Утро пятницы после так называемого «инцидента с брошенными колготками».

«Может, стоит честно рассказать Мио, почему я хочу уйти из дисциплинарного комитета?..»

Стоя перед домом Мио, я рассеянно размышлял о том, что и как ей сказать.

Но времени на раздумья не осталось. Входная дверь со щелчком распахнулась, и...

— Извини, Рё-чан! У меня с утра на голове такой кошмар был...

Мио в спешке выскочила на улицу.

Следом за ней показался ещё один человек — её отец, Сэгава Юдзи-сан.

— Доброе утро, Рёго-кун.

Ослепительная улыбка. На нём идеально сидел тёмно-серый костюм, в руках он держал портфель и ключи от машины. Мы давно не виделись, но от Юдзи-сана по-прежнему исходила аура успешного мужчины.

— Доброе утро, Юдзи-сан.

— Спасибо, что и сегодня зашёл за ней. Извини, что заставили ждать. Мио с самого утра паниковала: «Рё-чан сейчас придёт, а я никак волосы не уложу!»

— Папа! Я же просила не говорить такого, мне стыдно!..

— Ахаха, прости-прости.

Мио густо покраснела и задёргала отца за рукав, но Юдзи-сан лишь весело рассмеялся.

— Кстати, Мио рассказывала. Ты теперь председатель дисциплинарного комитета?

— А, да. Вроде того...

— Это же здорово. Я всегда считал тебя честным и прямым парнем. Значит, и в школе ты тоже стараешься изо всех сил?

— ...С-спасибо.

— Такому, как ты, я могу со спокойной душой доверить Мио. Приглядывай за ней, Рёго-кун.

— Да не доверяй ты меня никому без спроса!..

С весёлым смехом Юдзи-сан направился к машине.

Оставшись со мной наедине, Мио залилась краской от смущения.

— Прости, Рё-чан... Папа опять наговорил всякого...

— Да нет, ничего...

Честный. Прямой. Стараюсь изо всех сил.

Вся эта высокая оценка Юдзи-сана ощущалась как тяжёлые удары по корпусу, пробивающие прямо в солнечное сплетение.

После всего, что случилось со дня моего знакомства с Фуюцуки Нииной, каждое его слово болезненно резало слух.

— А?.. Рё-чан? Ты какой-то бледный.

— А, не... всё нормально. Пойдём?

Я смахнул холодную испарину и зашагал рядом с Мио.

† † †

По дороге в школу Мио вдруг нарушила тишину:

— Слушай, Рё-чан... Тебя что-то тревожит?

— А?

— Просто такое чувство. Ты в последнее время какой-то вялый, взгляд всё время бегает... Да и недавно, при папе, ты вёл себя странно...

— ...Так заметно?

Мио коротко кивнула и с беспокойством заглянула мне в лицо.

«У нас в комитете завелась дьявольски извращённая девица, вот я и подумываю уйти».

Я уже чуть было не произнёс это вслух, но...

— Если что-то случилось, можешь мне рассказать, ладно? Мы же всё-таки друзья детства.

От этих слов застрявшая в горле фраза так и осталась невысказанной.

В глазах Мио читалась абсолютная серьёзность. Так смотрит человек, который искренне за тебя переживает.

— Точно! Раз тебя что-то тревожит, давай сегодня снова сходим в часовню...

— Нет, не пойду.

— Ответил не раздумывая?!

Мне, конечно, было неудобно перед Мио, но разговорами с Богом мою проблему не решишь.

И всё же, чтобы не заставлять её волноваться ещё сильнее, я слегка улыбнулся.

— ...Всё нормально. Спасибо.

— Вот как... Ну ладно, тогда всё хорошо.

Мио с облегчением мягко улыбнулась.

— ...Но знаешь, вчерашнее вообще никуда не годится.

При слове «вчерашнее» сердце подпрыгнуло к горлу.

— А? Вчерашнее?..

— Утренняя кампания приветствий.

«...А, так она об этом».

Я с облегчением выдохнул.

— После утренней тренировки я заглянула посмотреть на тебя. А у тебя лицо такое мрачное, да и голос совсем тихий...

— Разве?

— Ещё как. Надо здороваться громче и радостнее, чтобы поднимать настроение всем, кто идёт в школу! Главное — это улыбка. Давай, улыбнись вместе со мной, Рё-чан!

Глядя на её светлую, жизнерадостную улыбку, я поймал себя на мысли: «Эту подругу детства, которая так обо мне заботится, я обязан беречь».

— И знаешь, если ты всю эту неделю как следует отработаешь на утренних приветствиях...

— М-м?

Неожиданно Мио остановилась и повернулась ко мне.

Она осторожно заправила за ухо прядь волос, приоткрыв порозовевшую щёку.

— ...Я бы хотела как-нибудь вознаградить тебя за старания.

— Вознаградить? — переспросил я.

Выдержав короткую паузу, Мио несмело предложила:

— Может, сходим куда-нибудь вместе в следующую субботу? Ну, знаешь... вроде как на свидание?

Весенний ветерок легко растрепал её волосы.

Чуть влажные глаза блестели, щёки раскраснелись. Мио казалась серьёзной, но до конца скрыть смущение не могла.

— ...Э-э? В смысле... это ведь...

— Н-нет! Я не в том смысле! Просто погуляем, как в старые добрые времена! Но ведь, когда парень с девушкой идут куда-то вдвоём, это же так называется, верно?!

— А, да! Всё нормально! Я понял! Я всё понял!..

Мы принялись наперебой оправдываться, всё сильнее путаясь в словах.

И тем не менее... Наверняка сейчас у меня до неприличия глупая улыбка.

— С у-удовольствием! Буду очень ждать!

Мой голос едва не сорвался, но я всё же сумел договорить.

Мио всё ещё смущалась, однако радостно улыбнулась и произнесла, будто доверяя слова весеннему ветру:

— Хи-хи, вот и славно... Я тоже буду ждать, Рё-чан.

Её простые слова моментально разожгли мой энтузиазм.

«...Отлично! Оставшиеся несколько дней на утренних приветствиях я выложусь на полную!»

Стоило повесить передо мной «морковку» в виде свидания, как шкала мотивации пробила потолок. Даже смешно от того, насколько же я простой.

Если кто-то назовёт меня идиотом за столь примитивный источник энергии, мне нечего будет возразить.

«Но меня это устраивает».

Ради свидания с девушкой, которая мне нравится, я готов горы свернуть.

И какие бы ловушки ни приготовила Фуюцуки Ниина, как бы ни пыталась запутать... я не сдамся!

А уходить из комитета или нет — спокойно обдумаю после свидания.

† † †

С того дня на утренних приветствиях меня словно подменили.

— Доброе утро! Доброе утро!

Я смотрел в лицо каждому проходящему ученику, ловил взгляды и бодро здоровался.

Поначалу ребята реагировали в духе «Это ещё кто?» или «Странный какой-то...», но на второй, а затем и на третий день мне всё чаще стали естественно отвечать: «Доброе утро» или «Здравствуйте».

И это почему-то было приятно. Я даже испытал лёгкую гордость.

Разумеется, иногда меня игнорировали.

Однако мысль о том, что Мио видит мои старания, удивительным образом сводила на нет любое разочарование.

Постепенно я осознал, что стараюсь уже не только ради награды-свидания. Мне захотелось стать председателем дисциплинарного комитета, которым можно искренне гордиться.

За переменами во мне молча наблюдала Фуюцуки Ниина.

Прочесть её мысли было всё так же невозможно, но в эти несколько дней она вдруг полностью прекратила бесстыдные игры под видом «секретных тренировок».

Возможно, у неё были на то свои причины, но терять бдительность не стоило.

И вот миновала неделя.

Без происшествий наступил последний день кампании утренних приветствий.

— Фу-ух... Хорошо, что дождя не было, — пробормотал я себе под нос, глядя на затянутое тучами небо.

Казалось, вот-вот ливанёт, но мне удалось продержаться до конца и не промокнуть. Наверное, сами небеса решили помочь тому, кто вознамерился хорошенько потрудиться.

Как бы то ни было, недельная кампания приветствий успешно завершилась. Я чувствовал удовлетворение от выполненной задачи.

— Сава-кун.

— ...М-м?

Я обернулся на неожиданный оклик. Позади с привычно ничего не выражающим лицом стояла Фуюцуки.

Раньше мне становилось не по себе от её пустых, лишённых эмоций глаз, но теперь я мог смотреть в них прямо. Должно быть, я всё-таки приобрёл толику уверенности.

— Сегодня после уроков собираемся в комнате дисциплинарного комитета. Будем подводить итоги кампании утренних приветствий.

— ...А-а, да. Понял.

— Остальным членам комитета я сообщу сама, так что тебе, Сава-кун, нужно только прийти.

Деловой тон, лёгкая отстранённость.

И всё же мне показалось, что в её глазах мелькнуло что-то необычное.

— Я сегодня дежурный, так что могу немного опоздать.

— Понятно. Тогда увидимся после уроков.

Фуюцуки развернулась и зашагала ко входу для учеников.

Провожая её взглядом, я слегка пожал плечами.

«...И что это было?»

Не то чтобы я чего-то ждал.

Но то, что за последние дни она не подстроила ни единой ловушки, вызывало странное чувство — то ли нехватку чего-то привычного, то ли разочарование... Всё это казалось до странности неправильным.

«...Хотя, наверное, дело вот в чём. За последнее время я, как председатель дисциплинарного комитета, заслужил хотя бы проходной балл?»

Удовлетворившись этим выводом, я тоже направился ко входу в школу.

† † †

После уроков, покончив с обязанностями дежурного, я заглянул в учительскую и направился в комнату дисциплинарного комитета.

— И всё же...

Я посмотрел на бутылочку с энергетиком в руке. Классный руководитель вручил её мне со словами: «Ты хорошо справляешься в дисциплинарном комитете. Возьми, если хочешь...»

— «Ядовитая гадюка, часть вторая: Извивайся, дракон!»[1]...

[1]: Отсылка к фильму с Брюсом Ли «Выход дракона» (англ. Enter the Dragon), где в японском названии-пародии иероглиф «гореть» (燃え) заменён на созвучный «извиваться/мучиться» (悶え).

Жуткое название. Звучит как порно-пародия.

Хотя эффект, наверное, мощный. От маленького пузырька исходила такая аура, будто выпьешь его — и три дня со сном можно попрощаться. Интересно, конечно, что там в первой части, но... прямо сейчас я пить это не рискнул и осторожно сунул энергетик в карман формы.

А если подумать... По пути в комитет я вдруг вспомнил апрель.

...Шёл первый день работы дисциплинарного комитета.

Мы никак не могли выбрать председателя и заместителя. Вдруг меня втихаря подозвал третьегодка — мой сэмпай из средней школы.

— А? Я — председатель?..

— Ага. Ты ведь не состоишь в клубах? Не хочешь попробовать? Третьегодки заняты последними турнирами и подготовкой к экзаменам. Поэтому у нас заведено, что председателем становится второгодка.

Он предложил это с такой лёгкостью, но я тут же замотал головой:

— Мне такое не по зубам...

— Да всё нормально. Звучит грозно — «председатель», но делать почти ничего не надо. Дисциплинарному комитету и заняться-то нечем, пока студсовет не позовёт.

Сэмпай ободряюще похлопал меня по плечу. Отказать было сложно.

— К тому же, в комитетах нашей школы можно назначать заместителей.

— ...Заместителей?

— Ну, знаешь, некоторые не могут приходить на собрания из-за клубов или других дел. Так что... не нужно надрываться. Всем плевать. Работай спустя рукава.

Тогда я подумал: «А почему бы и нет?» — и согласился.

Без всякого энтузиазма. Решил, что это всё равно лишь для галочки.

Но в последнее время ко мне пришло понимание. Слова «спустя рукава» всерьёз воспринял не кто иной, как я сам. Система превращается в фикцию, и ничего не меняется, пока кто-то не начнёт действовать. Всё это — результат нашего «почему бы и нет».

Понять это мне помогли слова Мио: «Мне кажется, главное — это то, что ты там делаешь и что получаешь взамен, Рё-чан».

Она была абсолютно права. Если не пытаться, ничего не изменится. В конце концов, всё зависит только от тебя.

«...Мио всегда права».

Вслед за этими мыслями перед мысленным взором предстала Фуюцуки Ниина. Точнее, её спина.

...Комната дисциплинарного комитета после уроков. Её хрупкий силуэт, когда она в одиночестве убиралась по просьбе учителя или невозмутимо подшивала документы. В этой тишине читалась искренняя серьёзность.

...Так было и в первый день работы комитета.

Никто её не заставлял. Она сама выдвинула свою кандидатуру на пост заместителя со словами: «Раз больше никого нет».

Разумеется, я знаю о её дьявольской натуре.

Поэтому не считаю её какой-то невероятной и не испытываю особого уважения. Но человек, способный молча трудиться там, где больше никого нет, наверное, по-настоящему силён.

Мне не хочется этого признавать, но в этом плане...

— Да нет, нет, нет, бред какой-то, столько всего было!..

Я замотал головой, отгоняя эти мысли. Но в глубине души не мог обмануть себя: я и впрямь начал иначе смотреть на Фуюцуки.

Почувствовав себя так, будто в чём-то проиграл, я тяжело вздохнул.

— М-м?

В кармане завибрировал телефон. Я достал его и посмотрел на экран. Пришло сообщение от Мио в LIME[2].

[2]: LIME — пародия на мессенджер LINE.

[Мио]: «Пойдём сегодня вместе домой?»

В конце короткого сообщения стоял стикер с милым пёсиком. Казалось бы, ничего особенного, но от текста повеяло такой теплотой.

[Рёго]: «Давай. Напиши в LIME, как закончится клуб».

[Мио]: «Ура! Тогда удачи в комитете!»

Мотивация мгновенно взлетела. Как только у Мио закончится клуб, зайду за ней. По пути домой можно будет заглянуть в какое-нибудь кафе...

Строя планы, я выглянул в окно.

— ...Дождь, значит.

К стеклу одна за другой прилипали капли. По лужам беззвучно расползались водяные круги. Пока что моросило, но, похоже, скоро ливанёт по-настоящему.

Но, как ни странно, настроение у меня не испортилось. Идти под одним зонтом с Мио — тоже здорово. Так я подумал.

† † †

— Извините за опоздание...

...Стоп, чего?

Я открыл дверь и обнаружил в комнате лишь Фуюцуки. Она что-то печатала на ноутбуке. Сама же говорила, что будем подводить итоги. Почему она здесь одна?

— Сава-кун, отличная работа.

— ...Ага.

Может, они уже закончили и разошлись? Нет, у меня какое-то плохое предчувствие.

— А где остальные?

— Я звала их. В нашей группе в LIME. Но у всех оказались дела.

— ...А? Группа в LIME?

— Ага. Группа дисциплинарного комитета... — Фуюцуки указала на лежащий на столе смартфон. — Так что я здесь одна. Мы решили: те, кто участвовал в кампании приветствий, потом просто заполнят анкету.

— А, ну... с этим проблем нет...

— А с чем есть?

Я почувствовал себя немного брошенным.

— Меня в этой группе в LIME нет. Я вообще только что узнал о её существовании...

Фуюцуки невозмутимо ответила:

— Ну так, когда я попросила твой LIME, ты сразу отказал, разве нет?

— ...А.

Вспомнил. Пару дней назад Фуюцуки предложила: «Давай обменяемся контактами в LIME». Тогда я заподозрил неладное и отказался, даже не спросив причину.

— ...Может, обменяемся?

— Ты уверен?

— Я всё-таки председатель как-никак...

Сразу подчеркну: дело не в том, что мне стало обидно. Исключительно ради блага дисциплинарного комитета.

И всё же... Я достал смартфон из кармана, но почему-то медлил. Фуюцуки, не обращая внимания на мои сомнения, протянула экран с QR-кодом. Я нехотя навёл камеру, и на дисплее высветилось: «Добавить в друзья».

Каждый раз об этом думаю: почему бы не написать «Добавить в знакомые»? Ведь не всегда человек тебе прямо друг.

— Тогда я отправлю что-нибудь для проверки.

— Да не надо...

«Дзынь!» — тут же пришло уведомление. Я открыл чат и...

— ...А? А-а-а?! Эй... это что?!

Она прислала мне фотографию. На снимке девушка в одном лишь банном полотенце сидела на кровати. Левой рукой она прикрывала глаза, а правой — оттягивала край полотенца на груди, дерзко демонстрируя ложбинку.

Даже с закрытыми глазами я мгновенно узнал в ней Фуюцуки.

— Ой... по ошибке отправила.

— Удали! Немедленно!

— Ну, это же личный чат. Да и удалять лень.

— Ты это специально, да?!

— Как хорошо, что не в группу скинула~.

Её голос звучал настолько безэмоционально, что притворство было очевидным.

...И вообще, зачем ей делать фотки в стиле девиц с секретными аккаунтами? Вот что меня волнует. Она что, реально ведёт такой аккаунт?

— ...Блин, это вообще-то нарушение дисциплины.

— Всё нормально. Я сфоткала это специально для Савы-куна. Так что всё в рамках правил.

— Да нифига не в рамках. Что значит «специально для Савы-куна»?..

Глядя на то, как у меня пропали все силы возмущаться, Фуюцуки прикрыла рот рукой и тихонько хихикнула. Я давно не видел, чтобы она смеялась. А вот мне было совсем не смешно.

— Давай оставим это, Сава-кун. Поможешь мне составить анкету?

— Ну ладно...

— Тогда садись рядом.

Фуюцуки как ни в чём не бывало похлопала по соседнему стулу.

— Рядом... что-то не хочется.

— Не веди себя как капризный ребёнок. Давай, садись быстрее. Ты председатель, так веди себя достойно.

Не дав мне и шанса возразить, она чуть ли не силой усадила меня на стул.

Я заглянул в монитор и увидел открытый шаблон опроса. Мы сидели слишком близко. От неё едва уловимо исходил привычный сладковатый аромат. Сердце предательски заколотилось.

...Нет, надо сосредоточиться.

— Так вот, насчёт этих вопросов...

Фуюцуки управляла мышкой и как бы невзначай придвинулась ближе. Наши плечи слегка соприкоснулись. Это длилось лишь мгновение, но мой мозг тут же отказался соображать.

— Здесь нужно... Сава-кун?

— Ч-что?

Я хотел сделать вид, что всё в порядке, но голос дрогнул.

— Ты что... нервничаешь?

— Ну, вообще-то да. Естественно...

— Но я ведь ничего не делаю. Почему?

— Да потому что... недавно тут всякое происходило...

Фуюцуки удивлённо склонила голову набок:

— ...Ты про секс?

— Я не про секс. И вообще, ничего не было.

...Что за дезинформацию она тут вбрасывает?!

— Шучу, шучу. Ты весь красный.

— Послушай... Ты же в дисциплинарном комитете. Ты хоть понимаешь, что больше всех эту дисциплину и нарушаешь?

— Я её не соблюдаю, а контролирую. Правда, в основном только Саву-куна.

— Твоё «в основном только» вообще лишено смысла...

И всё-таки, откуда это чувство несправедливости? Фуюцуки всё время ведёт себя расслабленно. Лишь я один вынужден сражаться с собственным сердцебиением.

— Но если ты краснеешь из-за таких мелочей, это никуда не годится. Как председатель дисциплинарного комитета, Сава-кун, ты должен выковать стальную психику. Она не должна дрогнуть перед пошлыми действиями девушек.

— Да не нужна мне такая психика. Я хочу нормально реагировать на пошлые действия девушек...

...И вообще, если в нужный момент у меня перестанет вставать, как она будет за это отвечать?

— Тогда, если сдашь тест, я больше не буду. ...Ложись туда.

Фуюцуки указала на то самое место на полу, где недавно меня оседлала.

Я надеялся, что это шутка. Но в её предельно серьёзных глазах не было ни намёка на смех.

— ...Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Нет, ну форма же испачкается...

— Тогда можешь просто полностью её снять.

— Логично, тогда форма не испачкается... Да с чего бы я на это согласился?!

Председатель дисциплинарного комитета, лежащий голышом на полу под девушкой — это полный финиш.

— Шучу я, шучу.

— Да ты всегда всё говоришь с каменным лицом. Пойди пойми, шутишь ты или всерьёз...

— Просто постели что-нибудь и ложись. На полке вроде должен лежать коврик для пикника.

На полке и впрямь нашёлся коврик. Не зря тут раньше была кладовка — всё что угодно можно отыскать.

— ...Мне реально это стелить?

— Это тренировка. Если сдашь тест, больше не буду.

Я тихонько сглотнул.

— Нет... я уже говорил, что с этим покончено. Я не буду.

— Почему?

— Потому что... ты же знаешь, что мне нравится Мио. Я не хочу делать того, что могло бы её расстроить...

— Правда? ...Тогда посмотри на это.

«Дзынь!» — Фуюцуки снова скинула мне что-то в LIME.

— Что это? Видео? И что за превью...

...«Секретная тренировка председателя дисциплинарного комитета» — это что ещё за название?! Даже обложку прилепила. Вот же заморочилась.

С тяжким вздохом я нажал на кнопку воспроизведения. На видео была комната дисциплинарного комитета. Судя по углу обзора, камеру поставили на среднюю полку шкафа... Э? Э-э?!

— Эй... это же?!

Я мгновенно побледнел. Это была запись того самого дня, когда Фуюцуки оседлала меня. Причём видео начиналось ровно с того момента, как она садится сверху, и заканчивалось тем, как я хватаю её за плечи. Ни того, что было до, ни того, что случилось после. Точнее, ролик так смонтировали.

— Кажется, я могу случайно отправить это в группу комитета в LIME.

— Ты... совсем спятила?! Если это разойдётся, мне конец. Да и тебе тоже! Мы же с тобой в одной лодке!

— Имеешь в виду, что про нас с Савой-куном пойдут слухи?

Я пребывал в жуткой панике, а Фуюцуки хоть бы хны. Более того...

— Меня это вполне устроит... Так ты всё ещё отказываешься?

С этими словами она расплылась в дьявольской улыбке.

† † †

В итоге я с неохотой расстелил коврик и лёг. Сквозь ткань ощущался холод, отчего кожа казалась чувствительнее обычного.

— ...Сразу говорю, всё будет как в прошлый раз. Даже если ты на меня сядешь, это не подействует. Ясно? И ещё: как закончим, ты удалишь видео. Обещай.

— Без проблем. ...А теперь закрой глаза.

— Чего? Зачем?

— Не задавай вопросов, просто закрой.

Я ничего не понимал, но послушно зажмурился.

Что бы она ни сделала, я останусь невозмутимым. ...По крайней мере, я так думал.

— Ну что, начнём?

Послышались шаги приближающейся Фуюцуки. Стук по полу сменился шуршанием по коврику. Наверное, сейчас она снова оседлает меня, как и в прошлый раз.

Я ждал именно этого, но...

— ...Э?

— Нельзя. Не открывай глаза.

Даже с закрытыми глазами я понял, где именно остановилась Фуюцуки.

...Прямо над моим лицом. Её ступни находились по обе стороны от моих ушей.

— Эй! Какого чёрта?!

— Объясняю правила тренировки. Сейчас я стою над твоей головой, Сава-кун. Твоя задача — не подглядывая, угадать цвет трусиков, которые на мне надеты.

...Чего?

— Эй, постой! Я вообще логики не улавливаю!

Какой смысл угадывать цвет её трусиков?

— Суть в том, чтобы проверить, сможешь ли ты представить мои трусики и при этом не возбудиться. ...Ведь ты не возбудишься от мыслей о белье девушки, которая тебе даже не нравится?

— Что за дешёвые трусики... то есть, дешёвая провокация?!

— Фу-фу. У тебя есть три вопроса и три попытки угадать. Ответишь неправильно — жди случайной рассылки.

— Это что, игра на выживание?! Угадать вслепую за три попытки нереально!

— Всё будет хорошо. ...Не думай, чувствуй[3].

[3]: Знаменитая цитата Брюса Ли из того же фильма «Выход дракона» (Enter the Dragon).

— Не смей использовать здесь цитату Дракона!

Пока мы перепирались, слух обострился. Я начал различать звуки с улицы.

Дождь уже лил стеной. Стук капель по стеклу гулко разносился по тихой комнате.

— Чёрт...

Мне ведь ещё с Мио домой идти. Нужно поскорее заканчивать с этой идиотской игрой.

Короче говоря, ничего представлять не нужно. Просто угадать — и дело с концом. Начну с главного.

— Вопрос! Однотонные или с узором?!

— ...Однотонные. И, возможно, Сава-кун их уже видел.

В памяти мгновенно всплыла картинка.

— Ч... чёрные кружевные стринги!

— Не-а, неверно. Не чёрные.

— Что?!

— И, к слову, про «кружевные стринги» уточнять было не обязательно. Мы ведь только цвет угадываем.

...Вот же! Проклятье!

— Но надо же, ты, оказывается, видел, что они были на мне надеты... Как стыдно.

Говорила она это явно весёлым тоном. Наверняка сейчас стоит там и лыбится.

Но главное... она только что конкретно обвела меня вокруг пальца.

Видимо, ролик начали снимать ещё до того, как я спалился и запаниковал из-за её белья. А потом она специально бросила это «возможно», чтобы подвести меня к ложному ответу.

Выходит, Фуюцуки с самого начала знала, что я тогда увидел те стринги.

...Эта девчонка просто издевается надо мной!

— Ну что ж, у тебя осталось два вопроса и две попытки.

— Чёрт... тогда, цветные или ахроматические?!

— Ахроматические.

...А? Да! Я выиграл!

Я был абсолютно уверен в своей победе.

Объясняю почему. Ахроматические цвета делятся на три основных: чёрный, серый и белый. В первой попытке я назвал «чёрные кружевные стринги» и ошибся. Значит, остаётся лишь два варианта: серый или белый. А у меня как раз осталось две попытки! Шанс два из двух — моя победа гарантирована.

— Тогда, белые!

— Не-а.

А значит, остаётся...

— Ах... ой... подожди секунду...

Фуюцуки вдруг заговорила дрогнувшим голосом. Неужели запаниковала, поняв, что я сейчас угадаю?

— А? Дай мне ответить!

«Дай мне назвать цвет трусиков, которые на тебе надеты» — звучит, конечно, весьма сомнительно. Но мне уже было плевать. Отбросив стыд и здравый смысл, я, как председатель дисциплинарного комитета... нет, как мужчина, просто обязан дать верный ответ!

Потому что меня ждёт Мио. Во что бы то ни стало я угадаю цвет её трусиков и пойду на встречу к Мио с высоко поднятой головой!

— Слушай... а можно изменить правила?

— С чего бы это?! Это нечестно!

— Может, и нечестно, но... понимаешь...

— Что «понимаешь»?!

Фуюцуки едва слышно произнесла:

— ...Я, кажется, без них.

…

……

………Чего?

— Поэтому... давай в конце будет выбор из двух вариантов: в них я или без них...

Её голос дрожал по-настоящему.

Это блеф? Или она серьёзно? Как вообще можно прийти в школу без белья? Здравый смысл отказывался это принимать. И если она без них, почему заметила это только сейчас?!

Я мог бы просто открыть глаза и проверить. Но если сделаю это... боюсь, многое в моей жизни закончится навсегда.

— Без... чёрт...

Нет, я не могу ответить... Стоп.

Даже если на ней их сейчас нет, до какого-то момента она же их носила, так? Раз уж затеяла такую игру, то наверняка помнит цвет сегодняшнего белья. А значит... Понял!

— Фуюцуки... будем играть по старым правилам! Я всё равно назову цвет, договорились?!

— А?! Х-хорошо! Ну и какой твой ответ?!

Я глубоко вдохнул и на выдохе во всю мощь лёгких закричал:

— Твои трусики сегодня… СЕРЫЕ!

Стоило мне это выкрикнуть, как дверь комнаты дисциплинарного комитета с грохотом распахнулась.

— Извините, можно войти? Рё-ча... а?

От неожиданности я распахнул глаза и повернул голову к двери.

На пороге стояла Мио. При виде открывшейся картины она замерла, совершенно лишившись дара речи.

— ...Рё-чан? Чем это вы... занимаетесь?

— Мио! Это... всё совсем не так!

В этот момент из кармана формы что-то выскользнуло. Бутылочка с энергетиком с глухим стуком упала на пол, покатилась и остановилась прямо у ног Мио. Подруга молча её подняла.

— «Ядовитая гадюка, часть вторая... Извивайся, дракон...»

Тихо прочитав название на этикетке, она медленно перевела на нас взгляд. На её лице не дрогнул ни единый мускул.

— Вот как... Значит, ты выпил это, и вы с Фуюцуки-сан устроили тут дракона...

— Постой... до чего ты там додумалась?!

— Значит, вот почему ты в последнее время вёл себя со мной так неловко...

— Мио, выслушай меня! Это недоразумение!

Казалось, она совершенно не слышала оправданий. Её глаза сузились, а затем...

«БА-БАХ!»

Вспышка молнии окрасила окно в ослепительно-белый, а грохот грома сотряс здание школы. Воздух вмиг похолодел, словно небеса подгадали момент.

...Но всё обернулось иначе, чем я представлял. Я думал, Мио обидится и расплачется. Но...

В следующее мгновение глаза Мио широко распахнулись. Её леденящий взгляд вонзился в Фуюцуки.

— ...Я ведь полюбила его первой.

Такого низкого и холодного голоса я от Мио ещё никогда не слышал.

...Страшно. Мне стало до безумия страшно.

Известное мне «WSS»[4] должно звучать скорее как отчаянный крик. Такого безжизненного, пропитанного жаждой крови тона я не знал.

[4]: WSS — аббревиатура от прозвучавшей фразы «Watashi no hou ga Saki ni Suki datta noni» («Я ведь полюбила его первой»).

«ШАРА-А-АХ!»

— Верни его. Верни моего Рё-чана. Я люблю Рё-чана...

Под раскаты грома в комнате эхом разносился тихий смех Мио.

С каким лицом сейчас смотрела на это Фуюцуки? Я хотел было поднять взгляд, но вовремя опомнился. С этого ракурса мне будет прекрасно видно всё, что скрывается у неё под юбкой. Я мог бы узнать правильный ответ в этой дурацкой викторине, но если сделаю это сейчас — мне точно конец.

Хотя, наверное, мне уже и так конец. И мне самому, и всем отношениям, что я выстроил с Мио.

А Мио, которая всегда была для меня ангелом...

— Ах... наконец-то я смогла признаться в любви... фу-фу... фу-фу-фу...

...Пала с небес.

«ШАРА-А-АХ! Грох-грох… ШАРА-А-АХ!»

***

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

В моём ТГК вся информация по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

Удобный Телеграм-Бот с навигацией по всем моим тайтлам: https://t.me/GodnessTeamNavigation_bot