– Ты в порядке? – спросила я, помогая горничной, которая все еще стояла на коленях, встать на ноги.

– Да… – она поднялась на ноги, но ее продолжало трясти.

– Ты должна спрашивать это у меня! В конце концов, это ты меня ударила! – закричал Кирсек, наблюдая за нами.

Эгоистичный урод. Разве не ты кричал, чтобы меня выпороли?

Я постаралась успокоить нарастающий гнев. Пока я просто игнорировала его, Кирсек начал громко топать ногами.

Стоило мне продолжить игнорировать его отвратительное поведение, как ему это быстро надоело и он закончил истереть. Однако, вскоре вернулся дворецкий, продолжая с усмешкой смотреть на меня.

– Великий Герцог согласен встретиться с вами.

Слава Богу. Честно говоря, я внутренне немного волновалась, что он может попросить этого старика самого позаботиться об этом вопросе, даже не поговорив со мной.

В отличие от моего облегчения, дворецкий и Кирсек наоборот напряглись. В такой напряженной обстановке мы все отправились на встречу с герцогом.

– Великий Герцог, прибыла леди Арендина.

Герцог встретил нас в своем кабинете. Мой отец тоже был там. Я не знаю, позвали ли его узнав о случившемся, или он уже беседовал с герцогом в кабинете.

Хотя по лицу отца было заметно, что он взволнован, я немного успокоилась, потому что он находился рядом.

Кроме моего папы и герцога, в комнате были и другие люди, но они, похоже, только помогали Великому Герцогу по работе. Поэтому даже когда мы вошли в кабинет, они продолжали сосредоточенно разбирать какие-то документы.

Увидев нас, он жестом указал на стулья напротив себя. Его стол, скорее всего, был выбран для проведения совещаний, поскольку был достаточно большим и мог вместить человек восемь. В данной ситуации приветствия казались неуместными, поэтому я решила пропустить их. Я села первой, а Кирсек занял место чуть дальше от меня.

– Весь тот абсурд, который я услышал несколько минут назад, правда?

Атмосфера вокруг него казалась намного суровее, чем раньше. Не мудрено, его сыну только что влепили пощечину.

– Я не уверена объяснили ли вам ситуацию правильно, но если вы спрашиваете, подняла ли я руку на вашего сына, то это правда.

– Так ты действительно ударила Кирсека? – спросил Великий Герцог голосом, полным недоверия.

– Именно так, отец! Она дала мне пощечину!

Вряд ли это то, чем стоит так хвастаться.

Конечно, Кирсек говорил это не в хвастливой манере, но не думаю, что он признался в случившемся сидя тут один. Впрочем, я просто слишком много думаю, сравнивая естественную детскую реакцию с моим собственным, явно недетским поведением.

Великий Герцог окинул на Кирсека холодным взглядом. От этого его передернуло и он, тут же, опустил голову, кусая губы.

Затем его взгляд снова обратился ко мне, явно требуя объяснений. Ну если ему так интересно, стоит рассказать.

– Да, я дала ему пощечину.

– Что именно произошло?

Не показывая своих эмоций, я попыталась точно передать ситуацию, как я ее видела.

От ошибки служанки до приказа выпороть ее, и конечно, то как я вмешалась в происходящее.

Спокойно выслушав мой рассказ, Великий Герцог наконец заговорил: «Ладно, отбросив все обстоятельства, леди сама призналась в произошедшем. Вы должны понять, что позволили себе лишнего, верно?»

Он всегда казался мне таким спокойным, так что я думала, что он просто отнесется к ситуации как к детской шалости, но видимо я ошиблась.

– Разве вы не можете просто отнестись к этому как к детской ссоре? – я попыталась слегка подтолкнуть его, надеясь, что он решит не замечать моей вины в происходящем.

– Вы действительно думайте, что можно ударить моего ребенка и списать это на детскую шалость?

– Значит наказание неизбежно.

– Именно так.

Мы разговаривали с Великим Герцогом совершенно спокойно, так, будто интересовались друг у друга о том, как прошел день. И из этого разговора я ясно поняла, что он не намерен принимать мою сторону.

Однако он не выглядел ни капли рассерженным. Я все никак не могла понять, что творится в его голове.