Урэээ.

Кэл в паршивом настроении валялся на диване, обнимая сумку с деньгами, от которой немного пованивало помоями, а рядом с его ногами лежала уже третья бутылка пива. Казалось, он на собственной шкуре ощутил, что такое «подростковая депрессия».

Лилиан приходилось терпеть всё это. Девушка пыталась привести в чувство гостя, который потихоньку начал сходить с ума, но у неё это слабо получалось. Из всего бреда, что бормотал Кэл, старшеклассница поняла только одно – он где-то заблудился и куда-то опоздал.

– …2007 год, это же сколько лет прошло! Я в это время прыщавым засранцем должен был бегать!!!

– Я не знаю, что с тобой случилось, крутой парень, – Лилиан подошла к дивану и отобрала у Кэла бутылку, – но если ты не прекратишь пачкать мебель слюнями, то я выставлю тебя за дверь!

С обидой в глазах профессор поднял голову и осуждающе уставился на девчонку.

– Какая же ты всё-таки дрянь малолетняя… Я тебя удержал от убийства, а тебе жалко какую-то там софу! Да на, на! Подавись!

Слегка захмелевший Кэл попытался встать на ноги, однако его координация оказалась резко нарушена, и парень повалился на журнальный столик, разбив тот вдребезги.

Треск.

– Тс, – Лилиан прикусила язык. – Мама с папой убьют меня!

– Да у вас целая семья маньяков, я погляжу.

Терпение Лилиан закончилось быстрее, чем догорает спичка. Старшеклассница по привычке схватила блендер и занесла его высоко над Кэлом, целясь в то же место, что и ранее.

Если она не может словами убедить психопата вести себя нормально, то применит «транквилизатор».

– Не-не-не! Во второй раз не куплюсь! Я буду защищаться, – Кэл встал в боксёрскую стойку. – Ну давай, нападай. Нос откушу!

– Боже, да дворовой собаке проще объяснить, куда не надо гадить, чем тебя научить манерам. Думаешь, один раз вмешался в мою жизнь и уже всё можно? А вот это ты видел?

Лилиан высунула язык и оттянула веко указательным пальцем, так кривляются дети, но на пьяных этот приём оказывает не меньший эффект.

– Ты не понимаешь… У меня мешок бабок, а я не могу их потратить! Вдобавок я потерял дом, машину, работу, да ещё и курить хочется, аж зубы сводит! Тебе это знакомо?!

– Ну…

Действительно, что могла старшеклассница ответить на такой «взрослый» вопрос?

У неё не было ни времени, ни желания объясняться с Кэлом, Лилиан и так уже наворотила дел. Она чуть не убила человека! Впрочем, девушка старалась не вспоминать об этом, так как недавние события выставляли её в глазах Кэла нерешительной трусихой.

– А, знаю! Найду дурочка, которому скину деньги, и уеду на острова… О, точно, Куба! Сигары и черногрудые красавицы! Я сказал «черногрудые»? Имел в виду чернокожие… Хотя первый вариант всё равно лучше.

– Да ты пьян, как свинья! Сколько ты выпил?

Покосившись на три пустые бутылки из-под пива, Лилиан скрестила руки на груди. Молодой парень в полном рассвете сил не мог опьянеть от всего лишь трёх бутылок слабоалкогольного напитка, потому можно было сделать вывод – он трезв и просто ведёт себя, как скотина.

Кэл прошёл на кухню и, выкрутив вентиль холодной воды на максимум, подставил голову под струю.

Буль. Буль. Буль.

– Всё плохо… – Кэл буквально заплакал.

– В чём ещё дело?

– Я трезвею! Это всё галлюцинации, меня укусил клещ, развился энцефалит! Или, наконец, проявилось моё слабоумие.

– В смысле «наконец»? Ты когда-то посмекалистее был?! – язвительно спросила Лилиан, вытаскивая Кэла из-под крана и вытирая его голову сухим полотенцем.

Многострадальческими глазами парень уставился на старшеклассницу, которая, хоть и ругала, но проявляла по отношению к нему некие зачатки заботы. Она была на опасно близком расстоянии, нарушала всякие нормы приличия и личного пространства. Впрочем, то же самое Лилиан думала и о Кэле.

– С тобой проблем больше, чем с моим младшим братом.

– Я не специально… По крайней мере сейчас не специально.

Между Кэлом и Лилиан промелькнула искорка, каждый из них кое-что понял: Кэл осознал, что в этом 2007 году ему больше некуда идти, а Лилиан окончательно убедилась, что её гость имеет какое-то психическое заболевание, осталось лишь определиться с диагнозом.

Дзинь. Дзинь.

По спинам парочки пробежались холодные мурашки.

– Понимаю, в моём возрасте странно такое спрашивать, но… это же не твои родители? – Кэл посмотрел в сторону двери.

– Они ещё четыре дня будут в отпуске за границей. Наверное, почтальон или рекламщики.

Дзинь. Дзинь.

У Кэла появилось какое-то нехорошее предчувствие, словно он ящерица и ему наступили на хвост, а тот никак не отвалится. Парень сглотнул и подошёл к окну, распластавшись по стене. Краем глаза он заметил знакомую форму.

– Полиция.

– Что?! – удивлённо воскликнула Лилиан.

– А ты чего ожидала, стреляя в людей?! Дура! Если этот коп найдёт мой ствол и деньги, меня упекут за решётку, а второй раз я вряд ли помолодею

Лилиан не понимала смысла слов Кэла, но была согласна с ним в том, что полиция в доме ни к чему.

– Ладно. Есть у меня один план. Спрячься, а я его отвлеку. Притворюсь твоим отцом.

– Хах! Ты-то? Отцом? – Лилиан усмехнулась. – Получается, вы с мамой зачали меня, когда тебе было года три?

– Тц!

У профессора постоянно вылетало из головы, что внешне он сильно изменился, хотя Кэл уже начал замечать перемены и внутри себя: например, он стал более энергичным, менее ворчливым, а его речь напоминала молодёжный сленг.

– Арррр, – парень взъерошил волосы. – Всё равно пошла прочь отсюда, я разберусь!

Схватив сумку с деньгами, Лилиан бегом поднялась на второй этаж, а Кэл потрепал себя за щёки, чтобы лицо выглядела слегка опухшим и заспанным. Он открыл дверь.

На пороге стоял офицер полиции, молодой и неопытный; напарника с ним не было, как ни странно.

– Добрый день, я офицер Дэвон. Сэр Уокер?

– Нет, – Кэл помахал головой и тут же прикусил язык. Он машинально отрицал то, что является родственником Лилиан, из-за силы привычки. – Я… Смит, Джон Смит.

«Какая же у меня скудная фантазия…» – в душе парень рыдал.

– Вы проживаете здесь? – офицер достал блокнотик и что-то в него записал.

– Д-да, я друг семьи. Пока Уокеры в отпуске, приглядываю за их дочуркой. Она такая… неугомонная.

– Вот как? А вы в курсе, что на Лилиан Уокер сегодня было подано два заявления? Её обвиняют в покушении на жизнь одноклассниц; есть множество свидетелей, которые слышали выстрелы.

– Погодите-ка! Выстрелы? Откуда старшеклассница могла достать пистолет?! – Кэл изобразил крайнюю степень удивления.

Полицейский и сам понимал, что обвинение звучит бредово, однако множество очевидцев, куча косвенных доказательств – он был обязан всё проверить.

– Мы пока точно не знаем. Разрешите поговорить с Лилиан?

– Её нет дома, – резво ответил Кэл. – Она сейчас…

Профессор принялся интенсивно вспоминать, чем интересуется Лилиан, чтобы придумать правдоподобную отмазку, но о ней он знал всего лишь две вещи: первая – Лилиан не самая эмоционально стабильная особа, вторая – у неё хороший удар.

– Она на занятиях… по… футболу?

– Футболу? – переспросил офицер.

– Ну да… знаете же, женский футбол? Лилиан делает большие успехи!

Несколько мгновений полицейский скептически смотрел на Кэла, после чего хлопнул себя по лбу и улыбнулся.

– Ну конечно же! Ах, чего только сейчас молодёжь не придумает. Женский футбол, ха-ха.

Они оба засмеялись.

– Тогда разрешите мне подождать Лилиан внутри? К тому же я бы хотел взглянуть на её личные вещи.

По лицу Кэла побежали холодные капельки пота.

– Что ж, заходите, офицер…