Поле боя погрузилось в хаос полномасштабной войны. Наблюдая за всей этой картиной — за передвижениями врага, манёврами наших войск, за самим течением битвы, — я начал расставлять фигуры на этой доске. В одно мгновение я просчитывал всё, выстраивая путь, ведущий к мату.

«Сперва нужно разобраться с ним».

Карл Максман. Он метался по бурлящему полю боя, выискивая бреши в нашей обороне. Инстинктивный, интуитивный... можно называть его как угодно. Так или иначе, этот генерал аномального типа охотился на свою добычу в этом хаосе.

«Говорят, в его глазах ключевые точки на поле боя вспыхивают пламенем или сияют ярким светом».

Чтобы проверить это, я намеренно создавал тактические прорехи, смешанные с ловушками, но Максман на них не поддавался. Он инстинктивно чуял запах западни и не шёл в неё.

«Что за невероятный тип».

Он бросается лишь на ту добычу, что ему выгодна, и никогда не попадает в капканы. На первый взгляд он кажется непобедимым.

«Но слабость определённо есть».

Из-за его хаотичных движений солдаты не успевали за ним. В результате воины в хвосте его отряда бессмысленно гибли. Конечно, в целом он не был в проигрыше, поскольку на передовой добивался не меньших успехов.

— Арс, я вмешаюсь. Нам нужно остановить его как можно скорее, — сказала наставница, крепче сжимая оружие. Она чувствовала, что ситуация становится критической, но я покачал головой.

— Нет, пожалуйста, оставайтесь здесь.

— ...Это тактический выбор? Или ты просто беспокоишься о моей безопасности?

— Да, именно так. Я гораздо больше беспокоюсь о вас, учитель. Хотя тактические причины тоже есть.

Я не хотел подвергать свою наставницу опасности в войне между Кроссингом и Бекавией — королевствами, которые не имели ко мне никакого отношения. Вместо этого я планировал активно использовать силы самого Кроссинга. Я подозвал Антона, который ждал приказа, и сказал:

— Антон, твое время пришло. Надень намордник на этого пса.

— Есть!

Антон, получив мой приказ, стремительно достиг Максмана и обрушил на него свой огромный меч.

— Ха-а!

— ...?!

Дзинь!

Лязг оружия был слышен даже издалека. Максман, столкнувшись с Антоном, оказался скован на месте. Похоже, индивидуальная сила Максмана была на уровне 90-95. Примерно как у моей наставницы или Эо, может, чуть выше. И впрямь, он был свирепым воином, достойным звания великого генерала. Но даже ему было не сравниться с Антоном, чья сила достигала 99.

— Ха-а!

— Черт возьми!

Дзинь!

Скованный таким образом, он терял свою искру. А утративший искру инстинкт — лишь тщетная агония. Пока Максман был занят, его армия стремительно теряла людей. И благодаря этому я смог закончить построение партии, ведущей к мату.

***

София с трудом сглотнула, наблюдая за упорядоченными движениями армии Кроссинга. Даже посреди хаоса противник действовал хладнокровно и слаженно, не теряя дисциплины. За всем этим стоял скрупулезный тактический расчет.

«Не может быть!»

Тактические маневры противника выходили за рамки обычного.

«Командовать всеми отрядами в таком хаосе?!»

Отряды, которые Арс разделил на группы по три тысячи человек, были своего рода отдельными боевыми единицами. Арс обращался с этими тремя тысячами как с отдельными фигурами, маневрируя ими с тактической точностью. Легко сказать, но управлять всем этим в такой суматохе мог бы попытаться лишь великий полководец или стратег.

— Командир! Движения генерала Максмана скованы красным рыцарем! Если так пойдет и дальше, генерал окажется в изоляции!

— Кх!

Действуя самостоятельно, Максман вносил диссонанс в ряды, которые София с трудом выстраивала в ответ на тактические ходы Арса. Это показывало, насколько эффективно Арс справлялся с ситуацией. В других войнах армия Бекавии редко испытывала подобное рассогласование. Сочетание инстинкта и ортодоксальной тактики, которого достигла армия Бекавии, для Арса не представляло никакой проблемы. Он словно насмехался над такими попытками, используя их бреши.

«Уэйд... Его замысел ясен».

Он заключался в том, чтобы постепенно изолировать и уничтожить скованного в движениях Максмана. Все тактические маневры, предпринимаемые сейчас, указывали именно на это. В данный момент армия Максмана, без сомнения, была главной силой Бекавии. Если её уничтожат, поле боя немедленно обернётся поражением.

«Тогда мне остаётся сделать лишь одно».

София тут же крикнула:

— Амарти! Я даю тебе пять тысяч солдат! Сдерживай красного рыцаря!

— Есть! Выдвигаюсь немедленно!

София отправила с основного лагеря на передовую пятитысячный отряд. Это было сделано для того, чтобы связать Антона и дать свободу Максману.

***

Спецотряд противника покинул главный лагерь, чтобы перехватить Антона... От разочарования у меня опустились руки.

«А я возлагал на нее довольно большие надежды...»

Главнокомандующая противника, София Верон. В игре она была главной героиней и помощницей протагониста, сыгравшей ключевую роль в усмирении региона Бекавия. Словно Чжугэ Лян для Лю Бэя, она помогала главному герою своей гениальной тактикой, измученному проделками Арса. Ее ранг был SSR, но вживую она не произвела никакого впечатления.

«Не ожидал, что все закончится так банально».

Я ждал момента, когда ее спецотряд выдвинется на помощь Максману. И как только это произошло...

Щелк!

Я подбросил ему тактическую наживку — маршрут к моему главному лагерю. И Максман клюнул. Он ринулся вперед, бормоча что-то о вспыхнувшем на поле боя пламени и луче света.

— Ха, а вот и славная добыча. Я иду!

Максман попался безупречно. Он действовал в полном соответствии с моим замыслом, несмотря на свойственную ему способность чуять ловушки. Причина была проста: это не было похоже на ловушку — это смахивало на настоящий провал. Офицеры были в недоумении, солдаты — в замешательстве. Подставить главный лагерь казалось непростительной ошибкой. И именно поэтому для Максмана, которого до этого момента сковывали действия Антона, эта «ошибка» стала добычей, от которой он не мог отказаться.

— Уэйд! Он стремительно несется в нашу сторону! — отчаянно крикнула наставница. Выглядело так, будто меня полностью переиграли. Но благодаря одному единственному ходу ситуация полностью перевернулась.

Бах!

Правый фланг противника внезапно рухнул.

— Что?! — только тогда Максман почувствовал неладное и, широко раскрыв глаза, посмотрел в ту сторону.

Там был Антон, собравший армию с левого фланга. Тот самый Красный рыцарь, которого, как все считали, сковали вражеские войска. Следуя моим указаниям, он незаметно собрал десять тысяч солдат.

— Вперед! Уничтожим вражескую ставку, не оставив камня на камне! — взревел он, начиная атаку на главный лагерь противника, где находилась София.

— Что ты сказал?! — Софии оставалось лишь быть в шоке.

Её план состоял в том, чтобы связать движения Антона и дать свободу Максману. Арс с самого начала предвидел, что она примет именно такое решение.

«Поэтому я использовал это в обратную сторону».

Это была простая смена точки зрения. Если Максман получил свободу, значит, свободу обрел и Антон. А свободный Антон получил прямой и эффективный маршрут для штурма главного лагеря противника. Оборонительная линия, ведущая к ставке, ослабла, потому что София сама отправила оттуда спецотряд.

— Принцесса! Прошу, отступайте! — Четвёртый генерал Макколи Кун пытался остановить Антона, но доблесть Красного рыцаря было не так-то просто сдержать.

— У-о-о-о!

— Ха?!

Хрясь!

Солдаты Бекавии в ужасе смотрели, как Антон в одиночку проламывает их оборону.

— Безумец… — растерянно пробормотала София.

Для нее тактика Арса казалась игрой в шахматы с живыми людьми. Словно говоря, что игра закончится, если просто забрать короля, он смело нацелился на ее главный лагерь, не считаясь с потерями.

«Вот почему он намеренно дал Максману лазейку!»

Максман, клюнувший на наживку, зашёл слишком далеко на вражескую территорию и теперь не мог отступить, чтобы остановить Антона. Однако это не означало, что его положение было проигрышным. Он тоже мог нацелиться на лагерь противника. Началась игра на выбывание — кто кого переиграет и уничтожит лагерь первым. Арс словно бросал вызов: «Если боишься, просто умри».

«Даже если мы сейчас понесем урон, мы можем отступить!»

София не хотела ввязываться в эту игру. Даже с потерями она хотела отступить, устранить угрозу для главного лагеря и восстановить строй.

«Согласно данным, велика вероятность, что в главном лагере противника находятся Эония Мирабель и Илия Анфей!»

Одна — капитан Королевской гвардии королевства Куравель. Другая — наёмница S-ранга. Максман и его лейтенанты, возможно, и смогли бы с ними справиться, но могли и потерпеть поражение. Исход был непредсказуем.

«Но зная характер Максмана, он сейчас не отступит!»

Противник знал это и выбрал именно такую стратегию. Другими словами, это означало, что они с самого начала были уверены в защите своего главного лагеря.

— Немедленно пошлите сигнал к отступлению генералу Максману! Это место — смертельная ловушка!

Но, как она и предсказывала, Максман не послушал. Он прорвался вперёд и нацелился на главный лагерь, где находился Арс.

Бах!

Солдаты разлетелись в стороны. Победив стражу, Максман оказался передо мной. Тяжело дыша, он смотрел на меня горящими глазами. Вокруг него солдаты сошлись в схватке с нашими войсками. Тем не менее, это был наш лагерь, и военное преимущество было на нашей стороне.

— Пепельный шлем…. Ты, должно быть, Уэйд!

— А ты, должно быть, Карл Максман. Приятно познакомиться. Какого это — оказаться в смертельной ловушке?

— Ха, непередаваемые ощущения!

Максман стиснул зубы, взглянув на Илию и Эонию, стоявших по обе стороны от меня. Эти двое были достаточно искусны, чтобы не проиграть ему даже в поединке один на один. Вот почему присутствие наставницы рядом со мной было тактическим выбором. Даже если противник доберется до главного лагеря, меня защищают лучшие из лучших.

— Хотел бы я спросить одно: как тебе виделся мой лагерь? Ты видел пламя, или свет?

— Сначала он казался аппетитным светом, но постепенно почернел. Такое я чувствовал лишь при встрече с Земуто.

— Хм, похвалю твою храбрость, раз ты вошел, зная это.

— Вы бы все равно погнались за мной, я не прав?

— Все верно. Я уже подготовил операцию по твоему уничтожению на случай отступления. Ты избавил меня от лишних хлопот, явившись сюда самостоятельно.

Возможно, с его точки зрения, прийти сюда было правильным решением. Здесь был хотя бы призрачный шанс на победу.

— Ку-ку-ку, моя кровь кипит! Как насчет того, чтобы сразиться со мной один на один, Уэйд?

— К сожалению, у меня нет таких намерений. А как насчет того, чтобы сдаться? Ты мог бы сохранить себе жизнь.

— Отказываюсь.

Максман, не тратя лишних слов, мгновенно принял боевую стойку. Вероятно, он рассчитывал, что ему с лейтенантами по силам справиться с наставницей и Эонией. Однако он упустил из виду ещё двоих — меня и Юмир. Когда его сознание накрыла леденящая душу аура последней, Максман в изумлении широко раскрыл глаза.

— Твоя ошибка была в том, что ты слишком меня недооценил. На войне нельзя быть самоуверенным. Это азы военной тактики.

— Слишком много болтаешь! Нападай!

Максман вступил в отчаянный, но безнадежный бой. Ход схватки был предопределён. Каким бы блестящим генералом он ни был, ему нечего было противопоставить нашей подавляющей силе. Пять его верных лейтенантов были молниеносно устранены наставницей и Эонией. А сам Максман, скрестивший клинок с Юмир, вскоре оказался в окружении. Пока он отчаянно парировал атаки двух других, Юмир нанесла удар — точное и смертоносное лезвие вонзилось ему в шею, поставив точку в этой схватке.

Так, в первый же день войны, армия Бекавии потерпела сокрушительное поражение, потеряв своего величайшего генерала.