блэкангерс. Одержим девушками и раздаёшь им подарки без причины... Ожидая чего-то взамен.

– Что...

– Но потом, после того, как я стал одержимым, я, понял: тебя здесь нет. Это недостаток в моих суждениях. Если бы ты совершал те безумные поступки до того, как я стал одержимым, я бы определённо их видел. То отношение, та "жалкость", которую ты проявил. Очевидно. ты, наверное, хотел понаблюдать за нами, да? Как можно ближе.

– ...Ха-а.

Эмилия, тихо вздохнула.

Похоже, что попытки разобраться в характере человека дают хорошие результаты.

– Я уверен, что ты хотел увидеть это своими глазами. Как другие игроки добиваются "твоих" героинь. Поскольку ты никогда не сможешь сделать это сам. Но разве это нормально? Учиться, наблюдая, как кто-то добивается героинь, которых ты считаешь своими. У тебя либо дурной вкус, либо совсем нет гордости.

– Ты...

– В любом случае, ты должен был увидеть, как игрок использует тело Йена, чтобы соблазнить героиню. Значит, на пути встаёт преступник, верно? Так что, ты овладел телом преступника. Ты — преступник и разработчик.

Йен посмотрел ей прямо в глаза.

Эмилия не ответила.

Только её пальцы, вцепившиеся в подол юбки, слегка дёрнулись.

Какие мысли?

В зависимости от обстоятельств, разработчиком изначально был Йен Блэкангерс.

Но он разочаровался в мире, где не мог соблазнить героинь.

Поэтому он стал вселяться в игроков, пытаясь понять их стратегию.

А потом — в тело преступника, который оказался на его пути.

В соответствии с этим предположением выводится ещё несколько допущений.

По его воле этот мир повторяется.

Или, что разработчик — это существо, близкое к Богу.

– Один и тот же мир, что повторяется снова и снова. Наверное, до меня были и другие одержимые. Как это работает. Реинкарнация? Возвращение назад?

– …

Теперь Эмилия смотрела на Йена почти со злостью.

– Или... перезапись сохранений?

Эмилия. Разработчик Fantasy X Academy.

Нет, наверное, термин "менеджер" будет более уместным, чем термин "разработчик".

Она воспринимает этот мир как игрушку, а не как творение.

Случайно получила силу управлять миром.

Эмилия прикусила губу.

– Допустим... Допустим, это так.

Её голос дрожал от гнева.

Ни тени прежней наигранности.

Изменился даже тон речи.

– Йен, что ты можешь сделать? Что ты сделаешь, если я снова перезагружу этот мир?

Ничего.

Йен пожал плечами.

– Возможно, я смогу тебя поймать.

– Поймать?..

– Да. И остановить.

– Что?

– Ты больше не будешь жертвовать людьми ради своих прихотей. Ни игроки, ни жители этого мира — не твои игрушки.

Эмилия опустила голову.

За её спиной виднелась полуразрушенная академия.

На этом некогда великолепном месте остался огромный шрам, который невозможно стереть.

Сколько раз это повторялось ради её забавы?

– Кх...Ку-ку-ку.

Плечи Эмилии затряслись.

Это не было раскаянием.

Она снова подняла голову и улыбнулась:

– Давай проверим.

Она сунула руку в карман.

Раздался звук разрываемого свитка.

Эмилия исчезла.

* * *

– Выпускники в порядке.

– Префекты тоже. Говорят, что их нигде не видно ни на севере, ни на юге.

Как только Эмилия исчезла, начала действовать заранее созданная сеть наблюдения.

Несмотря на название, в ней нет ничего особенного. Это всего лишь сотрудничество нескольких болтливых людей, включая Даню и Лину, и использование коммуникационной сети и магического барьера, созданного для войны против культа.

Благодаря этому было подтверждено, что Эмилия не убегала из своего дома.

– Спасибо вам всем. Хорошая работа.

Теперь вопрос: где искать разработчика.

Одним из положительных моментов в ходе поисков является то, что академия была полностью разрушена. Не совсем хорошо называть это положительным моментом, но в любом случае.

Среди уцелевших зданий одно выделялось особенно.

Йен беспокоился о человеке, охранявшем это место.

Беспокоился о его значении.

Он направился туда.

Земля всё ещё дрожала после битвы с пустотой.

— Скри-и-и!

Обычно бесшумная дверь скрипнула.

– …

Йен слегка вздрогнул.

Потому что здесь всегда нужно действовать тихо.

Но теперь это место, обычно полное суеты, было безмолвным.

Что ж.

После всего, что произошло, вряд ли кто-то сюда придёт.

Тем не менее.

Там, за столом, сидела она.

– Давненько мы не виделись.

— Шурх.

Она перевернула страницу.

На первый взгляд это могло показаться игнорированием, но это не так.

Библиотекарь кивнула — едва заметнее, чем лунный свет.

– Библиотека уцелела?.

В ответ на вопрос она молча подняла руку и указала на потолок. Остались следы мощного барьера.

Конечно.

Записи важнее всего остального.

Возможно, библиотека была самым безопасным местом в академии.

Йен сел на стойку информации.

Библиотекарша перевернула ещё одну страницу.

В её руках — тонкая стопка бумаг.

Похоже, это завершающая часть.

Лунный свет осветил корешок книги.

Он был потрёпан, будто книгу перечитывали сотни раз.

– В какой раз?

– Двести тридцать седьмой.

– Не надоело?

Она... вроде кивнула.

Трудно сказать.

Поэтому Йен спросил:

– Какой номер у этого мира?

Она заморгала.

Её длинные небесно-голубые ресницы блестели, как волны озера, залитого лунным светом.

Словно спрашивая:

"Откуда ты это знаешь?"

Не обязательно произносить ответ вслух.

Иногда, разговаривая с библиотекаршей, Йен чувствовал.

Что она отвечает больше, чем он спрашивал.

И что ответ иногда предшествовал вопросу.

И самое главное...

– Двести тридцать седьмой.

Йен чувствовал её эмоции.

Она была измождённой.

Как потертый корешок книги, которую она держала в руке.

– Тебя, должно быть, уже тошнит от этого, да?

Библиотекарь покачала головой.

Её волосы колыхнулись.

– Удивительно. Почему?

Она задумалась.

Если на вопрос нельзя ответить "да" или "нет", она всегда делает паузу.

Губы библиотекарши приоткрылись.

– Ты.

– Я?

– Непредсказуемый.

Короткий ответ из двух слов.

Но смысл был передан полностью.

"Ты непредсказуем. Это весело."

– Хах.

Йен улыбнулся:

– Это большая честь для меня.

Показалось, или щёки библиотекарши слегка надулись?

Надо извиниться.

– Прости. Я рассмеялся, потому что мне мне приятно, что я хоть немного развеял твою скуку.

Для того, кто сталкивался с повторяющимся миром 237 раз, это действительно большая честь — получить стимул.

Отложив на мгновение эту честь, Йен, как всегда, задал библиотекарю вопрос.

– Можешь сказать, где Эмилия?

– Запрос отклонен.

– …

Атмосфера внезапно стала холодной.

Самое удивительное — она нахмурилась.

Самое выразительное выражение, которое она когда-либо запечатлевала.

И снова её рот открылся:

– Запрос отклонён.

– Почему?

– Это невозможно. Я должна выполнять приказы.

– Тогда...

Йен не сдался и продолжил настаивать, потому что она выглядела явно расстроенной.

– Когда ты получила этот приказ?

– В тринадцатый раз.

– Тогда это только для того раза. И вообще.

Библиотекарь молча смотрела на Йена снизу вверх.

Она откинула челку в сторону, продолжая хмуриться.

По её лбу струилась толкая нить крови.

Наверняка это больно, потому что волосы все время касаются раны.

Накладывая повязку на её лоб, Йен спросил:

– Разве это не трудно? Быть единственной, кто помнит о меняющемся мире.

Выражение лица библиотекаря не изменилось.

Но Йен знал.

Она прочитала здесь тысячи книг,

И только Йен прочесть её лицо.

Так что.

– Отныне я тоже буду помнить тебя.

Никакой реакции.

Однако в уголке глаза заблестела одинокая слезинка.

Возможно, всё дело в этом.

–...Обнаружена ошибка.

Возможно.

– В качестве временной меры права доступа были понижены на один уровень. Личность запрашивающего была подтверждена. Проверка пропуска завершена.

Она вытащила листок из блокнота.

Аккуратный квадрат.

– Вот.

Записка была написана аккуратным почерком.

Запись повтора. Подвал библиотеки [A00 ~ 988].

Незнакомая система классификации.

Ниже, на полях, ещё несколько слов.

Пожалуйста.