Проведя за чтением книги почти два часа, я устала. Хмурясь от напряжения всё это время, я вымоталась не только морально, но и физически. Из-за переутомления мозга и глаз я почувствовала стучащую головную боль.

Потянувшись, я склонила голову, пытаясь ослабить напряжение в плечах.

Когда я массировала свою переносицу, со мной вдруг заговорила спинка моего стула, которая была моим отцом.

– Много ли ты смогла понять?

Он вёл себя так тихо, что я напрочь забыла о том, что он всё ещё здесь. К счастью, реакция у меня отменная.

– По правде говоря, немного.

– Рассказывай, – небрежно бросил он, в его глазах я не заметила особого интереса, после чего он и вовсе отвернулся.

Подумав, я ответила:

– Мир, в котором мы сейчас живем, построен на жертвах наших предков.

– Меня не интересует твоё мнение.

Я запнулась.

– Вот значит как...

Он прервал меня, не удосужившись выслушать полностью ответ, на обдумывание которого я потратила столько времени.

Я разозлилась, но спорить не стала. Стоит признаться, что сейчас я выгляжу как школьница, пишущая эссе.

– Я поняла, что сила Тёмного Лорда зависит от его носителя.

Согласно этой книге, наши предки решили, что уничтожение Тёмного Лорда было невыполнимой задачей, а потому, вместо этого они искали способ запечатать его.

Метод создания печати, что они использовали, требовал больших жертв и был несовершенен, поэтому Тёмный Лорд множество раз возрождался.

Полагаю, что в течение бесчисленных ожесточённых битв они смогли усовершенствовать печать, сделав ее прочнее. Однако до этого момента мир был похож на настоящий ад. Ему потребовалось всего пять лет, дабы вновь вернуться к жизни, и история повторилась.

Однако после каждого нового возрождения Тёмный Лорд становился всё слабее.

– Когда носителем Тёмного Лорда стал один известный волшебник, мир превратился в кошмарный сон. Мне интересно, если собрать информацию обо всех, кто когда-либо становился Тёмным Лордом, можно ли будет узнать, может ли Тёмный Лорд увеличивать свою магическую силу.

– Это правда.

Закрыв книгу, отец повернулся и посмотрел на меня.

– Противостоять Тёмному Лорду могли лишь маги, но привлекать к сражению кого-то с сильными магическими способностями будет рискованной авантюрой.

Я молчала, мрачно смотря вниз.

Должно быть, все превратившиеся в носителей люди сильно страдали, ведь их тела приносили вред их близким и их же королевству.

Они копили силы для противостояния Тёмному Лорду, но в итоге использовали их против мира.

Что?

Там было что-то, что я пропустила.

Что же это? Это что-то важное. Я явственно ощущала, что что-то забыла.

Я была глубоко погружена в раздумья, когда отец сказал:

– Ну, тогда...

И я внезапно почувствовала удушье.

– Угух?! – вскрикнула я.

– Как я уже говорил раньше, я иду спать.

– Даже если так, пожалуйста, не хватай меня за шею!

Держа подсвечник в одной руке и мой воротник в другой, мой отец направился к выходу из комнаты.

Выйдя наружу, он отпустил меня.

Вот же придурок!

Игнорируя протесты своей маленькой дочери, он схватил меня за шею, словно какого-то котёнка, хотя я и умоляла его этого не делать! Мог хотя бы сделать вид, что сожалеешь!

Я укоризненно посмотрела на него, но он был холоден как лед.

Закрыв библиотеку, отец направился в свои апартаменты, помахав мне рукой так, словно отгоняет кота или собаку.

Я была в бешенстве, но сорваться здесь и сейчас было бы крайне по-детски.

– Спасибо за заботу обо мне. Пожалуйста, извините меня.

Поклонившись, я ушла.

Но не думайте, что всё закончится так просто.

Подождите, Отец. Я непременно вернусь к вам, обещаю.

* * * * *

На выходе меня приветствовал мой верный рыцарь.

Прости-прости, я заставила тебя так долго ждать... но даже так, в его позе я не заметила ни малейшей слабины. Он был собран и бдителен, своими чистыми зелёными глазами он наблюдал за окружением, чем напомнил мне, что он был ответственным человеком.

Но в следующий миг вся его твёрдость внезапно испарилась. Его глаза наполнились нежностью, а когда он радостно ко мне обратился, суровые черты его лица смягчились.

– Принцесса Розмари!

Почему он так напомнает мне верного пса?

Почувствовав его энтузиазм, я вздрогнула.

На мгновение я заволновалась, не зная, что ответить, я продолжила идти вперед, не меняя выражения лица.

– Я вернулась.

– Да.

Он сказал лишь одно слово, а меня уже терзал вопрос о причине его внезапной радости .

Я почти могла видеть, как за его спиной энергично виляет воображаемый хвост. У моей бабушки была собака по кличке Таро и его реакция, когда я брала его на прогулку, напомнила мне Клауса. Разница между ними лишь в том, что я не вижу в Клаусе ничего милого. Ничего, кроме этого.

Эй, кто только что сказал "цундере"?

Вернувшись в свои покои вместе с собакой, которая была моим рыцарем-телохранителем, я погрузилась в размышления о Тёмном Лорде.

Не желая откладывать свои заботы в долгий ящик, я хотела разгадать эту загадку до конца дня.

– Принцесса Розмари!

Я узнала, что Тёмный Лорд может усиливать магическую силу своих носителей. Но это не точно…

– Принцесса Розмари, вам не холодно?

– Я в порядке.

Неизвестно, насколько сильным может стать Тёмный Лорд. Если предположить, что он увеличивает силы своего носителя в сто раз, то носитель с силой одного становился равен сотне, а сто превращались в десять тысяч.

К тому же сила Темного Лорда сильно зависит от того факта, был ли человек воином или волшебником.

– Может мне приготовить вам чашечку горячего чая?

– Нет, спасибо. Я скоро лягу спать.

Если всё и правда так, то подпустить волшебника к Тёмному Лорду будет, вероятно, большим риском. Человек, обладающий большой магической силой, получив усиление от статуса носителя, значительно увеличит свою потенциальную разрушительную мощь.

– Оставаясь на холоде, вы можете подхватить простуду. Пожалуйста, не перенапрягайтесь, лучше прикажите мне.

Среди подчиненных Темного Лорда, Темных, было множество воинов, естественные защитные характеристики которых делали обычных мечников и стрелков крайне неэффективными. Например, звери с твердым панцирем или густым мехом. Поэтому, принимая во внимание все особенности подданных Тёмного Лорда, хорошие волшебники будут незаменимы в бою против них.

– Я буду рад помочь вам, принцесса Розмари. Пожалуйста, дайте мне знать, если вы хотите чего-нибудь.

– …

Я сдаюсь. Не могу его больше игнорировать.

Я пыталась думать, но постоянный шум в ушах чертовски напрягает.

Ты совсем тупой пёс? Или кто?!

– Клаус.

– Да, принцесса!

– Я тут думать пытаюсь, – сказав это, я посмотрела на него через плечо своим холодным взглядом. – И хочу, чтобы ты угомонился.

– Да, принцесса, – ответил он после долгого молчания и удручённо опустил голову.

Ч-что?

По какой-то причине, увидев его поникший вид, я потеряла самообладание.

Я всегда относилась к Клаусу довольно строго. На самом деле, я не помню, чтобы хоть раз была мила с ним.

Я задумалась.

Разве это не делает меня совершенно бессердечной?

Нет, всё хорошо, у меня была причина. Клаус сам поднял все эти ненужные флаги, к тому же, он извращенец.

Несмотря на то, что в конце он станет охранником Жрицы, я не думаю, что он должен быть так ко мне привязан. И он извращенец. Будет трудно держать его на коротком поводке, потому что он довольно воинственный извращенец. Видите ли, он извращенец. Извращенец.

Верно, сохранять дистанцию - это всего лишь самозащита.

Но давайте посмотрим правде в лицо.

Настоящая причина моего холодного отношения к Клаусу крылась в том, что я, в некотором смысле, воспользовалась им. Независимо от того, что я делала, он улыбался; это было искажённой формой доверия.

– Клаус, – сказала я после того, как он внимательно на меня посмотрел.

Он действительно был похож на собаку. На брошенную собаку. Я легко могла представить, как он грустно склоняется к земле, спрашивая "Я вам нужен?"

Вероятно, он одинок. В последнее время я сильно сблизилась с сэром Леонардом, и каждый раз прошу его составить мне компанию. И хотя именно Клаус является моим личным телохранителем, я всегда полагаюсь на кого-то другого.

Конечно, на то у меня была обоснованная причина, и я не собираюсь за это извиняться.

Но сейчас виноватой была именно я.

Он искренне беспокоится обо мне, а я с презрением отношусь к его заботе.

– Прости, Клаус. Не сделаешь ли ты мне чашечку чая?

Он аж охнул от удивления.

– И я бы хотела, чтобы его приготовил ты, а не служанки.

Глаза Клауса округлились, после чего он сказал:

– С удовольствием!

Видя его светящееся от улыбки лицо, мне показалось, что его недавнее уныние было обычной ложью.

Усмехнувшись про себя, я тихо выдохнула от облегчения.

Как хорошо, что он вновь взбодрился.

– Я сделаю для Вашего Высочества самый вкусный чай, – с решимостью в голосе заявил он.

– Да-да, – ответила я, нацепив улыбку на лицо. – С нетерпением жду этого.

Надеюсь, он не заметил, как я нечаянно запнулась из-за своих же слов, а так же появившийся в моих глазах страх. Но я не могла этого не сделать, потому что наказание, что я сама на себя навлекла, скоро начнётся.

Клаус был неуклюж во всем, что касается домашних забот.

На то было множество причин - грубые пальцы, отсутствие внимания к мелочам и, что самое важное, нехватка здравого смысла.

Пожалуйста, только не говорите мне, что здравый смысл и тому подобное не нужны в домашнем хозяйстве, мозги здесь имеют решающее значение.

Во время готовки вам нужно думать рационально, чтобы решить, что сделает ваше блюдо вкуснее, а что нет. Но Клаус просто уничтожает все ингредиенты, к которым прикасается.

Однажды он сделал мне чай. Мне сильно хотелось выплюнуть его, но я всё же принцесса, поэтому мне пришлось сдержаться, однако моё тело полностью отвергало этот вкус. Мне даже показалось, что вместо чая мне подали яд.

Я вполне могу поверить в то, что чай может быть горьким и вяжущим. Полагаю, это может случиться, если использовать слишком много чайных листьев и переварить их.

Но почему он был такой клейкий? Откуда этот сладко-горький привкус?

Я задалась вопросом, не добавил ли он случаем варенье, как это делают русские, но он всё отрицал. Он поклялся, что ничего не добавлял в мой чай. Я вспоминаю тот чай со страхом.

Тогда почему чай оказался таким густым, а? Я тихо вздохнула. Может быть он - алхимик, способный создавать что-то из ничего?

Внезапно моё сознание за что-то зацепилось и я полностью ушла в себя, перестав двигаться.

– Принцесса Розмари? – спросил Клаус с волнением в голосе.

Проигнорировав его, я сосредоточилась на собственных мыслях.

Это было невозможно. Невозможно создать что-то из ничего.

...Такое чувство, будто я только что обнаружила ответ на вопрос, который мучил меня еще в библиотеке отца.

Верно. Так и есть. Это не имеет смысла.

Если умножить один на десять тысяч, то получим те же десять тысяч, но умножив на ноль, вы и получите ноль. Вне зависимости от величины сил Тёмного Лорда, он не может усилить того, чего нет.

К примеру, даже если Тёмный Лорд усилится в десять миллиардов раз, то это не будет иметь значения для носителя, который вообще не обладает магической силой.

– Ааахх.

С моих губ сорвался тревожный вздох.

Полученный мною ответ был столь же простым, сколь и бессердечным.

В игре Михаил фон Дибольд становится носителем Тёмного Лорда.

Он владел магией.