Снова переодевшись и вернувшись на торжество, я столкнулся с Фергом, на лице которого застыло серьезное выражение.

— Арс, что, черт возьми, ты натворил?

— Тс-с, брат, успокойся. Позже я все объясню.

Ферг тяжело вздохнул и кивнул в знак согласия.

— Должен тебя предупредить, здесь есть люди, которые знают или, по крайней мере, догадываются, что Уэйд — это ты.

— М-да уж. Неужели?

Феликс и Джошуа, посвященные в мой замысел, и даже заместитель командующего Айронхарт. А учитывая положение последнего, можно было с уверенностью предположить, что и вся верхушка фракции хеллианцев знала, кто я на самом деле. Даже Эрина взирала на меня с нескрываемым подозрением. Вероятно, ее догадки укрепились, когда она заметила, как я исчез, затем появился Уэйд, а после его исчезновения вновь объявился я.

«Чувствую себя как на иголках».

И в тот самый миг, когда Эрина уже собиралась подойти ко мне, в зале поднялся шум.

— Так вот оно что! Вот как все было! — выкрикнул один из дворян невысокого ранга. — Это Каспер вновь появился в шлеме!

Дешевый трюк. Они не могли во всеуслышание заявить, что «Жираф» королевства Калипер проиграл Джурасу, а потому попытались сбить всех с толку, выдав наемника Уэйда за Каспера, чтобы скрыть позорный факт. Этот маневр, к тому же, позволил бы укрепить престиж фракции хеллианцев, ведь семья маркиза Милиаса, к которой принадлежал Каспер, была одной из ключевых сил в их союзе. Слухи о том, что Каспер Милиас и есть наемник Уэйд, ходили и раньше, так что эта низкая политическая уловка сработала.

Аристократы из фракции хеллианцев охотно подыгрывали этому очевидному фарсу, хоть и прекрасно знали, что Каспер — не Уэйд. Беда была в том, что дело зашло еще дальше. Семья маркиза Милиаса, которой следовало бы хранить молчание, не подтверждая и не опровергая слухи, решила принять участие в этой политической игре.

— Я?... — Каспер, только что вернувшийся в зал, был ошеломлен внезапным поворотом событий, но, получив едва заметный знак от своего отца, маркиза Джорджа Милиаса, изумленно распахнул глаза.

Взгляд маркиза Милиаса был устремлен точно в мою сторону.

— Хм.

Джозетта Милиас, глядя на меня, скривила губы в усмешке. Я без труда прочел ее мысли.

«Значит, вы решили использовать меня?»

Получив отцовский намек, Каспер с трудом сглотнул и, с тревогой в глазах, воскликнул:

— Д-да. Это я надел шлем и, собравшись с духом, снова вышел на поединок.

По залу прокатился гул восхищенных возгласов. Большинство дворян, понимая, что это спектакль, подыгрывали, но нашлись и те, кто действительно поверил в этот обман. Представители фракции Салеон молча наблюдали за происходящим, осознавая, что самозванство без каких-либо доказательств в конечном счете приведет к краху.

— Победить самого Джураса! Воистину достоин звания «Жирафа» Каллипера

— Так наемник Уэйд и вправду был Каспером!

Мне было донельзя жаль беднягу Каспера. Видя, как им манипулируют ради корыстных взрослых интриг, я невольно вспоминал себя в прошлом.

— Какой абсурд, — Эрина, подошедшая и севшая напротив, казалось, испытывала такое же отвращение к этому представлению. — Украсть ваши заслуги таким подлым способом.

— Леди Мерина? О чем вы говорите?

— Сколько раз повторять, что меня зовут Эрина, Господин Уэйд?

— …

Дьявольски проницательна, как и всегда. Впрочем, это и неудивительно, ведь Эрина прекрасно знала о моих боевых навыках. Ей, знающей, что я способен управлять Аурой, но скрываю свои умения, было нетрудно сложить два и два.

— Железное копье, что я вам дала, сломалось не потому, что вы упали, а из-за поединка с Гиллиасом Мельбурном, не так ли?

— Что вы, ни в коем случае. Будь это правдой, я бы трубил об этом на каждом углу.

— Странно, но вы совсем не такой человек. Скорее, вы думаете, что вам повезло, что эти глупцы приписали себе вашу славу. Я ведь права?

Она попала в самую точку. Я оказался в затруднительном положении, не находя достойных оправданий. И тут случилось непредвиденное.

— Юная леди, прошу вас, воздержитесь от поступков, которые могут создать проблемы, — тихо приблизившись, произнесла Джоан, главная служанка семьи Салеон. — Вы привлекаете к себе лишнее внимание. Беседы с кем-либо, кроме юных дворян из нашей фракции, могут повлечь за собой неприятности. И для вас, и для вашего собеседника.

— Я знаю. Это лишь недолгая беседа.

— Да, прошу вас, не затягивайте разговор.

Сказав это, Джоан бросила на меня взгляд и слегка кивнула в знак приветствия. Я в ответ пожал плечами.

— Давно не виделись, Джоан. Как поживали?

— И вам того же, сэр Элейн. Вы были в добром здравии?

— Как видите, все было прекрасно.

— Что ж, я рада видеть, что вы не изменились, — вздохнула Джоан, искоса поглядывая на молодых аристократок, бросавших на меня заинтересованные взгляды. — По-прежнему ловите на себе пылкие взоры.

— Ха-ха…

— И все же, не думаю, что вам стоит сидеть вместе с леди Эриной. Вы ведь и сами это понимаете, не так ли?

— Кажется, я уже говорил, что моей вины в этом нет. Не я ищу встречи, а со мной.

— Да… Это так.

К счастью для меня, Джоан, похоже, пыталась сгладить ситуацию. Она едва заметно подала Эрине знак подняться, но та, по какой-то причине, выглядела потрясенной. Но возмутило ее совсем другое.

— Постойте-ка, почему вы помните имя Джоан?

— Что? Ну, потому что помню.

— Но… но вы не запомнили мое имя!

— Тут уж ничего не поделаешь. Сколько мы с вами виделись?

— Хотите сказать, с Джоан все иначе?

— Именно.

Я видел Джоан каждый день в течение двух месяцев, пока проходил обучение на дворецкого. Уж лицо и имя за такое время даже я способен запомнить.

— Ух! — Эрина прикусила нижнюю губу, словно не в силах смириться с этим.

Джоан, с видом человека, уставшего от хлопот, покачала головой и обратилась ко мне:

— Сэр Элейн, может, вам стоит пообщаться и с другими гостями?

— Пожалуй, вы правы.

Как раз в этот момент ко мне приближался некий Дениан с яростным взглядом, и я решил воспользоваться этим как предлогом, чтобы встать.

***

Королевское торжество, богатое на события, подошло к концу. Вернувшись к привычной жизни, я с тревогой ожидал, что Джурас может что-то предпринять, но несколько дней прошли без каких-либо происшествий. Судя по всему, его попытки разузнать обо мне не увенчались успехом.

«А может, он и не пытался ничего выяснять».

Он не проявлял никакой навязчивости, не приставлял ко мне соглядатаев, словно считая, что вопрос с Эонией полностью закрыт. Благодаря этому Эония благополучно отправилась на лечение в город, где жил искусный целитель.

Единственное, что изменилось — это влияние Каспера, который, воспользовавшись моей славой, стремительно набирал популярность.

«Наемник Уэйд одолел Джураса Памилиона»

«Наемник Уэйд — гений из рода Милиас!»

Эти слухи разнеслись по всему королевству, и положение Каспера стало необычайно высоким. Если другие королевства не спешили верить столь необоснованным россказням, то среди жителей нашего королевства было легко раздуть подобное преклонение. Ученики Академии Джулии, завидев Каспера, бросали все дела и глазели на него, как на диковинного зверя в зоопарке, а предложения о браке, как я слышал, сыпались со всех сторон.

— Как откровенно.

Намерения семьи маркиза Милиаса были очевидны. Это стало ясно из письма, которое доставили мне.

«Я хочу встретиться и поговорить, Уэйд».

Письмо с официальной печатью Джозетты. Было совершенно ясно, какого рода предложение они собирались мне сделать, и к этому следовало подготовиться.

«Пока что нужно тянуть время, насколько это возможно».

К счастью, они, похоже, тоже не хотели торопиться и не прибегали к силовым методам, вроде отправки ко мне своих людей. Я решил проигнорировать послание и распустил слух о проблемах со здоровьем. Это позволило мне на время перестать посещать академию. Образовавшийся досуг я решил посвятить давно задуманному делу.

Железная стена Розенберг. Пора было заняться его вербовкой.

Чтобы не поддаваться на чужие уловки, мне нужна была опора, надежный тыл. Имея за спиной силу, я бы не попался на их дешевые интриги.

«У меня три кандидата».

Розенберг был одним из них. Граф Рутгер Розенберг. Хоть и говорили, что его род ныне пришел в упадок, в лучшие времена семья Розенбергов входила в пятерку величайших аристократических домов Альварда. Если бы мне удалось сделать его своим союзником, возможно, я бы нашел способ держать в узде маркиза Милиаса.

«Конечно, одного этого будет недостаточно».

Но на данном этапе это было бы очень полезно.

В сопровождении Юмир я направился к Калонским горам, где, по слухам, видели Рутгера. Сообщения о нем поступали из этого приграничного региона, расположенного между королевством Беккавия и королевством Альвард. Прибыв в деревушку у подножия гор, я обнаружил его следы в захудалой таверне.

«Эти ребята».

Двое мужчин, чья аура разительно отличалась от остальных. Слишком утонченные для наемников, но с диковатым видом, неподобающим обычным солдатам или рыцарям. Я обратился к трактирщику, намеренно говоря достаточно громко, чтобы они меня услышали.

— Хозяин, у вас здесь есть кто-то тяжелобольной?

— Что вы имеете в виду?

— Я вижу лекарственные травы. Вон та, похоже, трава Руэра. А рядом — стебель Сизео? Обе травы весьма сильные, вот я и подумал, что здесь может быть кто-то при смерти.

— Ха-ха, я просто храню их. Больной-то есть... но подробностей я не знаю.

При упоминании больного трактирщик бросил взгляд на тех двоих. Мужчины тут же уставились на меня и принялись что-то поспешно обсуждать.

— Хм, возможно, я лезу не в свое дело, но советую быть осторожнее с травой Руэра. Это целебное растение, но если дать его больному с высокой температурой, оно может стать смертельным ядом.

— Так, может, вы сами их и предупредите? — трактирщик указал на мужчин, которые незаметно подобрались ближе.

Они обратились ко мне со странной смесью настороженности и вежливости.

— Уделите нам минуту?

— В чем дело?

— Эм-м…

Увидев мое лицо, скрытое под капюшоном, они нахмурились. Маска, закрывавшая лицо, лишь усилила их подозрительность.

— Хм, судя по вашему виду, дело ко мне у вас пропало.

— Ах, нет. Если мы вас обидели, приносим свои извинения. Если это не будет слишком дерзко с нашей стороны, мы бы хотели узнать ваше имя.

— Я не в том положении, чтобы с легкостью называть свое имя. Отказываюсь.

То ли они поняли, что у меня были причины скрывать лицо, и решили не настаивать, то ли отчаяние было столь велико, что им было уже все равно, но один из мужчин продолжил:

— Что ж, тогда неважно. Мы хотели бы попросить вас об одном. Вы, кажется, разбираетесь в медицине, не могли бы вы осмотреть больного?

Отлично, они клюнули. Однако, слишком поспешное согласие свело бы на нет весь мой спектакль, поэтому я решил немного повременить.

— Видите ли, я тороплюсь.

— Не могли бы вы как-нибудь...

— Не люблю повторяться. Давайте на этом закончим.

Тут подал голос второй мужчина, до этого молчавший. Судя по всему, вспыльчивый, он рявкнул на меня:

— Мы же сказали, тут больной! Просто заткнись и иди с нами!

— …Какие назойливые типы. Юмир, прогони их.

По моему слову Юмир продемонстрировала свою устрашающую ауру. Столкнувшись с леденящим кровь намерением убить, мужчины отшатнулись назад, судорожно хватаясь за мечи на поясе.

Побледневший трактирщик закричал:

— Прошу вас, выясняйте отношения на улице! Умоляю!

— …Хм. Прошу прощения. Пожалуй, мне лучше уйти.

*Бряк!*

Я положил на стол медную монету и поднялся. Когда я уже собирался без колебаний покинуть таверну, один из мужчин рухнул на колени и принялся биться головой об пол.

— Прошу вас! Мы извиняемся за нашу грубость, только взгляните на больную… на состояние нашей госпожи!

Демонстрация силы Юмир возымела эффект. Они поняли, что я — не обычный человек. Этого должно было быть достаточно. Теперь оставалось лишь согласиться.

— Хм, а почему ты не бьешься головой?

— …А? — вспыльчивый мужчина, стоявший в оцепенении, растерянно промычал.

Мужчина, распластавшийся рядом с ним, прорычал сквозь зубы:

— Эй, Джордж. Если жить хочешь, бейся головой.

— …Есть, сэр!

Вероятно, вежливый мужчина был его начальником, поскольку вспыльчивый тут же последовал его примеру. Видя это, я, сделав вид, что уступаю их мольбам, пошел за ними.