В ванной.

Чжоу Янь прислонился к стене душевой кабинки, опираясь на нее двумя руками, его голова была опущена, а спина согнута. Он тяжело дышал, и рельефные мышцы крепкого тела вздымались при каждом вдохе.

Холодная вода лилась вниз, разбрызгиваясь по его все еще горячему телу. Капли стекали по рельефной спине, мимо сильной и стройной талии, по упругим и полным ягодицам и убегали к его крепким и мощным бедрам.

Густые волосы на лобке между его бедрами намокли. Жесткие кудри прилипли к коже, из-за чего его эрегированный член казался еще более внушительным.

Да, он снова возбудился. И не мог кончить.

Его гениталии болезненно пульсировали.

Чжоу Янь схватил свой ствол, как обычно, поглаживая вверх-вниз, но не смог получить желаемого удовольствия и облегчения.

- Будь ты проклята, Лянь Синь! - Чжоу Янь закрыл глаза. В его сознании то и дело возникал образ ненавистного лица, ее пышные груди под черным платьем, тонкая талия, которую можно обхватить одной рукой, округлые ягодицы и стройные ноги.

Его движения становились все быстрее и быстрее. Наконец, удовольствие накатило, и он тихо зарычал.

- Сюрприз ~

Казалось, дразнящий голос Лянь Синь, словно мяуканье кошки, снова эхом отдавался в его ушах, а ее всегда порочно улыбающееся лицо увеличивалось и заполняло его разум. Она снова всплыла в его сознании…

Мужчина тихо заворчал, когда густая сперма снова брызнула на стену.

Чжоу Янь с силой ударил кулаком по стене, костяшки его пальцев кровоточили. Он не чувствовал боли: его гнев был гораздо сильнее боли.

Лянь Синь должна умереть!

____

На следующий день Лянь Синь вернулась в старый особняк, но Чжоу Яня там не было. Она снова была единственной хозяйкой в доме и наслаждалась внимательным отношением слуг. Ей было слишком комфортно, чтобы даже выйти на улицу поразвлечься.

Жизнь в богатстве действительно хороша.

Прошел еще один день. Чжоу Янь все еще отсутствовал, но Чжоу Цзаян неожиданно вернулся. Он схватил яблоко, которое только что помыла служанка, и укусил его по дороге наверх.

В тот день Чжоу Цзаян получил немало травм: опухшие щеки, рассеченный лоб, шишку на голове, вывихнутые плечи, ссадины на ногах, - но ни одна из них не могла заставить его задержаться в больнице еще на несколько дней.

Но и в школу пойти он не мог: в таком виде это было чертовски неловко.

Когда он очнулся в больнице и увидел видео, разосланное по школьному форуму, он так разозлился, что чуть снова не потерял сознание. Хотя его брат сразу же поручил отделу по связям с общественностью разобраться с этим, он не мог стереть воспоминания из памяти всех этих людей.

Это все из-за Лянь Синь! Когда он избавится от нее…

Чжоу Цзаян с громким хрустом откусил яблоко, как будто перегрызал мачехе шею.

- О, ты вернулся?

Поднимаясь по лестнице, парень услышал голос сверху. Он поднял голову и увидел Лянь Синь в повседневной одежде, с длинными волосами, ниспадавшими на плечи. Она лениво прислонилась к перилам и улыбнулась ему. Эта улыбка была точно такой же, как и в тот день, когда она избила его.

- Лянь… Лянь ... ты… Кха!

Во рту Чжоу Цзаяна все еще оставалась мякоть яблока, которую он не успел прожевать. Он поднял взгляд, слишком потрясенный, чтобы нормально говорить, и инстинктивно попытался проглотить, но кусочки яблока застряли у него в горле, перекрыв дыхательные пути.

Чжоу Цзайян наклонился, отчаянно колотя себя в грудь. Однако коварное яблоко отказывалось спускаться в желудок или выходить наружу.

Горничная заметила, что юный мастер в беде, и поспешила на помощь, пытаясь сделать прием Геймлиха. Однако из-за того, что Чжоу Цзайян был высоким и крепким, а горничная - миниатюрной, толчок оказался неэффективным.

Юноша чувствовал головокружение, но все еще слышал злой смех Лянь Синь, наполненный презрением и насмешкой.

Выпрямившись, он схватился за перила и уставился на девушку наверху. Даже если он умрет, он хочет увидеть ее смерть, и даже став призраком, он не забудет, кто виновен в его смерти!

Увидев, что лицо Чжоу Цзаяна стало почти таким же красным, как свиная печень, Лянь Синь покачала головой, перепрыгнула перила, держась за них одной рукой, и приземлилась перед Чжоу Цзаяном. Она подняла руку, чтобы похлопать его по груди.

Пощечина была сильной, и юноша успешно выплюнул застрявшее в горле яблоко. Оно отлетело назад и приземлилось прямо на четвертой ступеньке в коридоре. Чжоу Цзаян упал на спину, и это было мучительно больно.

В его глазах снова потемнело, но на этот раз не от боли, а от гнева.