Каждый раз, приходя сюда, она ощущала тяжесть в груди. Но сегодня было странное ощущение лёгкости. Она смотрела на золотистые рябь на воде и никак не могла отвести взгляд.

«О чём задумалась?» - раздался мягкий голос, и чья-то ладонь легла ей на плечо.

Она вздрогнула и подняла глаза.

«Дедушка!»

«Ах ты, шалунишка…сломаешь мне спину!» - проворчал он, когда внучка, не раздумывая, повисла у него на шее, уткнувшись лицом в его грудь. Тёплая рука ласково погладила её по спине.

«Я так скучала по тебе, дедушка…»

«Глупышка. Даже не вспоминала о старике, пока встречалась со своим кавалером.»

«С кем это я встречалась?»

«Ну, с тем здоровяком.»

«С Шароном?»

«Да-да, с этим красавцем, как его там…»

«…Мы расстались.»

«Ах вот как. Значит, он обидел мою внучку? Тогда дедушка ему задаст хорошую трёпку.»

Она нервно повела носом и, выскользнув из его объятий, покачала головой:

«Я не могу.»

«Почему? Ведь это не твоя вина.»

«Но разве я в прошлой жизни, это не тоже я?»

«Разве ты сама не говорила, что прежняя ты - уже другой человек?»

Эти слова вдруг прозвучали для неё надменно и наивно. Она тяжело вздохнула.

«Он пытается искупить свою вину, добровольно принимая наказание от меня. Я знаю, что он изменился, но не хочу, чтобы его вина управляла моей жизнью.»

«Но ведь и ты делаешь то же самое.»

«Я?»

«Да. Ты тоже используешь его, чтобы наказывать себя.»

«Что? Нет, я не ищу в других способа облегчить свою вину!»

Дедушка осторожно заправил ей волосы за ухо.

«Но ведь ты думаешь о нём при каждом удобном случае. Если бы хотела по-настоящему избавиться от боли разлуки, перестала бы возвращаться к нему мыслями. А сейчас ты думаешь о нём даже больше, чем о собственным дедушкой.»

«Это неправда…Я ведь думаю и о тебе, дедушка. Просто…это другое.»

«Человек всегда старается избегать воспоминаний, что причиняют боль. Так вырабатывается иммунитет души. Со временем одни и те же воспоминания перестают рвать сердце и становятся лишь тихой тоской. Это и есть способность адаптироваться.»

Она молчала.

«Но ты не позволяешь себе забыть. Ты вновь и вновь возвращаешься к нему, и каждый раз ранишь себя всё сильнее. Это похоже на пытку.»

Дедушка был прав: не проходило ни дня, чтобы она не думала о Шароне. Она клялась освободиться от боли, но сама же снова погружала себя в неё.

«Ты мучаешь себя, отталкивая его. Всё ради того ребёнка…»

Она резко отвела взгляд.

«Того ребёнка ведь даже не было на свете. Кто-то должен быть виноват…»

«Эйрин, я не говорю, что вина на тебе. Я знаю, каково это - потерять ребёнка. Я тоже когда-то утратил единственное дитя и был так ослеплён болью, что винил тебя. Я искал повод, чтобы выместить свою ярость.»

Его глаза омрачились.

«Я внушил тебе, что слёзы, это зло. Что если будешь плакать - накажу. И ребёнок, который раньше так легко рыдал, стал сдерживать слёзы, щипал себя до синяков, лишь бы не заплакать. Тебе было всего восемь…»

Она вспомнила, как её пугали слова, будто мать умерла из-за неё, и что если заплачет, её тоже бросят.

«Но ведь у меня была афазия…»

«Я тоже думал, что дело в болезни. Но когда ты выздоровела, слёзы так и не вернулись. Я сам сделал тебя такой.»

«Нет, дедушка, ты просто заботился обо мне…Все в семье говорили, что я не должна плакать.»

«Тогда почему твоя мать могла плакать, а я наложил это правило только на тебя?»

«Не говори так…Я всё равно верю, что ты хотел меня защитить.»

«Может, и так. Но я и управлял тобой этим.»

Их взгляды встретились. В морщинах дедовских глаз дрожала боль и сожаление.

«Я понял свои ошибки слишком поздно. Как бы ни каялся, слёз тебе уже не вернуть.»

«Дедушка…»

«Я хотел попросить у тебя прощения, но не хватало смелости. Думал: узнаешь правду - бросишь меня. Поэтому остаток жизни прожил с виной и сожалением.»

Он бережно взял её лицо в ладони.

«Эйрин, я боюсь, что ты повторишь мою судьбу.»

***

Она открыла глаза и увидела тёмный потолок. Подняла руку, глаза сухие, без единой слезы. Наверное, это был всего лишь сон. Но вдруг ей почудилось, что дедушка и вправду сожалел, наблюдая за внучкой, которая так и не могла заплакать.

«Ха-а…» - горько выдохнула Эйрин.

Она чувствовала отвращение к себе за то, что даже во сне использует образ дедушки как оправдание, чтобы простить Шарона.

Глухой удар.

Пол слегка дрогнул. Она замерла, затем услышала новый толчок.

«Землетрясение?»

В их краях бывало, что во время дождей сходили оползни, но земля не тряслась никогда. Эйрин накинула кардиган и вышла в коридор.

«Тсс!»

«Мм?!»

Чья-то рука мгновенно зажала ей рот. Она дернулась, и замерла, увидев разноцветные глаза мужчины.

[Рик?!]

«Тише.» - прошептал он. «В доме чужаки.»

«Воры?»

Она прищурилась, коридор был тёмным и пустым. [Да и какие воры в их деревне? Если бы и были, Рик давно бы с ними разделался.]

«Скорее уж подозрителен ты, раз притаился здесь.» - прошипела она.

Гул раздался снова. Рик вскинул голову.

«Пока щит держит их снаружи.»

«Щит? В обычной аптеке?» - она осеклась. Вспомнились вырезанные рабочими узоры на колоннах. «Так это были защитные печати?»

«Магический круг. Он чувствует живую силу и отражает вторжение.»

Эйрин горько усмехнулась. [Конечно, Финн солгал, будто это просто украшение. Очевидно, всё было по приказу Шарона.]

[Значит, он ожидал нападения. И враги настолько сильны, что даже отряд специального назначения мог понадобиться.]

В ушах зазвучал голос, который невозможно было забыть:

[Сколько бы ни молилась, сегодня ты умрёшь.]

Она узнала его. Это был тот, кто лишил её жизни в прошлой судьбе. Или, по крайней мере, обладал той же силой.

Тело задрожало, будто в лихорадке. Дыхание перехватило.

«Госпожа.»

«…»

«Госпожа!»

Земля вновь содрогнулась. Эйрин пошатнулась, и Рик успел подхватить её.

«Держитесь за меня.»

«О…Они хотят убить меня?»

«Вы лишь заложница. Их цель - командир.»

«Ты знаешь, кто это?»

«Думаю, люди Клейдона.»

«Из-за того, что Шарон убедил герцогиню развестись с ним?»

Эйрин, будучи в деревне во время падения Клейдона в прошлой жизни, не знала подробностей. Рик тоже не помнил прошлое, он лишь выполнял приказы Шарона.

«Мы должны уходить.» - сказал он. «Я отведу вас в каменоломню.»

«Но здесь же щиты…Может, безопаснее остаться?»

«Их слишком много. Барьер долго не выдержит.»

«Он не один?»

Грохот!

Потолок треснул, окна задребезжали. Там, где секунду назад стояла Эйрин, рухнули обломки.

Она сглотнула. Даже ей, далёкой от магии, стало ясно: защита слабеет. Хорошо ещё, что Шарон заранее отправил Финна укрепить аптеку.

[Неужели он и это предвидел?] - мелькнуло у неё. Но думать некогда: Рик схватил её за руку и потянул к чёрному ходу.

«Нам нельзя терять время.»

«М…мои ноги…» - она едва могла идти, вспоминая ощущение клинка в прошлом. Трясущимися руками схватилась за горло.

[Очнись! Это уже не та жизнь!]

Она сжала веки и шлёпнула себя по щекам. Жгучая боль вернула ясность.

«Я в порядке.» - выдохнула она. «Идём.»

«Двигайтесь в тени и не отходите от меня ни на шаг. Поняли?»

«Да.»

Новый удар потряс здание. Где-то позади с грохотом вылетело окно. Рик тихо открыл заднюю дверь.

«Вперёд.»