Брови Седрика приподнялись, когда он взял протянутые ему бумаги.

— Это все, Космо?

— Боюсь, что да. Это небольшой приют, который мало кому известен. Он находится под крылом благотворительности миссис Кеннет.

— Понятно, значит их спонсор пожилая леди.

Семья Кеннет была одной из богатейших семей. Ходили слухи, что миссис Кеннет давным-давно потеряла своего сына в аварии, после чего увлеклась храмами, благотворительностью, поэтому ее трудно было не знать.

— Меня распирало от любопытства, как обычный воспитатель приюта смог попасть в императорский дворец… А оказывается он накланялся пожилой леди.

— Для таких, как он, это возможность превратить высокопоставленного аристократа в покровителя, такую возможность нельзя упустить.

— Да, но как-то это странно. Миссис Кеннет не могла быть такой скупердяйкой, что скажешь?

— Чем больше спонсоров, тем лучше, верно? Или, может быть, миссис Кеннет сократила размер благотворительных выплат, чтобы сделать пожертвование храму.

Космо объяснил, что в том, что приют пытается увеличить число спонсоров, нет ничего странного, но аргументация Седрика отличалась от его.

— Нет, явно не в этом дело. Денежные поступления приюта выглядят слишком маленькими. Ты точно правильно провел исследование?

— Абсолютно. Как вы можете заметить, этот приют не славится хорошей репутацией. Я слышал, что каждый год там умирают дети. Не так давно там умер ребенок от болезни.

Космо был прав, что активы приюта достаточно невелики, и этому была только одна причина.

— Огромные растраты.

— Да. Директор приюта сам о себе говорит, что он слегка бывает расточительным. Но я выяснил, что он родом из разорившейся дворянской семьи. Потребовалось некоторое время, чтобы сопоставить факты.

Глаза Седрика сузились, когда он уставился на документы. В них содержалась информация о директоре приюта Меррифильд.

Уинстон Бернаузер. Первоначально он был владельцем поместья, во владение которого так же входил приют Меррифильд. После того, как его семья разорилась, он занял должность директора в приюте, содержа себя оставшимися накоплениями своей семьи.

А для более безбедной жизни, похоже, также смог покорить сердце леди Кеннет, которая теперь обеспечивала приют достаточным финансированием.

— Типичный злодей, — в голосе Седрика слышалось презрение

Он думал, что приют, в котором жила Лилиан, не плохое место, ведь свидетельство об опеке девочка принесла сама, но теперь реальность отличалась от его представлений. Не случись той ситуации в императорском дворце Седрик был бы явно удивлен полученной информацией.

'Не могу поверить, что тот мужчина действительно воспитатель.'

Воспоминания о том, как это презренное лицо тащило Лилиан за собой, заставляли его руки дрожать от гнева. Не будь тогда Лилиан рядом, он бы разобрался с мужчиной так же, как поступал с ему подстать на войне. Конечно, цена этого греха была бы заплачена кровью грешника.

Но только тогда Седрик даже не думал об этом. Больше его волновали возможные последствия, если бы он хотя бы немного опоздал или если бы его вообще не оказалось поблизости. Каждый раз думая о том, что тогда с Лилиан могло что нибудь случиться, у него сжималось сердце.

‘Похоже, он понятия не имел, что Лилиан под моей опекой.'

Мужчина просто знал, что Лилиан сделала что-то и сбежала. Поэтому он пытался забрать ее.

Как раз ходили слухи о неком несчастном случае.

— Совсем недавно в приюте взорвался склад с мукой.

— Разве зимой такое не часто случается?

Космо выглядел незаинтересованным этой информацией, но Седрик подозревал, что это как-то связано с Лилиан.

Несчастный случай произошел всего за два дня до того, как Лилиан приехала в Мейнард.

'Значит ли это, что в приюте не знали о существовании кулона, которое было у Лилиан?'

Но Лилиан достаточно открыто показала ему украшение.

— Я… На самом деле я из приюта, поэтому мало чем могу похвастаться, но когда я попала в приют, у меня было это.

Если Лилиан попала в приют в младенчестве, как было указано в документах, то не было никакой гарантии, что существование кулона никто не заметил.

И неужели никто не задумывался, что по этому кулону Лилиан могла найти Седрика?

Что-то было не так.

— Космо, ранее я узнал, что приют находится недалеко от столицы. Сколько времени займет поездка отсюда на карете?

— Максимум дня будет достаточно, чтобы добраться.

— Какое облегчение.

Вздохнув, Седрик открыл заднюю крышку подсвечника и пальцами, большим и указательным, затушил фитиль маленькой горящей свечи.

Темнота быстро набежала с холодным звуком.

— Мне нужно купить игрушку.

— Простите? Игрушку?

— Да. Компенсация в знак того, сто в спальне станет чуть пустее.

'А пока меня не будет рядом с тобой, пускай игрушка будет оберегать твой сон.'

***

Следующий день, во второй половине дня.

— Я не предполагала, что слухи распространятся так быстро. Даже до герцогства дошли меньше чем за три дня.

— Ну, его превосходительство и юная леди знамениты. Один - герой войны, а вторая долгое время считалась без вести пропавшей.

— Не знаю, о чем думает его превосходительство, но я слышала, что человек, который наведывался к нам на днях является двоюродным братом его величества императора.

— Насколько известно, они не объявят о ее возвращения, пока не подтвердят должным образом личность юной леди. Возможно, им многое придется исследовать.

Живя в приюте, Лилиан знала, когда лучше всего раздобыть какую-то информацию.

И здесь, в герцогстве, это можно было сделать либо во время, когда горничные развешивали белье, либо же во время чистки картошки на кухне.

'Потому что именно в это время дня людям на работе больше всего скучно.'

Прошло несколько дней после тайного побега Лилиан в императорский дворец. И в особняке внезапно стало шумно. Поползли слухи, что Седрик удочерил какую-то девочку, и каждый считал своим долгом наведаться в Мейнард, чтобы посмотреть на нее.

Естественно, люди в резиденции скрывали этот факт от Лилиан, но, к сожалению, они были недостаточно внимательны, чтобы понять, что за ними наблюдают.

Именно поэтому Лилиан сидела, спрятавшись за неприметным деревом, и подслушивала разговор горничных, которые развешивали стираное белье.

'Мне нужно знать, что происходит снаружи.'

Какие слухи пошли после того, как она побывала в императорском дворце, высказался ли по этому поводу Седрик, и как вообще обстоят дела. Со дня проведения банкета Лилиан приходилось держать ухо востро, чтобы быть готовой сбежать в любой момент.

В приюте было проще с добыванием информации, она могла подобрать выброшенную воспитателями газету, но красть газету в таком месте, как герцогство Мейнард, задача не из простых.

Поэтому единственное, что она могла сделать — это подслушивать чужие разговоры.

Вдруг заговорила молоденькая горничная.

— Мне хочется верить, что моя леди является настоящей леди.

— Одним только желанием сыт не будешь.

— А что будет с юной леди, если она вдруг солгала о своем происхождении?

— Конечно же, ее выгонят, если вскроется, что она фальшивка. Его превосходительство испытал немало трудностей, разыскивая свою пропавшую дочь, поэтому вы думаете, что он потерпит такую ложь?

— В худшем случае, ей могут отрезать язык за клевету над дворянином, — подытожила довольно старая горничная.

От этого у Лилиан от страха и надежды закружилась голова.

'Если слухи обо мне уже распространились, то цель похода в императорский дворец почти достигнута.'

Лилиан пробралась туда в первую очередь для того, чтобы показать людям, что она ребенок из герцогства Мейнард. Стоило людям узнать, что Седрик носится с ребенком, то слухи начали набирать обороты.

Однако Лилиан думала, что план провалился из-за Кертиса, который поймал ее прежде, чем она попала в банкетный зал, чтобы потом вернуться в особняк в слезах в объятиях Седрика.

Благодаря болтовне горничных, Лилиан так же узнала, что были люди, которые видели, как Седрик нес ее в карету.

'Что ж, это того стоило.'

Возвращаясь к тому дню, Лилиан до сих пор чувствовала трепет нервозности, но теперь она понимала, что произошедшее случилось не напрасно.

Однако встреча Седрика с Кертисом осталась проблемой для Лилиан. Ведь Кертис четко сказал, что она натворила дел, а потом сбежала. Седрик больше не расспрашивал ее об этом, но Лилиан металась от возможного подвоха.

Если Седрик захочет больше узнать о приюте Меррифильд, то он без труда выйдет на самого директора.

'А если они оба поймут, что я выдаю себя за Свон, то так просто это не оставят.'

Лилиан была готова к последствиям раскрытия правды еще с тех пор, как приняла решение прожить свою жизнь, как Свон. Но она понимала, что не сможет вечно всех обманывать. Что рано или поздно правда вскроется наружу.

Но Лилиан не боялась, что за это ей отрежут язык или вышвырнут вон. Она скорее боялась, что это может случиться раньше, чем она исполнит желание своей подруги и отомстит всем тем, из-за кого Свон лишилась своей жизни.