— Наконец-то вы пришли!

После долгого ожидания Ян Цифэнг увидел, как Ян Цилонг и Лю Фэйсюэ спускаются вместе. Он не мог не пожаловаться. Младший брат сказал, что хочет вернуться в дом и позвать младшую невестку. Они уже должны были прийти.

— Тетушка... лошади... играть-играть... — Сяо Ян-эр, увидев Лю Фэйсюэ, радостно рванулся к ней.

— Старший брат, прости, что заставил тебя ждать так долго. Всего минуту назад кое-что случилось... — Ян Цилонг радостно улыбнулся и посмотрел на Лю Фэйсюэ с глубокой привязанностью. Она прильнула к нему со смущением, осознавая свою вину. Глядя на нее, можно было легко догадаться, чем они занимались всего минуту назад.

— Думаю, нам не нужно состязаться. Сейчас у тебя сил нет. У тебя ноги дрожат? — Ян Цифэнг сразу стал высмеивать младшего брата.

— Вовсе нет. Ничего подобного, — Ян Цилонг запрыгнул на Бенлонга, которого ему подвел мальчик-конюх. — Думаю, это у тебя они трясутся!

Получив пинок в бока, Бенлонг помчался как выпущенная из лука стрела.

— Смотри, я точно заставлю этого трясущегося проиграть! — поклялся Ян Цифэнг. В свою очередь и он не хотел проигрывать и яростно погнался за братом.

— Правда, эти братья... — Су Юнфэй улыбнулась, глядя им в спины, и покачала головой.— Фэйсюэ, все хорошо?

Оглянувшись на Лю Фэйсюэ, она столкнулась с безумно влюбленным взглядом. Су Юнфэй не удержалась от шутки:

— Не беспокойся, твой муж вернется к тебе позже.

— Старшая сестра... — Лю Фэйсюэ опять покраснела.

— Что? Разве все уже не в порядке и не готово? — Су Юнфэй поглядела на эту милую пару.

— М-м... Все в порядке.

Ведь только что она услышала, как Ян Цилонг признался в любви, а это означало, что он совершенно позабыл о своей одержимости и признал свои чувства.

— Великолепно! — Су Юнфэй взяла Лю Фэйсюэ за руки. Обе они посмотрели друг на друга и с улыбками счастливо продолжили болтать.

— Мама, мама... кататься...

Нежный голос Сяо Ян-эра прервал их беседу. Обе обернулись к мальчику, и на их лицах появился ужас.

— Ян-эр, нет!

Сяо Ян-эр стоял рядом с лошадью, которая застыла на заснеженной земле, размахивая хвостом. Животное, очевидно, злилось. Его ноздри время от времени раздувались, и оно постоянно переминалось с одного заднего копыта на другое.

Две женщины бросились к ребенку одновременно.

— Ян-эр, быстро отойди! Скорее отойди!

Малыш продолжал радостно размахивать лошадиным хвостом, играя с ним

В этот момент лошадь резко дернула задом, и Сяо Ян-эр упал на землю. Задние ноги скакуна вот-вот могли опуститься на него. Но тут злость лошади, кажется, ушла.

Су Юнфэй первой добралась до ребенка, чтобы подобрать его. Лошадь неожиданно отступила. Очевидно, она хотела попытаться. Как только лошадь вдруг подняла свои задние ноги и взбрыкнула, Лю Фэйсюэ торопливо оттащила обоих. Она не смогла увернуться, и лошадь задела ее плечо, отчего девушка упала.

— Юнфэй!

Ян Цилонг, все время лидировавший в гонке, вдруг увидел, как Лю Фэйсюэ оттаскивает Су Юнфэй и дитя. Он развернулся, чтобы спешиться, и не увидел, как вскоре лошадь пинком отбросила Лю Фэйсюэ.

Он заторопился к Су Юнфэй и поднял их.

— Юнфэй, ты в порядке?

Увидев, что ее сын цел и невредим, старшая невестка слабо улыбнулась и затем нахмурилась, словно ей было больно.

— Живот болит...

Ян Цилонг поглядел вниз, на ее юбку, которая постепенно пропитывалась красным. Капли падали на заснеженную землю.

— Юнфэй!

Ян Цифэнг тоже бросился к возлюбленной жене. То, что он увидел, чуть не свело его с ума. Он подхватил жену, лишившуюся чувств, и бросился в главный дом.

Ян Цилонг громко скомандовал слугам:

— Скорее, доктора!

— Уже идет! — ответил кто-то.

Ян Цилонг, держа напуганного Сяо Ян-эра, попытался заговорить со старшим братом, но тут он неожиданно подумал о Лю Фэйсюэ.

Он развернулся с озадаченным видом и направился к ней. Лю Фэйсюэ упала и все еще ошарашенно сидела на земле. Ян Цилонг начал кричать на нее:

— Вот, получается, чего ты хотела? Я ее больше не люблю, я люблю только тебя. Почему ты все равно сделала это ей?

Его голова от неожиданного потрясения затуманилась. Он верил только тому, что видел: будто Лю Фэйсюэ намеренно толкнула беременную невестку, чтобы у той случился выкидыш, поскольку в глубине души завидовала Су Юнфэй.

— Не думал, что ты такая злодейка. Я и в самом деле полюбил не ту, кого надо!

Его обвинения били Лю Фэйсюэ по сердцу как кинжалами. Она застыла, не в силах произнести ни слова против и просто молча смотрела на него, горько плача.

Взглянув на нее с отвращением, Ян Цилонг развернулся и ушел, решительно выбросив мысли о Лю Фэйсюэ на задворки сознания.

Она неожиданно поднялась и хотела протянуть к нему руку, но у нее не получалось.

— Я не... Лонг... Не уходи! — закричала она, но Цилонг не оглянулся. — Лонг... Я этого не делала...

Он же ее любил, почему он ей не поверил? Почему обвинил, ничего не спросив?

Когда он увидел, как Су Юнфэй упала, его паника не уступала панике его старшего брата. Поэтому Лю Фэйсюэ наконец-то поняла, что его так называемое «забыл о Су Юнфэй» просто означает, что он запер любовь далеко в сердце. В критическую минуту он не удержался и проявил истинные чувства. Шила в мешке не утаишь.

Она должна была заметить это еще давно, вместо того чтобы продолжать обелять его и притворяться счастливой.

Более того, он взглянул на нее как на убийцу, и это тоже пробудило ее от мечтаний — от прекрасного мечтания о том, что он искренне любит ее.

Эта мечта прожила недолго и длилась меньше дня...

Лю Фэйсюэ села на заснеженной земле, позволив печальным слезам свободно капать. Ее сердце было разбито. Холодный ветер замораживал лицо.

— Мадам... С вами все в порядке? — снег снова падал, и А-Дэ, который поджидал поодаль, не удержался от вопроса.

Лю Фэйсюэ отчаянно взглянула на знакомое лицо. Казалось, с тех пор, как они виделись, прошла целая жизнь. Дни, когда она работала на конюшнях, казались такими далекими...

Лю Фэйсюэ выглядела потерянной, и А-Дэ просто не знал, что с этим делать.

— Снег идет. Я помогу вам вернуться домой...

Он не понял, почему хозяин накричал на мадам. Почему не отвел ее домой? Разве он не обожал ее раньше?

А-Дэ поднял правую руку Лю Фэйсюэ и попытался поставить ее на ноги, но она закричала:

— А! Больно...

— Вы ранены. Как насчет того, чтобы попросить доктора вас осмотреть?

В конце концов, они же держались вместе, А-Дэ всегда о ней заботился: и когда она представлялась мальчиком, А-Фэем, и когда стала его будущей госпожой.

Поглядев на него, единственного, кто протянул руку помощи, Лю Фэйсюэ выдавила благодарную улыбку:

— Нет...

Опираясь на здоровую левую руку, она медленно поднялась и отряхнула снег.

Сейчас забота других была для нее роскошью.

— Спасибо тебе, А-Дэ.

С улыбкой поблагодарив его, Лю Фэйсюэ развернулась, топнула и, шатаясь, поплелась к главному дому.

Судя по тому, как шагала госпожа, ее правая рука была ранена... А-Дэ взволнованно посмотрел ей в спину и задумался, стоит ли рассказать об этом хозяину.