Соя росла, свято веря, что покойная госпожа клана Красных Фениксов была её родной матерью.

Та принадлежала к роду попугаив, маленьких и хрупких даже среди пернатых.

Именно поэтому Соя всегда думала, что сама такая маленькая, потому что унаследовала рост мать, а не высокого отца или братьев.

Но госпожа была ей не родной матерью. Настоящая мать Сои, одна из её служанок.

О той женщине никто почти ничего не рассказывал, и Соя не могла знать о ней даже малого.

Единственное, что она знала, лишь суровая, режущая сердце истина:

Её настоящая мать была преступницей, разрушившей счастье юной госпожи и нарушившей покой всего клана Красных Фениксов.

Это знание причиняло Сои невыносимую боль.

[Почему она так поступила? Зачем?]

[Может…может, она просто слишком сильно любила меня?]

[Может, она думала, что мне будет лучше, если я стану дочерью клана Красных Фениксов…]

Но даже такая догадка не приносила облегчения.

[Ведь в итоге я заняла место молодой госпожи Ри-Ри.]

[И из-за меня несчастье постигло всех. И меня саму тоже.]

Но больше всего её мучило другое:

[Неужели мама была готова больше никогда меня не увидеть…лишь бы я стала наследницей клана Красных Фениксов?]

Этот вопрос возник после того, как Соя увидела, как тяжело Чхон Хе, которой, как прямой наследнице, нужно было покинуть Дворец Белого Тигра, оставив сыновей.

Пока Соя, сидела на камне в саду, рядом тихо устроился Соль Ё.

Он чувствовал, что её что-то беспокоит. Хотел утешить…но никогда не умел подбирать слова.

[Если бы он был здесь…]

Соль Ё невольно подумал о светловолосом юноше, который приезжал в Дворец Белого Тигра прошлой осенью, о спокойном, ласковом мальчике, чьи слова так легко находили путь. И о том, как ярко улыбалась Соя рядом с ним.

Даже сейчас, спустя целый сезон, память о той улыбке не стерлась.

[Я тоже хочу утешить Сою…]

Соль Ё напряжённо размышлял, оглядываясь по сторонам. Хотел найти что-то, что поднимет ей настроение.

Но все цветы, которые она так любила, давно исчезли под холодами. Пёстрые осенние листья и золотые тоже остались в прошлом.

Даже снег, недавно лежавший в саду, растаял к полудню.

После недолгих раздумий Соль Ё тихонько исчез.

Через некоторое время Соя вздрогнула от мягкого шороха.

«А?»

Но, обернувшись, никого не увидела.

И в этот момент.

Вшух.

Мягкие белые лепестки начали падать с неба.

«Снег?»

Она протянула ладонь…но это были не снежинки. Маленькие белые цветы, словно звёздочки, парящие в зимнем воздухе.

«Цветы? Зимой? А? Соль Ё?!»

Соя подняла голову, и ахнула.

Маленький чёрный птенец - её друг, который всегда копировал звериный облик Сои, сидел на ветке белого душистого дерева у подножия горы Хорим и изо всех сил тряс её, чтобы листья и лепестки осыпались ей на голову.

«Что ты делаешь?! Если кто-то увидит!»

В Дворце Белого Тигра все верили, что Соль Ё - волчий зверолюд.

Соя сразу забеспокоилась, что его тайна раскроется.

Но, увидев, как лукаво блестят его глаза-полулуны, она поняла всё без слов.

«Ты хотел меня развеселить…да? Спасибо.»

Соль Ё всегда чувствовал её настроение, даже если она ничего не говорила.

И это тихое, ненавязчивое внимание согрело сердце Сои.

Она всё ещё не знала, почему её настоящая мать поступила так.

Не знала, любила ли она её.

Но сейчас Соя ясно понимала одно: у неё есть люди, которые любят её, её новая семья, жители Дворца Белого Тигра…

И этот удивительный друг, который всегда оказывался рядом, когда ей грустно.

Осознав это, Соя наконец сбросила грустние мысли и улыбнулась.

«Они такие красивые, Соль Ё! Ты сорвал их на горе Хорим?»

«Чирик! Чирик!»

Открывая клюв, чтобы ответить, он уронил веточку, но его цель уже была достигнута: Соя снова улыбалась.

Отпустив ветку без сожаления, Соль Ё сел на её ладонь, едва дыша.

В птичьем облике он был крохотным и слабым маленькая веточка стоила ему всех сил.

Соя осторожно коснулась его крошечного тельца и рассмеялась искренне, тепло.

***

Чхон Хе снова нужно было уходить.

Как прямой наследнице, она не могла надолго покидать земли Голубого Дракона.

Но в этот раз Гахён не плакал, провожая мать.

«Я верю, что ты вернёшься. А если не сможешь…я сам приеду тебя навестить.»

«Пожалуйста, будь здорова.»

Краснея, он опустил взгляд.

«Я буду, Хён. И ты тоже будь здоров, хорошо?»

Сое Гахён казался сейчас почти незнакомым, таким маленьким в объятиях матери.

Он всегда был таким взрослым рядом с ней. А возле Чхон Хе выглядел таким же ребёнком, как Гаюль или она сама.

«Мам, а мне тоже скажи, чтобы я был здоров!»

«И ты, мой маленький тигрёнок. Расти сильным и здоровым.»

«Хе-хе.»

Гаюль, который обычно устраивал скандал, если его называли «малышом», сейчас сиял от счастья.

[Похоже, все, и брат Юль, и брат Хён, снова становятся детьми рядом с мамой…]

Пока Соя размышляла об этом, Чхон Хе, закончив прощаться с остальными, повернулась к ней.

«Соя, когда ты переживёшь свой первый скачок роста, приезжай в Дворец Лазурного Моря вместе с братьями.»

«Дворец Лазурного Моря?»

Чхон Хе наклонилась и тихо объяснила:

«Да. На востоке, на землях клана Голубого Дракона, лежит огромное море.»

«Я читала! Там говорилось, что море похоже на огромное глубокое озеро…»

«О, оно куда больше любого озера. Оно глубже, чем гора Хорим высока, и шире, чем все континенты вместе взятые.»

Соя слушала, затаив дыхание.

«На самом дне моря стоит Дворец Морских Драконов, и там правит клан Голубого Дракона.»

Она заворожённо впитывала рассказы Чхон Хе о восточных землях, весенних фестивалях и подводном дворце, скрытом в глубинах океана.

Но Чхон Хе объяснила: юные зверолюди, которые ещё не прошли первую трансформацию, не могут дышать под водой.

Им было бы опасно туда спускаться.

Поэтому она мягко попросила Сою приехать, когда та вырастет и окрепнет, как её братья.

«Да, госпожа Чхон Хе! Я обязательно приеду!»

Соя заулыбалась и переплела мизинец с мизинцем Чхон Хе.

Та ласково коснулась большого пальца Сои, их «обещание на мизинцах» было запечатано.

«И…может, говорить об этом пока рано…но когда придёт день, и я вернусь в Дворец Белого Тигра...»

Её голос чуть дрогнул.

«Ты… могла бы называть меня «мамой» вместо «госпожи Чхон Хе»?»

Соя широко раскрыла глаза.

«Я понимаю, что я не лучшая взрослая…но…если ты не против…мне бы хотелось быть частью семьи нашего маленького Пушистика. »

«А…»

Соя замерла. Слова никак не находили форму.

Эмоции были слишком сильны.

Чхон Хе смутилась.

[Наверное, сказала слишком резко…]

«Прости, Соя. Я не хотела давить…»

Она попыталась улыбнуться, чтобы сгладить неловкость.

И тут маленькая ладошка крепко вцепилась в край её одежды.

«…Мама.»

Чхон Хе вздрогнула.

Соя чуть дрожащим голосом сказала:

«В книге было написано, что семья та, кто дорог твоей семье, тоже семья.»

«Значит… мы уже семья.»

«Значит…так можно называть… да?»

Её голос дрожал, а лицо раскраснелось от смущения и счастья.