— Исаак…

Глаза Рианны расширились.

Она не скрывала радости, видя, как её муж оказался в центре восторженных криков, сотрясавших горы и небеса.

И в то же время она чувствовала облегчение от мысли, что, даже покинув Хельмутов, он без труда добьётся признания.

— Слава богу.

Нынешний Исаак больше не нуждался в защите.

Одного лишь признания Аранделя хватит, чтобы его репутация среди знати взлетела до небес.

Стоит им только услышать о разводе, как они, облизываясь, тут же бросятся переманивать его на свою сторону.

«…»

И хотя мысль о том, как другие женщины будут добиваться его внимания, причиняла ей боль…

Она молча стиснула губы, в душе аплодируя и поздравляя его.

Это лучшие проводы, которые мог устроить ему Хельмут.

Она не знала, как далеко он сможет зайти, но искренне желала, чтобы отныне он летел вперёд, обретя полную свободу.

В этот миг она заметила, что мать пытается подняться с места.

— Сидите на месте.

— …Рианна?

Уголки глаз Галении дрогнули, когда она уставилась на дочь, внезапно схватившую её за руку.

Она уже хотела было отчитать её за дерзость, но Рианна не ослабляла хватки.

— Принцесса проявляет снисхождение к Хельмутам, поэтому ждёт окончания Фестиваля Мечей.

— …

— Я не знаю, что вы задумали, матушка. Но прошу вас, не позорьте семью ещё больше.

Это была её последняя просьба — как дочери к матери.

Она почувствовала странное напряжение, исходившее от матери, и попыталась её остановить, но…

Вместо того чтобы послушаться, Галения лишь скривила губы в усмешке.

— Хочешь сказать, ты согласна на это, Рианна? Великий меч семьи сломлен каким-то простолюдином, а ты просто это принимаешь?

— Но ведь так оно и есть. Исаак одержал чистую победу и указал Хельмутам новый путь для развития.

«Наверное, именно поэтому Арандель так себя ведёт», — подумала Рианна.

— Матушка, всё кончено, — со вздохом объявила она.

Во время разговора с Исааком она поняла, что принцесса Кларисса уже подозревает Галению.

И с этого момента судьба Галении была, по сути, предрешена.

— Лучше бы вы и дальше лежали в постели.

Но Галения и так всё знала. С того самого происшествия с Милли она поняла, что попалась.

Как хозяйка Хельмутов, она получала сведения обо всём, что происходило в поместье, и…

В общих чертах представляла, что её ждёт в будущем.

— Матушка?

— Твой муж мне никогда не нравился.

Хруст!

Внезапно на лбу Галении прорезались козлиные рога.

В тот же миг из её тела хлынула чёрная энергия и отшвырнула Рианну в сторону.

— Кх!

— Не двигайся.

— Да что же это…

Голос Рианны утонул в шуме расправляющихся крыльев.

Из-за спины Галении раскинулись широкие крылья, чем-то напоминающие крылья летучей мыши, а её глаза стали абсолютно чёрными.

Всё произошло так внезапно, что никто не успел среагировать.

Никто, кроме Аранделя. Он лишь поднял голову и взглянул на жену.

— ….

— ….

Они не обменялись ни словом.

В следующее мгновение раздался леденящий душу крик.

— А-а-а-а!

— Что это?! Что происходит?!

— Эти ублюдки сошли с ума!

— Они режут всех подряд! Б-бегите!

Трансцендентные, что скрывались среди знати и в толпе, сбросили маски и начали охоту.

Лишь одного Трансцендентного хватало, чтобы вырезать десятки людей.

Одного их жеста хватало, чтобы лишить жизни двоих или троих, и площадь превратилась в кровавое месиво, полное криков и разлетающихся кусков плоти.

— Узрите падение Хельмут!

Крик Галении разнёсся далеко вокруг.

Если поединок Исаака и Лоэнгрина был падением меча Хельмутов…

То это… станет трещиной в его имени.

— Матушка, зачем?.. — спросила Рианна, не в силах ничего понять.

Ведь Галения любила Аранделя больше всех на свете, и эта любовь превратилась в одержимость — сделать семью величайшей из всех.

Но её нынешние действия вели к обратному — они лишь втопчут их имя в грязь.

— М-мама?

— Матушка?!

Дети Хельмонта в растерянности смотрели в небо.

Шарен и пятнадцатилетний Эдель, младший сын, едва сдерживали слёзы.

Но взгляд Галении был прикован лишь к одному человеку.

К Исааку.

Тому, кто помешал ей больше всех.

Из-за того, что Милли пожертвовала собой ради него, он окончательно убедился, что Галения — Трансцендентная.

Стоило ему сообщить об этом принцессе, как та выяснила, что его тёща была в сговоре с расой Трансцендентных.

После этого всё пошло под откос.

И всё же она не собиралась идти на столь крайние меры, не планировала вот так раскрывать всё ещё скрывавшихся Трансцендентных. До этого момента.

Трансцендентные, хоть и были удивлены, решили подыграть Галении.

Казалось, они были даже рады, ведь это была идеальная возможность перебить всех людей вокруг.

Словно они только этого и ждали.

Было очевидно, что, скрываясь среди людей, они лишь подавляли свои истинные желания.

— Ку-а-а-а!

Хруст!

Галения отломила один из своих рогов.

Из него начала сочиться чёрная энергия, и она, никогда прежде не управлявшая этой силой, впала в неистовство.

Сломанный рог больше не сдерживал мощь, и заключённая в её теле энергия взорвалась разом.

И, повинуясь её воле, хлынула на Исаака.

Он только что закончил поединок и был совершенно измотан.

Галения не колебалась, хотя Лоэнгрин, лежавший без сознания прямо перед ним, тоже мог оказаться под ударом.

Потому что…

Она знала, что кто-то остановит этот удар.

Бум!

И действительно, чёрная энергия бесследно исчезла. Её поглотила багряная энергия, подобно тому, как огромный лев одним махом проглатывает добычу.

Арандель Хельмут. Он стоял перед Исааком, заслоняя его собой.

«Как и ожидалось…»

Увидев это, из её чёрных глаз потекли слёзы.

«Если бы только… ты стал Трансцендентным вместе со мной…»

Она думала, что только так он сможет выжить.

Поэтому Галения хотела доверить семью Рианне и уйти вместе с ним.

И хотя он отверг её, Галения цеплялась за последнюю надежду, пытаясь так или иначе увести его из Хельмут, но…

«Теперь ты уже никогда не уйдёшь, не так ли?..»

Человек, что всю жизнь шёл вперёд, пока не попал в тупик… вновь увидел путь.

Это было до боли ясно по восторгу и азарту на его лице.

Благодаря новой возможности, которую указал Исаак, Арандель теперь останется с Хельмут до последнего вздоха.

Исследуя путь меча до самого конца.

Таким был Арандель.

Человек, которого она любила.

И что же ей оставалось?

Ответ был лишь один.

* * *

Бум!

Чернильная энергия, обрушившаяся сверху, оказалась мощнее, чем ожидал Исаак, и на миг он замер от удивления.

В его теле не осталось сил; даже шаг давался с трудом.

Пока он пытался осознать внезапный поступок Галении…

Перед ним встал самый неожиданный человек.

Его могучая спина, источающая Багровую Сущность.

Глубокая и яростная аура, словно заявляющая, что любая другая, виденная Исааком до сих пор, — лишь жалкая подделка.

Многие восхищались Багровой Сущностью Лоэнгрина.

Но, увидев сущность Аранделя, они засомневались, можно ли вообще их сравнивать.

Настолько ошеломляющей была разница.

«Мне не победить.»

Хоть он и одолел старшего сына, Исаак был уверен.

Арандель мог бы разрубить его одним взмахом руки.

И этот человек сейчас защищал его.

— Впечатляет, — произнёс Арандель, не глядя в его сторону.

Даже оказавшись лицом к лицу с женой, предавшей человечество и ставшей Трансцендентной…

Он вёл себя как ни в чём не бывало, словно происходящее его ничуть не трогало.

— Исаак!

Мгновением позже подбежала Рианна.

Она поспешно обняла Исаака, с облегчением убедившись, что он в безопасности.

— Слава богу… Я так рада.

— Рианна.

— Ты справился… Ты был великолепен.

Исаак не мог не растрогаться.

Жена, чьего признания он желал больше всего, и тесть, которого он считал величайшим из людей, — оба защищали его.

Одно лишь их признание подарило ему трепет, которого он не испытывал ещё никогда в жизни.

Вскоре хаос утих, а вместе с ним и крики людей.

Рыцари Хельмута быстро подавили и схватили Трансцендентных.

Внезапная атака захлебнулась так же быстро, как и началась, и в проигрыше остались нападавшие.

— В чём величие Хельмут? — спросил Арандель, слегка повернув голову к Рианне и Исааку.

Рианна хотела спросить, к чему этот внезапный вопрос, но Исаак уже ответил с улыбкой:

— В его существовании.

— Хм...

Услышав это, на губах Аранделя появилась улыбка.

— Верно.

Впечатляюще.

Ответ Исаака ему понравился.

В этот момент к ним подошёл оруженосец Аранделя и преклонил колено.

Протягивая двуручный меч обеими руками, он подал его своему господину. Арандель принял оружие.

Воздух изменился.

Как только Арандель коснулся меча, всё вокруг будто замерло.

Гнетущее величие.

От одного лишь присутствия рядом с ним становилось трудно дышать.

Рианна крепче прижала к себе Исаака, пытаясь его защитить.

— Он велик, потому что существует.

Хельмут не нужно было стремиться к величию.

Семье достаточно просто идти своим путём, и её назовут великой.

Она не должна гнаться за кем-то или идти вперёд, глядя кому-то в спину.

Хельмут должна идти своим путём в одиночку.

Старший сын этого не понял и в итоге потерпел поражение, оказавшись лишь бледной тенью своего отца.

— Раз уж ты показал мне нечто стоящее… — рука Аранделя крепче сжала рукоять меча, — я тебя награжу.

И он нанёс удар.

Меч, за которым всю жизнь гнался Лоэнгрин, явил свою истинную форму.

Багровый Истребляющий Удар.

* * *

Увидев, как Арандель без малейших колебаний заносит над ней меч, Галения улыбнулась.

Как и ожидалось.

Для неё больше не было надежды.

Подозрения, зародившиеся из-за Милли, уже дошли до принцессы.

Скоро все узнают, что хозяйка Хельмут предала человечество.

Более того, теперь, когда Аранделю пришёлся по душе Исаак, стало ясно, что он никогда не покинет Хельмут ради неё.

«Теперь всё, что я могу для тебя сделать… это умереть. От твоей руки».

Лишь тогда бремя ответственности, что ляжет на семью, будет не таким весомым.

Арандель остался тем же человеком, которого она знала.

Чтобы сохранить величие Хельмут, он убьёт даже собственную жену.

«До тех пор, пока ты остаёшься собой…»

Но именно за это она его и полюбила.

«Я не против умереть ради тебя.»