Он не убирал рук от стены, зажав Мадлен именно там, где хотел, совершенно не заботясь о том, что кто-то из слуг может их застать. И одна из горничных действительно вышла из кухни. Хотя Мадлен отчаянно хотелось отстраниться, Кэлхун и не думал её отпускать. Его руки приблизились ещё ближе, словно сокращая то небольшое пространство, что ещё оставалось между ними.

— Что же мне теперь с тобой делать? — протянул Кэлхун. — Ты сама сказала: я могу поступать, как пожелаю. Не каждый день услышишь от тебя такие… любезные слова.

— Ты прекрасно понял, что я не это имела в виду!..

– Уверена? — Его губы искривила хитрая ухмылка. — Судя по тому, как дрожит твой голос и как трепещут эти нежные губы… ты сама хочешь, чтобы я продолжил. Ты же знаешь, как я жажду, — он наклонился к её уху, — а ты так мило разрешила утолить мою жажду.

Мадлен помнила, как Софи вышла из коридора пару минут назад, и теперь отчаянно надеялась, что та вернётся. Может, это заставит Кэлхуна наконец отступить. Он ловко вырвал из её слов только то, что было выгодно ему, игнорируя остальное.

— Я не готова! — слова вырвались , когда его лицо сместилось от её щеки к уху, губы почти касались кожи.

— Значит, когда-нибудь будешь готова? — его дыхание обожгло ухо, вызвав мурашки на шее. Калхун заметил, как побелела её кожа, и улыбнулся ещё шире, обнажив клыки. Её сердце билось с таким прерывистым ритмом, что напоминало музыку — сладкую мелодию, под которую хотелось танцевать. Ни одна женщина до неё не заставляла его слышать так ясно каждый вздох.

Мадлен стиснула зубы. Каждое её слово оборачивалось против неё. Может, лучше просто молчать?

Но Кэлхун не собирался отступать. Ему хотелось досадить ей, спровоцировать на ошибки, чтобы использовать их в своих целях. Он не был святым, а скорее воплощением хитрости, которой не было равных ни в королевстве Девон, ни в других землях. Отстранившись от девушки, он схватил ее за запястье.

Они шли через бесконечные коридоры, а Мадлен даже не могла представить, куда они направляются. Замок был настоящим лабиринтом — чтобы научиться здесь ориентироваться, не кружа на одном месте, потребуются месяцы на освоение территории. Слуги, попадавшиеся на пути, замирали в поклонах, пропуская короля и избегая встречи с его глазами.

— Куда мы идем? — сердце Мадлен учащенно забилось. Они оказались в незнакомой части замка.

— Увидишь, — спокойно ответил Кэлхун. В его голосе мелькнула игривая нотка, от которой ей стало тревожно.

Когда они остановились перед массивными дверями, он распахнул их, впуская ее в просторную комнату с одинокой кроватью под шелковым балдахином.

— Что выберешь: кровать или кушетку? — его вопрос заставил холодную каплю пота скатиться по ее спине.

— З-зачем? — выдохнула она.

— Как думаешь? — он наклонил голову. Широкая улыбка слегка смягчилась, но от этого не стала менее устрашающей. — Выбирай.

Мадлен сжала губы. Слезы сейчас ничего не изменят, да и заплакать в этом состоянии казалось невозможным. Она метнула на него взгляд, полный смятения, всё еще пытаясь понять его игру.

Выражение Кэлхуна изменилось. Он приподнял бровь, отступив на пару шагов, будто давая ей пространство, которое в любой момент мог отнять.

— Ты считаешь правильным заставлять своего короля ждать? — спросил он. Мадлен сжала ладони в кулаки, взгляд метнулся от кровати к кушетке.

— Я хочу пить, — добавил он, и девушка наконец поняла, зачем он привел ее сюда.

— Т-ты будешь пить мою кровь? — голова ее закружилась, словно от приближающегося обморока. Но симуляция не сработает — он сразу раскусит ложь. Любая глупость лишь усугубит положение.

Несмотря на страшные истории о ночных созданиях, выпивающих людей досуха, Мадлен пыталась убедить себя, что всё будет в порядке. С момента их первой встречи прошло всего семь дней.

Семь дней — и вот к чему это привело.

Когда Кэлхун проигнорировал ее вопрос, нервы окончательно сдали:

— Я же говорила, что не против, если ты будешь пить у других! Пей у них сколько угодно, я не возражаю! — она закрыла глаза, молясь, чтобы он внял ее просьбе. Какой же кошмарный способ ухаживания!

Открыв глаза, она обнаружила Кэлхуна в сантиметре от себя. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Неужели король умел перемещаться так быстро и бесшумно? Прям как охотники, подкрадывающиеся к своей добыче...

— Я не посчитаю это изменой... если ты выберешь других женщин, — прошептала она. Но он лишь смотрел, не реагируя.

— Ты сделаешь выбор, или мне решить за тебя? — спросил Кэлхун, словно не слыша ее слов.

Выхода не оставалось:

— Возьми мою кровь через несколько дней. Через месяц? — она пыталась выиграть время. Вдруг к тому моменту он передумает?

— Тебе нравится кровать? — он намеренно игнорировал ее попытки. Глаза Мадлен расширились.

— Кушетка.