День объявления промежуточных результатов. 4:30 утра.

— …

Лю Вэй проснулся в пугающе ранний час и, не успев толком прийти в себя, машинально потянулся за телефоном, лежавшим у изголовья.

Страница промежуточного голосования на официальном сайте Targeting Star почти не изменилась со вчерашнего вечера.

[ 1 место — Сон Джэхa

2 место — Джи Хвасон

3 место — Чан Сиу

4 место — Лю Вэй

5 место — Бан Ючан

6 место — Логан Ли ]

Остальные пять имён? Ему было всё равно. Да, обойти их было бы неплохо.

Но Лю Вэй не собирался тратить силы понапрасну. Его внимание было приковано лишь к одному.

[ 8 место — Ким Чунён ]

Баллы за миссии теперь почти ничего не значили, так что если всё так и останется…

— …Hǎole. (Сойдёт).

Лю Вэй пробормотал это себе под нос.

Слова сорвались на безупречном, стандартном мандаринском.

Бросив телефон на кровать, он провёл ладонями по лицу и растянул губы в подобие улыбки.

Она ощущалась чужой. Натянутой. Неловкой.

Лю Вэй никогда не умел улыбаться. Он вырос в среде, где выживание значило куда больше, чем выражение эмоций.

— Ли Миншен уже перешёл к следующей хореографии, а ты всё ещё топчешься на месте.

— …

— Только попробуй облажаться, Лю Вэй.

Он не ненавидел это.

Победа не требует улыбок.

Одержимость Лю Вэя самосовершенствованием, его жгучая потребность доказать собственную ценность – всё это было у него в крови.

Если кто-то был лучше него, его нужно было сломать.

А если это было невозможно?

Тогда – устранить.

Он мог это сделать.

Он обязан был.

— Если стипендиат по линии культурного обмена дебютирует в Корее и вернётся домой, семья наконец получит признание.

— …

— Ты справишься.

Так он и оказался в Корее.

Использовать этот маленький трамплин – и засиять уже на материковом Китае настоящей звездой.

Поначалу его путь казался прямым и безупречным.

До того момента, как на он не встретил одного человека.

— О, это имя мне дала бабушка. Оно слишком безвкусное?

Стоя на самом дне, там, где большинство сжались бы от страха, он держался с гордостью.

— Если не трудности, то больше всего мне запомнились ночные посиделки с командой, когда мы думали, как достойно перепеть такую потрясающую песню нашего великого сонбэ!

Умение создать выдающееся выступление в сложных условиях – и при этом при необходимости отступить в тень.

— После этого – прямо здесь – я буду выступать с другими трейни из «Targeting Star»! Я ещё и пою, так что оставайтесь, посмотрите!

А когда момент того требовал – он знал, как украсть всеобщее внимание.

Именно к таким качествам Лю Вэй стремился. Именно они были необходимы, чтобы быть «настоящим», а не просто «держаться на плаву».

«Как смеет… тот, кто даже до мыши не дотягивает, обладать всем этим.»

Поэтому было вполне естественно, что он хотел избавиться от Ким Чунёна.

Даже если для этого пришлось бы немного перегнуть палку.

Даже если пришлось бы вытащить наружу его слабости.

— Эти слухи, что ты распустил, – слишком шаткие. Я уже говорил: сплетни, которыми интересуются только желтушные таблоиды, не живут долго.

Как и сказал Шин Кихо, два слуха, которые Лю Вэй пустил в ход с помощью своих спонсоров, были всего лишь временной мерой.

Благодаря посту Сон Джэхa и разъяснению со стороны сестры Ким Чунёна, они затихли всего за два дня.

Но и этого Лю Вэю было достаточно.

Самое важное начиналось сейчас.

Если он покажет всё, на что способен, и докажет свою ценность, – шанса на камбэк у Ким Чунёна больше не будет.

Потому что у Лю Вэя были покровители, которые проследят за этим.

На его пути больше не осталось преград.

Если только – один-единственный, глубоко похороненный секрет – внезапно не выйдет на свет.

***

В студии Music Days, где должны были объявить промежуточные результаты, витало тонкое напряжение.

Дартс-мишени – реквизит, которым никто так и не пользовался, но который добавили просто из-за названия Targeting Star. Осветительная команда, разросшаяся за ночь в четыре–пять раз. И участники с заметно более тяжёлым макияжем, чем обычно.

Продакшн будто кричал зрителям: «Это особый выпуск!»

— Готовьтесь! Мы скоро начинаем!

— Кххрр…

— А-АА! Ючан-аники, в-воду, пожалуйста!

— Можно я… можно я в туалет на секундочку?!

Крик ассистента режиссёра о начале съёмок заставил нескольких человек вздрогнуть.

— Взгляните… как перед вами разворачивается шёлковый путь Гао Яня к первому месту… Маленький шаг для меня – и гигантский скачок для кей-попа!

Даже у Гао Яня, как обычно отпускавшего глупые шутки, по затылку стекала тонкая полоска холодного пота.

Можно было бы подумать, что они слишком уж перегибают палку, но сочувственные взгляды съёмочной группы говорили сами за себя.

«Если трейни шоу на выживание не нервничают на объявлении промежуточного рейтинга – то когда им вообще нервничать?»

К тому же, все без исключения уже хотя бы раз искали свои имена – в соцсетях, на форумах, в сообществах. Делать вид, будто это не так, было бессмысленно.

[ - Ну что, пора отсечь балласт и оставить только тех, у кого действительно есть шанс ㅋㅋㅋㅋ Наш Хвасон сразу же завирусился. ]

[ - Ли Миншен на 10-м? Это не слишком опасно? ]

[⎿ У тебя ещё остались надежды? Просто признай – ему конец. ]

[⎿⎿А это ещё кто такой, что так выёживается? И так на душе муторно, отвалите уже, я вообще в Китай уеду, Линлин рис варить буду ]

Промежуточное объявление рейтингов считалось самым объективным показателем успеха.

Нетизены были единодушны: с первого по пятое место – гарантированный дебют. Шестое и седьмое – кровавая мясорубка. Всё, что ниже, – даже обсуждать не стоит.

И лучше всех это понимали сами трейни.

«На этом этапе никто уже не работает вполсилы. А даже если кто-то и пытался бы – я точно не имею на это права. Ни за что».

Среди них Джи Хвасон, не проваливший ни одной сцены и уверенно удерживавший второе место, задумчиво провёл рукой по кончикам аккуратно уложенных светлых волос.

Второе место – и притом настолько стабильное.

Можно было бы позволить себе каплю самодовольства, решив, что дебют уже в кармане, но за время участия в «Targeting Star» его настрой заметно изменился.

Он научился быть отчаянным. Работать усерднее всех.

Не терять бдительности даже при хороших результатах, не смотреть на других свысока.

«Вот бы мама это видела – сказала бы, что я наконец-то повзрослел. Она же в Тэгу… до прямого эфира увидеться всё равно не получится».

Похвалив себя за этот маленький рост, Хвасон вдруг заметил кого-то и слегка нахмурился.

«Чёрт. Опять настроение портится. Перед такими важными моментами надо держать себя в руках».

Там был человек, повлиявший на его новое правило – «не смотреть на других свысока».

…Лю Вэй медленно входил в студию.

Как всегда – чёткая, выверенная походка и кукольно безупречное, неподвижное лицо, от которого становилось не по себе.

«Бесит. Если бы только не поползли эти нелепые слухи, Ён-ён-хён сейчас был бы на шестом месте. В зоне дебюта».

Хвасон умел долго помнить произошедшее.

Если предложить ему взвесить человека, который подтолкнул его вперёд, и того, с кем он едва не столкнулся лбами, сердце неизбежно склонялось бы в одну сторону.

Вспомнив лестницу в «консервном цехе» для трейни, где он разговаривал с Ким Чунёном, и Кёнбоккун, где он сцепился с Лю Вэем, Хвасон прижал ладонь ко лбу и цокнул языком.

Слухи вокруг Ким Чунёна, вспыхнувшие прямо перед промежуточным объявлением, активно обсуждались и среди участников.

— Nonsense. Я же говорил, что это неправда. Я сам хотел ответить на пост его сестры, но комментарии были закрыты.

— Да. И пост Джеха-хёна вроде как всё прояснил…

— Вот именно. И остальное ведь тоже оказалось фейком.

— Ну… если у того ублюдка… кхм, то есть, у того парня упадёт рейтинг, мне, честно, это на руку. Но тайминг странный. Мы же все понимаем почему.

— Подожди, Джуан, ты что-то знаешь?

— А? Нет? Что бы я мог знать? Со Бин, лучше бы ты меньше лез в чужие дела и больше репетировал – глядишь, и хореография пошла бы.

— Джуан, ты специально так говоришь, чтобы бесить остальных?

Вспомнив этот разговор с товарищами по сцене «Aiming», Хвасон нахмурился ещё сильнее.

«Да… Ким Джуан-хён точно что-то знал. И если Джеха-хён как раз вовремя выложил видео, помогающее Ён-ён-хёну с оправданием, значит, и он в курсе чего-то».

Оказаться в стороне от событий, происходящих в самом центре, было неприятно.

И для человека с сильным самолюбием, вроде Хвасона, и для любого постороннего.

— Чего ты так хмуришься? Макияж поплывёт.

На голос, раздавшийся за спиной, Хвасон сам не заметил, как ответил непривычно оживлённо:

— Ён-ён-хён?!

— Да, это Ён-ён-хён. Ну-ка, улыбнись. Раз, два–

— А? Э-э?

Щёлкнул затвор камеры.

Даже застигнутый врасплох, Хвасон получился на снимке до абсурда красивым. Но, опомнившись, он снова нахмурился и прошептал Чунёну:

— Ты чего творишь?! Такие вещи вообще-то на счёт три делают! Я тут, между прочим, о серьёзном думал!

— Ага. У тебя всё на лице написано. Что, из-за промежуточного рейтинга переживаешь? Из-за баллов за миссию?

— Сейчас меня это волнует? Нет. Слушай, мне с тобой поговорить надо. Хён, ты–

— Тс-с.

— Ай!

Чунён ткнул Хвасона под рёбра, с довольным видом глядя, как тот съёжился, и похлопал его по плечу.

— Всё уже уладилось. Хоть занойся – ничего не изменится.

— Уладилось, говоришь? Да это просто затишье. А твой рейтинг упал. Ты что, не собираешься дебютировать?

— Конечно, собираюсь. Вот потому и подумал, что стоит кое о чём поговорить.

— Э-э… Я вообще-то не очень хорош в утешениях. Но… если ты настаиваешь…

— Пхах, вот уж рассмешил. Я не о тебе.

Рассмеявшись, Чунён легонько щёлкнул его по светлым волосам и направился в противоположную сторону.

Точно туда, где стоял Лю Вэй.

И, повернувшись к Хвасону, беззвучно произнёс одними губами:

«Смотри на выражение лица».

Хвасон, всё ещё потирая онемевший бок, вытаращил глаза.

«Ч-что? Ён-ён-хён собирается говорить с этим типом? Да им вообще есть о чём разговаривать?»

Не зная, что злобные слухи о Чунёне исходили именно от Лю Вэя, Хвасон лишь прищурился и послушно наблюдал.

— …

Лю Вэй, заметив приближающегося Ким Чунёна, почти не изменился в лице.

Зато Чунён улыбался во весь рот.

Ярко, остро – так, что показались клыки. Наклонившись чуть ближе, он прошептал что-то, предназначенное только Лю Вэю.

Единственный, кто видел эту сцену от начала до конца, – Хвасон – невольно выдохнул:

— Ох…

Никогда раньше. Ни разу.

Даже когда его лицо давало трещину, Лю Вэй мгновенно возвращал себе маску безразличия, но сейчас…

— …Он что, злится?

Потерял покерфейс на глазах у всех.

Чунён резко обернулся к Хвасону, широко улыбаясь и беззвучно шевеля губами.

«Видел?»

— Приступаем к съёмке промежуточного объявления рейтингов!

Момент, заставлявший всех нервничать до предела, наконец настал.

И вместе с ним – молчаливое заявление о том, что Ким Чунён больше не намерен сидеть сложа руки.