Тут должна была быть реклама...
Несмотря на то что деревню со всех сторон окружали горы, местность была такой суровой и труднопроходимой, что охота почти не имела смысла. Единственным доступным мясом были овцы, которых разводили сами крестьяне.
К счастью, ягнята были одним из даров, которыми местные жители благодарили Шарона за его помощь. Эйрин выбрала самый сочный кусок мяса и замариновала его в масле со специями.
Спустя час мясо легло на раскалённую каменную плиту и зашипело, наполняя воздух аппетитным ароматом.
Когда жаркое почти дошло до готовности, Эйрин оставила Шарона присматривать за кухней и пошла будить Льюэйн.
[В последнее время Льюэйн всё больше времени проводил в постели, всё чаще кутался в одеяло, хотя стояло лето. Да, в их краях было холоднее, чем в остальной стране, но не настолько, чтобы спать под зимним одеялом среди июля.]
[Может, и хорошо, что он уже не вскакивает посреди ночи в панике, но…]
«Дедушка, это я. Ты устал?» - тихо позвала она.
«…Эйрин?» - к её удивлению, он узнал её.
Она и не вспомнила бы, когда в последний раз слышала от него своё имя. Пусть он и забудет всё через минуту, но пусть хоть сейчас его разум прояснился. Эйрин сглотнула, чтобы голос не дрогнул.
«Да, это я, Эйрин. Тебе нужно поесть.»
«Не хочу…аппетита нет…» - пробормотал он.
«Всё равно надо.»
«Эйрин…Ты помнишь, что я тебе говорил?»
«Что именно?»
«Не живи рабыней, лучше умри.»
Эти слова врезались ей в память ещё тогда, когда дедушка учил её «правильно» жить. Они тогда высушили ей все слёзы.
С тех пор, как болезнь отняла у него память, он не повторял это. И слышать это теперь, когда он хоть на миг пришёл в себя, было горько и странно. Эйрин горько усмехнулась.
«Как я могу забыть? Помню, дедушка. Не переживай.»
«Слёзы - яд, что тебя погубит. Никогда не смей их лить.»
Она знала, что если кто-то проглотит достаточно слёз из рода Иеремии, тот умрёт. Но дедушка говорил, что и она себя этими слезами погубит…
Видно, к нему снова подкралась мутная волна заблуждений. Эйрин осторожно пригладила его редкие белые волосы и спросила едва слышно:
«Что ты имеешь в виду? Слёзы убивают других, но не меня же? Правда?»
«Миша умерла…потому что родила тебя.»
«…!»
«Если бы не ты, Миша бы жила…»
Было бы проще, подумала Эйрин, если бы дедушка закричал на неё, сорвался на грубость. Но его спокойный, почти усталый тон бил больнее всяких криков, будто её само существование было чем-то отвратительным и ненужным.
«Я зря разрешил ей оставить тебя…до сих пор жалею.»
Она вспомнила похороны отца. Тогда, проснувшись ещё до рассвета, она увидела свет в кладовке, дедушка сидел там один и пил. Тогда он сказал это. Тогда маленькая Эйрин так и не решилась попросить прощения. Она не смогла произнести ни слова и наутро. И вот теперь она наконец прошептала то, что так и не сказала тогда:
«Прости меня, дедушка, что я родилась…»
«…А? Ты кто?»
В этот раз о на не нашла в себе силы сказать: «Я твоя внучка». Эйрин прикусила язык и выдавила улыбку.
«Разве ты меня не узнаёшь? Я Эйрин.»
«Ты, должно быть, подруга Миши. Где моя дочь?»
«Она ненадолго вышла. Скоро вернётся.»
«Тогда разбуди меня, когда придёт…»
«Ты должен поесть и отдохнуть.»
«Я не хочу есть…»
«Я пожарила твоего любимого ягнёнка. Съешь кусочек, и отдыхай.»
«…Мне так спать хочется…» - пробормотал Льюэйн и снова задремал.
Эйрин сжала его запястье и посчитала пульс. Он стал ещё слабее, чем несколько дней назад.
Хотя она и была лекарем, помочь дедушки ничем не могла. С тоской Эйрин подумала о своей беспомощности. Оставалась лишь надежда на целителя, о котором говорил Уильям.
Она поцеловала Льюэйна в лоб, убедилась, что он спит спокойно, и тихо вышла.
В этот момент за её спиной раздался холодный го лос:
[Не стоило вести себя так дерзко.]
Эйрин застыла.
[Фух…] - Шарон поднёс к губам сигарету. Запах табака смешался с нотами травы, что использовалась для наркоза.
[Затянись.]
[…]
[Лучше слушайся. Иначе их всех придётся убить.]
[Голос у него был таким жестоким…]
Даже по обрывкам она поняла: [Шарон тогда был совсем другим человеком. Кто-то может быть таким холодным. Холодный взгляд и надменный тон, всё это казалось невероятным после того, каким она знала его сейчас. Как она вообще смогла полюбить человека с таким прошлым?]
«Наверное, он изменился…когда встретил меня заново.»
Но прошлое сейчас не имело значения. Эйрин волновало лишь одно: Льюэйн слабел слишком быстро. Когда она вернулась на кухню, Шарон сразу понял, что она о чём-то тревожится.
«Что с ним? Что-то случилось?»
«Нет, просто…» - Эйрин замя лась и принялась накрывать стол. Блестящий сочный ягнёнок стоял перед ними, но оба смотрели не на него.
«Скажи, что случилось?»
«Я…Когда приходил мистер Уильям, он обещал найти для меня целителя. Передай ему, пожалуйста…пусть поторопится.»
«Хорошо.»
Эйрин опустила голову, молча благодарная, что Шарон не стал расспрашивать. В прошлый раз она слишком резко ответила, когда он упомянул целителя, ей было стыдно за свой тон. Шарон отрезал кусок ягнёнка и протянул ей вилку.
«Ешь.»
«Я же для тебя жарила. Я потом поем, а ты поешь.»
«Я съем тебя, когда ты наешься сама.»
Эйрин хотела возмутиться, но невольно усмехнулась, Шарон нарочно сказал это, чтобы её подбодрить.
«Знаешь, так странно слушать твои шутки с таким серьёзным лицом.»
«Хм? Ты думаешь, это шутка?»
«…Наверное, нет.»
«Так что, пожалуйста, поешь. Р ади меня.»
Даже прикусывая губы, она не могла сдержать улыбку. В конце концов Эйрин рассмеялась, и в этот момент Шарон ловко сунул кусочек мяса ей в рот. Жуя сочное мясо, она смотрела на него, и понимала, что раньше бы весь день убивалась из-за дедушки, но теперь всё было иначе.
Её тревога не исчезла, но она больше не чувствовала себя одинокой. Она не ждала, что Шарон решит все её беды, но простое его присутствие уже много значило.
«Скажи, ты в той жизни был совсем другим, да?»
«Думаю, был таким же…»
«Нет, ты точно был другим. Вот и был жесток со мной тогда.»
Движения Шарона замерли. Он поднял глаза и встретился с её взглядом.
«…Ты помнишь?»
«Только обрывок. Ты говорил холодно, пугающе…Я почти ничего не поняла, всё было быстро.»
«…»
«Но всё хорошо. Ты ведь другой сейчас. Почему ты переживаешь? Ты же теперь совсем другой человек для меня.»
«Я…правда хорошо к тебе отношусь?»
[Так забавно было слышать это от него, от человека, который и не понимал, как много для неё делает.] Эйрин нетерпеливо прищурилась.
«Даже интересно…Что ты такого натворил в той жизни, что теперь так стараешься? Расскажи хоть что-нибудь.»
«…»
«Ты молчишь, значит, явно что-то есть! Может, ты мне изменил? Вот это проблема…»
«Клянусь, кроме тебя никого не было. Ни тогда, ни сейчас.»
«Ну и отлично. Значит, нечего переживать.»
Шарон открыл рот, будто хотел что-то сказать, но передумал, повисла тишина. Эйрин вдруг стало жаль, что она его нагрузила этим разговором. Она сменила тон на лёгкий и добрый.
«Ну, если мы были помолвлены, мы наверняка и ругались, и ошибались оба. Не только ты, но и я.»
«Нет. Ты никогда не ошибалась.»
«Да все ошибаются, Шарон. Главное, осознать это и больше не повторять.»
«…А, если раскаешься, тебя простят?»
«Конечно.»
«Даже если ты демон?»
Он поднял голову. В его золотистых глазах стояла беззвучная мольба. Эйрин посерьёзнела.
«Знаешь, дядя Чарльз говорил мне однажды, в мире так много религий. У каждого Бога свои заповеди, но все они в чём-то схожи. Знаешь, в чём?»
«…»
«Если каешься, тебе прощают. Пусть ты даже не человек. Пусть ты демон.»
«…»
«Так что и ты…»
Эйрин протянула Шарону вилку с кусочком мяса.
«Ты тоже можешь быть прощён.»
Шарон молча взял мясо губами. Он хотел прощения сильнее всего на свете.
Уже поблагодарили: 0
Комментарии: 0
Тут должна была быть реклама...