На протяжении всего своего сна Лилиан не выпускала руку Седрика из своей. А он все это время сидел рядом и ухаживал за ней. Каждый раз, когда девочка хмурилась и ворочалась с боку на бок, он измерял ей температуру и прикладывал холодный компресс. И даже сам помог ей принять лекарство.

— Я-я помогу, ваше превосходительство.

— Я сам. С ней точно все будет в порядке?

— Доктор сказал, что сейчас все позади, и, если не будет осложнений, то она проснется через день-два.

Лучше бы именно так и было.

И почему сердцу будто легче не становится?

В конце концов, Седрик остался рядом с ребенком на всю ночь. В оправдание своего глупого поступка он сам себе монотонно повторял, что у него не было другого выбора, ведь ребенок болеет.

К счастью, на следующий день она проснулась. Взгляд ее карих глаз стал сосредоточеннее, и девочка, узнав герцога рядом с кроватью, удивленно ахнула.

— Герцог… Сэр?

Не понятно почему, но для него эти слова прозвучали очень печально.

***

— Пройдемте, леди. Это место называется главным зданием особняка, и снаружи за ним присматривают уже другие люди, а не хозяин поместья.

— Хорошо, — Лилиан вела себя очень воспитанно. И после ее ответа на лицах тех, кто проводил ей экскурсию, появились довольные улыбки. По ним было видно, насколько сильно они очарованы миловидностью маленькой девочки.

— Как можно быть такой прелестной?

— Да еще и вежливой, обходительной. Это потому, что она дочь герцога?

— По рассказам Стефана, его превосходительство в молодости был тем еще бедокуром.

— По характеру она может быль похожа на мадам!

— Шшш, прекратите.

Горничные, болтающие как воробушки, тут же притихли стоило на них обратить внимание женщине, которая на вид была самой высокопоставленной среди них.

— Прошу прощения, леди. Должно быть было слишком шумно.

— Вовсе нет, все в порядке.

Лилиан отрицательно покачала головой, и взгляд служанок снова обострился.

Для Лилиан это было впервые, чтобы ее так нахваливали и уделяли много внимания, поэтому она немного смутилась.

Может это потому, что я помылась и надела красивую одежду?

Ведь это единственное, что во мне изменилось.

Она оглядела себя. Ее кожа была усеяна шрамами, но она была чистая вплоть до ногтей, а платье с оборками и лентами пахло новизной. Этим утром, стоило Лилиан прийти в себя, как горничные сразу же подоспели с водой для ванны, словно заранее поджидали этого момента. Лилиан была так смущена, но за время пребывания в приюте, она привыкла, что воспитатели помогали ей принимать ванную, потому позволила горничным помочь.

Однако, в отличие от грубых тыканий воспитателей, горничные одарили Лилиан нежными прикосновениями.

Они помогли мне вытереться, подстригли ровнее волосы, которые раньше были похожи на то, словно их объела крыса, и даже принесли мне одежду на выбор.

И Лилиан вскоре выбрала платье в духе тех, что нравились Свон, с оборками и лентами.

Потом она отдыхала на кровати и кушала рис, который ей подали горничные, а когда она закончила есть, ее обняла незнакомая ей женщина с добрым видом и сообщила, что познакомит ее с жизнью в особняке.

Многие, с кем она вскоре познакомилась, не могли поверить, что ей десять, потому что на вид ей было каких-то пять.

— Меня зовут Мэри. И я старшая горничная.

— Меня зовут Лилиан. И мне десять лет.

Мне очень хотелось, чтобы Мэри все таки осознала, что мне не пять, но, кажется, мои слова никакого толку не дали.

— Спасибо, что сообщили, леди. У вас очень красивое имя.

— У Мэри тоже красивое имя. Звучит, как колокольчик.

Я говорила сущую правду, но Мэри была такой удивленной.

— Я так счастлива, что леди… вернулась.

А услышав ее водянистый ответ, наполненный слезами, Лилиан совсем растерялась. Кажется, пока она не попала в особняк, она многого не знала.

Что к ней будут относиться как к пятилетнему ребенку, что на любую ее реакцию, начиная от хмурых бровей до восторга, у всех будет перехватывать дыхание.

Но среди всех людей в особняке был один человек, отношения которого были большим вопросом.

Седрик Мейнард.

***

Вчерашним утром, когда Лилиан проснулась, ей потребовалось некоторое время, чтобы оценить обстановку вокруг себя.

Незнакомый потолок, кровать и даже одеяло. Ни одна вещь не выглядела узнаваемой, поэтому ей пришлось вспоминать обрывки прошлого дня.

Помню, что упала в обморок, а вокруг все плакали…

Судя по высочайшему качеству вещей это герцогская резиденция, значит пока ее не выгнали.

Лилиан облегченно вздохнула и, повернувшись, поражено встретилась взглядом с Седриком. Сам по себе факт его нахождения здесь был удивительным, но то, что они так быстро уставились друг на друга поражал еще больше.

Неужели все это время он смотрел на меня?

Лилиан залепетала.

— Герцог… Сэр?

И вскоре, кажется, появилась проблема. Стоило Седрику услышать ее надтреснутый голос, как его лицо моментально сморщилось. Поскольку Лилиан выросла в приюте она крайне мало разбиралась в встречаемых ей людях, и, может быть, ей показалось, и все дело в том, что только раннее утро, но Седрик выглядел расстроенным.

Но почему он расстроен?

— Как твое самочувствие?

— М… Думаю, хорошо, — и в доказательство Лилиан попробовала встать с постели, но сил хватило лишь на то, чтобы упасть обратно на подушку. Седрик нахмурился, меж бровей проглядывалась очевидная морщинка, и взглянул на Лилиан неодобрительным взглядом.

— Ложись, я кого-нибудь позову.

И с тех пор Лилиан его больше не видела.

Ты меня не примешь, да? Может быть пока спала что-то натворила?

Нет, спокойно. Не стоит думать о плохо.

Люди в особняке уже приняли Лилиан как герцогскую дочь. И, возможно, Седрик просто занят, поэтому ему некогда уделять дочери внимание.

Конечно, меня не покидали мысли найти его и спросить правда ли всю ночь он находился рядом со мной.

Но я знала, что недовольных детей никто не любит.

Лилиан не хотела, чтобы ее ненавидели. Не потому, что она боялась показаться плохой. Отнюдь, дело было вовсе не в этом.

Скорее это от того…

Свон, несомненно, любили бы везде, где бы она не была.

…что она дублер Свон.

И Лилиан нужно стать любимым ребенком, чтобы восполнить то, что потеряла ее подруга. К счастью, это было не так уж сложно выполнить. Как бы странно это не звучало, но людям в особняке даже нравилось то, как она дышит или что-то шепчет себе под нос.

И, как вероятность, на то были разные причины. Ее маленький рост, короткие волосы, крошечные руки.

Стоит подстричься еще короче.

Время летит мимолетно, с этим ничего не поделаешь, все люди вырастают и начинают жить уже другую жизнь, но можно в себе сохранить что-то такое, что смогут другие любить не смотря ни на что.

Лилиан смотрела на свои пухлые ручки и внезапно вспомнила слова горничной во время еды.

— Когда вы подрастете, вы станете очень красивой. Я обещаю вам.

Правда ли так будет?

Лилиан не то, чтобы стремилась стать красивой, но раз она решила стать двойником Свон, значит ей нужно быть таковой. Потому что Свон была невероятной красавицей. В отличие от беднячки Лилиан, Свон, прелестное дитя, была обязана жить в роскошном особняке и быть окруженной любящими людьми.

Хотя бы ради Свон мне нужно, чтобы меня приняли в эту семью.

Все в резиденции относились к ней как к полноправной принцессе, но официально ее еще не признали. Лилиан прекрасно осознавала, что если Седрик передумает, то ее моментально вышвырнут отсюда.

Расслабляться нельзя. Как и кому-то доверять и на кого-то полагаться.

Такие быстрые перемены в ее жизни, как неожиданная роскошь и множество дружелюбных людей, могут помешать ей управлять жизнью за Свон.

Было бы здорово, знай я заранее о чем думает герцог…

Стоило ей об этом подумать, как что-то привлекло ее внимание.

— Мэри, а что там?

Мэри, держа ее на руках, подняла голову.

Стоило ей понять о чем спрашивает Лилиан, как выражение ее лица тут же поменялось. Это было так быстро, но Лилиан все равно успела разглядеть этот момент даже не смотря на то, что Мэри уже достаточно взрослая, а взрослые, как принято, умеют хорошо скрывать свои эмоции.

— Это здание не относится к главному. И оно не стоит вашего внимания.

— А главное здание очень большое и там можно за просто заблудиться, позже я покажу вам там все.

— Может вы еще хотите что либо увидеть? Как насчет сада?

Горничные быстро сменили тему. Пусть они все быстро нашли общий язык, но Лилиан чувствовала — здесь что-то не так.

— Ну что, теперь идем смотреть сад? Сад Мейнард очень красив даже зимой.

Что же находится в том здании? От волнения Лилиан поджала пальчики на ногах в черных туфельках Мэри-Джейн.

— Леди?

— … Да, пойдемте, — ответила Лилиан с запозданием и улыбнулась.

А взгляд ее все так же был прикован к зданию.