Надежда забрезжила. Я и сам начал верить в то, что мы выживем.

Сочетание десяти очков Мудрости и «Песочных часов пошагового боя» оказалось куда лучше, чем я предполагал. Возможность всегда ходить первым и моя огневая мощь, позволявшая выносить большинство монстров первого этажа с одного удара, давали невероятное преимущество.

Помните, как я сжег двух гоблинов фаерболом? Тогда мой ход, на который оставалось одно очко действия, завершился сразу после произнесения заклинания. Это означало одно из двух: либо магия тратит очки действия, либо она сжигает весь ход целиком. Как я и ожидал, верной оказалась первая гипотеза.

[Ваш ход.]

[Очки действия: ■■■■]

— Фаербол.

[Очки действия: ■■■□]

Я снова попробовал сотворить фаербол, и это отняло ровно одно очко действия. На кончике моего жезла, словно капля росы, повис огненный шар, но мой ход при этом не закончился. Как и в игре, магия первого ранга стоила одно очко действия, и если они еще оставались, ход продолжался.

[Ваш ход.]

Могу ли я в таком состоянии использовать еще одно заклинание? Могу.

[Перезарядка «Фаербола»: 5 секунд]

Как только закончится эта перезарядка. «Песочные часы» давали мне шестьдесят секунд на ход, так что я просто подождал пять из них и…

— Фаербол.

…активировал второй. Первый огненный шар медленно сместился сантиметров на десять вперед, а на его месте, на кончике жезла, вспыхнуло новое пламя.

[Очки действия: ■■□□]

Еще минус одно очко. Теоретически, я могу выпустить четыре фаербола за один ход. Но на практике до четырех выстрелов дело вряд ли дойдет, потому что прицеливание тоже расходует очки действия. Когда гоблин чуть не отрезал мне голову, я пытался заблокировать удар жезлом, но отказался от этой идеи. Движение руки всего на три сантиметра стоило мне одного очка действия. Любые физические движения были непомерно затратными. А значит, если два гоблина стоят на приличном расстоянии друг от друга, я потрачу все очки действия, просто поворачивая запястье, чтобы навести жезл.

Поэтому…

— Ледяной шип.

Я решил взять жезл и в левую руку. Тот, что принадлежал фанатику.

[Очки действия: ■□□□]

Теперь я мог нацелить по заклинанию на каждого из двух гоблинов, и у меня еще оставалось одно очко действия. Остаток я потратил на движение, завершая ход.

[Очки действия исчерпаны]

[Ваш ход завершен.]

Как только время возобновило свой бег, два внезапно появившихся огненных шара и ледяной шип устроили настоящее магическое шоу огня и льда. Щиты гоблинов разлетелись в щепки, тело одного вспыхнуло, а второй тут же оказался пронзён ледяным колом. «Песочные часы» — это вещь.

***

— Калеб, у вас, должно быть, талант к сверхскоростному сотворению заклинаний, — сказала Йернил, собирая магические камни с трупов гоблинов.

— Что это? — я спросил, потому что действительно не знал. В игре такого понятия не было.

— Сверхскоростное сотворение — это когда задержка между одним заклинанием и следующим очень короткая. Говорят, очень одаренные маги иногда могут делать это неосознанно, если предельно сконцентрируются.

— Вот как?

— А еще, кажется, у вас есть талант к бессловесному сотворению. Обычно даже один такой талант — это уже признак принадлежности к высшим ноль целых одной десятой процента магов, а у вас сразу два.

Сам того не желая, я оказался гением от природы. А ведь я просто расправился с ними за один свой ход.

— Поэтому вам так идут два жезла.

По ее словам, сражаться с двумя жезлами одновременно было настолько сложно, что так делали только те, кого среди магов считали гениями. И, исходя из моих знаний, она не ошибалась. Даже в игре магов, использующих два жезла, практически не было. Среди NPC — единицы, среди игроков — ни одного. Почему? Потому что маг — «стеклянный». Стандартным билдом считалось сочетание «жезл + щит» для защиты или двуручный посох для отражения атак в ближнем бою. Однако я лично столкнулся с пределами этих билдов, начиная со сложности «Путь страданий». Именно тогда я и разработал билд с двумя жезлами. Он позволял получить двойной бонус к шансу критического удара и Мудрости, разгоняя атакующую мощь до предела. Персонаж становился хрупким, как тончайшее стекло, но я действовал по принципу «убей, прежде чем ударят тебя». Сейчас, когда игра стала реальностью, принцип остался тем же. Чтобы выжить, я должен убить как можно больше врагов за один свой ход. Так что у меня просто нет выбора, кроме как использовать два жезла.

— Эм, можно… мне взять этот щит? — Йернил указала на щит гоблина. Ее не интересовали безумные билды вроде моего — она просто хотела взять в руки щит и чувствовать себя в большей безопасности.

— Нельзя.

— П-почему? — Йернил была немного ошарашена моим неожиданным ответом.

Причина была в том, что у Йернил не хватало силенок. Даже со щитом, от одного удара она бы отлетела вместе с ним. Откуда я это знаю? Она целую вечность тащила ту бочку. Судя по расстоянию и времени, которое ей потребовалось, чтобы принести бочку, выражаясь игровыми терминами, она была в состоянии «перегрузки». Следовательно, ее показатель Силы был ниже трех. А что с остальными характеристиками? Пора бы это проверить.

— Йернил. Ударьте в стену заклинанием «Электрический шок».

Х-хрясь!

Молния, вырвавшаяся из жезла, была до смешного слабой. Ее Мудрость была на уровне 1-2 очков. А может, и вовсе 0. Остаются Ловкость, Телосложение и Сноровка.

— Йернил, можете подпрыгнуть? — задал я немного глупый вопрос.

— Подпрыгнуть? Ну, конечно… могу.

— Как можно выше.

— Как можно выше… — Йернил посмотрела на потолок. — Мне кажется, здесь не получится.

— ?

— Потолок слишком низкий. Боюсь, ударюсь головой…

Высота потолка была около трех метров. Она боится удариться о него, прыгая с места? Погодите-ка.

— На какую высоту вы можете запрыгнуть?

— Когда я жила в эльфийском лесу, я запрыгивала на деревья… где-то на… хм-м-м… — она прищурилась, задумавшись, и ответила: — Метра четыре? Примерно.

Есть. Сила — ниже 3, Мудрость — не выше 1. Зато Ловкость — как минимум 5. В таком случае, ее позицию в отряде нужно менять.

— Йернил.

Я протянул ей лук и стрелы гоблинского лучника. Того самого, что пал от моего «Ледяного шипа».

— Попробуйте это.

Йернил надела колчан через плечо и взяла в руки лук.

— И это тоже.

Следом я отдал ей кинжал гоблинского вора, который подобрал ранее. Йернил засунула его за пояс. Теперь она напоминала неуклюжего рейнджера. Но это было в сто раз лучше, чем маг.

— А жезл с «Электрошоком» я заберу.

Она протянула мне его. Так я стал коллекционером, собравшим жезлы всех четырех членов нашего первоначального отряда. Еще один — и можно будет превратиться в Таноса и устроить щелчок пальцами. Пока я рассовывал жезлы за пояс, Йернил сказала:

— Если честно, с луком мне тоже удобнее.

— Правда?

— В лесу я иногда пользовалась им.

Вот почему она так покорно приняла и лук, и кинжал. Но почему тогда она сначала просила щит?

— Просто… я слышала, что если использовать не жезл, а другое оружие, то даже если выберешься, в Магической Академии тебя посчитают бесполезной и продадут в какое-нибудь странное место…

— Куда бы ни продали, будет лучше, чем в Лабиринте, не так ли?

— Это да. Но есть и другая причина.

— Какая?

— Я не очень разбираюсь, но… разве кто-то не должен носить щит? Говорят, в походе по Лабиринту танк обязателен. Я подумала, что должна выигрывать время, пока Калеб творит заклинания…

Похвально, Йернил. Уверенно владеешь оружием дальнего боя, но готова сама пойти в танки?

— Сейчас нам танк не нужен, — я отверг ее самопожертвование.

На то было две основные причины. Первая: на первом этаже Лабиринта для мага с 10 очками Мудрости большинство обычных монстров — на один удар. Вторая: «Песочные часы» пресекают практически любую внезапную атаку, давая мне право первого хода. Конечно, если нас атакуют со спины, будет плохо, но с этим Йернил не справится даже со щитом. Так что лучше увеличить нашу дальнобойную атакующую мощь и уничтожать врагов до того, как они успеют приблизиться.

— Идемте.

***

Другие отряды рабов из Магической Академии, как правило, опасны. Большинство из них были брошены в Лабиринт без какой-либо подготовки. В первые несколько часов они либо погибают, либо впадают в отчаяние. Вспомните, как Йернил просто рухнула на пол. Те, кто переживает этот этап, к этому моменту обычно остаются со злобой и отчаянием. К тому же, изначально они были преступниками. Даже Йернил, по сути, была осуждена за распространение наркотиков. Так что они не могли не быть опасными.

Прошло четыре с половиной часа с тех пор, как мы вошли на первый этаж.

— …

Мы с Йернил стояли лицом к лицу с одним из таких отрядов. Четверо мужчин-людей. Вооружены жезлами от Академии, гоблинскими мечами и щитами. У одного был лук. Мы держались на расстоянии десяти метров, медленно расходясь в разные стороны и не сводя друг с друга глаз. Ладони, сжимающие жезлы, вспотели. Я не поднимал оружие, чтобы не спровоцировать атаку, но запястья были напряжены. Готов вскинуть жезлы в любой момент.

— Не отводите взгляд.

Словно столкнувшись в горах с диким зверем, мы сверлили друг друга взглядами, медленно пятясь и смещаясь вбок. Когда расстояние стало достаточным, напряжение начало спадать. Удаляясь, те парни бросали на нас косые взгляды и о чем-то перешептывались.

— Быстрее, идемте.

Я хотел как можно дальше уйти от них. Примерно через сорок минут пути Йернил позвала меня:

— Калеб.

На ее лице была явная тревога.

— Мне кажется, те мужчины идут за нами.

— Что?

— Я слышу их шаги. Похоже, они развернулись и теперь преследуют нас.

Я не слышал абсолютно ничего. Конечно, в этой игре была механика, по которой слух зависел от показателя Ловкости, но не до такой же степени?

— Йернил, закройте глаза.

Когда она закрыла глаза, я поднял три камня и бросил их за ее спиной.

Тук-тук-тук!

— Вы слышали, сколько камней упало?

— Три?

Теперь я был уверен. У Йернил была особая способность — «акустическое восприятие». Способность по звуку определять местоположение, движение и количество объектов. А значит, ее слова о том, что нас преследуют, скорее всего, были правдой. Черт. Что-то мне в них сразу не понравилось.

— Если они нападут со спины, когда мы столкнемся с монстрами, будет очень опасно. Лучше разобраться с ними сейчас.

Я повел Йернил обратно.

— За мной.

Я присмотрел подходящее место прямо впереди. Просторное помещение примерно десять на десять метров с двумя большими колоннами. На пути, по которому должны были прийти наши преследователи, на полу была неглубокая впадина, заполненная водой. Небольшая лужа глубиной сантиметров двадцать, не больше.

— Ждем здесь, пока они не войдут. Прячемся за колоннами.

Мы укрылись и затаились.

Шлеп, шлеп.

Теперь и я услышал их шаги в воде. Йернил напряглась так, что, казалось, почти не дышала. Честно говоря, я чувствовал себя не лучше.

«Идут».

Наконец, в проходе показались мужчины. Они на миг замешкались, а затем, шлепая по воде, вошли внутрь. Я выбрал этот момент и резко вышел из-за укрытия.

— Стоять! — крикнул я.

Я направил на них два жезла, как пистолеты, а Йернил натянула тетиву. Те выставили вперед два щита, а из-за них на нас нацелились лук и жезл.

— Почему вы нас преследуете?

Обычно другие рабы нападали из-за еды. Они были готовы убивать другие отряды, чтобы отобрать вареную картошку, которую выдала Академия. Но когда мы их встретили, мешки с картошкой на их поясах были полны. Значит, они бы не стали рисковать жизнью ради еды. Может, они просто психопаты-убийцы? Возможно, но тогда вряд ли бы они продержались столько времени, не перебив друг друга. Оставался лишь один вариант, но неужели…

— Ты, — из-за щита раздался голос лысого. — Отдай эльфийскую девку.

— …!

Йернил вздрогнула от ужаса. Я так и думал. Когда человек попадает в условия экстремального стресса и отчаяния, он склонен искать утешение в самых примитивных инстинктах. Особенно в Лабиринте, где нет ни закона, ни морали. Особенно для отряда бывших преступников, а не настоящих искателей приключений.

— Отдай ее, и мы тебя не тронем, — пригрозил лысый.