— А-Фэй, быстро садись на лошадь! — грубо кричал А-Дэ, объезжая выездное поле на лошади.

Ездивший верхом с детства А-Дэ, которому было только тринадцать, уже стал старшим конюшим в поместье Ян. А теперь и наставником Лю Фэйсюэ.

Лэ Фэйсюэ посмотрела на чудовище напротив: из его рта непрерывно текла слюна. Кажется, он посмотрел на нее, испугав настолько, что она попятилась и не смогла запрыгнуть на его спину.

— Я не учил тебя прежде, как запрыгивать? — А-Дэ уже почти потерял терпение. А-Фэй было на два года больше, но он вел себя как ничего не понимающая девчонка. Месяц ушел, чтобы просто научить его ездить верхом.

— Но... Но... Оно двигается... Я не могу это остановить... — Лю Фэйсюэ так нервничала, что почти кричала. Она хотела научиться кататься на лошади, работая в поместье. Она знала, что А-Дэ добрый, но не могла у него научиться.

— Ах! Я правда не знаю, что с тобой делать, — А-Дэ покачал головой. Он был вынужден сам спрыгнуть с лошади и подойти к Лю Фэйсюэ. — Ну, просто становись сюда.

Он сцепил пальцы, и Лю Фэйсюэ встала на его ладони. Она удивленно вскрикнула, когда ее забросили на спину лошади.

Как это пугает! Несмотря на то что Лю Фэйсюэ сидела верхом не впервые, ей казалось, что она в любой момент может свалиться. В последний раз она без всякого страха провела на коне три дня, потому что ее господин поддерживал ее сзади.

В это время она потакала себе. Она прижималась к одежде мастера и спала у него на широкой груди, чувствуя, как его руки сжимаются вокруг нее крепче и замыкают в надежное кольцо.

Она действительно хотела увидеться с господином... Она уже два месяца была в поместье Ян, но не видела его снова. Он же ее не забыл, правда?

— А-Фэй, чего медлишь? Поезжай! — увидев, что Лю Фэйсюэ на спине у лошади всерьез задумалась, А-Дэ рассердился и громко окликнул ее. — Пни ее в бок, и она побежит! Вот так...

А-Дэ пнул лошадь, и она устремилась вперед.

Лю Фэйсюэ тоже хотела этому научиться, но животное не волновали ее слабые удары. Лошадь опустила голову к снегу, высматривая траву.

Лю Фэйсюэ старалась приложить силу, но строптивая тварь просто слегка подняла голову.

— Ну, хорошая девочка, скорее вперед! — она старалась урезонить лошадь, но это было равносильно метанию бисера перед свиньями. — Даже ты издеваешься надо мной! Отлично, ты сама напросилась!

Она пришла в ярость, и ее нога твердо пнула лошадь в живот. Та послушалась приказа и помчалась галопом, как выпущенная из лука стрела.

— А... Помогите... А! — Когда они помчались, Лю Фэйсюэ едва не свалилась. С трудом удержавшись, она могла только схватиться за седло и поводья и отчаянно закричать: — А... Помогите...

Лошадь Лю Фэйсюэ безумно промчалась мимо А-Дэ и оставила его далеко позади.

— Помогите... А-Дэ...

— А-Фэй, держись за поводья... Тяни назад... — кричал А-Дэ сзади.

Сначала он просто хотел, чтобы сегодня она привыкла к лошади, и несколько ускорить темп езды. Но теперь было уже слишком поздно учить А-Фэя контролю над животным. Кто знал, что этот парень будет так нервничать, а лошадь вдруг понесет.

Когда Лю Фэйсюэ услышала слова А-Дэ, отчаянно вцепилась в поводья и резко натянула их. Лошадь остановилась в тот же миг, высоко подняв передние копыта и встав на дыбы практически под прямым углом к земле.

— Ах... — Лю Фэйсюэ ощутила, как откинулась назад. Она готова была упасть на землю.

— А-Фэй! — А-Дэ слишком поздно пришел на помощь. Он мог лишь наблюдать эту пугающую сцену.

Вдруг к ним резко устремилась фигура, подхватившая Лю Фэйсюэ со спины коня и аккуратно прижавшая ее к груди. А-Дэ узнал этого человека.

— Хозяин...

Лю Фэйсюэ отчаянно прижалась к груди своего спасителя. Ее перепуганное тело дрожало, пока лошадь не остановилась, и только теперь она осмелилась открыть глаза, поднять голову и посмотреть на того, кто ее спас.

— Господин...

Это правда был он! Ничего удивительного, что его грудь кажется такой знакомой. Это приносило ей облегчение.

Ян Цилонг не ответил, но спешился с мрачным выражением лица. Он спустил Лю Фэйсюэ с лошади. Когда ее ноги коснулись земли, он немедленно освободил ее.

— Ах! — Лю Фэйсюэ была ужасно напугана и совсем не могла стоять. Ее ноги вмиг стали как ватные.

Ян Цилонг нахмурился.

— Что не так?

— Мои ноги... ватные! — Лю Фэйсюэ смущенно опустила голову и побледнела.

Ян Цилонг посмотрел на нее и поднял.

— Где твоя комната?

— Не... Не нужно... Вскоре... все придет в норму, — Лю Фэйсюэ торопливо завозилась, желая, чтобы ее поставили на землю, ведь остальные слуги смеялись, прикрыв рты, над этим.

— Где твоя комната? — Ян Цилонг был крайне настойчив.

— Вон там, — Лю Фэйсюэ указала направление и потупилась, не смея смотреть на него и прижиматься слишком крепко.

— В поместье плохо кормят? Почему ты все еще такой тощий? — Ян Цилонг шел в указанном направлении к комнате слуг, держа Лю Фэйсюэ в объятиях.

Они не виделись два месяца. Мальчишка, несмотря на это, кажется, расцвел, но почему он все еще легкий как перышко?

После возвращения в поместье он был занят с большой компанией торговцев лошадьми. Он сумел купить лучших, так у него появилась возможность осмотреть поместье, и вот тут он увидел то, что его напугало. В этот момент его сердце чуть не остановилось. К счастью, он спас мальчишку. Он же мог не только упасть, но еще и трагически погибнуть под лошадиными копытами.

Увы! Почему этот мальчишка всегда добивается того, что он не может совладать со своим сердцем?

— Отдохни. Вернешься к работе, когда сможешь встать с постели.

Ян Цилонг положил Лю Фэйсюэ в комнате, которую делили четверо слуг, и ушел.

— Господин! — позвала его Лю Фэйсюэ.

— Что?

— Ничего... Спасибо вам, господин, — глядя на него, Лю Фэйсюэ совсем не могла говорить. Она только смущенно опустила голову. Она казалась ужасно оробевшей.

Ян Цилонг устоял перед искушением заключить Лю Фэйсюэ в объятия,

Этот мальчишка всегда так смотрит и на других? Он не знает, что похож на женщину? Не знает, как он очарователен? Что даже нормальных мужчин к нему тянет?

Подумав об этом, Ян Цилонг не смог не позавидовать другим слугам, которые делили с Лю Фэйсюэ комнату, и людям на конюшне.

— А-Фэй, послушай, ты мужчина, ты должен выглядеть как мужчина. Не красней и не начинай сразу стесняться как девушка. Это просто приведет к тому, что на тебя будут смотреть сверху вниз, понял?

Он говорил суровым тоном, словно ругался. Лю Фэйсюэ внезапно побледнела и, соглашаясь, посмотрела на Ян Цилонга. Она старалась сдержать слезы, навернувшиеся на глаза.

— Посмотри на себя, ну вот опять! — Ян Цилонг безнадежно махнул рукой. Он был зол и взволнован. — Раз ты так себя ведешь, кто бы ты ни был, тебя всегда будут хотеть задирать...

«Задирать» для него означало целовать — так, как он больше всего хотел прямо сейчас. Но Лю Фэйсюэ подумала, что он имеет в виду презрение, взгляды свысока.

Слезы Лю Фэйсюэ не остановили злость Ян Цилонга, а только распалили ее.

— Господин, не злитесь на меня...

— Ах, да почему парню нравится так много плакать? — взглянув на заплаканную Лю Фэйсюэ, Ян Цилонг не удержался от грубых слов снова. Он приблизился к ней и резко вытер слезы с ее лица рукавом. — Хорошо, не плачь!

Лю Фэйсюэ не ожидала, что Ян Цилонг так сделает, что в его поведении будут сочетаться грубость и неописуемая нежность. Она была растрогана его внимательностью, ее заплаканные глаза засияли ярче. В них сияли скромность и застенчивость.

Ян Цилонг был словно под заклятием. Он встретился с Лю Фэйсюэ взглядами, и неожиданно между ними словно возникла невидимая нить, притягивающая их друг к другу до тех пор, пока их губы не встретились, неудержимо разлившись сладостью во рту каждого.

Лю Фэйсюэ уже не просто ждала, как в прошлый раз. Вместо этого она высунула свой розовый маленький язык, цепляясь за его язык, и ее руки протянулись к нему, крепко соединившись у него за крепкой спиной.

— М-м...

Ян Цилонг мягко толкнул Лю Фэйсюэ на постель. Поцелуй стал более настойчивым, отчего ее нежные губы стали красными.

Желание ослепило его, его тело молило о большем, его руки неконтролируемо стремились вниз, расстегивая пуговицы халата на ее шее. Его большие ладони устремились прямо к ее груди.

Ощущение плоской груди вернуло ему рассудок, и он отдернул руки как ошпаренный и немедленно сел.

Когда Ян Цилонг посмотрел на ошарашенную и ошеломленную Лю Фэйсюэ, его глаза вспыхнули чувствами жалости и сожаления, а еще больше того — беспомощности...