Эйрин несколько дней подряд пыталась вспомнить, откуда она знает Шарона, но всё было тщетно.

«Не может быть, чтобы я его забыла.» - бормотала она. «С такой внешностью…»

Она даже расспрашивала деревенских, не казалась ли им странной. [Никто из них не видел Шарона раньше, что казалось ей особенно нелепым. Такой человек просто не мог остаться незамеченным.]

Скрестив руки, Эйрин смотрела в окно. На улице собрались мужчины в дождевиках, готовились чинить изгородь перед сезоном дождей. Разделившись на четыре группы, они с инструментами в руках разошлись к своим участкам. Среди них был и Шарон. Он не стал ничего говорить, просто тихо взял инструменты и растворился в общей массе.

[Может, он хотел завоевать расположение местных, чтобы они поддержали наследного принца? Но нет, он даже не заикался о каменоломне. Возможно, он просто решил помочь, потому что рабочей силы не хватало. Похоже, он действительно добрый человек…]

«Но зачем тогда он солгал мне?» - пробормотала она.

«Что ты сказала?» - спросила Сара, усевшись напротив с печёным бататом в руках.

Эйрин на мгновение замялась, потом ответила:

«Шарон.»

«Кто?»

«Эскорт принца. Ну, тот, что у меня дома живёт…Ты ведь видела его вчера.»

«Ах, так его Шароном зовут?»

«Да.»

«И что с ним?»

«Тебе не кажется…что он немного странный?»

«Странный? Ещё какой!» - Сара отложила батат и сделала глоток травяного чая.

Эйрин обрадовалась, что та с ней солидарна:

«Вот и ты тоже это почувствовала?»

«Конечно!»

«В каком смысле?»

«В смысле лица, конечно! Ты видела, как он выглядит? Я, кажется, никогда в жизни не встречала настолько красивого мужчину! Это что, все рыцари Империи такие? Я уж было подумала, что он самый красивый мужчина на свете…но, наверное, мне ещё жить и жить, может, и найду кого покрасивее.»

«Ах…» - Эйрин натянуто улыбнулась. Не совсем то, что она ожидала услышать. Сара, между тем, взяла ещё кусочек батата и посмотрела на подругу.

«А ты что имела в виду под «странный»?»

«Ну…» - Эйрин подбирала слова, пока Сара спокойно ела. «Он сказал, что мы уже встречались. Но я совершенно его не помню. Сама посуди, с такой внешностью его невозможно забыть.»

«Да уж. Если ты забыла такое лицо, с тобой точно что-то не так.»

«Вот я и думаю, что он мне просто соврал. Зачем? Я ведь не дура, чтобы не понять, что он врёт.»

Сара громко рассмеялась, отчего Эйрин, говорившая серьёзно, уставилась на неё в замешательстве.

«Почему ты смеёшься?»

«Прости, просто смешно. Ох, молодость…какие же это славные времена!»

«Да что ты такое говоришь?»

«А ты знаешь, что я ему сказала, когда мы встретились в первый раз?»

«Что?»

«Кажется, мы где-то встречались». Вот что. Это же старый как мир приём флирта! Ты этим человека в замешательство вводишь, он начинает сомневаться: видел тебя раньше или нет. Разве не смешно?»

Сара ещё долго смеялась до боли в животе, а Эйрин только больше запуталась. [Получается, это всё был…флирт? Значит, он не испытывает к ней никаких чувств?]

«Не похоже, чтобы Шарон так просто флиртовал…» - пробормотала она.

«А почему нет?»

«Он же рыцарь, охраняющий наследного принца. Умный, способный…Да он ест более изысканно, чем я!»

«Ну, девять из десяти рыцарей - знатного рода, так что неудивительно.»

«А я…я ведь просто обычная девушка.»

К тому же, ей приходилось заботиться о дедушке, у которого началась деменция. Она не продолжила фразу, но Сара нахмурилась и отрезала резко:

«Да ты фармацевт, который способен обслужить всю деревню! И при этом такая красивая, что у всех дыхание перехватывает. Что ты сейчас сказала? Если ты - «обычная», то что тогда про всех остальных женщин нашей деревни говорить?»

«Я не это имела в виду…Просто, если сравнивать с женщинами по всей Империи, то, наверное, я - одна из простых.»

«А вот Чарльз мне говорил, что сколько бы по Империи ни ездил, красивее тебя не встречал. Сказал, держать тебя в этой деревне - всё равно что сокровище зарыть.»

Эйрин скромно опустила глаза и улыбнулась. Сара неодобрительно цокнула языком. [В маленькой деревушке, где Эйрин почти всё время общалась со стариками, она, кажется, и сама не замечала, как низко о себе думала.]

[Эйрин страдала от заниженной самооценки - с детства она винила себя в гибели родителей.]

[К тому же дедушка Льюэйн, хоть и души в ней не чаял, после трагедии стал чрезмерно её опекать. Даже будучи взрослой, Эйрин должна была спрашивать разрешения, чтобы выйти из дома.]

[Он не хотел терять последнего родного человека, но его любовь превратилась в жёсткий контроль.]

[Тем не менее, Эйрин не бунтовала. Она смиренно оставалась в деревне, хотя её знания и способности могли бы принести ей успех в любом уголке Империи. Она просто не могла избавиться от ощущения вины, как будто всё, что случилось с её родителями, было по её вине.]

На самом деле Эйрин пришлось признать: [после того, как у Льюэйна началась деменция, она почувствовала…свободу.]

[Да, это было ужасно, видеть, как близкий человек теряет себя.]

[Печально и несправедливо. Но, если быть откровенной, в этом всём нашлось и нечто, за что она была судьбе благодарна.]

Сара прищурилась:

«Только скажи…Ты ведь не ненавидишь его?»

«Кого?»

«Шарона. Признайся, ты ведь обдумывала его слова. Ты хотела ответить.»

Эйрин от изумления приоткрыла рот. [Сара была права. Она действительно хотела вспомнить день их первой встречи, чтобы их связь не оборвалась. Хотела сказать ему: «Ты не один всё это помнишь».] Она ломала голову до боли, пытаясь вытащить из памяти хоть что-то, хоть крупицу.

«Тебе стоит с ним встретиться. Если не против.»

«Я даже не уверена, что Шарон на самом деле считает, будто между нами что-то есть…И потом…»

«Да, да, ты простолюдинка. Даже не гражданка Империи. А он знатный человек, вот-вот вернётся обратно.»

«Ты это говоришь, зная…»

«И что с того?» - перебила Сара, сузив глаза. «Расстояние теперь не проблема. Из Империи сюда можно попасть за секунду с помощью портала. Что тогда остаётся, только разница в статусе?»

«Это, и ещё…»

«Он собирается на тебе жениться?»

«Тётя, мы ведь всего несколько дней знакомы.»

Сара усмехнулась, словно её уже вполне устраивало, что речь идёт о них как о паре:

«Вот именно. Если вы только познакомились, зачем сразу думать о каком-то происхождении, статусе, приличиях? Это уж пусть тот, кто начал первым, и беспокоится.»

Эйрин молчала.

«Не усложняй. Нравится - встречайся. Не нравится - попрощайся. Найдёшь другого. В мире мужчин - как травы в поле. А когда встретишь того, с кем действительно захочешь прожить жизнь, вот тогда и думай о браке.»

Она замолчала, и в комнате повисла тишина. Эйрин уставилась в чашку с чаем.

[Неужели Шарон действительно пытался её соблазнить?]

[Если да, то тогда многое в его взгляде становится понятным. Эти жёлтые глаза, смотрящие на неё с молчаливой, обжигающей эмоцией, которую не передать словами.]

«Лично я – за.» - спокойно добавила Сара. «Такой мужчина на дороге не валяется. Может, он будет у тебя первым и последним. Особенно у тебя, которая из лавки своей ни шагу не делает.»

«Если кто-нибудь подслушает, подумает, я вообще не выхожу из аптеки.»

«А разве это неправда?»

Эйрин не смогла возразить. [Последнее время она действительно почти не выходила, дедушка нуждался в уходе. Но и до болезни Льюэйна она редко покидала аптеку: стоило ей выйти, как дедушка становился тревожным, начинал беспокоиться. Со временем ей стало проще просто оставаться.]

«Сама посмотри, какие у нас тут мужчины. Пожилые, да все женаты. Как ты вообще собираешься кого-то встретить? Хотя…Рамиль всё ещё не женат. Не хочешь с ним встречаться?»

«Тётя!»

От одной мысли встречаться с мужчиной, которого она всегда воспринимала почти как отца, Эйрин передёрнуло. Сара лишь рассмеялась:

«Хахаха! Да что ты так! Прямо оскорбляешь беднягу. Услышит, обидится.»

«Только не говори ему, пожалуйста…»

«Просто так? А мне что за это?»

«Я никому не скажу, что ты заказывала афродизиак.»

«Да зачем мне это скрывать? Пусть сплетничают. Завидовать начнут.»

«Тогда что ты хочешь?»

«Закрой глаза и делай, что я скажу.»

«Что ещё за…»

«Ты должна соблазнить его первой.»

Эйрин побледнела. [Она и понятия не имела, соблазнял ли он её вообще. А уж как соблазнять самой, и подавно.]

В этот момент дверь аптеки распахнулась настежь.

Вбежали мужчины, которые ушли утром чинить забор. Они были с ног до головы в грязи, трудно было кого-то узнать.

Эйрин вскочила. Глаза расширились от ужаса.

На спине у Феликса, без сознания, лежал Шарон.