После разговора с узником в подземелье Мадлен кое-что узнала, это не было явной зацепкой, но всё же могло привести её к разгадке. Речь шла о том самом флаконе. Четыре года назад, когда она и её сестра Бет бродили по ярмарке в деревне, та как заворожённая остановилась у лотка с причудливыми стеклянными сосудами.

— Сколько это стоит?— спросила Бет, слегка задирая подбородок. Её глаза блестели от любопытства.

Продавец, сначала не обративший внимания на тихий голос, замер, разглядев юных девушек.

— Двенадцать никелевых монет, — ответил он, и Бет фыркнула:

— Двенадцать? За крохотную бутылочку? Не многовато ли?

Мужчина рассмеялся, взял в руки стеклянный пузырёк с вытянутым горлышком:

— Тогда берите те, что за четыре монеты. А эти — редкость. Делал их мастер из Йоркшира. Лет пятьдесят назад, и больше таких нигде не сыщешь.

Теперь, вспоминая тот разговор, Мадлен гадала: могли ли существовать подделки, точь-в-точь повторяющие оригинал? Ведь мошенники часто копируют редкие вещи, выдавая за свои. Однако за эти годы она так и не встречала похожих сосудов. Может, стоит попросить короля показать ту бутыль? Если она опознает стиль, то останется лишь выяснить, кто в замке связан с Йоркширом...

Продвигаясь дальше по коридорам, Мадлен неожиданно оказалась в части замка, куда раньше не заглядывала. В воздухе витали запахи специй и дыма — она вошла в королевскую кухню.

Слуги, занятые работой, на мгновение обернулись на вошедшую леди, но тут же вернулись к своим делам. К Мадлен подошёл мужчина, наблюдавший за кухней — лысый, в одежде чище, чем у остальной прислуги. Его нахмуренные брови сдвинулись, а его красные глаза уставились на неё.

— Чем могу помочь? — спросил он, и в голосе сквозила натянутая вежливость.

— Вы главный повар? — Мадлен уловила лёгкий кивок. — Мне бы хотелось узнать рецепт сегодняшнего завтрака. Не могли бы вы его повторить?

Главный повар уже открыл было рот, чтобы спросить, кто она такая, но, разглядев наряд и украшения леди, лишь махнул рукой в сторону двери:

— Давайте выйдем. Здесь слишком жарко от очага.

Мадлен кивнула, хотя жар кухни напоминал ей родной дом — тесную избушку, где дым от очага вечно застревал под потолком. Но ей нужно было увести повара подальше от любопытных ушей.

Нельзя, чтобы меня заподозрили в подслушивании, — подумала она, следуя за мужчиной. Мысль о возвращении домой всё ещё теплилась где-то в глубине, но сейчас её больше волновала судьба узника. Он невиновен, — убеждала себя Мадлен, прежде чем спросить:

— Как вы готовите бульон из ягнёнка? Чувствовался перец, но что-то ещё...

— Леди Мадлен, что вы здесь делаете?

Голос Софи прозвучал как удар хлыста. Вампиресса стояла в дверях, а за её спиной маячила служанка — та самая, что следила за каждым шагом Мадлен. Видимо, она уже доложила обо всём.

— Леди Софи, — главный повар почтительно склонил голову перед вампирессой. Та ответила лишь холодной улыбкой.

— Я полагала, вы отдыхаете, — прозвучало сладким ядом из её уст, — потому и не тревожила. Знай я, что вы слоняетесь по кухням — избавила бы себя от этого утомительного визита. (Страдалец: Софи намекает, если бы она заранее знала, что Мадлен бродит по кухне, то не стала бы приходить туда вообще.)

Как оригинально — скучать в собственном обществе и искать развлечений здесь, — мелькнуло у Мадлен в голове.

— Что привело вас сюда? — Софи сделала шаг вперёд, и её глаза сузились, словно пытаясь прочесть скрытые мотивы.

Мадлен сохранила безмятежное выражение лица:

— Интересовалась рецептами замковой кухни.

— Неужели не умеете готовить? —вампиресса приподняла бровь с преувеличенным ужасом, будто услышала о святотатстве. — Деревенские девушки обычно мастерски управляются с котлом. Как жаль, что ваши вкусовые рецепторы столь… неразвиты.

Мадлен почувствовала привычный укол. Каждая фраза Софи — шип, обёрнутый в шёлк.

— Рада, что вы компетентны в этом, —парировала она, нарочито мило улыбаясь. — В наших краях ходят слухи, будто благородные дамы лишь куклы в кринолинах* — и косичку без горничной заплести не способны.

Улыбка Софи на мгновение превратилась в оскал, но вампиресса сдержалась. Человечка не назвала имён — лишь бросила камень в сторону «высшего общества».

— Теперь вы знаете правду, —голос Софи зазвучал как скользящая по шее сталь, — и сможете избегать глупых предрассудков. Но будьте осторожны — после недавнего инцидента с ядом… — она намеренно замедлила речь, — подозрения ведь могут упасть на кого угодно.

С этими словами вампиресса развернулась, её платье взметнулось вслед за ней, словно крыло ворона.

*Кринолин – жёсткая льняная или хлопковая ткань, предназначенная для придания юбке требуемой формы. Что-то типо подъюбника.