Изола, все еще слабая и дезориентированная, с ужасом смотрела на разворачивающуюся перед ее глазами сцену.

Она с отчаяньем наблюдала, как усики все крепче сжимают скелет, пламя которого погасло, а плоть и кожа стремительно отрастали на костях.

"Нет, пожалуйста...", - стала умолять Изола слабым голосом, дрожащим из-за сильных эмоций: "Возьми меня обратно и отпусти его... Я буду твоей жертвой!"

Ее хвост превратился в ослабевшие ноги, которые дрожали из-за слабости.

Пошатываясь, Изола направилась к Ашеру, протянув руки, чтобы ухватиться за опутывающие его усики.

Ее пальцы вцепились в прочные усики, тщетно пытаясь ослабить их хватку. Девушка стиснула зубы, не желая поддаваться боли во всем теле.

Эмоции бурлили в ней, словно торнадо - смесь страха, вины и отчаяния. Изола поняла, что он расплачивается за попытку ее освобождения.

Она чувствовала гнев и отчаяние Кракена, так как тому не удалось полностью лишить ее жизненных сил. Но Изола не знала, почему вместо нее Кракен решил заманить в ловушку моряка.

(П.П. Дальше точка зрения от лица Ашера.)

Несколько мгновений назад Ашер стиснул зубы, когда усики сжали его, крепко и жестко, как сталь.

Он быстро понял, что не сможет освободиться, используя только силу. Отчаявшись, Ашер решил прибегнуть к последнему средству - Измерение Проклятых.

Но как раз в тот момент, когда он собирался телепортироваться, его глаза расширились от шока. Темно-зеленое пламя, некогда яростное и непоколебимое, погасло, словно его сдул сильный ветер.

В одно мгновение мана юноши упала до нуля, и он видел, как усики жадно высосали из него темно-зеленую ману, направляя ее прямо в сердце Кракена!

Холодный, ледяной ужас охватил Ашера, когда тот понял, что только что произошло. Из-за отсутствия маны он был вынужден вернуться в форму темного эльфа, а его плоть и кожа стремительно отрастали.

Осознание своей скорой гибели тяжким грузом легло на сердце Ашера. Без маны он не сможет телепортироваться в безопасное место, а Кракен продолжал неустанно истощать его здоровье.

Сквозь быстро затуманивающееся зрение Ашер видел, как Изола отчаянно вцепилась ногтями в усики, ее пальцы оставляли кровавые следы, когда она пыталась его освободить.

На лице Изолы читались ужас и решимость, а в глазах блестели непролитые слезы. Но, несмотря на все ее усилия, сознание Ашера начало угасать, ускользая, как песок сквозь пальцы.

Неужели он стал жертвой Кракена? Умереть в качестве жертвенного агнца... это была бы самая злая шутка на свете.

(П.П. Точка зрения переходит на поле боя.)

На поле боя раздавались взрывы магических атак и боевые крики - умбральфианды все еще вели кровопролитную войну с королевством Бладберн.

Но вдруг…

*КРРИИИИИ!*

Воины обеих сторон в замешательстве и шоке наблюдали за тем, как Кракен вдруг издал гортанный, полный боли вопль. Чудовище попятилось назад, потеряв равновесие, словно его сильно ранила невидимая сила.

Ноги чудовища задрожали, едва выдерживая его огромный вес.

На поле боя воцарилась жуткая тишина: солдаты с обеих сторон на мгновение прекратили сражение, пытаясь осмыслить представшее перед ними шокирующее зрелище.

Вассалы Ашера, включая Леонидаса, стояли среди растерянной толпы с расширенными от недоверия глазами.

Те, кто помогал в осуществлении дерзкого плана Ашера, как, например, Сети, были ошеломлены, глядя на ослабленного Кракена.

Никто из них и не предполагал подобного, и они не могли не задаваться вопросом, что же произошло внутри чудовища.

Когда Ашер только попал внутрь Кракена, Леонидас все это время чувствовал себя подавленным и размышлял, не напрасны ли их усилия. Он думал о том, что Королевский супруг умрет, а большинство из присутствующих даже не знали о плане из-за участия в войне.

У Сети была совершенно иная реакция. Ее лицо исказилось в раздраженном и одновременно довольном выражении. Из-за Ашера ни за что погибло много ее подчиненных, но, по крайней мере, она считала, что ей больше не придется иметь дело с этим дерзким ублюдком.

С другой стороны, ее мать, Мерина, прижала руку к груди и с надеждой и нетерпением все время смотрела на Кракена. Ей не хотелось верить, что Хозяин умрет, и она продолжала за него молиться.

И когда все увидели, что Кракен кричит от боли, лицо Мерины просветлело, как и у Леонидаса, который с изумлением, восторгом и облегчением крикнул солдатам: "У Королевского супруга все получилось!!! Мы достаточно отдохнули. Поэтому давайте выйдем на поле боя и выполним свой долг!"

Однако выражение лица Сети выглядело сложным. Конечно это хорошо, что Кракен ослаб, но не означает ли это, что Ашер все еще жив? Как такое возможно? Она не могла поверить в то, что ему удалось осуществить свой, казалось бы, невыполнимый план.

У Сабины же была другая реакция. Она наблюдала за происходящим с ликующей ухмылкой, на мгновение затаив дыхание. Затем девушка начала тихо и зловеще смеяться, а ее глаза заблестели недобрым весельем.

'Ох, Ашер', - пробормотала про себя Сабина, облизывая в предвкушении губы: 'Сколько же секретов ты скрываешь? Ты заставляешь меня разгадать их и присвоить себе'.

В этот момент Ровена ожесточенно сражалась с королем Мораксором и тремя его генералами, а ее кнут рассекал воздух, словно злобная змея. Вокруг девушки плясали языки пламени, а ее багровые глаза ярко сияли.

Пока Ровена мастерски атаковала кнутом, ей вдруг пришло тревожное сообщение, и она с дрожью в глазах посмотрела на Кракена, а выражение ее лица стало серьезным.

С болезненным воплем Кракен попятился назад, пытаясь отступить в безопасное место, в море.

"Ашер...", - прошептала девушка, и ее глаза расширились от шока и беспокойства. Меньше всего она ожидала услышать, что он находится в брюхе Кракена.

Даже Пожиратель душ не сможет долго продержаться внутри чудовища. Думая о возможной смерти Ашера, у нее болезненно сжалось сердце. (П.П. S-ранг.)

Но эта кратковременная рассеянность обернулась серьезной ошибкой. Воспользовавшись случаем, король Мораксор и его генералы начали скоординированную атаку на растерянную королеву.

*БУМ!*

Оглушительный взрыв раздался в воздухе на тысячи футов, когда объединенная сила их атаки отправила Ровену в полет на десятки футов. (П.П. Чуть больше пол километра / около 6 метров.)

У каждого в армии королевства Бладберн перехватило дыхание и замерло сердце, а боевой дух пошатнулся, когда они увидели, что в их королеву попала ужасающая, совместная атака Пожирателя душ и трех Очистителей душ. (П.П. S-ранг и A-ранг.)

После такой атаки даже низкоуровневый Пожиратель душ не смог бы подняться на ноги.

Сила, с которой Ровена рухнула на землю, образовала воронку, а вокруг нее возникло облако пыли.

Девушка медленно поднялась на ноги и дрожащей рукой вытерла кровь, стекающую по губам. Ее лицо и тело были покрыты ранами и синяками, которые наглядно показывали совершенную ошибку.

Король Мораксор и его генералы шагнули вперед, и на их лицах отразились облегчение и неверие. В тот самый момент, когда они думали, что обречены, так как их хранитель издал громкий болезненный вопль, им удалось серьезно ранить королеву Бладберн.

Мораксор испытывал сильное беспокойство и тревогу, ведь Кракен ни с того ни с сего вдруг ослабел. Но он не осмеливался отвлекаться на другие мысли, особенно когда был так близок к победе над королевой Бладберн. Как только она падет, победа в войне будет за ними и без Кракена.

Мораксор поднял скипетр и обратился к раненой королеве, которая стояла к нему спиной: "Это было неожиданно, королева Ровена, я и не думал, что вы ослабите бдительность посреди боя. Но у меня есть милосердие. Я пощажу вашу жизнь, если вы и ваше королевство сдадитесь нам. Обе наши стороны понесли достаточно потерь. Вашему королевству незачем тратить попусту еще больше сил".

Внутри Ровены поднялся гнев, когда слова Мораксора эхом прозвучали в ее голове. Ашер не рисковал бы своей жизнью, если бы Мораксор и его народ не развязали эту войну.

Она понимала, что Ашер каким-то образом стал причиной ослабления Кракена.

Но осознание, что он сделал это ради нее, и мысль о возможной смерти Ашера лишь разжигали ее ярость в разбитом от горя сердце.

Клыки Ровены медленно удлинились, а некогда светлая кожа и лицо стали неестественно бледными с жуткими демоническими багровыми линиями, которые придали ей леденящий душу вид.

Даже воздух вокруг нее, казалось, сгустился из-за злобной темной энергии.

Мораксор и его генералы нахмурили брови, почувствовав резкое изменение в ауре. Они не могли поверить, что девушка осмелилась продолжить сражение после получения столь мощной атаки.

Но поскольку ее аура продолжала резко меняться, они не могли не сделать шаг назад, и их охватило чувство тревоги.

Мораксор крепче сжал свой скипетр, готовясь к нападению.

Но прежде чем они успели отреагировать, Ровена быстрым движением вытянула руки вперед, и в воздухе появилась маленькая точка тьмы.

*ВШУУУУУ!*

Внезапно перед ними возник водоворот из крови и огня, а воздух наполнился жутким свистом, когда сингулярность начала безжалостно притягивать все вокруг. Поле боя потемнело, ведь зловещая тьма начала понемногу засасывать даже свет.

Мораксор и его генералы встревоженно переглянулись, заметив, что их ноги волочатся по земле: адский вихрь затягивал их, а сила притяжения становилась все сильнее.

Король умбральфиандов знал, насколько ужасающ мистический путь, и, увидев силу Ровены, понял, что ее путь специализируется на сгибании силы, то есть подчинении гравитации своей воле, что потрясло его до глубины души.

Эта сила принадлежала основателю королевства Бладберн, Пожирателю, которого все очень боялись! Мораксор не ожидал, что кто-то столь юный, как она, уже овладеет этой мощью!

Он даже не смел думать об атаке и использовал все свои силы для сопротивления, благодаря чему ему удалось едва избежать вихря. Однако с тела Мораксора все же содрало часть кожи и чешуи, что заставило того поморщиться, когда он вцепился в землю и попытался убраться как можно дальше.

Но, к его сожалению, генералам так не повезло.

Страшный вихрь затянул в себя не только их, но и все, что находилось поблизости, оставляя за собой лишь разрушение.

Три генерала с расширенными от ужаса глазами оказались в плену у этой потусторонней силы.

"Аааргх!!!"

Видя, как страдают их могущественные генералы, сотни умбральфиандов бросились к кровавому вихрю, чтобы помочь им, несмотря на страх в своих сердцах.

Но стоило им приблизиться к багровому вихрю на расстояние сотни футов, как их кожа и плоть, беспомощные перед непреодолимой силой, срывались с костей и затягивались в центр дьявольского вихря. (П.П. 30 метров.)

Те, кто находился на поле битвы, могли лишь в шоке и ужасе наблюдать за тем, как сила королевы Бладберн не проявляет милосердия и не щадит ничего.

Казалось, сама земля задрожала под тяжестью ее высвободившегося гнева.

Еще большее потрясение вызвало то, что сила Ровены затягивала не только плоть и материю, но и энергию, поглощая все атаки, которые посылали в ее сторону умбральфианды в отчаянной попытке остановить девушку.

И как будто этого было недостаточно, из притянутых умбральфиандов высасывалась энергия крови, которая подпитывала окружающее пламя. А пламя, в свою очередь, излучало потоки багровой энергии, которую Ровена начала поглощать.

По мере того как она поглощала энергию их крови, ее раны быстро затягивались, а аура становилась все сильнее и опаснее.

Отчаянные крики притянутых умбральфиандов заглушались какофонией бурлящего вихря и пламени, когда они были поглощены его хищными объятиями. Некогда могущественные генералы и другие умбральфианды превратились в ничтожные подобия самих себя, их тела распались, а последние остатки сущности были безжалостно поглощены.

Воздух потрескивал от темной энергии, пока кровавый вихрь утолял свой голод. В конце концов не осталось ни единой частички их сущности - все поглотила Ровена, вселив ужас в сердца всех, кто стал свидетелем этого жуткого зрелища.

Она буквально казалась неприкосновенной, что повергало всех умбральфиандов в еще большее отчаяние, особенно после случившегося с их хранителем.

Им казалось, что перед ними предстала богиня демонов, вышедшая из глубин самого ада, а ее пылающий багровый вихрь продолжал сжигать и пожирать умбральфиандов, которые все еще осмеливались на нее нападать.

Ровена даже не обратила на них внимания, подняв взгляд к неспокойному черному небу, где все еще клубился едкий туман Кракена.

Среди хаоса битвы она холодным и властным голосом прорезала грохот мечей и боевых криков: "Фларалис, ко мне!"

По ее зову массивная змееподобная фигура рассекла едкий туман, клубящийся над головой.

*РООАААР!*

С громоподобным ревом Фларалис стал к ней спускаться, а его чешуя мерцала в свете поля битвы. Едкий туман опалил его чешую, но дракон, казалось, был неустрашим, продолжая снижаться.

Воздух задрожал, когда величественный зверь завис над ней, а его мощные крылья подняли вокруг них неистовый порыв ветра.

Изящным, плавным движением Ровена выгнула спину, и из ее плеч выросли угольно-черные крылья в форме косы. Внутренние стороны крыльев светились багровым светом, а из их нижних краев, словно зловещие живые тени, тянулись усики.

Умбральфианды могли лишь беспомощно наблюдать за происходящим, ведь даже если бы они захотели, у них не было возможности прорваться сквозь кровавый вихрь или спастись от гнева пятидесятиметрового дракона.

Ровена подпрыгнула в воздух и взмахнула драконоподобными крыльями, взлетая к своему дракону.

Как только она приземлилась на широкую чешуйчатую спину Фларалиса, дракон с оглушительным ревом яростно взмахнул своими мощными крыльями.

Вместе они поднялись в небо - ужасающий дуэт, несущийся сквозь пыльный воздух к Кракену. Решимость Ровены подталкивала дракона лететь со всех сил, ведь она отчаянно хотела спасти Ашера, не желая мириться с тем, что он уже может быть мертв.

Ведь если, после пережитого в своей жизни, она смирится и с этой утратой, сердце Ровены может не выдержать.