Думал, мне конец... с этой мыслью Лаплас отчаянно бежал.

Согласно плану, он попытался проникнуть в святое место во время начала Вальпургии, как было оговорено. Его целью было попасть в «внутренний дворец» через главный собор священного храма, где он однажды столкнулся с Князем Тьмы. Но...

Там он встретил худшего из возможных противников.

Это была не кто иная, как самая сильная и прекрасная женщина, Хината Сакагучи - капитан святых рыцарей и главный рыцарь особой гвардии святого императора.

Чё за фигня?! Какого чёрта, это не по плану!

Лаплас мысленно проклинал своего отсутствующего нанимателя. По договорённости Хината должна была быть отвлечена этим самым нанимателем. Ему даже послышалось лёгкое Ха-ха, прости, прости! от заказчика - конечно, это была лишь иллюзия, но она здорово его разозлила. Однако жаловаться было некогда.

— Ненавистное насекомое проникло в это святое место, — холодный голос Хинаты заставил его похолодеть. Без малейшего колебания Лаплас выбрал бегство и каким-то чудом сумел унести ноги.

О каком «внутреннем дворце» могла идти речь? План провалился. Но это не его вина.

Даже если Князь Тьмы Валентайн помрёт, какая разница, если там эта женщина...

— Победить такое чудовище? Да ни за что, — пробормотал Лаплас, быстро решив отступить.

Но всё же он задумался. В последнее время он только и делает, что убегает. Сбежать от Хинаты - уже само по себе большое достижение, за которое можно себя похвалить, но это не весело. Учитывая недавнюю полосу невезения, не стоит слишком надеяться, что удастся уйти и на этот раз...

Именно в этот момент, когда Лаплас об этом подумал, на окраине святого города возникло искажение пространства, и оттуда хлынула волна огромной магической силы.

— Чё... Серьёзно что ли...

Достало, Лаплас чуть не расплакался. Эта реакция была не просто от какого-то высшего маджина - это явно нечто на совершенно ином уровне. И что хуже всего, он узнал эту ауру.

— Жалкое насекомое! Ты снова посмел явиться предо мной! — с яростью, подобной пылающему огню, прогремел голос Князя Тьмы Валентайна.

— Да чтоб вас! Теперь ещё и Князь Тьмы?!

Как же мне не везёт, Лаплас готов был оплакивать свою судьбу. Но времени на это не было, и он собрался снова бежать изо всех сил...

— Хм! Все насекомые одинаковы. Так любите бегать?

Что-то в тоне Валентайна заставило Лапласа остановиться.

— О чём ты?

— Хм, тебя это не касается, но я скажу. Только что умер Князь Тьмы Клейман. Этот глупый, подлый мусор, как и ты, тоже бегал повсюду. И орал, плача, до последнего - жалкое зрелище.

Валентайн насмешливо ухмыльнулся, продолжая говорить.

— Что?

— Ха-ха-ха, чего злишься? Тебя это не касается, верно?

— Заткнись! Эй, это правда, что Клейман мёртв?

— Ха-ха-ха-ха! Жалкое насекомое, ты себя выдал. Так вы всё-таки связаны. Всё, как и предвидела госпожа Люминас!

Перед хохочущим Валентайном Лаплас застыл в оцепенении.

В смерть Клеймана он не мог поверить. Нет, точнее, не хотел верить. Для Лапласа Клейман был немного нервным, но добродушным товарищем и другом.

— Что ты ржёшь, ублюдок?!

— Насекомое, с кем ты... Гхх!

— Дебила кусок! Не смей смеяться над моим другом, я сказал!

Убийство.

Это слово идеально описывало ситуацию - кулаки Лапласа не останавливались.

— Гхх, не зазнавайся, насекомое!

Валентайн, с лицом, покрасневшим от гнева и унижения, яростно закричал, глядя на Лапласа.

Сколько бы его ни били, перед Валентайном с его «Сверхскоростной Регенерацией» это бесполезно. Глупцам воздаётся только смертью - так считал Валентайн.

Он даже не пытался вытереть брызнувшую кровь... нет, эта кровь превратилась в алый туман, окутывающий всё вокруг...

— Умри, Кровавый Луч!

Из абсолютного кровавого барьера, где не было путей к спасению, на Лапласа должен был обрушиться поток частиц свежей крови... но этого не произошло.

— Бесполезно. Ты уже мёртв.

— ...?!

Валентайн не мог понять, что происходит. Он, обладатель подавляющей силы, оказался во власти какого-то жалкого насекомого. Он попытался добить его своей сильнейшей техникой, но навык почему-то не сработал.

Да, сегодня новолуние, день, когда его силы наиболее ослаблены. Но для Князя Тьмы это лишь мелочь, не стоящая внимания. Если ослабление не могло повлиять, оставалась только одна причина.

Лаплас силён.

И это осознание оказалось верным.

В руке Лапласа пульсировал некий объект.

— ...!

— Ага. Твой сердечник. Не можешь двигаться и голоса издать, да? Это тоже моих рук дело.

Лаплас объявил это с жестокой холодностью.

Тело Валентайна начало мелко дрожать, незаметно для него самого. Это было похоже на...

Страх? Я испытываю страх?!

— Поздновато до тебя доходит. Да. Я силён.

Валентайн побледнел, на его лице отразилось отчаяние.

Он осознал, что в руке Лапласа действительно его сердце, и понял, что проиграл.

Увидев это выражение, Лаплас безумно расхохотался и сжал сердце, раздавливая его.

Победа была одержана в одно мгновение.

Лаплас продолжал смеяться.

...ах, Футман, наверное, разозлится.

Он перебил всех стражников, заметивших его.

...ах, Тиа, скорее всего, будет плакать.

Прокладывая прямой путь к бегству.

...вот почему я буду смеяться.

Ты был настоящим дураком, Лаплас смеялся над Клейманом, один за всех.

Лаплас считал, что это самый подходящий конец для «Безумного Пьеро». Ни гневался, ни плакал. А лишь хохотал, за друга, который больше не сможет смеяться.