Я не хотела упустить эту огромную возможность. В этом мире люди, которые не заботятся о своих интересах, ничем хорошим не закончат.

Мой отец и без того выглядевший смущенно, скрестил руки в воздухе, извиняясь перед герцогом.

– Прошу прошения, моя дочь очень груба.

– Я немного удивлён, но все в порядке. Мне говорили, что она развита не по годам, но чтобы настолько.

Мой отец, поймав взгляд Великого Герцога, взглянул на меня и горько кивнул, а герцог покачал головой в ответ. Казалось, они поняли друг друга без слов.

Что это за странное чувство, как будто меня только что обвинили в чем-то? Это дело не может так закончиться. Есть кое-что, что я действительно хочу получить.

– Кстати, не следует ли тебе представиться, прежде чем говорить? – я поторопилась, поэтому только быстро поприветствовала его и тут же попросила награду. Поэтому я снова вежливо представилась.

– Я Арендина Эйд. Я дочь Гертмана Эйда. Приятно познакомиться.

– Да, ты совсем не похожа на своего отца.

Он сказал такие грубые слова очень непринужденно. Забавно, но мой отец, который должен был обидеться, не выглядел слишком расстроенным.

– Так, Арендин.

– Да? – герцог позвал меня и я рефлекторно ответила. Он немного улыбался и это не могло не обрадовать меня. Конечно, осталось ещё обговорить мою награду.

Но мир работал не так, как я хотела.

– Почему я должен наградить тебя? Не ты ведь защитила меня, а твой отец.

Я не ожидала, что меня спросят о чем-то подобном.

Потому что это награда моего отца, вот почему! Мой отец пострадал из-за тебя, верно!

За кроткой улыбкой великого князя скрывалась твердость. Такой милый ребенок, как я, должен был легко убедить герцога выслушать его просьбу, но исполнять её уже другое.

– Мой отец не заботится о себе, поэтому я делаю это вместо него.

Да, я забочусь о своей семье вместо моего наивного отца. Он прижал ладонь к моей голове и погладил ее.

Как же все любят меня гладить.

– Да, я понимаю, что ты чувствуешь. Но разве твой отец уже не отказался?

Казалось он хотел продолжить: «Значит я ничего не должен давать вам, не так ли?»

Ужас, герцог пытается бороться с семилетним ребёнком, неужели он настолько бессовестный. Я считала его честным человеком, когда он пытался убедить моего отца взять награду, но сейчас я потеряла дар речи.

Он считает цену жизни такой дешевой? Я думала, что ты отличаешься от Кирсека, но эта тяга к богатству. Ещё один злобный дьявол.

Эмоции переполняли меня, но я сдержалась. Между тем, чтобы принять награду и просить её, большая разница. Герцог явно не собирался давать мне её, но если бы я начала прямо просить, это выглядело бы как вымогательство.

Но я не могла просто так сдаться. Стоило мне попросить награду от имени своего отца, как я начала сделку, от которой зависела моя жизнь.

– Я думаю, что имею право получить что-то от Великого князя. Помимо компенсации моему отцу за защиту жизни Его Светлости Великого Герцога, это возмещение ущерба, которое должно быть предоставлено мне!

Я подумала некоторое время, чтобы выдать свою очередную не детскую речь. Но все таки сказала все откровенно, так как суть которую я хотела донести, потеряется, если переводить все на детский язык.

Я уже показала, что могу мыслить взросло, так что будь что будет.