— Отпусти меня... Отпусти...

Она хотела покинуть этого человека, который подарил ей надежду, а потом уничтожил ее. Лю Фэйсюэ отчаянно мчалась по снегу, но тут ее схватили и затащили на спину лошади. Все, что ей оставалось, — всхлипывать у Ян Цилонга в руках.

Он не сказал ни слова, молча заставил Бенлонга развернуться и поскакал в лес. Когда они приблизились к огромным валунам, мужчина обнял Лю Фэйсюэ и заставил лошадь перепрыгнуть каменные барьеры. Вскоре они уже были внутри своего вечного рая.

— Фэй-эр, не делай этого, — Ян Цилонг мог только обнять ее, чтобы она не причинила себе боли.

Лю Фэсюэ тут же начала дергаться, чтобы обрести свободу. Она в негодовании закричала:

— Не зови меня так! Я никогда не была твоей Фэй-эр!

Она была просто заменой — даже имя, которым он ее называл, ей не принадлежало. Глубокая печаль сжала ее мысли и тело. Она поверила в ложь...

— Фэйсюэ... — он до сих пор не знал, как вымолить у нее прощение. — Не оставляй меня... Ты нужна мне...

Мужчина медленно протянул к ней руку, печально умоляя ее, прямо как ребенок, который боится быть брошенным.

Она медленно попятилась, не прекращая трясти головой и отрицать:

— Нет... Это не я тебе нужна... Никогда я не была тебе нужна...

Когда она это подняла, то снова скорбно заплакала.

— Ты просто видел во мне женщину, которую любишь — это ее ты обнимал, обнимая меня. Поскольку ты никогда ее не получишь, то решил обманывать меня, использовать меня, чтобы утолить жажду, которая на самом деле никогда не будет насыщена.

Она была настолько опечалена, что тяжело задышала, опустилась на колени и неровно закричала:

— Почему я... Почему ты ранишь меня так... Ах...

Ее отчаянная боль разрывала ему сердце. Он медленно встал на колени рядом и заключил ее в объятия.

— Мне жаль... Моя Фэйсюэ... Я не хотел тебя ранить. Моя любовь причиняет тебе такую боль, такое отчаяние, но ты спасла меня...

Ее слезы медленно скатывались по щекам. Она была полна обиды и печали, которые ему не удавалось подавить.

— Я не хотел любить ее, но не мог взять над собой контроль. И мне так больно... Ты понимаешь? Когда я встретил тебя, подумал, что небеса подарили мне тебя, чтобы исправить несправедливость...

Он задыхался, но все-таки продолжил.

— Тогда я знал, что неизбежно наступит день, когда мне придется раскрыться, потому что ты... Ты восстановила это разбитое сердце. Не бросай меня — я не смогу тебя жить...

Когда она ощутила его объятия, то яростно вздрогнула, и слезы их смешались. Нельзя было сказать, кто из них печальнее...

Несмотря на то, что она рыдала из-за боли, которую испытывала, Лю Фэйсюэ постепенно смягчилась. Его чистосердечное признание вызвало у нее глубокую боль, беспомощность и беспокойство, но смягчило ее сердце.

— Лонг... — она похлопала его по спине, чтобы он выплеснул чувства, которые подавлял, пусть даже если и плакал по другой женщине.

Как будто чтобы подтвердить свою одержимость, он резко сорвал с нее одежду. Она тоже стала раздевать его, и их одинокие сердца потянули друг к другу, чтобы успокоить.

— Ах...

Когда он устремился в ее сухой вход без всякой нежности, она обняла его душой и телом и заплакала от счастья.

— Ах... Лонг... Скорее... Глубже...

Она впервые не скрывала своего желания и яростно вытягивала губы, чтобы соединиться с ним полностью.

Он держал ее так близко к себе, что между ними не было никакого пространства. Каждый раз он входил в нее так, словно задевал ее душу. Это было бо́льшим, нежели наполнение его сердца и души.

— Не ухожу... Я не уйду... — узнав правду, она решила вложить всю себя в это сражение и рискнуть ради его любви. — Я люблю тебя. Лонг... Я люблю тебя...

Ее безусловная любовь растрогала его до слез, и он стал двигаться еще интенсивнее.

Не услышав ожидаемого ответа, Лю Фэйсюэ тихо расплакалась.

Это было фактом, разве не так? По меньшей мере, он не обманывал ее. Но она хотела подождать, пока он не скажет, что любит, или оставит ее.

— Ах... Лонг...

Волна безумия сплела их, и они слились в волне желания, как будто лишь вдвоем остались в целом мире.

Светлый пар поднимался над бассейном, и их фигуры крепко сплелись, как и сердца, в первый раз ничего не скрывая друг от друга...

***

— Ты наконец-то вернулся!

Ян Цилонг и Лю Фэйсюэ появились в конюшне. Семья Ян Цифэнга и Чжан Хэ наконец-то выдохнули с облегчением.

Сняв Лю Фэйсюэ с лошади, Ян Цилонг смутился и улыбнулся каждому.

— Мы все беспокоились...

Лю Фэйсюэ сжалась в его руках, покраснела и смущенно сказала:

— Это вина Фэйсюэ, ведь она смущена и злится, и это обеспокоило старшего брата и невестку...

Эти ее слова помогли семейной паре избавиться от тяжести на сердце. Казалось, что две молодые пары уже помирились. Все было ясно, как белый день.

Глядя на выражения облегчения, которые появились на лицах старшего брата и его жены, Ян Цилонг тоже слегка расслабился, словно бы ничего не случилось.

— Мы решили пожениться как можно скорее и просим старшего брата с невесткой остаться гостями на нашей свадьбе.

Это был самый быстрый и решительный метод избавиться от ненормальной любви. Немного раньше, в раю, Лю Фэйсюэ подтвердила это.

Ян Цилонг улыбнулся Лю Фэйсюэ, и она ответила ему сладкой улыбкой. Любовь и привязанность, которые четко ощущались между этими двумя, делали Ян Цифэнга с женой счастливыми.

— Да, конечно! Старший брат — как отец, а старшая невестка — как мать. Мы точно останемся на вашу великую свадьбу.

Су Юнфэй тоже улыбнулась и повторила:

— Точно! Я, старшая невестка, должна одеть свою младшую сестру как можно красивее и очаровательнее.

— Спасибо вам, старший брат и старшая невестка, — вместе сказали они и обменялись яркими, полными счастья, улыбками.

— Я сразу начну приготовления. Это будет первый раз, когда в поместье семьи Ян произойдет такое счастливое событие. Конечно, организация должна быть великолепной. — Чжан Хэ присоединился к общему воодушевлению. — Уже поздно, господин должен отдохнуть. Господин и леди еще не ужинали, я сейчас же отправлю кого-нибудь принести еду и Венлону.

— Ха-ха, мы тоже должны вернуться в павильон Юнфэнг. Столько дел, две молодые пары устали, — Ян Цифэнг взял за руку свою возлюбленную жену и направился к главному дому.

Ян Цилонг обнял Лю Фэйсюэ и пошел следом.

Лю Фэйсюэ подняла голову, чтобы взглянуть на него, но заметила лишь, что тот смотрит прямо на женатую пару. Ее прежняя радостная улыбка тихо исчезла.

Когда ее прижали крепче, Лю Фэйсюэ обняла Ян Цилонга за талию, словно так могла обуздать свои чувства.

Разве такое в порядке вещей?

Несмотря на то, что она привела мысли в порядок, уверенности у нее все еще не было.