– Добро пожаловать, Ной-сси!

Выглядит вроде нормально. У меня накопилось немало вопросов, но я их придержал. Праздник же. Пусть хоть отдохнёт спокойно. Заведи Ной-сси разговор первым, я бы, конечно, выслушал, но о таком он явно не помышлял. Скорее даже слегка нервничал.

Не созрел ещё, значит.

– Мы как раз лепим сонпхён, так что вы прямо вовремя. Ной-сси, вам бы тоже ханбок надеть, заказать один?

Услышав, что завтра лучше прийти в ханбоке, Ной помедлил, но кивнул.

– Да.

– Есть любимый цвет? Думаю, вам бы, Ной-сси, отлично подошёл топхо.

С его внешностью он в чём угодно хорош. Я усадил Ноя за стол в сторонке. На столе лежало тесто для сонпхён и начинка. Мы купили готовый набор: оставалось только слепить из разноцветного теста лепёшки и вложить начинку.

– С намулем закончил?

Мёну огляделся, ища, где вымыть руки. Ёрим это заметила и сотворила для него водяной шар.

– Если нужна вода, скажите~

Мёну принялся перебирать намуль рядом с Юхёном, жарившим чон. Подхватив миску с зеленью, он ненадолго исчез, а когда вернулся, намуль уже был бланширован. Даже стыдно перед Исмуаром... на великом элементале постоянно что-то жарят.

Вскоре мы аккуратно сложили готовые чон и намуль в пластиковые контейнеры и закрыли крышками. А потом все вместе расселись за столом и принялись лепить сонпхён.

Ловкие руки Мёну и так всем известны, но и остальные лепили старательно и красиво. Ёрим, правда, быстро заскучала и потихоньку стала увеличивать куски теста.

– Смотрите, кролик.

Она протянула свернувшегося калачиком розового кролика и засмеялась.

– Симпатичный. Такого жалко есть.

– Это тебе, аджосси.

А потом объявила, что слепит Чирика, и принялась скатывать тесто в шарик. Слишком большие плохо пропарятся...

– Хён.

Юхён тоже протянул свой сонпхён. Белый, хм.

– Щенок?

– Угу. Это тебе, хён.

– Спасибо. Здорово получилось, милый такой.

Мой братишка тоже рукастый. Только я поставил щенка рядом с кроликом, как передо мной поместили сонпхён из жёлтого теста.

– Это... от меня тоже.

– О, дракон? Это вы, Ной-сси?

– Я не себя лепил, просто хотел подарить вам, Юджин-сси.

– Спасибо. Красивый.

Я поставил дракона рядом с кроликом. Настала очередь Мёну, подумал я, но тот лепил самые обычные сонпхён. Заметив мой взгляд, он улыбнулся.

– Мои всё равно захочешь попробовать первыми.

Мёну положил сонпхён с невозмутимой уверенностью: дело не в форме. Ещё даже не отварили, а у меня уже потекли слюнки. Обычный сонпхён, самые простые ингредиенты, и всё равно вкус наверняка будет запредельный.

Готовые сонпхён уложили в пароварку на подстилку из сосновых иголок. Мёну заявил, что отпарит их в кузнице, и исчез вместе с пароваркой. Тем временем мы прибрались на крыше.

– Ой, аджосси. Хёна-онни спрашивает, можно ей завтра у нас спрятаться?

– Спрятаться?

– Ага. Сказала, сбежит под предлогом дел в питомнике.

От нотаций, видно, спасается.

– Конечно, пусть приходит.

Еды-то хватит? Надо достать мясо из подарочных наборов.

– А яйцо ещё не скоро вылупится?

– А? Кто знает.

– Интересно, какой элементаль родится. Надеюсь, не ящерица, как Рин.

– Конечно, нет! – запротестовала Ирин, незаметно вскарабкавшись мне на тыльную сторону ладони. – Рин родилась ящерицей, потому что в этом мире самый известный облик элементаля огня – ящерица!

Самый известный... значит, саламандра?

– Тогда элементаль воды родится ундиной? Как вообще выглядит ундина...

– Как женщина.

Ёрим пояснила, что заранее поискала об элементалях воды.

– Ещё знаменит келпи, он вроде лошади. Келпи, наверное, был бы миленький, но...

Ёрим слегка помрачнела. Судя по всему, ни один вариант её не устраивал.

– Рин-а, элементали всегда рождаются в самом известном облике этого мира?

– Рин родилась такой, потому что у Юхёна не было желанного облика, хён. Он даже не знал, что Рин появится. Знал бы, и Рин выглядела бы точь-в-точь как ты, хён! Юхён ведь ни о ком, кроме тебя, не думает.

Элементаль огня, похожий на меня... это, пожалуй, как-то...

– Значит, элементаль воды примет тот облик, который Ёрим пожелает?

Ирин недовольно надула щёки, но нехотя кивнула.

– Ага. Хмпф. Не нравится мне это.

И юркнула к Юхёну. Ёрим расцвела после слов Ирин.

– Какой пожелаю! Аджосси, что лучше? Медведь? Кролик? Раз это элементаль, их можно совместить, верно?

– Да что хочешь, Ёрим, всё в твоих руках.

– Не сразу же вылупится, верно? Надо подумать. А если крылышки, как у феи? Соён онни в восторге от твоего нового дракона, аджосси.

Ёрим, не помня себя от радости, перечисляла всех животных подряд. Элементаль воды Бульбазавр... Авторские права, надеюсь, не нарушит? Тем временем вернулся Мёну. На стол легли глянцевые, с пылу с жару, сонпхён из пароварки.

– У моего кролика ухо!

– У щенка хвостик...

– И у дракона хвост тоже...

Розовый, белый, жёлтый: все трое пострадали. «Всё равно съедим», – сказал я и выложил всех троих на тарелку.

И...

– Камень-ножницы-бумага, – загодя потребовал я.

Пристальные взгляды выдавали очевидное соперничество: чей сонпхён я съем первым. Не вмешайся я, от сада осталась бы половина. Услышав про камень-ножницы-бумагу, Ёрим засучила рукава.

– Честный бой, Хан Юхён. Три раунда.

– Одним разом. Сонпхён остывают.

– И меня возьмите!

Все трое поднялись и отошли в сторону. Сжатые кулаки, готовые к бою, – недоставало только гонга. Только бы крышу не проломили.

– Ешь и смотри, Юджин-а.

Мёну подвинул ко мне тарелку с обычными сонпхён. Хотя «обычными» их назвать язык не поворачивался. Какой лоск! Точно вкусно. Но ещё нельзя. ...Ну может один-то можно?

– Кто последний подаёт, тот проиграл!

Они так увлеклись, что и не заметят. Ох...

– ...Ладно, начну с тех сонпхён.

– Давай. Съешь сперва мои, и всё остальное покажется пресным.

Раздался свист рассечённого воздуха. Следом бухнуло, и пол чуть просел. Последствия камень-ножниц-бумаги.

– А я столько с Хёна онни тренировалась! – крикнула Ёрим, выбросившая ножницы. Юхён и Ной выкинули камень.

Двое победителей сыграли снова, и победа досталась Юхёну. С высокими характеристиками, видимо, и в камень-ножницы-бумага есть преимущество.

– Держи, хён.

Юхён с гордостью подал мне сонпхён-щенка. Вкусно. Следом я съел дракона и кролика. Ну а сонпхён Мёну... нет слов, лучше не бывает. Сонпхён могут быть настолько вкусными, оказывается.

– Аджосси, скоро эфир.

По слову Ёрим все вместе зашли в дом. Ной-сси немного замялся, но от моего приглашающего жеста отмахиваться не стал. Мы отнесли еду на кухню и сели на диван. Пакс запрыгнул мне на колени, я обнял его и включил телевизор. Вскоре на экране показалось знакомое лицо.

– [Уважаемые граждане, здравствуйте. Меня зовут Сонг Тхэвон, начальник службы учёта и контроля пробуждённых.]

Ох... Деревянный. Совсем окаменел. Он и в обычной жизни не из гибких, а сейчас превратился в натуральный чурбан. Просторный тёмный турумаги [1] сидел на нём свободно, но на груди ткань ничуть не обвисала. В самый раз.

– Начальнику Сонг эфир определённо не по душе.

– Точно. Камеру прямо сверлит взглядом.

– [...Не забудьте укомплектовать автомобиль средствами безопасности на случай прорыва подземелья. При прорыве подземелья заранее уточняйте расположение укрытий, а при удалённости от ближайшего укрытия двери и окна...]

Читал как по учебнику. Глаза не двигались, так что, судя по всему, выучил всё наизусть. Старательно перечислив меры предосторожности на праздничные выходные, начальник Сонг напоследок попрощался. Хотелось захлопать.

– А праздничное поздравление от Хёна-сси не покажут?

– Хм, не-а. Не покажут, видимо. Ого, что творится. Прошёл слух про запись, и народ ругает телеканал, что не выпустили, – сказала Ёрим, уткнувшись в телефон. 

Ну серьёзно же, чего б и не показать? Пф, подумаешь. В топхо она была чудо как хороша.

Немного погодя наконец подошла наша очередь. Мы с Ёрим стояли впереди, Юхён и Мёну расположились чуть позади, наискосок.

– Аджосси, по тебе видно, что нервничаешь.

– Куда мне до тебя. Тебя, вон, за слишком широкую улыбку уже одёрнули.

Нервничал – не то слово, скорее чувствовал себя не в своей тарелке. На экране я стоял с Паксом на руках. Мой ханбок – тапхо с короткими рукавами. Юхён объяснил, что раз в кадре в основном верхняя часть тела, то тапхо, визуально расширяющий плечи, подойдёт лучше всего. Впридачу вручил и обычный ханбок, и квэджа – такой же, как у него.

Выгляжу, конечно, покрупнее обычного... но двое по бокам от меня, ну, как бы сказать...

– [Здравствуйте,] – сказал я. Трое остальных поздоровались по очереди. – [Как проходят ваши праздники? Внезапное нашествие монстров, конечно, многих встревожило, но, к счастью, Чхусок в этом году такой же изобильный...]

Поздравительную речь почти целиком вёл я один. Ёрим вставила пару-тройку реплик, Мёну обронил одну фразу, а Юхён молчал. Напоследок мы помахали лапкой Пакса, и праздничное поздравление завершилось.

– Ну, неплохо вышло.

Чуточку стыдно. Зато ребята получились хорошо, надо сохранить запись.

Утром на Чхусок мы накрыли два стола для чхарё. Один Ёрим подготовила сама, у другого Юхён усадил меня и взял всё на себя. С кончиков пальцев Юхёна сорвались искры, и четыре свечи вспыхнули одна за другой.

– Не уверена, что блюда расставлены правильно.

– Нормально, нормально. Главное, от души. Скажем: «У нас всё хорошо», и поклонимся.

Мы встали втроём в ряд и поклонились. Пакс и Чирик смотрели на нас с любопытством: чем это они там занимаются?

– А дальше... воскурить благовония и поднести вино?

Я ведь и сам устраивал чхарё впервые. Так мы совершили обряд и убрали столы. Будто вычеркнул из списка одно важное дело. Ну а теперь...

– Да ну, почему сплошные «мо» [2]!

Все четыре палочки упали одной стороной. Мун Хёна сгребла палочки рукой и рассмеялась.

– Ещё разок!

– Кто первый бросает, тот и побеждает! Смотрите, снова «мо»!

У Ёрим и Ноя поначалу ещё выпадало что-то другое, но быстро перестало. Стоило приноровиться, и у всех, кроме нас с Мёну, пошли сплошные «мо».

– Даже если выпадает «мо», перебрасывать нельзя! Так, ну-ка S-Классы теперь бросают с закрытыми глазами и нерабочей рукой!

– Глаза закрыл, хённим. Хоп!

– А-а, ну почему снова!

Жульничество. С таким соревноваться бесполезно.

– Хватху у нас тоже есть.

– Если без ребят, в самый раз. Вчетвером тоже пойдёт, так что не позвать ли нам начальника Сонг?

– Э, он же наверняка занят.

– К нам прийти – для него и есть отпуск. И без гадания ясно, что снова при высоком начальстве охранником сидит.

Пожалуй, так и было. Поколебавшись, я взял телефон.

[Начальник Сонг, мы тут собрались в хватху играть, не хотите присоединиться?]

Просто так он не придёт.

[Ставка пятьсот за очко. Единица – десять тысяч вон. Четверо S-Классов. Глава гильдии Юпитер, не исключено, тоже ввяжется. Вероятность драки – процентов так 88?]

Вскоре пришёл ответ.

[Зайду только проверить.]

Главное заманить, а там уже никуда не денется. Мун Хёна достала из инвентаря одеяло, сложила и расстелила на полу. Я ловко перетасовал карты хватху.

– Мёну-я, ты в хватху играть умеешь?

– Карты различаю, но очки считаю не очень.

– Пока начальник Сонг не пришёл... молодой господин, присоединишься?

– Онни! Я тоже умею в хватху!

– Что? Ёрим, откуда ты умеешь в хватху?

– В прошлом году ненадолго в классе мода пошла.

Боже, в средней школе, – и хватху.

– Или можно ещё одну колоду, чтоб мы между собой?

...Ещё одна колода-то есть, но ладно ли давать. Юхён и Ной – взрослые, а вот Ёрим ещё слишком юная.

– Ной-сси, вы в хватху играли когда-нибудь?

– Первый раз слышу.

Так и думал.

– Юхён-а, ты?

– Нет.

Так и знал. Ну надо же: одна Ёрим умеет. Вот ведь нынешняя молодёжь... Ёрим достала новую колоду хватху и с победным видом посмотрела на Юхёна и Ноя.

– Так, внимание на картинки. У каждой есть пара.

...Движения, которыми она раскладывала карты, тоже были отнюдь не любительскими. Пока Ёрим объясняла правила тем двоим, а я учил Мёну считать очки, раздался звонок. Начальник Сонг. Пришёл, видно, прямо с работы, потому что был в застёгнутом на все пуговицы костюме.

– Начальник Сонг! Всего одну партию!

Тяжёлый взгляд опустился на меня. Затем он окинул глазами остальных и выдал:

– ...Нет.

– Тогда подарочный набор на выходе не забудьте. А забудете, я лично к вам домой доставлю. Недорогой.

– Хан Юджин-сси.

В коротком обращении сквозила целая палитра чувств. Переживает, надо полагать, из-за многого. Но сегодня же праздник.

– Эй, начальник Сонг, что стоишь, быстро садись. С тобой – пятьсот вон за очко! Без тебя – пятьдесят миллионов! – крикнула Мун Хёна.

Пятьдесят миллионов и мне накладно, знаете ли. В хватху ещё дом проиграешь. В итоге Сонг Тхэвон сел за стол с условием, что на деньги не играет. Карты в его руках смотрелись как игрушечные.

В отличие от ют-нори с мгновенным разгромом, в хватху даже S-Класс ничем не мог смошенничать. Особенно начальник Сонг.

– Продул! Снова продул!

Мун Хёна расхохоталась. Сонг Тхэвон, проигрывавший раз за разом, невозмутимо разглядывал свои карты. Везение ему просто изменило. А рядом тем временем...

– Эй, глава гильдии, хватит жадничать, ставим на магические камни! A-Класс и выше!

Ёрим вознамерилась сколотить целое состояние. Ребята, прямо за вами начальник Сонг сидит...

Мы поменяли правила и снова попробовали ют-нори, от души наелись, потягали за полы вознамерившегося уйти начальника Сонга, – и не заметили, как солнце село. Загадаем желание под луной, решили все и гурьбой высыпали на крышу. В небе была огромная круглая луна.

Да что тут загадывать-то? Просто... пусть всегда будет как сегодня. И чтобы никого не терять, а кому суждено вернуться – вернулись бы все.

Мне пришло сообщение.

[Обещали чон принести.]

Я невольно рассмеялся. Обиделся, что забыли. Проснулся, значит.

[Ребята всё съели. Ингредиенты остались, так что приходите жарить сами. Тост хотя бы поджарю.]

Корочки сами отрежете.

А немного погодя и правда случился небольшой переполох, но, к счастью, начальник Сонг никого не задержал.

𓆩♡𓆪

[1] Турумаги (두루마기) – длинное запашное пальто-халат, верхний слой ханбока; в отличие от топхо и тапхо носится и в наши дни, в том числе как парадная одежда.

[2] «Мо» (모) – лучший результат броска в ют-нори: все четыре палочки падают округлой стороной вверх. Даёт пять шагов и право на дополнительный бросок (как и «ют» – четыре плоские стороны вверх).