Когда Мирания остановилась, Скарлет позвала ее дрожащим голосом.

– Мирания.

Она не могла скрыть своей нервозности в голосе.

Скарлет притворялась спокойной и расслабленной перед Миранией, но безопасность преемника слишком сильно ее беспокоила

– Начинаю…

Мирания положила указательный и средний пальцы на руку Лебериана.

«Я должна быть рада, что Лебериан страдает от сонной болезни».

Она уже изо всех сил пытается воспитать юного Грекана, и мысль о том, чтобы разбудить Лебериана, заставляет ее содрогаться.

У Лебериана другой тип одержимого мужского характера, чем у Грекана. В каком-то смысле Лебериан мог доставить больше хлопот, чем простодушный Грекан.

Даже при лечении он по-прежнему будет страдать от сонной болезни.

Лечение лишь сократит продолжительность приступов, но не устранит чудесным образом само заболевание.

«Пожалуйста, проснись после того, как Грекан немного успокоится».

Продолжая молиться про себя, Мирания убрала палец с его запястья, и из него потекли капли крови.

«Как бы то ни было, это может привести к повышению температуры тела».

Он не будет вылечен сразу, но одно это станет надеждой для расстроенных Летучих мышей, потому что другого лекарства нет.

Мирания указала пальцем на Лебериана и что-то пробормотала, делая вид, что произносит заклинание.

Для лечения нужно было использовать только ее кровь, но она сделала вид, что использует заклинания и проводит обряд. Это было своего рода шоу.

Действительно, когда Мирания произносила что-либо под видом заклинания, глаза Летучих мышей смотрели на нее еще более обеспокоенно.

Только Чера моргала, наблюдая за этой сценой.

Мирания прищурилась, ощутив атмосферу, окружающую их.

«Этого должно быть достаточно».

Она слегка прикусила губу и приложила палец ко лбу Лебериана.

«Поскольку я хочу повысить температуру его тела, должна ли я заставить его проглотить ее?»

Она быстро отдернула палец, коснувшийся его лба.

«Правильно, разве внутренний прием крови не будет более эффективным?».

Мирания выбрала для лечения самый привычный метод – просто напоить его кровью.

С помощью магии она направила несколько капель крови, чтобы они стекали по руке.

Кровь двигалась, пока наконец не достигла кончика ее пальца.

Сверкающие капли упали на бледные губы Лебериана, как и намеревалась сделать Мирания.

«Кап.»

«Кап.»

«Кап.»

«Кап.»

«Кап...»

Было ровно пять капель. По его гладким бледно-голубым губам потекла кровь.

На его губах на какое-то мгновение кровь замерла, переставая двигаться.

Но в следующий момент…

– Аргх…

Глаза Летучих мышей, которые внимательно наблюдали за происходящим, расширились.

Капли крови исчезли, просочившись внутрь.

– …

Даже их дыхания не было слышно. Все взгляды были прикованы к Лебериану.

Через несколько секунд в его внешности произошли явные изменения.

Его губы покраснели, румянец выступил на его безжизненных ледяных щеках.

Он был похож на ожившую куклу. И эта перемена была очень шокирующей.

– О, м-мой Лебериан!

Скарлет, все это время сохранявшая достоинство, тихо вскрикнула.

Глаза молодых Летучих мышей, опасавшихся Мирании, тоже были полны удивления.

Мирания чувствовала себя немного гордой, но внешне выглядела спокойно.

– Это лечение связано с моей жизнью, поэтому время его использования ограничено. Вот почему я прошу вас доверить Лебериана мне и оставить его здесь, в моем замке.

Она просто подчеркнула, что «это не потому, что у нее совсем другие намерения».

Что ж, это не было ложью.

«В любом случае я просто использую свою кровь, это не имеет ничего общего с моей жизнью».

Красные глаза Скарлет затрепетали от волнения.

– Спасибо, Мирания.

Она говорила с Миранией, но ее глаза были прикованы к Лебериану, похожего сейчас на оживающую куклу.

Мирания великодушно приняла ее благодарность, видя трогательную сцену, которая много значила для Скарлет.

– Пока это предел. Если мы продолжим лечение, у него скоро откроются глаза. Со временем все будет лучше.

Привлекая внимание Летучих мышей, которые все еще не могли отойти от удивления, Мирания решила показать свое мастерство, чтобы заработать доверие.

Ей не обязательно нужно было это делать, но она медленно потянулась к Лебериану и нежно положила руку на его потеплевшую румяную щеку.

– Посмотрите на это. Прямо сейчас его лицо может выглядеть так, но позже…

В этот момент Лебериан тяжело вздохнул.

Мирания, которая до этого разговаривала спокойно, как знаток своего дела, застыла как каменная статуя.

Кончиками пальцев она ощутила холодное дыхание.

«Не может быть! Только не говорите мне, что меня подловили…»

«Хлоп.»

Лебериан открыл глаза.

«Красные глаза, которые юнее, чем я помню».

Мирания, которая посмотрела ему в глаза, чуть не задохнулась.

Вместо испуганного крика раздался звук глотания.

Он моргал, глаза Лебериана двигались. Его несколько ошеломленный взгляд прошелся по комнате, затем вернулся к Мирании.

«Бум! Мое сердце чуть не остановилось».

– О боже, Лебериан!

Не подозревая об изумлении Мирании, Летучая мышь закричала. В отличие от крика, готового сорваться с уст Мирании, это был крик, полный радости.

Глаза Лебериана все еще смотрели прямо на Миранию.

– …

Мирания сохраняла спокойствие , а по ее спине текла капля пота.

«Закрой глаза… Снова закрой глаза!»

Сработает ли сила внушения?

Как будто то, что он открыл глаза, было временным явлением, веки Лебериана снова закрылись.

Летучие мыши сразу опечалились при виде Лебериана с закрытыми глазами, как будто те никогда больше не откроются.

Мирания напротив, испытала глубокое облегчение.

«Лебериан еще не должен проснуться».

Взгляды Летучих мышей обратились к Мирании, и она произнесла с серьезным выражением лица:

– … Эффект лечения проявляется быстрее, чем я думала.

– Мирания.

Скарлет, вытиравшая глаза платком, выпрямилась и уставилась на Миранию. Но в ее движениях проскальзывала учтивость, которой раньше не было.

Она заговорила с решительным выражением лица.

– Наш клан Летучих мышей поможет тебе стать правительницей этого континента.

Молодые Летучие мыши, с подозрением относившиеся к Мирании от начала и до конца, тоже склонили головы, приложив одну руку к груди.

Это был знак присяги.

– Поэтому, пожалуйста, я умоляю тебя помочь моему ребенку выздороветь.

Скарлет тоже склонила голову.

После того как Летучие мыши, охваченные волной эмоций, покинули ее замок, Мирания, обессилев, села на жесткий деревянный стул.

Чера взглянула на подругу, которая выглядела недовольной.

– Все прошло хорошо… Но почему ты так выглядишь?

– Ты только что сказала, что все прошло хорошо?

Услышав ее пугающий тон, Чера неловко кивнула.

– Все было хорошо, разве нет?

Разве Летучие мыши, особенно их глава Скарлет, не склонили головы? Чере казалось, что ведьмы без боя выиграли битву с Летучими мышами.

Нужно радоваться тому, что все пошло по плану.

«Если все пошло не так, то что это было?» (Чера)

Мирания уныло посмотрела на нее.

– Лебериан почти проснулся, да?

Чера была озадачена мрачным ответом Мирании:

– Ты должна разбудить его, верно? Таким образом мы можем продолжать получать поддержку Летучих мышей.

Мирания, наблюдавшая за Черой, глубоко вздохнула. Чера, которая снова собиралась радоваться, снова застыла в недоумении.

«Разве не так?»

Взглянув на Миранию, мысли которой были слишком запутаны для понимания, Чера задала вопрос, который ее давно интересовал:

– Но когда у тебя появилась эта идея? Весь континент! Сколько бы я ни предлагала, ты всегда отказывалась.

Глаза Черы блеснули. Мирания оперлась подбородком на тыльную сторону ладони и взглянула на Черу. Та сжала кулак и прокричала:

– Теперь при поддержке Летучих мышей ты можешь заставить Волков броситься тебе в ноги! Ну наконец-то! Эта дикая раса подчинится тебе!

Мирания резко ответила Чере, которая вот-вот собиралась разразиться криками радости:

– Этого не произойдет.

– По всему континенту… Что? – Все еще сжимая кулак, Чера посмотрела на нее недоуменно.

– Все это недолговечно.

– Что?

«Что в этом такого радостного, если я вот-вот умру?»

Но вслух Мирания продолжила:

– Это раздражает.

В отличие от Мирании, Чера была откровенно разочарована тем, что ей осталось жить больше ста лет.

– Тогда почему ты сказала это Летучим мышам? Если тебе это не нужно, тогда тебе и не нужно лечить наследника Летучих мышей!

– Обстоятельства изменились.

– Хм?

– Я нашла предлог «правление во всем континенте», чтобы оставить его здесь. Так они меня не заподозрят.

Чера смотрела то на ящик на мраморном полу, то на Миранию. Она ничего не понимала:

– Почему?..

«Зачем тебе такой предлог? Еще и для того, чтобы вылечить наследника Летучих мышей?»

Означает ли это, что ей важнее преемник расы Летучих мышей, чем континент?

«Но почему?»

Чера, в чьем разуме появилось куча вопросов и еще меньше ответов, ждала объяснений Мирании.

Та произнесла удрученным тоном:

– Потому что мне это нужно. Его лечение… Нет, над лечением особо работать не надо. Лебериану лучше было бы проснуться как можно позже.

«Потому что мне просто нужно отложить дату его встречи с Алисой».

Не обращая внимания на Черу, которой становилось все любопытнее и любопытнее, Мирания продолжала напряженно думать над своим сложным планом.

– Я не думаю, что его сонная болезнь была настолько серьезной, как изначально полагала. Я видела, как он открыл глаза всего от нескольких капель крови. Значит, если я буду давать ему каплю крови в день… Может, будет лучше одна капля в неделю?

Чера взглянула на Миранию, которая полностью прогрузилась в свои мысли, и указала на ящик:

– Тогда куда мне поместить наследника Летучих мышей?

Звучало так, будто она говорит о мешке с картошкой.

Это произошло, потому что стоимость Лебериана в глазах Черы резко упала, потому что Мирания не нуждалась в нем, чтобы захватить континент.

Не интересуясь тем, как будут обращаться с Леберианом, Мирания раздраженно махнула рукой.

– Где угодно…

– В любом месте?

Мирания замолчала, чтобы обдумать свои слова.