Мне удалось заставить его преследовать меня до входа, и я был измотан нашей игрой в кошки-мышки. Любой адреналин, который накачивал меня, скрывая любую боль, которую я чувствовал, теперь решил раскрыть её, как особый десерт-сюрприз в модном ресторане: «Та-да!» И она была невыносимой.

Я замахнулся на монстра, и он выбил трубный ключ у меня из рук. Я мог сказать, он был сыт по горло моей маленькой игрушкой. У меня не было сил выдернуть его, и вместо этого ключ вылетел из моей руки, попав мне под подбородок, сильно ударив по зубам. Я упал навзничь, на спину, с глухим стуком ударившись головой. Я лежал на месте, пытаясь отдышаться, и поднёс руку ко рту. Я чувствовал вкус крови. Но он не был солёным. Он был другим. Он был знакомым. Я убрал руку и посмотрел на неё, конечно, это были чёрные чернила. Я сочился ими изнутри наружу. У меня звенело в ушах.

Я был так близко и в то же время так далеко. Мне стало ужасно стыдно. Мне нужно было сделать одно дело, всего одно. Меня вернули на одну ночь, чтобы я сделал это. Всего на одну ночь. Я рассмеялся. Я снова испытывал это странное пьяное чувство, легкомысленное и глупое.

– Ну и ну, Брант Моррис против Чернильного Монстра, сегодня вечером в ночном клубе «Цилиндр», – сказал я вслух. Я ещё немного посмеялся.

Затем я закрыл глаза, я почувствовал это притяжение, я мог видеть кружащуюся черноту, я хотел сдаться и растаять. Я хотел просочиться в трещины самого себя. Теперь эти чувства были такими знакомыми. Я уже проходил через это однажды. Нет, нет, ещё нет. Мне нужно было встать. Я должен был просто покончить с этим. Я снова открыл глаза.

Надо мной нависал монстр. Он был так близко ко мне, что я чувствовал его зловонный запах на своём лице. Я мог заглянуть прямо в его пасть, мимо острых, квадратных зубов и в темноту. Я не знал, что он делал, но я оставался совершенно неподвижным. Я не хотел двигаться ни на дюйм.

Медленно он отстранился от меня, встав в полный рост. Мои пальцы осторожно ощупали землю в поисках гаечного ключа. Я коснулся чего-то металлического. Он был слишком далеко от меня, чтобы за него можно было взяться. Монстр широко раскрыл пасть, его челюсть раздулась, зубы стали острыми. Он издал пронзительный рёв, такой звук, от которого кровь застывает в жилах.

Я продолжал пытаться ухватиться за края гаечного ключа. Я взглянул на него и со всей оставшейся в моём теле волей бросился к нему, как раз в тот момент, когда зверь бросился на меня.

И тёмная фигура бросилась на него.

Пролетела надо мной, как Супермен, будучи фигурой из ниоткуда. Она схватила монстра за туловище, и тот покачнулся, слегка пошатываясь. Фигура выкатилась из поля зрения, и монстр развернулся, покорно подчиняясь ей. Этот силуэт был выше монстра, на его фоне тот казался маленьким. Затем я увидел, как фигура поднялась и пошла в комнату с машиной, а монстр поплёлся ей вслед. Я вскочил на ноги, адреналин пробежал по моему телу для последнего ура.

Я встал и схватился за дверь, готовый захлопнуть её перед монстром, когда увидел фигуру. Но она была похожа на человека. Нет, это определённо был человек. Я слышал крехтения, слышал дыханье, слышал сердцебиение. У него были длинные чёрные волосы и лабораторный халат поверх. Я больше не хотел закрывать дверь. Я хотел помочь тому человеку. Хотел разобраться с монстром вместе с ним.

Затем он кивнул мне вслед. Кивнул. Это было так по-человечески.

– Билл? – спросил я.

Это было бесполезно. Это не Билл. Это хозяин монстра. Повелитель металла и чернил. Мужчина, который и заварил эту кашу. Готов поклясться, что на халате я видел отпечатки чей-то засыхающей крови. Монстр казался огромным, но на фоне человека он выглядел тем, кем он и был на самом деле. Он уменьшился в размерах. Он превратился в безобидный птичий помёт. И вот, мужчина, кажется, прекратил этот кошмар. Но моё облегчение было недолгим, стоило мне только перевести дух, как человек схватил топор в руки…

– Боюсь, Билла больше здесь нет, – произнёс звонкий голос, который, судя по всему, был чем-то раздражён. – Однако, ты не переживай. Скоро вы встретитесь.

Я понимал, что мне несдобровать. Ядовитые, разъедающие всё и всех чернила уже были в его крови. Он явно был сыт этим по горло. Я резко побежал и мне удалось захлопнуть дверь и запереть её, моё сердце бешено колотилось в груди. Я стоял в тёмном туннеле. Иногда люди хуже монстров. Иногда так бывает.

Я чувствовал себя совершенно опустошенным. Переутомившимся.

Я повернулся спиной к двери и соскользнул по ней вниз. Вот и всё. Я сделал это. Нет, мы сделали это. Спасибо тебе, Билл. Спасибо тебе, Констанс. Мне стало интересно, смогу ли я снова общаться с ними, когда вернусь в ту чернильную форму.

Были ли другие? Были ли в Нью-Йорке люди, которых постигла такая же участь? Мы сделали всё возможное, чтобы это не повторилось снова. Но вдруг такое уже происходило? Может, было уже слишком поздно?

Если там были другие, подумал я, закрывая глаза, по крайней мере, мы будем не одни. Мы могли заблудиться в этом диком месте вместе.

Констанс, я надеюсь, ты сделала это.

Пришло время. Моё тело знало это; мой разум знал это; моё сердце знало это.

Время стать невидимым.

Время отпустить.