Джаха хорошо знала своё место. Она не была ослепительной красавицей, способной заставить прохожих оборачиваться, и её фигура тоже не вызывала восхищения. Хотя она не страдала от лишнего веса, её тело было далеко от идеала и уж точно не выглядело соблазнительным.

Что касается умений в постели, способных очаровать мужчину, то и здесь она не блистала. Её первый опыт ограничился насильственным контактом с императором, во время которого она просто лежала, не зная, что делать. Она не пыталась льстить, не использовала женские уловки, не старалась расположить к себе лаской.

Объективно говоря, Джаха не была тем человеком, которого императору стоило выбирать повторно среди множества других женщин. Разовое любопытство или прихоть - возможно. Но дважды?

Как раз в тот момент, когда Джаха пыталась успокоить себя такими мыслями, прозвучал приказ:

"Ложись на кровать".

Её сердце сжалось от страха. Вся эта ситуация казалась абсолютно бессмысленной.

Почему?

Зачем снова она?

Во дворце наверняка было множество женщин красивее, опытнее, искуснее в любовных утехах. Наверняка многие мечтали привлечь внимание императора. Так почему же выбор снова пал на неё?

Дрожа как осиновый лист, Джаха покорно взобралась на кровать. Её тело ещё не полностью оправилось после прошлого раза. Что будет, если сегодня всё повторится? Она боялась не только боли - её пугала возможность необратимых последствий.

Император снял с неё нижнее бельё и вылил на её тело какую-то прохладную жидкость. От неожиданного прикосновения Джаха вздрогнула. И в тот же миг в неё вошёл его огромный член.

Жидкость, казалось, выполняла роль смазки, облегчая проникновение. Но размеры императора всё равно были таковы, что Джаха почувствовала, как её внутренности растягиваются до предела. Едва начавшие заживать ткани снова рвались, причиняя невыносимую боль.

Она содрогнулась, но император, не обращая внимания на её страдания, продолжал методично вгонять в неё свой член. Каждый толчок казался ударом ножа, разрывающим её изнутри.

В этот момент Джаха готова была отдать всё, лишь бы оказаться где угодно, только не здесь.

Член заполнил её полностью, до самой матки. От боли у неё потемнело в глазах, слёзы текли ручьём по щекам, но кричать она не смела.

Император с недовольством наблюдал за её окоченевшим телом. Ему не нравилось такое поведение - он ожидал хоть какой-то ответной реакции.

Внутри Джахи было настолько тесно, что даже смазка не помогала. Каждое движение причиняло ей адскую боль, а императору - лишь раздражение.

"Почему я снова выбрал её?" - мелькнула у него мысль.

"В прошлый раз тоже не было ничего особенного. Может, просто избавиться от неё?"

В этот момент до его ушей донесся тихий, едва слышный плач. Император перевёл взгляд на Джаху. Рабыня лежала, вся в слезах, её лицо было искажено гримасой боли.

"Как неэстетично", - пробормотал он, не прекращая движений.

Но вдруг он заметил капли крови на простынях. Остановившись, он вынул член и осмотрел его. Кровь, хоть и не слишком обильная, была явно видна.

Первой мыслью было подозрение в болезни. Но затем он вспомнил, как грубо обращался с ней в прошлый раз.

"Неужели это последствия той ночи?"

Он не помнил, чтобы отправлял к ней врача. В конце концов, зачем лечить то, что можно просто заменить?

Император задумчиво посмотрел на Джаху. На этот раз его взгляд был более внимательным, чем прежде.