88

Итак.

Было бы не совсем правильно сказать, что Кай и остальные сразу же отправились обратно в долину после убийства диабо.

Торуд и другие вожди, принадлежащие к фракции абридора, отчаянно гнались за ними. Поскольку именно с ними Кай изначально заключил сделку, он согласился перед уходом посетить абридора.

Судя по всему, весть уже дошла до деревни племени Нэнэм, потому что они уже готовились к пиру, несмотря на те трудности, которые перед ними стояли. В итоге Кай не смог отказать, и их задержали там на целую ночь.

Хотя деревня была заполнена голодающими жителями, по приказу абридора из соседних поселений привезли еду, что позволило им устроить пир, достаточно грандиозный, чтобы из слюны голодных макак образовалась целая река. Также на пир было принесено спиртное, которое, вероятно, взяли из запасов Дэхоуси.

Естественно, имелось ограничение в ингредиентах, поэтому блюд было не так много. В основном это были картофель и бобы, которые либо варили, либо готовили на пару с минимальным количеством приправ, так что всё было сытным, но не особенно вкусным.

Но Кай привык к простой еде и набил желудок без каких-либо жалоб. Они подавали драгоценный алкогольный напиток, что обладал ароматом мёда и инжира, который пили прямо из бутылок. Поскольку от него они потихоньку становились пьяными, это помогало разговорам течь свободнее. Кай был способен выпить много, вероятно, благодаря благословениям, укреплявшим его тело.

Пожилой представитель макак поделился устной историей своего народа, а дружелюбные носители стража снова и снова описывали подвиги прошлых героев, которыми гордился их вид.

Абридор уже оправился от состояния, вызванного диабо, и они с Каем угощали друг друга алкоголем из одного кувшина, пока абридор объяснял структуру власти их вида, ничего не утаивая.

В этом районе проживало 48 племён макак, насчитывающих в общей сложности 20 000 членов. Кай даже не знал, сколько людей жило в пограничье, так что это число было больше, чем он мог себе представить. Лучшее, что он мог сделать, — это представить, сколько деревень, подобных Лагу, было эквивалентно этому количеству. Было полезно узнать, что их достаточно, чтобы противостоять многим деревням пограничья вместе взятым.

В своём нынешнем состоянии долина даже не могла сравниться с деревнями, насчитывающими 1000 жителей, такими как Лаг. Два вида, собравшиеся вокруг Кая, все вместе, не насчитывали даже 200.

Хотя у них был Кай в качестве короля, сам Кай был исключением, и любой, кто напал бы в его отсутствие, столкнулся бы лишь с небольшой слабой армией. Он понял, что ему нужно тщательно обдумать разницу в силе между долиной и видами по соседству, иначе, рано или поздно, им будет принято неправильное решение, которое приведёт их к гибели.

Пока они пили вместе, Кай получил предложение от вождя племени с просьбой объявить о дружбе, пусть и временной. В конце концов, абридор, как лидер собранных южных племён, предложил, что они будут ежегодно платить Каю дань как своему защитнику, если тот, в свою очередь, будет оказывать им поддержку. Кай принял предложение, чисто из личной выгоды.

Таким образом, долина установила дружбу с абридором, который контролировал более половины из 20 000 макак, то есть более 10 000 макак в южном регионе.

Вот так, народ долины во главе с Каем укрепил своё положение в регионе. В то время как альянс северных племён, казалось, с энтузиазмом приветствовал свою новую королеву, абридор и южные племена макак теперь получили поддержку защитника, которую нельзя было игнорировать.

Как ни странно, именно это впервые привело к тому, что имя «Защитник Кай» распространилось в мире полулюдей на севере. В то же время, по региону распространились слухи о том, что бог долины нашёл нового хозяина и что нынешний бог долины был выбран из числа слабых корору.

Именно этот слух привёл к тому, что угнетаемые и уязвимые слабые виды каждого региона потянулись к долине.

**

Приём у макак длился с полудня до ночи.

Если бы их ничто не остановило, это собрание алкоголиков, вероятно, без проблем продолжало бы праздновать до следующего дня. Конец банкета наступил, когда группа самок окружила столы и набросилась на основательно напившихся самцов. После того как несколько из них пали их жертвами, абридор объявил о завершении собрания.

— Картофель был неплох...

— Мы дадим вам немного. Но не так много, чтобы это разозлило их. Простите.

Группа самок напугала даже абридора. Они были похожи на то, что в Лаге называли женским советом.

Племя Нэнэм уже испытывало нехватку припасов и было полно голодных макак, поэтому самки не выглядели готовыми отдать часть своих скудных запасов гостям, какими бы важными те ни были. С точки зрения самок, самцы были словно идиоты, которым требуется постоянный присмотр, чтобы те не растратили всё до последнего.

— Пожалуйста, уходите поскорее, — умоляли их самки, нежно улыбаясь.

Кажется, изначально собирались отдать телегу, полную местного картофеля, но количество, которое в итоге дали Каю, сократилось до одного мешка.

— Следующие десять лет мы будем давать картофель.

Это было отсылкой к упомянутой ими дани.

В этом году условия были тяжёлыми, и им пришлось извиняться. Они пообещали, что в следующем году также предоставят телегу, наполненную овощем, известным как таро[1], который был гордостью их вида.

Среди самок было много вдов, поэтому они спросили, не возьмёт ли Кай одну из них в наложницы. Это было единственное предложение, от которого он не колеблясь отказался. Аруве и Нирун уже было более чем достаточно для Кая, и он не собирался принимать кого-либо ещё. И, конечно, несомненным фактом являлось то, что эти самки определённо не были в его вкусе.

Они попрощались в традиционном для макак стиле, притворяясь, что ухаживают за мехом друг друга, после чего Кай покинул регион вместе со своей группой.

**

К моменту, когда группа вернулась в долину, с их отъезда прошло уже семь дней.

Корору и узэллы с нетерпением ждали возвращения своего господина и застали группу врасплох, бросившись приветствовать их. Кай принёс Порека и солдат в жертву толпе, воспользовавшись быстрыми движениями, чтобы улизнуть и сбежать в свою долину.

— Наш Бог!

Он слышал голоса, зовущие его, но Кай всё равно поспешил к своей хижине, испытывая лишь лёгкое чувство вины. Всё это время, до входа в долину, тёплый белый комочек, щенок деусвульфа, спал на руках Кая, свернувшись калачиком.

Аруве, должно быть, услышала весь этот шум снаружи, потому что вышла из хижины, чтобы поприветствовать Кая. Позади неё, девушка-узэллка, Нирун, вскоре тоже высунула голову.

Щенок волка не стал есть бобовую кашу или картофельный суп. Даже когда ему в рот положили немного вяленого мяса, ничего не вышло. Оставалось только одно, чем можно было накормить этого младенца.

Кай нетерпеливо поднял щенка обеими руками и представил его двум женщинам из хижины, после чего сделал неожиданную и необдуманную просьбу.

— Покормите это существо своим молоком!

Малышу нужна была мать, что подразумевает самку.

В деревне племени Нэнэм была самка с новорождённым ребёнком, которая предложила поделиться молоком. Но у щенка уже выросли зубы, и у него была дурная привычка кусаться, поэтому она убежала, выглядя обиженной.

Теперь всё зависело от женщин долины, которым предстояло сделать всё возможное. Кай был уверен, что на этих двух девушек можно положиться в выполнении его просьбы. По крайней мере, так он думал, до того, как озвучил свою просьбу.

Он определённо не ожидал, что они обе покраснеют, а затем съёжатся, прикрывая грудь.

— Молоко?..

— Мой Бог, Вы...

— Умри! Пожалуйста...

Кай всё ещё был полон решимости добыть немного молока для щенка, но когда он опустился на колени, чтобы осмотреть двух девушек, Нирун попыталась ударить его головой. Кай без труда защитился от этого. Пока девушка-узэллка находилась в унизительной позе, а Кай крепко держал её рог одной рукой, Аруве бросилась к нему и по-детски отругала его, стукнув по лбу и крича «Нет!»

Они быстро объяснили ему, почему его просьба не была тем, о чём следует просить девушку, у которой нет детей и которая даже не замужем. Раскаяние Кая было глубже самой долины.

В конце концов он отправился искать женщину с ребёнком, и его просьба была принята одной женщиной-узэллкой. Узэллки давали особенно хорошее молоко. Не было лёгкого способа удержать щенка от укусов, поэтому они решили, что молоко будут давать с помощью кувшина с носиком, который использовали укротители макак.

— Теперь пей.

Он, должно быть, был очень голоден, потому что, когда приблизился к кувшину, то послушно начал сосать и пить из носика. Вероятно, он стал более расслабленным, начав пить, потому как его маленькое тело стало ощущаться вялым.

Затем щенок крепко заснул на руках у Кая. Аруве и Нирун с обожанием смотрели на его спящую мордочку, а затем посмотрели на Кая, словно тоже хотели подержать его. Кай подумал несколько мгновений, а затем сказал им, что оставит щенка на попечение женщины-узэллки, которая даёт ему молоко, и что они не должны его трогать.

Он надеялся, что в какой-то момент щенок окрепнет достаточно, чтобы вернуться к своим сородичам. Это маленькое существо вырастет в гордое создание, и ему не подобает слишком сближаться с людьми.

— У вас нет молока, и вы не можете растить его в хижине. Извините, что вселил в вас ложные надежды.

— ...

— Господин...

Кто-то внезапно схватил его за рукав, и он посмотрел вниз, увидев девушку-корору с улыбкой на лице, выглядящей ужасно натянутой. По какой-то причине девушка-узэллка сзади закатывала рукава и серьёзно смотрела на него.

— Аруве?..

— Вам достаточно попросить, и мы сможем исполнить Ваши желания, — кокетливо сказала Нирун.

— Мы можем оправдать Ваши ожидания, — в унисон добавила Аруве.

Дёрнув Кая за рукав, она подняла маленький мешочек, в котором лежали круглые чёрные гранулы.

— Важно подготовиться к таким вещам, — заметила Аруве.

—Подготовиться?..

— Господин, попробуйте одну! — настоятельно попросила Нирун. — Д-давайте!

— Это лекарство придаст Вам сил, — подтолкнула Аруве.

— Давайте!

— Проглотите одну!

Чувствуя себя сокрушённым их настойчивостью, Кай проглотил гранулу, как они и просили.

Кай был настолько тупоголовым, что подумал, что это должно быть лекарство от усталости. Будучи крепким носителем стража, он не чувствовал необходимости быть особенно осторожным и без страха проглотил её.

Через мгновение он заметил, как две девушки самодовольно улыбаются, и понял, что совершил ошибку. Но такие лекарства не действуют мгновенно. Эффект проявится не сразу, поэтому Кай всё ещё был сбит с толку их улучшившимся настроением.

После этого Аруве приготовила еду, которую нельзя было назвать никак иначе, кроме как восхитительной, и Кай ел, пока не наелся. У него также было что выпить. Его чай вскоре заменили вином, но Кай не беспокоился, потому что легко он не пьянел.

Удовлетворив свой ненасытный аппетит, он почувствовал себя более пьяным, чем ожидал. Он, спотыкаясь, вошёл в хижину и свернулся калачиком на постели вместе со щенком. Как обычно, там спала Эльза. Она сильно похудела... но теперь её лицо приобрело какую-то эфемерную красоту. Внутри Кая росло странное чувство.

Он погладил её по щеке, но этого было недостаточно, поэтому он потёрся своей щекой о её. Тело её было тёплым и мягким, и по какой-то причине Кай почувствовал, что дрожит от нахлынувших эмоций. Ноги Кая ослабли и появилось совершенно неуместное чувство вожделения. Затем его ноги подкосились. Он сел на задницу и заметил, что две девушки почему-то учтиво сидят в хижине.

Прежде чем он успел выразить своё удивление, Нирун набросилась на него. Она потёрлась головой о его грудь и подняла глаза, выжидающе глядя на него.

Именно в этот момент Кай понял, что попал в ловушку, которую они для него приготовили.

— Е-ещё есть время, — сказала Аруве.

Девушки примерно подсчитали, сколько «свободного времени» Кай планировал провести в долине. Так как Кай был слишком шокирован, чтобы двигаться, они, должно быть, приняли это за согласие.

— В-Верно. Вам стоит отдохнуть здесь, в долине, Господин!

Аруве покраснела, ёрзая и накручивая свои волосы на пальцы. Кай хотел сказать, что ей не нужно заставлять себя делать что-то смущающее.

Хотя они загнали его в угол, тем, что позволяло ему сохранять рассудок, была спящая Эльза, которую он никогда не терял из виду. Кай притворился пьяным от лекарства и вырывался каждый раз, когда они пытались прижать его, но как только они развязали его пояс, он оказался в невыгодном положении.

— Мы сделаем детей!

— Давайте просто сделаем это уже!

Хотя они были разных видов, они всё ещё были молодыми девушками, и это были не те вещи, которые им следовало говорить.

Обычные отношения слуги и хозяина перевернулись с ног на голову, и Кай начал находить всё это очень раздражающим. Он, наконец, перестал притворяться спокойным и зрелым, и стал сопротивляться с помощью магии. Магия? В такой ситуации? Какое-то неизвестное другое «я» внутри Кая отчаянно пыталось остановить его, но Кай без колебаний выпустил магию из своей правой руки.

Магия огня? Конечно, нет.

Это был вид магии, который мгновенно успокаивал людей.

Охлаждающая магия... Холодная рука!

Глаза Аруве наполнились слезами, как только Кай протянул руку и прикоснулся к ней. Ощущение его руки у неё на шее заставило её отпрыгнуть назад и упасть. Она, отступая, крикнула «Кьяун!», словно шокированный ягнёнок, а затем Нирун, как и ожидалось, бросилась вперёд.

Она была покрыта светлым мехом от шеи до спины, так что уязвимых мест у неё было немного. Она выставила грудь вперёд, чтобы привлечь его внимание, так что именно за неё Кай её и схватил.

— Холодно! Хья!

Ощущение холода заставило Нирун закричать, а затем она упала назад на кровать.

— Господин...

— Ваши руки такие холодные!

— Так ведь зима, вы же знаете.

— Здесь, в долине, тепло!

— Господин! Вы использовали какой-то трюк, я знаю!

Затем Кай вышел из хижины, подняв правую руку, покрытую холодным белым воздухом. Он почувствовал, как белый пушистый комочек, в его левой руке, зашевелился, и он вспомнил про молоко, которое дала ему женщина-узэллка, после чего поспешил покинуть долину. Не думая о своей гордости или репутации, он сбежал на полной скорости.

На краю долины устраивался пир, чтобы поприветствовать Порека и солдат и поблагодарить их за тяжёлую работу. Когда Кай выскочил на свет костров и приблизился к пирующим, все услышали крики двух девушек, преследовавших его, и Кай на несколько мгновений потерял дар речи.

— Я передумал. Я присоединюсь к вам, — сказал он им, после чего присоединился ко всем.

Некоторые из его людей поняли, что Кай снова подумывает о побеге, потому как осознал, что две девушки находились прямо за ним. Они воспользовались возможностью, чтобы подшутить над ним.

— Наш бог побеждён!

— Секрет долгого мира в том, чтобы держать мужчин под контролем!

На пиру были и корору, и узэллы, и мужчины, и женщины. Кай заметил, что рядом с Пореком сидел улыбающийся торговец-мяо Флуу, который случайно оказался в гостях.

— Господин.

— Спрячь меня, дедуля.

Единственным зданием в поселении корору, подходящим для укрытия человека, такого как Кай, был дом Порека.

По настоянию Кая, Порек криво улыбнулся и встал. Когда он услышал голоса настойчивых девушек, то небрежно спросил: «Моя внучка Вам не по нраву?»

Кай торопился и уже начал терять терпение, но тут он оказался застигнут врасплох, когда Порек, казалось, кое-что вспомнил.

— Это напомнило мне. Заложник-человек, которого Вы оставили на наше попечение, всё ещё там.

Сам Кай совершенно о ней забыл.

Теперь он вспомнил её.

Единственное, что позволило Каю отправиться в долгое путешествие, — это глупая дочь барона.

К счастью, эта глупая дочь также находилась на попечении Порека. Порек указал на отдельное строение, похожее на пристройку к его дому.

Дом Порека был выдолблен в стволе большого кедра бален, и для корору обладал хорошим размером, но для людей он казался немного тесным.

Дверь в пристройку была заперта, но смутно интерьер можно было разглядеть через маленькое окошко.

Через это маленькое окошко, достаточно большое, чтобы корору мог выбраться через него наружу, на него смотрело шокированное лицо.

Кай поспешно натянул на себя снятую маску и посмотрел на девушку сквозь окно. Девушка, с лицом покрытым веснушками, внутри не была особенно красивой, что не означало, что она совсем не могла сравниться с другими девушками, просто выглядела довольно средне. Очевидно, большинство деревенских мужчин, которых женщины избегали, набросились бы на неё, не задумываясь.

Перед ней стоял Кай, одетый как солдат корору.

— Кто... ты?.. — тихо спросила она.

Благодаря действию лекарства, Кай увидел девушку, которая выглядела примерно на 50 процентов привлекательнее, чем была на самом деле, смотрящую на него снизу вверх.

* * *

[1] Таро — На яп.: 瘤芋(ターロ), где 瘤 — узел, шишка, нарост (у растений); 芋 — батат, сладкий картофель, та́ро (растение со съедобными клубнями). Фуриганой помечено, что читается как [та:ро]. Видимо отсылка на это растение: https://ru.wikipedia.org/wiki/Таро_(растение)