85

Тот факт, что он смог очнуться после смертельного проклятия диабо, его неизлечимого заклятия, был не иначе, как чудом.

Было неясно, что именно привело к этому чуду.

Вполне возможно, что это произошло благодаря духовной защите, которую Кай создал и наспех применил в момент, когда его прокляли. Это также могло быть связано с тем, что Кай был настолько могущественным носителем стража, что проклятие не смогло истощить все его запасы энергии.

Но проклятие, полученное от диабо, вряд ли можно было побороть так просто. Возможно, бог долины мог нейтрализовать проклятие, используя какую-то божественную силу.

Все эти варианты были возможны, но Кай не мог сказать, какой из них являлся верным. Но в данный момент он был жив. Это единственное, в чём он мог быть абсолютно уверен.

Я всё ещё жив.

Он чувствовал, как вся духовная энергия была вытянута из его тела на какое-то время. Воспоминания о холодной пустоте, которую он ощутил, было достаточно, чтобы каждый волосок на его теле встал дыбом. Это чувство, возможно, испытывали лишь те, кто находился на грани смерти, когда огонь их жизни угасал.

Он был уверен, что сама по себе быстрая потеря духовной энергии и являлась причиной внезапной смерти, которую вызывало смертельное проклятие диабо.

Возможно, только благодаря этой последней отчаянной попытке защититься я не был полностью иссушён.

Какой-то другой интеллект внутри Кая пытался определить странное проклятие, вызванное диабо, как поддающийся количественному выражению эффект. Даже яды естественного происхождения, быстро приводящие к смерти, действовали только после превышения определённой «смертельной дозы». Можно было оставаться здоровым в рамках определённого предела воздействия.

Он не просто потерял духовную энергию; она была насильственно стёрта из него диабо с помощью какой-то магии.

Хотя невидимый меч обладал невероятной остротой, он также требовал достаточно духовной энергии, чтобы компенсировать количество разрезаемого. Точно так же и проклятие диабо должно было количественно определяться в зависимости от времени контакта с объектом и площадью поверхности контакта, или объёмом, если речь идёт о телесной жидкости. Объём жидкости, в которой он искупался, мог соответствовать почти полному истощению духовной энергии Кая.

Если время воздействия короткое, а энергия высасывается сильнее всего в области контакта...

Окутывание божественного камня всей духовной энергией, которую он смог собрать, вероятно, не было напрасным. Если духовная энергия терялась по мере распространения проклятия, то использование её для уменьшения воздействия на божественный камень, содержащий бога долины, могло являться слабой контрмерой, но не совсем неэффективной.

Мой бог не был оглушён, поэтому я выжил. Мне повезло.

Ему также повезло, что его последователи были рядом, чтобы спасти его после того, как он потерял сознание. Если бы он сражался один, уже был бы в желудке у диабо.

Я всё ещё немного голоден...

После странного сна, который ему приснился, он не мог не воспринимать тело диабо как гигантскую массу костного мозга из божественного камня.

Хотя оно медленно горело синим пламенем, сама плоть была слегка прозрачной и, на первый взгляд, выглядела мягкой. Тот факт, что её поверхность была твёрдой, словно железо, вероятно, был связан с каким-то защитным благословением внутри диабо.

Он задавался вопросом, была ли телесная жидкость, которая хлестала, будто кровь, тем самым соком, находящимся внутри костного мозга. И не мог перестать представлять себе, что всё его тело, до самого ядра, было тем же желе.

Это была абсурдная мысль, но если тело диабо было ядом, который мог убивать тех, кого касался, то оно, возможно, не так уж отличалось от костного мозга той жабы, из-за которого Эльза впала в кому. Ему просто хотелось, чтобы эффект, вызывающий потерю сознания после употребления этого вещества, не был таким же.

Как эта жаба вообще жила с телом, полным яда?

Вслед за ударом по телу, раздался звук падающих на землю обломков разбитого деревянного щита. Мысли в голове Кая были невероятно подробными, и ему казалось, словно течение времени в реальном мире замедлилось.

От удара Кая половина тела диабо соскользнула с платформы, на которой тот сидел, заставив макак в чёрном, собравшихся внизу, с криками разбежаться. Деусвульф уклонился от падающего диабо и стремительно направился к более широкому пространству, где стоял Кай.

Но он не хотел подходить слишком близко. Он предупредил Кая держаться подальше, оскалив острые клыки и, глядя на него, издав низкий рык.

Мысли Кая начали обретать форму.

Тот инспектор-жаба носил яд в своём теле, и всё же это не угрожало его жизни. Должна была быть какая-то причина, которая позволяла ему продолжать жить.

Кость... Божественный камень.

Конечно же, его костный мозг был запечатан внутри круглой кости божественного камня.

Тело жабы и ядовитый костный мозг всегда были разделены костью божественного камня. Причина, по которой он не отравил себя, заключалась в том, что костная оболочка, предоставленная божественным камнем, запечатала яд внутри.

Я думал об этом задом наперёд...

Кость, известная как божественный камень, существовала не для того, чтобы удерживать костный мозг.

Костное вещество служило щитом, защищающим тело от яда, образующегося внутри.

Слово «кальцификация» промелькнуло у него в голове. Вещество, известное как кальций, в его теле могло образовывать агрегаты[1], накапливаясь внутри клеток.

При необходимости оно могло формировать новые кости после рождения.

Кость, которая могла полностью защитить от ядовитой природы костного мозга...

— Не веди себя так, будто боишься меня.

Когда Кай посмотрел на деусвульфа, тот ещё больше обнажил клыки, показав дёсны в качестве угрожающего действия. Острые клыки в его пасти с лёгкостью пробивали, твёрдую как железо, кожу диабо.

Затем Кай вспомнил, что белый инструмент, принесённый искателем истины, тоже смог легко пронзить его собственное тело.

Зубы... и кость...

Эй, Мой Бог. Кай направил слова внутрь себя.

Он обратился к богу долины внутри своего божественного камня.

Дай мне какую-нибудь защиту, подобную кости.

Была определённая хитрость, чтобы наладить общение. Ему просто нужно было сжать духовную энергию внутри себя, пока она была обёрнута вокруг его божественного камня. Он почувствовал лёгкое движение внутри сдавленного божественного камня, которое, должно быть, исходило от бога долины.

Покрой моё тело костью, хорошо?

****!

Он не имел ни малейшего понятия, что сказал его бог.

Возможно, это был какой-то язык, переступающий пределы слов, который был понятен только другим богам.

Но Кай понял, что его просьба достигла цели. Он почувствовал, как в его груди нарастает жар.

Волны чего-то неизвестного распространились по телу Кая, преобразуя вещество его кожи. Это заняло всего мгновение, после чего его кожа стала твёрдой. Всё тело быстро стало неподвижным, как будто его суставы обволокло камнем.

Сначала Кай подумал, что совершил ошибку, но, приложив усилие, он всё ещё мог двигать суставами.

Они скрипели, словно несмазанные петли, сопротивляясь движению, но затем, благодаря какому-то безмолвному соглашению с его богом, произошли дальнейшие изменения, и кость на его коже разделилась на фрагменты, которые покрыли его тело, словно доспехи.

Он попробовал ударить одной рукой по другой.

Они издали глухой звук, словно столкнулись два твёрдых объекта, и это странное ощущение заставило Кая непроизвольно вздрогнуть. Всё его тело действительно было костяным.

Рука Кая инстинктивно двинулась, реагируя на приближающееся присутствие. Он схватил летящее к нему щупальце диабо. Он сам испугался, когда схватил щупальце, но шок в янтарных глазах деусвульфа был гораздо сильнее, когда тот увидел, что произошло.

Ты не можешь проклясть меня.

Он чувствовал жар от горящей синим пламенем, словно тлеющие угли, плоти диабо.

Но невыносимо холодное ощущение утекающей жизни исчезло.

Кай использовал грубую силу, чтобы потянуть щупальце на себя. Оно сопротивлялось, но он вонзил в него ногти и смог оторвать его, используя лишь силу своей хватки.

Он даже не дрогнул, когда из оторванного щупальца на него брызнула телесная жидкость.

— У тебя тоже есть такое благословение, верно?

Деусвульф наклонил голову в ответ, словно хотел понять вопрос Кая. От него нельзя было ожидать, что он поймёт человеческий язык. Но странное маленькое существо, стоящее перед деусвульфом, явно намеревалось победить диабо, поэтому деусвульф постепенно стал менее настороженным.

Деусвульф принял Кая как ещё одного охотника. Без слов он попросил сражаться с ним, словно они были в одной стае, указав носом на диабо. Возможно, он перемещался вместе со стаей, когда защищался от злых существ, которые бродили по снежным равнинам.

Кай почувствовал, что ему разрешили стоять плечом к плечу с деусвульфом, и это было непередаваемое ощущение. Различия между их видами были неважны, когда нужно было убить диабо.

Неповоротливый диабо, сползая на более низкий уровень, показал свой живот. Деусвульф бросился на него.

Благодаря благословениям бога внутри, его клыки с лёгкостью пронзили кожу диабо, с той же эффективностью, что и инструмент, использованный искателем истины.

Но диабо был настолько большим, что было трудно вырвать хоть сколько-нибудь значимое количество его плоти.

В таком случае Кай был готов ударить по разрыву, сделанному деусвульфом, своим мечом.

Этого недостаточно.

Он не мог безрассудно высвободить всю свою силу.

Если он выпустит все свои запасы духовной энергии сразу, то не останется достаточно топлива для благословения костяной кожи, которое он для себя приобрёл. Он всё ещё не знал, как много силы было использовать безопасно, поэтому ему пришлось уменьшить используемую мощь вдвое.

Но разрыв уже наполовину прошёл через тело диабо, и большой поперечный разрез был полностью беззащитен. Деусвульф впился в верхнюю половину. Кай схватил нижнюю.

Если я не могу разрезать его, тогда разорву на части!

Они не обменивались словами. Они поняли свою задачу, просто наблюдая за движениями друг друга.

Деусвульф, а затем Кай изо всех своих сил потянули обе половины тела на себя. Пронзительный визг, изданный диабо, звучал как крик, и, скорее всего, это было не просто воображение Кая.

Диабо был разорван пополам прямо по центру его тела, и теперь обе половины бились в конвульсиях доставшимися им конечностями.

Где же божественный камень?

Кай осмотрел обнажённые поперечные разрезы. Внутри мягкой плоти, которая непрерывно расплёскивала телесные жидкости, он не видел ничего похожего на божественный камень.

Спустя несколько мгновений битва приняла иной оборот.

Поведение одной из двух разделённых половин всё меньше походило на поведение живого существа, а форма, которую она удерживала, начала разрушаться. Переломный момент в битве наступил, когда оторванная голова превратилась в пульсирующую массу плоти и начала двигаться к основному телу.

Кай наблюдал за происходящим, но отвлёкся лишь на короткое время.

Маленькие кусочки откушенной плоти действовали аналогичным образом.

Все они в конечном итоге стремились слиться с основным телом. Важно было то, куда приводил их этот инстинкт возвращения.

— Волк, у нас есть цель. — оскалил зубы в ухмылке Кай.

* * *

[1] Под словом «агрегаты» здесь имеется в виду «совокупность элементов, образующих какую-либо систему или её часть». Т.е. тут речь идёт о скоплениях солей кальция, которые образуются внутри клеток или тканей в процессе кальцификации.