В первый раз, когда Кэлхун встретил Мэдлин в бальном зале, хотя и почувствовал, как она прибывала потерянной в море людей, вампир увидел искру в ее глазах.

— Это такая утомительная работа. Что, если у тебя не получится? Мужчине нужно будет найти другую работу, а это только увеличит дистанцию между вами из-за нехватки времени и заботы. Но если ты обратишь внимание в мою сторону, Мэдди - он сделал паузу, чтобы девушка могла осознать его слова:

— Ты никогда не почувствуешь себя заброшенной. Я позабочусь о том, чтобы осыпать тебя любовью и заботой.

— Служанками, выполняющими мои приказания купать и одевать меня? Заставите меня носить кукольную одежду? - спросила Мэдлин.

Калхаун наконец отошел назад, чтобы теперь он мог встать перед ней:

— Не расстраивайся. Если ты не хочешь, чтобы горничные помогали тебе, я лично позабочусь обо всем, что тебя тревожит - и Мэдлин сглотнула, услышав это, потому что знала, что этот мужчина не шутит. Девушка бы сочла это игрой, если бы он не одел ее несколько дней назад. Она вспоминала то, как этот вампир затягивал ей корсет и заставлял одеваться, как будто Мэдлин не была способна выполнить такую ничтожную задачу сама. Девушка покачала головой.

Затем он взял ее за руку, держа ее и целуя тыльную сторону ладони, не сводя глаз:

— Я тебя не разочарую.

«Зато напугаете» - подумала Мэдлин про себя.

— Перестань думать о негативных вещах. Дай мне шанс, не оглядывайся в прошлое - сказал ей король, и Мэдлин нахмурилась. Она поджала губы, и ей показалось, что поцелуй на ее руке оставил ожог на коже, который начал распространяться по каждой части ее тела.

Благодаря сегодняшнему судебному заседанию Мэдлин поняла разницу в позиции Кэлхуна и Джеймса. Если король не хочет отпускать ее, а он не хочет, она ни за что не сможет сбежать отсюда. Джеймс был так же беспомощен, как и Мэдлин, и ни у кого из них не было сил и возможностей что-либо делать, кроме как выполнять приказы короля. Кэлхун предупредил только на этот раз, но если бы Джеймс сделал что-то еще, Мэдлин сомневалась, что все было бы так же спокойно.

— Что, если вы меня возненавидите? - девушка удивила его вопросом.

Кэлхун наклонил голову в ответ:

— Трудно ненавидеть того, кого любишь.

Губы Мэдлин задрожали:

— Что, если вы бросите меня в будущем?

Она знала, что этот вопрос был острым как лезвие меча. И, как и ожидалось, Кэлхуну эта идея не понравилась. Он потянул девушку за руку, которую держал до этого, притягивая ближе.

Другая рука вампира пробралась к ее волосам, нежно погладив их, и этого было достаточно, чтобы ее нервы задрожали:

— Почему ты задала этот вопрос? - мужчина переспросил ее спокойным и холодным тоном. Его глаза не выглядели сердитыми. Возможно, было бы намного лучше, если бы он был зол, чем вот так, с пассивным выражением на лице:

— Хм?

Если бы это было возможно, душа Мэдлин покинула бы тело из-за стресса, который сейчас испытывала девушка, но она сама навлекла это на себя. Где-то это заставило ее задуматься, не была ли она какой-то мазохисткой, продолжающей дразнить льва только для того, чтобы на неё набросились:

— Мне нужно немного пространства - прошептала она, и, к ее удивлению, вампир отпустил ее.

— Вот так. Пространство, в котором ты нуждаешься, полностью твое - сказал он, увидев, как напряженное плечо Мэдлин немного расслабилось:

— Но...

«"но"?» - подумала она и посмотрела в глаза королю.

— Пространство будет только до тех пор, пока я тебе его даю. Мне бы не понравилось, если бы я не мог контактировать с тобой.

Мэдлин не знала, как на это реагировать. Этот мужчина дает ей пространство, но в то же время и нет.

— Присоединяйся ко мне за завтраком - сказал он, прежде чем сделал медленный и неторопливый шаг назад. На губах Кэлхуна теперь появилась озорная улыбка.

Он больше не приставал к письму, и Мэдлин решила сменить тему, чтобы ее семья не попала под его вопросительный взгляд. Девушка не могла гарантировать, что Калхун не расскажет им о скандальных событиях, произошедших за последние несколько часов и дней с тех пор, как они видели дочь в последний раз.

Когда они вошли в столовую, Мэдлин почувствовала дыхание дракона, который уже занял место рядом со стулом Кэлхуна за обеденным столом. Вампир занял свое место, и Мэдлин тоже. Она взглянула на Софи, которая пристально смотрела на нее. Кэлхун выставил сестру, чтобы провести время с этим человеком. Если бы Софи была свирепой собакой, можно было бы увидеть, как она рычит на Мэдлин.

Когда принесли еду, даже Теодора попросили присоединиться к столу, и король спросил:

— Вы отослали этого человека обратно?

— Да, милорд. Он сказал, что потребуется несколько дней, чтобы завершить работу, а потом он принесёт заказы сюда.

— Хоть что-то отвлечёт ее от спасения принцессы - прокомментировал Кэлхун, как будто Мэдлин здесь не было, но девушка никак не отреагировала. Чем более взволнованной она казалась, тем больше этому мужчине нравилось, и Мэдлин постепенно начинала успокаиваться рядом с ним.

С другой стороны, Софи была очень недовольна тем, что Кэлхун выгнал ее из зала суда. Не в буквальном смысле, но пренебрежительный тон, который ее брат использовал, был чем-то, что ей не понравилось. Когда с завтраком было покончено, вампирша тихо ускользнула от них, чтобы направиться в зал галереи. С тех пор как она прибыла в замок и увидела Мэдлин, идущую в пальто Кэлхуна, она не могла не задаться вопросом, король просто нарисовал девушку или произошло что-то большее?

Если она могла нормально ходить, это означало, что Кэлхун ее не трогал, но Софи хотела найти подтверждение. Добравшись до комнаты, она начала искать свежий холст, который был написан недавно. Вдруг ее взгляд упал на картину, которая была накрыта. Закусив губу, вампирша направилась к ней, ее рука потянулась, когда она услышала шаги позади себя.

Обернувшись, Софи заметила, что это был не Кэлхун, а его правая рука, Теодор:

— Вам не следует быть здесь, леди Софи - сказал он с поклоном.

Губы девушки скривились. Она подошла и остановилась прямо перед ним:

— Почему бы и нет?

— Потому что это личное галерея короля, и ему не нравится, когда кто-то вторгается сюда - вежливо ответил ей Теодор.

Софи ухмыльнулась, услышав это:

— Тебе не нужно беспокоиться об этом, Теодор. Когда я буду той женщиной, которую король сделает своей, такие мелочи не будут иметь значения - она сделала шаг вперед:

— Ты это знаешь, не так ли?

Мужчина не двигался, но оставался спокойным. Софи Уилмот была двоюродной сестрой короля. Ее мать была сестрой предыдущего короля, что делало ее важной персоной. Для мужчины не было ничего нового в ее намерениях стать королевой Девона. С тех пор как она начала понимать, что такое королевства и земли, какая с этим связана власть, Софи начала добиваться Кэлхуна.

— Да, миледи - согласился Тео с ее словами.

— Это приятно слышать - заявила Софи, и милое выражение на ее лице изменилось.

— Как долго ты будешь продолжать вести себя как личный слуга Кэлхуна? Тебе тоже следует подумать о себе. Ты помогал ему и был с ним столько лет. Ты должен быть вознагражден чем-то большим, чем просто одеждой. Я обязательно дам тебе более высокую должность, когда придет время - сказала вампирша, положив руку ему на грудь с небольшой доверительной улыбкой на губах.

— Это очень любезно с вашей стороны подумать о том, чтобы выровнять мое положение, леди Софи - сказал он, как будто был благодарен.

Софи знала, что мужчина согласится:

— А теперь позвольте мне взглянуть на эту картину. Это единственно правильно, поскольку я будущая королева - сказала она, отвергая слова, сказанные ей ранее.

Не успела она сделать и двух шагов, как Теодор остановил ее, и Софи перевела взгляд на мужчину.

— По приказу короля никто не должен входить в эту комнату без его разрешения. Я не могу ослушаться его.

— Я будущая королева.

Теодор поклонился ей, чтобы сказать:

— Я буду полностью поддерживать вас, когда вы станете королевой - затем он вежливо улыбнулся ей:

— Позвольте мне проводить вас обратно.