Пока Цзян Сужоу говорила, она играла с чайником на столе и налила себе чаю. А Хань Фэну – нет.

Впрочем, Хань Фэн не обиделся: он привык полагаться на себя, так что сам налил себе чашку.

"Старшая сестра, ну не злись. Наставница велела нам практиковать парную культивацию. Это ведь пойдёт на пользу нам обоим, правда?"

Он и сам не заметил, как стал обращать внимание на настроение Цзян Сужоу – зла она или нет.

К самому процессу двойной культивации Хан Фэн интереса не испытывал: сам он не мог напрямую повышать свою силу. Только если Цзян Сужоу прорвётся на следующий уровень, он сможет получить свой результат.

Так что, если выгоды ноль – ему и двигаться лень.

А сейчас он, выходит, уговаривает её? Да нет же, просто не хочет, чтобы она сердилась. Хотя вслух он этого, конечно, не признает. Вместо этого придумал себе логичное оправдание:

«Помогаю ей – значит, помогаю себе. Она поднимется – и я тоже».

Вот только даже его самого эта логика не убеждала. Уж кто-кто, а он – человек, которому проще лежать, чем напрягаться. Уж лучше бы убили, чем заставили трудиться.

Цзян Сужоу хмыкнула с холодной усмешкой:

"Прикрываешься именем учителя, да? Мол, сам не хотел, но пришлось, потому что она приказала. Что ж, понятно. Младший братик Хань ведь и моим партнёром сталь не по доброй воле – у него просто не было выбора. Ему пришлось согласиться под давлением.

А ведь я предлагала: раз в десять дней разрешила тебе приходить ко мне для двойной культивации, чтобы усилиться. Но прошёл уже месяц, а ты ни разу даже и не вспомнил об этом.

Я была глупа и не понимала... но теперь мне всё ясно. Ты с самого начала и не воспринимал меня всерьёз.

Ну и ладно. Это я зря всё себе напридумывала. Раз уж младший братик ни желания к двойной культивации не испытывает, ни чувств ко мне – давай тогда расстанемся по-хорошему.

Разорвём союз, и ты сможешь найти себе ту, с кем по-настоящему захочешь быть вместе. А мы… каждый пойдёт своей дорогой. Если встретимся – просто кивнём друг другу. Лучше так, чем вечно терпеть друг друга. Что скажешь?"

Услышав язвительно-саркастичные слова Цзян Сужоу, Хань Фэн лишь натянуто усмехнулся:

"Что это, мы уже развод обсуждаем? Мы ведь всего месяц как знакомы, толком друг друга и не знаем. Ты ведь и сама человек спокойный, сдержанный, не из тех, кто быстро сближается. Разве не по этой причине ты тогда выбрала меня?"

"Я выбрала тебя не за "медлительный характер", а потому, что у тебя не было связей, таланты посредственные, и ты казался безопасным – не мог мешать моему продвижению. Кто же знал, что ты окажешься таким выдающимся учеником, с редчайшим врождённым элементом ветра, да ещё и с уровнем выше моего!

Хм, хорошо же ты это скрывал! Даже меня умудрился обмануть! Ты ведь нарочно, да?"

Глядя на то, как Цзян Сужоу недовольно надула губки, Хань Фэн понял: она немного оттаяла. Он улыбнулся:

"Что такое, старшая сестра? Пожалела, что выбрала меня? Боязно стало, что я вдруг тебя затмею?

Но поздно жалеть. Мы уже заключили союз. Теперь не только тебе всё решать – захотела, разорвала."

Улыбка на его лице стала чуть хищной. Цзян Сужоу одарила его возмущённым взглядом, фыркнула и замахнулась кулачком – будто собираясь ударить. Конечно, всерьёз она бить его не собиралась – хотела просто припугнуть этого наглеца.

Раньше с ней такого точно не случалось – она не из тех, кто пускается в шутливые потасовки.

Но то, что произошло дальше, повергло её в ещё большее замешательство.

Хань Фэн без колебаний перехватил её кулачок и сжал в своей ладони.

"Эй! Что ты делаешь?! Отпусти! Это неприлично!"

Щёки Цзян Сужоу порозовели. Она изо всех сил пыталась вырвать руку, но её уровень культивации был ниже, и силы, соответственно, меньше.

Она тянула и тянула, но так и не смогла высвободиться – а в итоге только проломила чайный столик, не выдержавший рывков и напряжения.

"Ты…" Цзян Сужоу гневно уставилась на него.

Но Хан Фэн и не думал её отпускать. Он просто встал и, сделав рывок левой рукой, резко подтянул её к себе.

Цзян Сужоу как раз сидела, скрестив ноги в медитативной позе. От неожиданного рывка она потеряла равновесие и всем телом навалилась на него. Столик между ними уже развалился, так что ничего не мешало ей упасть прямо в его объятия.

Цзян Сужоу в панике выпрямилась, пытаясь восстановить равновесие, но едва она успела встать, как правая рука Хан Фэна обвила её за тонкую талию и прижала к себе.

Он смотрел на красавицу перед собой – на её изумлённое лицо, застенчивость в изящных чертах, на её округлённые влажные глаза – и в груди у него что-то дрогнуло.

Не отдавая отчёта своим действиям, будто по велению неведомой силы, он наклонился и поцеловал её.

Вначале, когда его губы коснулись её губ, он вдруг осознал: не перегнул ли он палку?

Но… раз уж начал – так чего уж там, будь что будет. Всё равно ведь не в убытке.

Он неумело, но настойчиво раздвинул её зубы языком и проник внутрь, чтобы вкусить ароматный, сладкий язычок.

У Цзян Сужоу в голове зазвенело, всё внутри помутилось.

С детства она ни разу не держала мужчину за руку – а тут поцелуй… Такой внезапный, такой бесцеремонный, что она просто оцепенела, даже забыла о сопротивлении. Только и могла, что позволить ему вторгаться, ощущать её вкус.

Рядом сидящая маленькая лисичка прикрыла лапками глаза, тихо пробормотав:

"Целуются, целуются! Стыдоба, ну и стыдоба…"

Но долго так сидеть она не смогла – слишком уж интересно. Лапки разошлись, оставив щёлочку, через которую она продолжила наблюдать за двумя беспардонно целующимися взрослыми.

Спустя некоторое время Цзян Сужоу, наконец, пришла в себя.

Она вдруг поняла: этот наглец её лапает и целует!

Она срочно попыталась оттолкнуть его – но, увы, силы были не равны. Этот пёс, к тому же, держал её крепко, как тиски.

Сердце наполнилось гневом, глаза блеснули яростью. Не раздумывая, она со всей силы вцепилась ему в язык. Хан Фэн взвыл от боли и, наконец, разжал объятия.

Щёки Цзян Сужоу пылали. Она указала на него пальцем и воскликнула:

"Ты…!"

"Ты что, укусила меня?! Вот это да, ты просто чудовище!"

Хань Фэн, не теряя ни капли самоуверенности, даже ухитрился выставить себя жертвой.

Цзян Сужоу опешила. Несколько секунд она молчала, а потом с яростью в голосе ответила:

"Это ты меня обнимал и целовал! Это ты меня лапал!"

"И что с того? Что мне, собственную жену поцеловать нельзя?! Всё по законам Неба! А вот ты… ты, выходит, хотела убить собственного мужа, да?"

Хан Фэн отвернулся, продолжая притворяться честней некуда.

"Я? Убить?! И ты ещё смеешь говорить о "законах Неба"? Да я тебя сейчас пришибу, развратник несчастный!"

Цзян Сужоу в ярости замахнулась кулачком. Удар пришёлся точно – Хань Фэн даже не стал уворачиваться. Но в следующий миг он снова обнял её.

Она тут же забилась в его объятиях, осознав, что её "удар справедливости" обернулся броском в его объятия, и возмущённо стала колотить его.

"Ещё раз ударишь — снова поцелую," лениво прищурившись, пригрозил Хань Фэн.

Голос, конечно, звучал как у взрослого, но интонация – будто передразнивал ребёнка.

"Только попробуй! Я тебя изобью, похотливый ты бесстыдник!"

Как первая красавица Пика Заката могла стерпеть такое?!

Но Хань Фэн уже не слушал. Он снова обнял её крепко-крепко… и влепил ещё один поцелуй.