***

«Ппияяя…!»

Соя едва сдержала удивление, когда впервые ощутила невесомость, подхватывающую её лёгкое тельце. Это торжественное чувство длилось всего миг, нельзя было терять ни секунды, ведь брат Хён всё ещё нуждался в помощи.

Изо всех сил хлопая крошечными крыльями, Соя устремилась вверх по отвесному склону. Стоило лишь набрать темп, движения стали легче, а каждый взмах наполнял её новой уверенностью.

Вскоре, поднявшись к облакам, Соя заметила суету внизу: толпа людей столпилась вокруг, будто ищя кого-то. В самом центре стоял Саон с напряжённым лицом.

«Ппия!»

На крик Сои Саон тут же поднял голову. В его взгляде промелькнула тень удивления, когда он различил белоснежного птенца, судорожно машущего крыльями…

«Пушистик…?»

Через мгновение до Саона дошло: это ведь и правда была Соя, обличённая в облик птенца.

«Пушистик, да это же ты…!»

«Ппия! Ппиии!» - Соя не дала ему договорить, разразившись торопливым щебетом. «Ппия! Ппия, ппия!»

Её звонкое стрекотание будто пыталось что-то объяснить, и по мере рассказа лицо Саона становилось всё мрачнее.

«Что?» - он насторожился.

«Ппиии, ппии!»

«Чёрт, кто-нибудь, скорей…Стоп, Пушистик, что с твоим телом?»

Он осторожно подхватил Сою в ладони, поражённый: кроха была вся покрыта ссадинами и кровоподтёками.

«Ппиии?» - Соя непонимающе склонила голову, как вдруг мир у неё перед глазами закружился.

«Пушистик!»

Голос Саона звучал всё дальше, словно раскаты далёкого эха…

Пушистик…

Пушистик…

Пушистиик…

Соя обессиленно осела в его руках.

***

Когда Соя пришла в себя, она лежала на походной койке в казарме. Всё тело казалось налитым свинцом, а под мышками ныло, так сказывалась первая в жизни попытка полёта.

[Неужели я и вправду летала?]

Её разум плыл в смятенье, но воспоминания тут же нахлынули: [брат!]

«Брат Хён!»

Вскочив, Соя тут же заметила на соседней кровати Гахёна.

«Слава Небу…» - она облегчённо вздохнула, увидев, как тот спокойно спит.

[Значит, господин Саон всё-таки успел спасти брата…]

На её лице появилась усталая, но счастливая улыбка.

[Я защитила брата…]

Но радость быстро сменилась тревогой.

[Все ведь видели меня в этом виде…]

Она вспомнила, как толпа людей окружила её перед тем, как она потеряла сознание. Осознание того, что её звериное обличье мог заметить каждый, тяжело давило на сердце.

[Нет, даже если бы пришлось всё повторить, я бы не раздумывая поступила так же.]

Соя попыталась отогнать мрачные мысли, когда вдруг прозвучал знакомый голос:

«Пушистик!»

В казарму вошёл Саон. Увидев Сою, он в два шага оказался рядом.

«Господин Саон…»

«Как самочувствие?»

«Всё в по…» - начала она, но тут он крепко обнял её, не давая договорить.

«Э?»

Глаза Сои изумлённо округлились.

«Ты большая молодец. Правда.» - в голосе Саона звенели тёплые чувства.

«Господин Саон…?»

«Ты сумела прилететь сама на этих хрупких крылышках, лишь бы рассказать нам о беде брата. Никто тебя этому не учил, а ты справилась.»

«Э-э…»

«Какая гордость, чей же ты ребёнок, Пушистик…Ты потрясающая.»

Соя не ответила, нехитрые слова Саона прозвучали очень по-особенному, тронув сердце. Она тихонько прижалась к нему, погружённая в свои мысли.

[Он всегда из всего делает целое событие…Будто я действительно спасла весь мир…]

Однако выйдя из объятий, она вдруг заметила: лицо Саона сухо, и на щеках ни слезинки.

[Я же думала, что он вот-вот расплачется…Мне просто показалось?]

Соя смущённо наклонила голову:

«А брат Хён в порядке?»

«Да. Благодаря отважному Пушистику, который вовремя позвал на помощь, опасность миновала.»

«Вот и хорошо!»

Саон едва заметно улыбнулся и погладил Сои по голове.

«Расскажешь, что случилось в горах?»

«Ну…»

Соя начала неспешно объяснять всё, что видела и слышала: как заметила человека, который некогда пытался её убить на земле Красных Фениксов, и как из тела того возник Хондон.

«Хондон?»

«Да, брат Хён сам так назвал это. Сказал, это один из Четырёх Бедствий.»

Лицо Саона мгновенно посерьёзнело.

[Почему Хондон здесь?]

[Четыре Бедствий…Легендарные чудовища, некогда обрёкшие мир на хаос. Тогда четыре великих клана объединились, чтобы заточить их, но восемь лет назад Хён Рабэк, глава Клана Чёрной Черепахи, пробудил заточённые души и подчинил их своей воле.]

«Он хотел что-то проверить…Думал, во мне скрыта способность чувствовать тёмную магию, и решил удостовериться, что творится с моим внутренним ядром…»

В памяти Саона всплыли тревожные события, всколыхнувшие недавно дворец Белого Тигра. Это было не просто чьё-то коварство: за попыткой использовать ребёнка из белого клана и чужими подношениями с тёмной энергией, сеявшими смуту и раскрывавшими прошлое Сои, чётко вырисовывались северные происки.

Он и раньше это подозревал, но признавать не хотелось…

[Почему же из всех на свете их клинок был обнажён против Сои? Неужели это всего лишь злой случай? Или за этим таится нечто большее?]

Между бровями Саона пролегла тонкая морщинка.

Соя уловила перемену в его взгляде и вопросительно посмотрела на него, ей хотелось понять, чем заняты его мысли.

В этот момент большая, тёплая ладонь мягко легла ей на макушку.

«Наверняка тебе было очень страшно, Пушистик…» - тихо произнёс Саон, гладя её волосы.

«Прости. Папа должен был быть рядом, но меня не было…»

«Нет, не вините себя!» - Соя быстро замахала руками, удивлённая его извинениями. «Был ведь брат Хён, а ещё…»

Она внезапно замолчала, задумавшись.

В тот миг, когда ей казалось, что исход уже предрешён, сильнее всего она тосковала по Саону, по широкой надёжной спине, которая всегда была рядом, когда наступала беда.

Она, как и прежде, надеялась: вот бы он сейчас появился и защитил её…

«Видишь? Ты хоть и отрицаешь, но злишься на меня за то, что меня не было, да?» - с лёгкой улыбкой спросил Саон, заметив её растерянность.

«Эм…» - Соя слегка покраснела, словно Саон прочитал её мысли, однако сразу ответить не решилась.

«Можешь не скрывать, Пушистик. Для ребёнка совершенно естественно мечтать, чтобы родители были рядом в трудную минуту.»

«Я действительно думала о вас, господин Саон…Скучала. Но это не ваша вина. Просто…»

«Нет, это моя вина.» - Саон криво усмехнулся, в его голосе сквозила горечь. «Если с ребёнком случается беда, это всегда вина родителей.»

Он привёл её сюда, чтобы оберегать, но ведь именно здесь позволил ей остаться одной среди гор, и в итоге наивная девочка столкнулась с порождением тьмы лицом к лицу.

[Какое я имею право дуться, что Пушистик не называет меня отцом? Чего я стою как отец, если не смог защитить?]

Он только начал корить себя, как…

«Господин Саон…» - вдруг очень серьёзно позвала Соя.

«Я - не маленькая! Мне уже девять…»

Саон рассмеялся мягко:

«Всё равно ты прямо как Юль.»

[Вспомнилось, Соя умела чутко следить за чужими чувствами и при этом всегда честно, без колебаний говорила о своём.]

[Это было трогательно. Хотелось ещё немного подразнить её.]

«Ты ещё не пережила первую трансформацию. Пока не пройдёшь этот рубеж, всё равно остаёшься ребёнком.»

У зверолюдей первая инициация однозначно отделяла детство от юности, в этом Саон был прав. Но Соя, кажется, слегка обиделась, что её считают малышкой.

«Но я победила злого Хондона! И брата защитила!» - вспыхнула она.

Саон на мгновение опешил. Он-то думал, что с Хондоном справился Гахён.

«Хондона? Это ты одолела, Пушистик?» - переспросил он в изумлении.

«Да. Хотя Белый Тигр мне помогал.» - уверенно кивнула Соя.

Она раскрыла ладонь, собирая энергию. В воздухе над её рукой вспыхнуло белое пламя, которое обрело форму, чистейший белоснежный меч.

Саон заметно побледнел.

«Пушистик, это же…»

Патриарх Белого Клана, он сразу узнал святыню, этот меч был выкован из самой души древнего Белого Тигра, Божественный Клинок Хранителя.

«Где ты его взяла?»

«Я встретила Белого Тигра. Он помог спасти брата.»

Соя осторожно вручила Саону священный меч, коротко объяснив.

«Не может быть…Ты разбудила Белого Тигра?»

[Чтобы пробудить древнего духа-защитника, были нужны три условия:

Кровь прямого наследника, сердце самого зверя и его духовное тело.]

[У Сои не было нужной крови, но рядом находился ГаХён - прямой потомок.]

[А, второе имя Белого Тигра, Страж: лишь сердце истинного защитника могло разбудить его.]

[Наконец, духовное тело, вся гора Хорим, на которой они стояли, являлась воплощением сути зверя.]

[Все три условия были выполнены.]

[Но даже они не гарантировали успеха, если бы пробуждение святого зверя было настолько просто, подобное случалось бы не раз и не два за столетия.]

Древнее пророчество гласило, что пробудить святого зверя может лишь избранная:

[В ночь кровавой луны Невеста Жёлтого Дракона разбудит четверых спящих хранителей, сметёт тьму, застилающую земли, и принесёт покой…]

[Невеста Жёлтого Дракона.]

[…Неужели?] - Саон смотрел на Сою с новым, тяжёлым раздумьем.