109

Нэвин говорил о закреплении в святилище.

Он имел в виду ритуал, придуманный людьми для призыва богов из-за пределов мира и извлечения их неестественной силы.

Аморфное существо из света, дрейфовавшее в каком-то невообразимо далёком ином месте, отреагировало на выпущенную Нэвином ауру, так же, как было привлечено молитвами лордов пограничья. Его бесформенное тело, яростно извиваясь, рухнуло с неба.

Хотя у них не было физической формы, эти существа, могли пролетать сквозь воздух этого мира, оставляя за собой невидимые порывы ветра. Один такой порыв едва не сбросил Кая с крыши, но ему чудом удалось ухватиться за парапет.

Нэвин пострадал не меньше. Проводя ритуал, привлекающий богов извне, он неверно рассчитал момент, чтобы избежать ударной волны. Его отбросило в сторону и он покатился по лежащему на крыше снегу, пока не свалился за край.

Кай на мгновение забеспокоился, но затем вспомнил, что Нэвин умеет летать.

Эти боги... Их затягивает в башню.

Возможно, это было ещё одним эффектом магического устройства.

Всё здание содрогнулось, ощутив невообразимую силу, которая втягивалась через крышу. Поток энергии прошёл сквозь башню и, должно быть, продолжил движение вниз, к нижним уровням мавзолея.

Нэвин прилетел обратно, выглядя недовольным и пытаясь стряхнуть снег со своей головы.

— Чуть не взорвал себя, — рассеянно пробормотал он себе под нос.

Кай таким спокойным не был. Огромное количество энергии, только что обрушившееся на мавзолей, могло навредить людям внутри. Он бросил обвиняющий взгляд на Нэвина.

Сам же Нэвин, какое-то мгновение, выглядел озадаченным.

— Не волнуйся, — сказал он Каю. — Это так и должно работать.

Кай не был уверен, что может доверять всему, что говорит Нэвин. Он прыгнул обратно в вертикальный проход, из которого только что вылез.

От дурного предчувствия, на спине Кая выступил холодный пот. Быстро скатываясь вниз по проходу, он ощущал тепло от облака ауры, и вскоре вернулся к отверстию в потолке мавзолея. Внизу, в большом зале, лорды пограничья, ещё недавно наслаждавшиеся едой и напитками, теперь в тревоге поднялись на ноги. Внутри, должно быть, довольно сильно тряхнуло.

Кай спустился ниже и прыгнул на железную люстру. Он старался не потерять равновесие, так как вся эта конструкция сильно раскачивалась. Посмотрев вниз, он заметил круг людей, среди которых были граф Балта и барон. В этот самый момент граф поднялся на ноги и что-то прокричал.

Зал наполнился громкими возгласами, но песнопения жрецов, до этого звучавшие фоном, прекратились. Помощник викария и другие жрецы, возносившие молитвы перед величественной статуей Баалитолиги, теперь встали и к чему-то приготовились. Младшие жрецы быстро расположились вокруг помощника викария.

Кай почувствовал, как его взгляд невольно притягивается к статуе Баалитолиги. Её было трудно не заметить, поскольку она ярко светилась, будто переполненная силой. Кай понял, что спустившиеся боги находились внутри неё. Или точнее, они были запечатаны внутри могильного камня Баалитолиги у её основания.

Граф Балта снова что-то крикнул, чего Кай не смог разобрать, а затем из его тела вырвалась вспышка ауры. Затем он засиял так ярко, что Каю пришлось прищуриться, и казалось, будто граф вот-вот сгорит на месте.

Это выглядит как...

Синяя аура, окружавшая графа, была знакома Каю.

По какой-то причине, граф продолжал кричать, бросившись на землю и отчаянно прижимаясь к каменному полу, как это делает человек, охваченный пламенем.

Он не просто кричал — он вопил от боли, будто что-то пыталось спалить его кожу.

— Как диабо...

— О, так ты о нём знаешь?

Кай не заметил, как Нэвин вернулся в зал. Казалось, всё это здание являлось его вотчиной. Он, расправив крылья, беззаботно летал вокруг, но какая-то магия мешала другим увидеть его.

Граф всё ещё ярко светился, катаясь по земле, но его кожа, похоже, не была сильно обожжена проклятым синим пламенем. Другие носители стража вокруг него вели себя так, будто никогда не видели подобного света. Огонь, пожиравший кожу графа, не имел физической формы, словно само его существование было запрещено.

Корчась от боли, граф отказался от помощи слуг, продолжая кричать. Кай удивился, услышав его приказ продолжать банкет. Граф Балта рисковал жизнью, чтобы провести обряд закрепления, о котором говорил Нэвин.

Слуги попытались поспешно куда-то сбегать, но их остановили жрецы, которые по какой-то причине прекратили песнопения. Завязался спор, но граф продолжал орать на них, пока некоторым не удалось стряхнуть с себя жрецов.

— В древние времена в этот момент проводили ритуальные состязания, но люди стали невежественны. Однако это не имеет значения. На этот раз у нас есть замена.

— Что ты имеешь в виду под заменой?

— Увидишь. Боги извне не могут насытиться существами из нашего мира.

Он отвернулся от Кая, который ничего не понимал.

Горделивая фигура Ашны, шестого сына, который, несомненно, пропустил всё происходящее, появилась из комнаты ожидания, услышав условный сигнал.

За ним следовали барышни, наряженные в свои парадные платья.

Флоренс, дочь лорда Вальмы. И бледнокожая дочь Дома Молох, которую Кай очень хорошо знал.

— С древних времён люди подносили им «чистых дев».

Неясно, была ли это историческая практика имеющая под собой веские основания или просто глупая идея, которую носители стража, преимущественно мужчины, придумали себе сами.

Учитывая, что Нэвин не был человеком, он, вероятно, и сам не испытывал никаких сомнений по поводу этой идеи. Он был здесь, потому что хотел стать свидетелем варварской практики человеческих жертвоприношений.

Нэвин просто проигнорировал удивившегося Кая и продолжил наблюдать, как двух барышень ведут к подиуму — алтарю перед Баалитолигой.

Оказалось, граф Балта не позволит Белой Госпоже выйти замуж.

Нэвин пробормотал что-то о том, как забавно наблюдать за тем, как душа жертвы разрывается на части, от чего у Кая волосы встали дыбом.

Не думая о последствиях, Кай прыгнул с люстры.

— Стойте! — закричал он изо всех сил.

Он кричал так громко, что казалось, его горло вот-вот разорвётся, но его голос заглушил шум от толпы людей внутри мавзолея. Чтобы смягчить падение, он ухватился за цепь, которая держала другую люстру.

Кай перерезал цепь своим невидимым мечом. Словно раскачавшись на лиане, он спрыгнул со свисавшей цепи и полетел в сторону подиума.

— Белая Госпожа, — наконец, когда он оказался достаточно близко, его голос достиг её.

Белая Госпожа на подиуме подняла глаза, услышав голос Кая. Он отпустил цепь на половине пути её колебания, поэтому летел по воздуху с огромной скоростью. Больше ухватиться было не за что, так что он не мог добраться до цели быстрее. Чем больше он концентрировался, тем больше казалось, что течение времени замедляется. Пролетая над головами нескольких человек, он почувствовал, что все взгляды устремлялись на него.

Позади раздалось несколько криков, когда люстра рухнула на пол.

Барон и многие дворяне из центра уставились на Кая, словно на невиданного зверя, когда он появился в их поле зрения.

Граф Балта, окутанный синим светом, взглянул на него безжизненными глазами. Выглядящая сильной женщина с длинными рыжими волосами, ниспадающими на её спину, с удивлением взглянула на него, а затем потянулась к подсвечнику рядом с ней.

Кай мельком глянул вниз и увидел, что жрец, с высоким званием помощника викария, тоже смотрит на него. Он пролетел над несколькими их лысыми головами.

Он был так близко. Он был почти на месте.

Белая Госпожа приготовилась к его приземлению, но затем внезапно исчезла из его поля зрения. Точно так же, с выражением шока на лице, исчезла под землёй и барышня из центра в своём красном парадном наряде.

Ашна остался на подиуме, растерянно озираясь. Все они стояли на заранее определённых им для церемонии местах. Две прекрасные барышни, которые, как он думал, станут его собственностью, теперь исчезли из поля зрения Ашны, отчего тот завизжал, как ребёнок. Мгновение спустя исчез и он сам, по глупости наступив на ту же часть пола, в которую исчезли две барышни.

Кай подбежал к месту, где они стояли.

То, что он увидел, было круглым пятном черноты на алтаре. Он понял, что это была ловушка, в которую они провалились. Внутри чёрного круга он смутно смог различить тщательно сложенную каменную кладку, образующую эту яму-ловушку.

Это была не просто физическая структура. Ловушка управлялась с помощью магии.

Под действием магии дыра исчезала прямо на глазах Кая. Он запаниковал, но инстинктивно создал невидимый меч на правой руке, которым взмахнул в сторону пола. Структура, которая блокировала дыру, была сделана из твёрдого камня, но невидимый меч Кая прорезал её, словно воздух.

Под слоем камня он увидел, что яма всё ещё там.

Громкие звуки голосов внутри мавзолея стали отдаляться, как только Кай спрыгнул в дыру. Он периодически отталкивался от стен, чтобы контролировать скорость своего падения. Его твёрдое, подобно стали, тело носителя стража, позволяло ему стачивать камень, как будто его пальцы ног были отбойными молотками.

— Белая Госпожа!

Ему казалось, что эта дыра уводит его невероятно глубоко вниз.

Настолько глубоко, что обычный человек никак не смог бы пережить такое падение.

Вскоре ему больше не нужно было тормозить о стены, потому что его тело по какой-то причине стало невесомым.

Затем Кай вылетел из этой дыры и оказался в открытом пространстве, гораздо большем, чем он мог себе представить. Мавзолей Дома Балта был велик, но не шёл ни в какое сравнение с этим.

Он смутно различал что-то круглое на дне этого пространства. Ему подумалось, что громадность всего этого может путать его восприятие, но в конце концов он понял, что смотрит на массивный череп.

Его ноги коснулись земли. В момент приземления кто-то схватил его сзади. По звуку голоса и запаху духов он понял, что это Белая Госпожа.

— Кай...

— Моя Госпожа...

Прекрасная барышня назвала его по имени и прижалась к нему, но ему пришлось сосредоточиться на другом.

Оглядевшись, он увидел, что все, кто провалился в яму, стоят на своих ногах и невредимы.

Кай заметил, что земля, на которой они стояли, была покрыта человеческими костями, словно сухими ветками в лесу. Поверхность спускалась вниз, к центру пространства, образуя чашу, опускающуюся ещё глубже под землю. Раздался странный крик, вызвавший глубокие вибрации в окружающем их воздухе, и инстинкты выживания Кая велели ему держаться подальше от источника звука.

— Никто не говорил мне об этом.

Всё тело Ашны дрожало. Он, должно быть, принял Кая за одного из своих слуг, потому что по-детски требовал, чтобы тот немедленно что-то предпринял, дабы вытащить его из этой ситуации.

— Что это за штука? — раздался другой женский голос.

Кай понял, что это был голос барышни из центра, но не повернулся к ней лицом.

По одному только тону её голоса он догадался, на что она смотрит.

Она увидела огромные кости какого-то существа в глубине темноты.

Они могли разглядеть лишь часть черепа, но было ясно, что он в разы больше всего, о чём им было известно.

Затем, со дна тёмной чаши, что-то начало подниматься.