– Я вижу, что все знали, кроме меня, – сказал Великий Герцог низким голосом, люди в комнате вздрогнули, как будто взорвалась бомба. Его безэмоциональный взгляд упал на дворецкого.

– Я… я был…

Не выдержав пристального взгляда герцога, он упал на колени, как будто силы покинули его. Он открыл рот, чтобы начать оправдываться, но не смог произнести ни слова.

Его Светлость отвернулся от дворецкого, как будто он не стоил его внимания. Следующей его добычей стали двое мужчин, работавших с ним.

– Почему вы не сказали мне, когда узнали? – первый мужчина стоял не в силах поднять голову, а второй шагнул вперед.

– Вначале я докладывал обо всем, что касалось молодого господина. Но это приводило лишь к увольнению и отставке тех, кто был к этому причастен.

Сначала Великий Герцог выглядел растерянным, как будто не мог вспомнить ничего подобного. Я наблюдала, как он копается в своих воспоминаниях и, наконец, нахмурил брови, вспоминая этот инцидент. Когда я заметила что он собирается что-то сказать, то вмешалась.

– Ваша Светлость, пожалуйста, остановитесь. Не следует сердиться на других.

– О чем вы говорите?

– Ваша Светлость, вы могли бы быть в курсе происходящего, если хотя бы раз в день или даже просто час в неделю, разговаривали со своим сыном. Почему вы должны возлагать на кого-то другого ответственность за последствия безответственности вашей милости?

Это была полностью вина Великого Герцога. Не говоря уже о том, что это были дела его семьи. Об этом следовало позаботиться лично, а не поручать другим. Все происходящее результат его безразличия.

После каждого моего предложения глаза герцога вздрагивали, будто я резала его кинжалом. Когда я закончила, оп прижал руку ко лбу, прикрыв глаза, чтобы скрыть свое волнение.

Когда через минуту он убрал руки, его лицо снова стало холодным. Он прекрасно умел скрывать свои эмоции.

– Вы сделали это не для того, чтобы преподать урок Кирсеку, верно? Скорее, чтобы прочитать мне лекцию на эту тему? – он спокойно смотрел на меня.

Я попалась! Это очень неприятно.

Почему я сказала это так прямолинейно? Ведь я всего лишь ребенок. Я лишь пыталась доложить о ситуации должным образом.

Только услышав в голосе Великого Герцога назидание, я поняла, что зашла слишком далеко. Возможно, потому что волновалась.

Но что с этими взрослыми? Их больше удивляет то, что я упрекаю герцога, чем то, что я говорила не по-детски.

Правда, это было похоже на то, как если бы стажер читал лекцию директору компании. Все внимание было приковано к тому, как я буду отвечать.

– Как я могла осмелиться читать вам лекцию Ваша Светлость? – сказала я, нервно облизнув губы, – Ни в коем случае! Я лишь пыталась дать вам представление о том, что Ваша Светлость забыл. Я просто пыталась сделать доброе дело…

Великий Герцог прищурился, словно спрашивая, какую чушь я сейчас несу. Я попыталась отвести взгляд, чтобы избежать его пристального внимания, но это было бесполезно.

Тогда я сделала то, что умела лучше всего. Посмотрела прямо на него и улыбнулась своей особой улыбкой – улыбкой восьмилетнего безобидного ребенка!

– О боже…– я увидела, как уголки губ Великого Герцога слегка приподнялись, и он издал тихий смешок.

Я вздохнула с облегчением от его реакции. Я рискнула и, к счастью, выиграла.

– Хорошо. О чем я забыл?

– Вы забыли о своем единственном ребенке, Ваша Светлость. Дети не должны расти в одиночестве. Им нужна забота семьи.

– Я забочусь о нем, – ответ был такой предсказуемый, что мне захотелось вздохнуть.

Это ошибочное мнение многих взрослых. Конечно, очень важно обеспечить ребенку хорошее окружение. Но для этого нужно много работать, а это приводит к тому, что ребенок не получает достаточно родительской ласки и ограничивает развитие таких эмоций как сопереживание.

Естественно, я понимаю, что требования его должности не низкие. Тем не менее, как бы он не был занят, долг родителей – находить время для своих детей.

– Я не говорю о материальных вещах. Родительская привязанность должна быть истинной и безусловной. Ваша светлость, вы когда-нибудь выбирали подарок для своего сына и дарили его лично?

Великий Герцог молчал. Конечно, ему нечего было сказать. Поскольку я попала в точку, то смягчилась.

– Одна из главных причин, по которой дети становятся жестокими, – это отсутствие привязанности. Как они могут научиться любить других, если сами не получают достаточно любви?

Великий Герцог молчал, несмотря на мое порицание. Конечно, моя дерзость не имела никакого значения на фоне его безразличия и пренебрежения.

Поведение Кирсека само по себе доказывало истинность моих слов. Именно по этой причине мы сейчас оказались в такой ситуации.