Я продолжала смотреть на сцену, не в силах отвести взгляд.

Сереброволосый юноша стоял в центре аукционной площадки, скованный цепями, и с каждым мгновением его состояние становилось все хуже. Он явно ненавидел каждого человека, находившегося в этом зале, и, судя по тому, как несколько раз дернулся в сторону стоявшего рядом надзирателя, едва сдерживался, чтобы не наброситься на него.

Ведущий тем временем продолжал рассказывать о нем.

— ...Перед вами редкий экземпляр. Молодой мужчина неизвестного происхождения. Обладает прекрасными физическими данными, высокой устойчивостью и необычным цветом волос.

Молодой мужчина?

Я едва не поперхнулась.

Да, в романе его действительно называли молодым мужчиной...

Но сейчас он выглядел настолько юным, что мне было неприятно даже слышать это!

— ...Он также обладает повышенной агрессивностью, — продолжил ведущий. — Требует осторожного обращения. Однако при правильном воспитании может стать не только игрушкой, но и прекрасным охранником.

Мальчик резко поднял голову и его взгляд прошелся по залу.

Это было всего на мгновение, но наши глаза встретились.

Я застыла.

Кайлан Сильверстоун.

Его имя неожиданно всплыло в моей памяти.

Теперь я вспомнила его гораздо лучше.

Кайлан был одним из тех персонажей, которые не играли главной роли в истории, но все равно запоминались читателям.

В романе он появился где-то в середине повествования. Амалия, к тому моменту уже вернувшаяся в семью Сириникс и начавшая собственное расследование смерти Хейзел, отправилась на территорию Блэкуэлл. Ей нужна была информация о преступнике, и логово злодеев, которое кишело преступностью, как нельзя лучше подходило для этого.

Тогда-то она и попала на этот самый аукцион.

Я хорошо помнила эту сцену.

Амалия должна была прийти на невольничий рынок под чужим именем, чтобы выяснить информацию о маньяке.

Она не собиралась никого покупать. По крайней мере, сначала...

Но Кайлан привлек ее внимание.

Он был одним из самых дорогих рабов на аукционе, потому что его происхождение оставалось неизвестным, а физические способности значительно превосходили способности обычного человека.

Однако проблема заключалась в его характере.

Он был слишком диким и слишком недоверчивым.

Никто не хотел связываться с ним. Кроме Амалии.

Тем не менее, она купила его не из жалости, а потому, что увидела в нем потенциал, и решила сделать его своим защитником.

Поначалу их отношения складывались тяжело. Кайлан не доверял ей, часто спорил, отказывался подчиняться приказам и несколько раз пытался сбежать.

Но со временем отношения между ними улучшились, Кайлан начал ей доверять и стал ее верным защитником.

А спустя годы…

Он превратился в выдающегося рыцаря на континенте. Одного из сильнейших людей рядом с Амалией, который защищал ее от опасностей.

Помимо этого, у него существовала безответная любовь к Амалии, о которой знал только он сам, и читатели.

Он никогда не говорил ей об этом. Ни разу. Потому что знал, что это бесполезно. Знал, что её сердце принадлежит другому. Знал, что для неё он — всего лишь инструмент.

Кайлан был довольно интересным второстепенным персонажем. На самом деле, помимо его происхождения, он ничем не уступал главному герою, и некоторая часть читателей была на его стороне.

У него было трагичное прошлое, сложный характер и удивительно преданная натура.

И теперь он был здесь.

Прямо передо мной.

Мальчик с серебряными волосами. Мальчик, который должен был стать героем и верным мечом Амалии.

А сейчас он стоял на арене. В цепях. И смотрел на толпу с такой ненавистью, что даже мне стало страшно.

— Лот номер тридцать четыре, — повторил ведущий. — Начальная цена — пятьсот золотых. Кто больше?

Руки в зале начали подниматься.

— Шестьсот.

— Семьсот.

— Восемьсот!

Кайлан дёрнулся, пытаясь вырваться из цепей. Охранники ударили его. Он зарычал.

— ...Дикий, — прокомментировал кто-то в соседней ложе. — Интересно, сколько продержится, прежде чем сломается?

Я сжала подлокотник кресла. Мои пальцы побелели.

На самом деле, мне было трудно наблюдать за этим зрелищем.

В романе описывалось, что несмотря на свой дикий характер, но из-за своей внешности Кайлана сделали «ценным экземпляром», и его перепродавали снова и снова. От одного хозяина к другому. От побоев к побоям. Со временем из-за этого он совсем озлобился и одичал, превратившись в настоящего зверя.

До встречи с героиней романа у него была поистине ужасная жизнь...

Мне действительно было его жаль.

Но что я могла сделать?

У меня не было ни денег, ни власти. Я была никем. Просто сиротой, живущей на подачки маркиза.

Даже если я хотела купить его и спасти, но я не могла этого сделать. Я ничего не могла изменить.

И даже если бы могла... должна ли была?

Я знала сюжет, и знала, что Кайлан должен был дождаться Амалию. Я знала, что она выкупит его через три года. Именно эта встреча становилась важной частью истории их обоих. Рядом с ней Кайлан станет выдающимся рыцарем, который прославится на всю империю. А Амалия обретет в его лице надежного союзника.

Пожалуй, его судьба сложилась наилучшим образом, насколько это было возможно. Он был счастлив настолько, насколько мог быть счастлив человек, чья любовь никогда не будет взаимной.

Но если я гипотетически вмешаюсь... если я изменю это... что тогда?

Может быть, ничего. Может быть, его судьба станет еще хуже.

Так что, мне было трудно смотреть на мучения Кайлана, но ничего не поделаешь. Сейчас он должен был пострадать, чтобы затем в его жизни настала светлая полоса.

Конечно, теперь Амалии не придется проводить расследование моей смерти. Но с другой стороны я была уверена, что этим двоим все равно суждено было встретиться. Амалия по своей натуре была благородным человеком, и она искала маньяка не только для того, чтобы отомстить за подругу, но и защитить других детей.

Так что мне кажется, что она бы все равно взялась за это расследование. Дело было даже не в моей смерти. И если все получится так, как я думаю, то судьба все равно приведет ее в это место. Она встретит Кайлана, спасет его, и их совместная история начнется... По крайней мере, именно так идеально это сейчас представлялось в моей голове.

А пока что... Бедный Кайлан.

Ему придется еще немного потерпеть.

— ...Тысяча золотых!

Я подняла глаза.

Кайлан снова дернулся.

Один из работников попытался заставить его встать ровнее, но тот резко повернулся и оскалился.

В зале кто-то рассмеялся.

— Дикий зверь.

— ...Его придется хорошо обучить.

— За такие деньги я бы предпочел кого-нибудь поспокойнее!

Я отвела взгляд.

Не могу. Я действительно не могу сейчас вмешаться....

Я глубоко вдохнула, пытаясь избавиться от чувства вины, и тут внезапно почувствовала что-то странное.

Это было чужое присутствие прямо за моей спиной.

Я медленно повернула голову и опешила.

— Эрика?! — воскликнула я. — Что ты... как ты здесь...

Неожиданно, но она стояла у входа в VIP-ложу, и я даже не заметила, когда она вошла.

Девочка сначала посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на Розалин.

Вот теперь я поняла, что значит «холодная ярость». Эрика не повышала голоса. Не размахивала руками. Она просто посмотрела на Розалин, и в воздухе стало на десять градусов холоднее.

— ...Ты, — произнесла она. — Какого черта ты творишь?

Сначала я опешила, насколько фамильярно Эрика общалась со своей собственной тетей. Но затем я вспомнила, как она общалась со своим отцом, и кажется не должна была сильно удивляться...

Розалин повернула голову. Её красные глаза блеснули.

— Ах, — протянула она. — Моя дорогая племянница, ты тоже здесь. Какая неожиданность!

— Я задала вопрос.

— Я развлекаю гостью. — Розалин улыбнулась. — Разве это запрещено?

— Развлекаешь? — Эрика перевела взгляд на арену, на ряды рабов, на гостей в масках. — Это ты называешь развлечением?

— А что? — Розалин приподняла бровь. — Она хотела посмотреть, чем я занимаюсь. Правда, малышка? Так что я всего лишь показала ей!

У Эрики было холодное выражение лица.

— Она ребёнок. Какое право ты имела тащить в подобное место ребенка?

Эрика сказала это так, будто она сама не была ребенком. И вообще-то, она тоже не должна была здесь находиться!

— Ребёнок, который живёт в доме Блэкуэлл, - поправила ее женщина, - Ребёнок, который рано или поздно будет посвящен в то, чем занимается эта семья. Так что я просто ускорила этот процесс.

- Да неужели? Тогда, может быть, мне ускорить твою встречу с надгробной плитой?

Я широко разинула рот.

Но Розалин Блэкуэлл, к моему удивлению, не повела и бровью. Она лишь сладко улыбнулась.

- Эрика, дорогая... Почему ты так сердишься? Я только хотела немного повеселить ее в ваше отсутствие.

— Ты не имела на это права.

— Почему нет? — Улыбка Розалин стала шире. — Пока вы уехали, она предположительно осталась под моей ответственностью, разве нет? Или ты хочешь сказать, что эта малышка принадлежит только тебе?

Эрика шагнула вперёд. Я видела, как её пальцы дёрнулись, как будто она хотела схватиться за что-то. Но, сделав едва незаметный выдох, ей удалось сдержать себя. В следующий момент она перевела взгляд на меня, и я почувствовала, как внутри все сжалось.

— Эрика, я…

Она подняла руку.

— Я не злюсь на тебя.

И почему-то от этих слов мне стало еще тревожнее.

Эрика посмотрела на Розалин.

— Я злюсь только на нее.

Розалин попыталась еще что-то сказать, но в этот момент Эрика перебила ее.

- Поговорим об этом позже. А сейчас мы уходим.

Она подошла ко мне и взяла меня за руку. Я только кивнула, и сжала ее руку в ответ.

На самом деле я совершенно точно была не против уйти.

Я не хотела здесь больше находиться.

Не хотела слышать эти ставки. Не хотела смотреть на людей в клетках. И особенно не хотела видеть Кайлана, глядя на которого, во мне разыгрывалось чувство вины...

Я встала, и Эрика потянула меня к выходу.

Но именно в этот момент ведущий снова заговорил.

— ...Лот номер тридцать четыре. Продано за тысячу двести золотых!

Эрика остановилась.

Медленно, очень медленно, она повернула голову.

И посмотрела на арену.

Кайлан всё ещё стоял там. Его только что купили. Какой-то аристократ в маске уже подписывал бумаги.

Эрика смотрела на него. На мальчика с серебряными волосами. На дикого зверя в цепях.

И что-то в её глазах изменилось.

Даже если это было почти незаметно, но я видела это.

— ...Кто это? — спросила она.

— Раб, — ответила Розалин. — Он довольно дикий. Но потенциал...

— Понятно. - Эрика даже не дослушала, и прервала ее.

Она внезапно отпустила мою руку и шагнула вперед. Приблизившись к стеклу ложи, она смотрела на арену.

Честно говоря, я не понимала, что происходит.

Эрика смотрела на мальчика долго, очень долго.

А потом она сказала:

— Я хочу его купить.