Уже в следующее мгновение император Вальгаллы разразился хохотом.

“Ха-ха-ха-ха, потрясающе! Потрясающе!”

Со звонка графа Сантино маркизу Белфиру прошло всего несколько часов. Вид уничтоженного Сантино, который он увидел сейчас, по-настоящему впечатлил императора.

“Роман Дмитрий, я впервые в жизни встретил такого человека, как вы. В прошлом многие пытались угрожать Вальгалле, но никто из них не смог воплотить свои угрозы в реальность. Возможно, вы подходите Вальгалле больше, чем мои младшие братья, которые умерли, ничего не добившись.”

Император не мог сдержать улыбки. Его сонные глаза заблестели, словно он нашёл новую добычу.

“Вам, кажется, весело?”

“И ещё как. Должно быть вы думали, что если сможете быстро захватить Руэнос, Портбелл и Сантино, то мы уведём наши войска из Хенрада в Хавьер, который окажется в опасности, так как в нём находятся Врата телепортации. На самом деле ваш план был совершенным абсурдом. Захватить Сантино до того, как падёт Хенрад должно было быть невозможно, но вы сделали невозможное возможным.”

На экране Роман Дмитрий сел на одну из гор трупов, как на стул и посмотрел на императора Вальгаллы. Высокомерие Романа Дмитрия лишь сильнее разожгло желание императора.

“Вы были чересчур уверенны в том, что Вальгалла не сможет отказаться от своих Врат телепортации. Я считаю, что мы должны продолжать придерживаться метода прямых атак в нашей с вами игре, где мы бросаемся друг на друга. Роман Дмитрий, я признаю вас. В отличие от старомодных идиотов, которые только делают вид, что они воины, вы знаете как побеждать в войнах, будучи хищником. Именно поэтому я обязан победить вас любой ценой.”

Вум.

Император приблизил лицо к экрану магического коммуникатора. В его глазах мерцало, готовое в любой момент вырваться наружу, безумие.

“Врата телепортации в Хавьере уже уничтожены. Поэтому даже если вы попадёте туда, вы не сможете использовать Врата, чтобы напасть на Марин. Что же вы будете делать? Теперь, когда мы понесли огромные потери и лишились Врат телепортации, что Дмитрий смогут сделать до того, как Хенрад падёт? Только, пожалуйста, не говорите глупостей вроде того, что вы используете общественное мнение моего народа, чтобы переломить ситуацию. Я уже убил всех тех, кто говорил о романтике перед моим дворцом.”

Император снова рассмеялся.

Ему было весело. И хотя император не обучался стратегии ведения боя специально, будучи членом императорской семьи он знал, как использовать своё подавляющее положение в Вальгалле.

Вальгалла всегда была на стороне силы. Потому императору для победы не нужно было строить каких-то стратегий, достаточно было выбирать то, чего не ожидал заведомо слабый противник.

Император знал, чего хотели добиться Дмитрий. Контратака повстанцев. Чтобы ослабить нападение на Хенрад, Дмитрий рискнули пойти в атаку и перетянуть внимание императора и его приближённых на себя.

Обычно Вальгалла подыгрывала Дмитрию, чтобы снизить ущерб, но в этот раз император сосредоточился на насущной проблеме.

Он отправил армию в Хенрад, невзирая на то, что Дмитрий начали устраивать хаос на севере его империи. Он убил всех, кто взывал к общественности и даже уничтожил Врата телепортации, чтобы не дать Дмитрию добраться до столицы.

Таким образом, хотя он и понёс убытки, император смог сделать любые действия Дмитрия бесполезными.

В бескомпромиссной борьбе, где противники нападали друг на друга в лоб, император Вальгаллы сделал свой ход.

“Роман Дмитрий, в день, когда Дмитрий падёт, я лично навещу вас, чтобы увидеть ваше полное сожаления лицо. Я хочу увидеть, как будет выглядеть лицо Дьявола Дмитрия, если его окрасят отчаяние и сожаление. Я с нетерпением буду ждать того дня.”

Это был не диалог, а скорее монолог. Император положил трубку. Он не ожидал ответа от Романа Дмитрия, так как всё равно не собирался его слушать.

Два дня спустя.

Армия Дмитрия и Гектора прибыла в Хавьер.

До Врат телепортации было рукой подать. Ворота Хавьера, которые должны были быть плотно закрыты, сейчас были открыты нараспашку, приглашая Романа Дмитрия внутрь.

Они смогли попасть в Хавьер, не пролив крови. Однако Крис всё равно вошёл первым и внимательно всё осмотрел.

Вернувшись к Роману Дмитрию, Крис доложил ему обстановку.

“Как и сказал император Вальгаллы, Врата телепортации сломаны настолько, что не подлежат ремонту. И, похоже, силы Хавьера уже отступили. Я также подтвердил, что внутри нет никаких ловушек, вроде магических бомб.”

Уничтожение Врат телепортации. Это было смелое решение. Врата телепортации, как магическое устройство, требуют огромного количества ресурсов и персонала для поддержания рабочего состояния.

Те врата, которые во время давней войны установил Эдвин Гектор были небольшими, но даже они обошлись ему в большую цену.

Врата телепортации же в Хавьере были первоклассными и могли пропустить через себя до сотни тысяч солдат за один раз. Так что утеря таких врат влекла за собой просто колоссальные убытки для Вальгаллы.

И так как они были полностью уничтожены на их восстановление уйдёт очень много времени.

Император Вальгаллы уничтожил эти северные Врата телепортации, даже зная, что это вызовет проблемы с мобильностью его армии.

Это было нестандартное решение, граничащее с абсурдом.

Учитывая то, что падение Хенрада было не за горами, загон Дмитрия в угол и отказ от Хавьера выходили за рамки здравого смысла.

Император Вальгаллы раскрыл свои намерения. Хотя у него, наверняка, имелись и другие варианты действий, он выбрал самый экстремальный, как играющий с мышью перед её смертью кот.

Причина такого решения была проста. Этот метод просто показался императору более привлекательным.

Увидев то, как Дмитрий наступали, явно не собираясь отступать, император Вальгаллы достал «красный платок» и стал размахивать им перед носом врага, словно матадор.

Если Дмитрий хотели добиться своего, то они могли попробовать. Император чётко дал им понять, что готов противостоять им.

Крис обратился к Роману Дмитрию.

“Кажется, Хенраду уже не помочь. За исключением Хавьера на севере Вальгаллы есть ещё двое Врат телепортации, но пока мы будем до них добираться, Хенрад определённо падёт. И наоборот, если мы будем медлить, враг может заблокировать нам пути продвижения. Господин, вы должны победить.”

Крис отступил на шаг назад. Он считал, что им не стоит переусердствовать.

“Это весело.”

Но Роман Дмитрий улыбался.

Десятый день. Хенрад.

Магическая защита, которую маги повстанцев успели восстановить за прошедшую ночь, снова оказалась бесполезной.

Подвергшийся обстрелу Огненными шарами с неба голубой щит магической защиты, разбился, словно стекло.

Джр-р!

“В атаку!”

“Сегодня мы уничтожим повстанцев!”

Это стало началом ада для повстанцев.

Тук.

Имперская армия снова приставила к стене Хенрада лестницы.

Вначале осады повстанцы активно противостояли поднимающимся по лестницам врагам, выливая на них раскалённое масло, но сейчас, из-за нехватки ресурсов, им оставалось только использовать своё оружие.

Когда у повстанцев закончились даже стрелы, имперские солдаты мгновенно заполонили стены. Повстанцы стиснули зубы.

“Умри!”

Вжук.

Повстанец изо всех сил вонзил своё копьё в атакующего его имперского солдата.

Ему повезло. Он смог убить этого солдата, застав его врасплох. Но на место мёртвого имперского солдата, пришли ещё десять.

Они мгновенно убили повстанца.

Сумевшие каким-то образом дать отпор имперской армии повстанцы теперь видели на стене больше врагов, чем союзников.

“Как они смеют!”

Ву-у.

Топот.

Герцог Вьето, который тоже находился на стене Хенрада, пришёл в ярость. Весь в крови, он побежал на имперских солдат.

“Остановите герцога Вьето!.. А-а!”

“Кха-а-а-а!”

Кричали от боли имперские солдаты. Стоило только герцогу Вьето занести свою алебарду, как несколько имперских рыцарей тут же разрубило пополам.

Но словно этого было мало, герцог Вьето взмахнул своим оружием ещё несколько раз.

Он убивал имперских солдат, разбрызгивая их кровь по крепостной стене, снова и снова, и снова. Но сколько бы его алебарда не рубила врагов, их не становилось меньше.

‘Сегодня решающий день.’

Десять дней. Повстанцы Хенрада достигли своего предела.

На самом деле то, что они смогли продержаться так долго было чудом. В первые дни они испытывали трудности из-за огромной разницы в силе, но повстанцы рисковали своими жизнями, лишь бы дать Хенраду продержаться ещё немного.

Жители Хенрада также помогали повстанцам.

Они рисковали своими жизнями, принося повстанцам припасы или размахивая своими грубыми фермерскими орудиями. Но даже такой силы не хватит надолго.

Наконец, большая часть повстанцев Хенрада умерли.

Оставшись с меньше, чем с 50 000 тысячами солдат, герцог Вьето признал, что не сможет сражаться дальше.

‘Вальгалла, как же низко ты пала?’

Несколько дней назад Вьето узнал, что в Марине, столице, случилось нечто ужасное. Император Вальгаллы безжалостно убил людей, которые откликнулись на призывы повстанцев и пошли ко дворцу императора.

Это была ужасная ситуация.

Вьето знал, что император был жестоким человеком. Но он не думал, что император станет прямо отрицать общественное мнение.

Всепоглощающий страх охватил людей, которые собирались поднять свои голоса.

Казалось бы, общественное мнение должно обладать мощной силой, но император Вальгаллы смог подавить его, применив на людях террор, который выходил за рамки его полномочий.

У армии Дмитрия дела шли не лучше.

Когда Вьето услышал о том, что Врата телепортации в Хавьере были уничтожены, герцог утратил последний огонёк надежды.

‘Это слишком жестоко, Ваше Величество император.’

Повстанцев загнали на край обрыва.

Роман Дмитрий совершил невероятный, заслуживающий уважения поступок, но император Вальгаллы, чьи действия выходили за рамки здравого смысла, оставался непреклонным.

Герцог Вьето не сожалел о том, что умрёт, сражаясь за своё дело.

Однако он был разочарован тем, что в Вальгалле не осталось места для перемен. И ему было жаль Романа Дмитрия, которому придётся взять ответственность за поражение на себя.

Хлесь!

Вьето отрубил голову очередному имперскому солдату. Безжалостно топча трупы врагов, Вьето тяжело задышал.

“Ну же, нападайте! Я не брошу своих людей, даже если умру здесь!”

Вьето подозревал, что этим вечером десятого дня, его полная событий жизнь закончится.

Стоявший на удалении от стен Хенрада граф Гомез смотрел на них усталым взглядом.

“Баран.”

Десять дней. На захват Хенрада ушло больше времени, чем рассчитывал Гомез.

В изначальном плане предполагалось, что Хенрад падёт через семь-восемь дней, но повстанцы оказали ожесточённое сопротивление.

Проблемы также вызывали гражданские, которые встали на сторону повстанцев.

Они были слабыми людьми, но их всё нарастающее количество также замедляло захват Хенрада.

Армии Гомеза приходилось медленно сокращать число врагов.

Но теперь на горизонте наконец замаячил конец этой гражданской войны.

‘Как только восстание будет подавлено Роман Дмитрий будет обречён. Но я всё также не могу понять герцога Вьето. Если бы он запрыгнул в поезд силы, когда Его Величество император взошёл на трон, он смог бы зажить счастливой жизнью. Тц, зачем ты сделал выбор, который обрёк тебя на смерть?’

Это было глупое решение. Благодаря тому, что герцог Вьето ушёл в отставку к власти в Вальгалле смогли прийти новые люди.

Хенраду оставалось до уничтожения часа три-четыре.

Граф Гомез, который смотрел на сражение спокойным взглядом, заметил мигающий огонёк своего магического коммуникатора.

Цвет огонька был красным. Это был цвет срочного звонка.

Гомез ответил на звонок и сделал серьёзное лицо.

Бип.

“Что случилось?”

“Граф Гомез, немедленно прикажите своим войскам возвращаться обратно.”

Из динамика магического коммуникатора раздался голос маркиза Белфира.

Граф Гомез нахмурился и ответил сомневающимся тоном.

“Что вы имеете в виду? Конец уже близок. Если мы надавим на врага ещё немного, то сможем захватить Хенрад. Я не могу отослать своих солдат сейчас. В противном случае повстанцы могут встать на ноги…”

“Слушай сюда, подонок!”

Крикнул маркиз Белфир. Граф Гомез мог чувствовать гнев маркиза прямо через магический коммуникатор, настолько сильным он был.

“Это приказ Его Величества императора. Если ты не хочешь, чтобы тебя повесили на эшафоте, сейчас же вели своим войскам возвращаться обратно!”

Приказ отступить.

Граф Гомез посмотрел на магический коммуникатор в своих руках, озадаченно склонив голову.